Материал: Левиафан выпуск 3

проведенных нами экспериментах было обнаружено ухудшение физиологического состояния потомства, нарушение поведения крыс и отсутствие второго поколения, в корм которых добавляли ГМ-сою (RR, 40.3.2). У животных наблюдалась повышенная тревожность и агрессивность, у некоторых самок - нарушение материнского инстинкта [Ermakova, 2006, 2007; Ермакова, 2009]. Было выдвинуто несколько версий патогенного воздействия ГМ-сои линии 40-3-2 на животных. Помимо мутагенного эффекта генетических вставок, накопления токсичного гербицида и проникновения трансгенов в клетки внутренних органов животных выдвигалась также версия о патогенном действии бактериальных плазмид, используемых для внедрения генов при создании ГМО («эффект плазмид»).

В настоящее время основную причину бесплодия, токсико­зов и патологических изменений во внутренних органах после использования ГМО в пище связывают с несовершенством тех­нологий получения ГМО, а, именно, с самим процессом «встра­ивания» чужого гена в геном другого организма [Кузнецов с соавт., 2004; Wilson et al., 2004]. Известно, что для внедрения генов используют вирусы, плазмиды (кольцевые ДНК) или др., способные проникнуть в клетку организма и затем использо­вать клеточные ресурсы для создания множества собственных копий или внедриться в клеточный геном (как и «выпрыгнуть» из него) [World scientific statement..., 2000]. Плазмиды и ГМ-вставки были обнаружены в клетках разных органов не толь­ко животных, использующих в пищу ГМО, но и их потомства [Schubbert и др., 1994, 1998; Doerfler, 1995; Netherwood et al.,

1999].

И если выше речь шла о применении специальной техноло­гии «терминатор», то вскоре стало ясно, что сам способ получе­ния ГМО является терминаторным, который запускал процесс глобального бесплодия живых организмов.

Масштабное распространение опасных ГМО привело к высокому уровню заболеваемости и смертности людей, сокращению биоразнообразия, резкому ухудшению состояния

природной среды, что, в конечном счёте, может стать причиной необратимого разрушения биосферы планеты. Небольшая, на первый взгляд, ошибка в биотехнологии превратила ГМО в оружие массового поражения (ОМП), а глобализация процессов по их внедрению и распространению поставила жизнь на планете на грань исчезновения, что ещё раз подчёркивает важность многополярного мира, когда ошибочные действия в одной стране могут быть нейтрализованы адекватными действиями в других странах. На примере ГМО можно видеть, как при глобализации из-за одной биотехнологической ошибки может быть уничтожена жизнь на Земле.

Литература:

5. Кузнецов В. В., Куликов А. М. Генетически модифицированные риски и полученные из них продукты: реальные и потенциальные риски// Российский химический журнал. 2005. 69 (4). С.70-83.

6. Ермакова И. В. Влияние сои с геном EPSPS CP4 на физиологиче­ское состояние и репродуктивные функции крыс в первых двух поколениях// Современные проблемы науки и образования. Био­логические науки. 2009. №5, с.15-21.

7. Энгдаль Уильям Ф. Семена разрушения. Тайная подоплёка гене­тических манипуляций. Нестор-история, СПб, 2009, С. 319 .

8. Doerfler W. The insertion of foreign DNA into mammalian genomes and its consequences: a concept in oncogenesis. Adv Cancer Res. 1995, 66, 313-344.

9. Ermakova I.V. Genetically modified organisms and biological risks. Proceedings of IDRC, Switzerland, 2006, pp.168-171.

10. Ermakova I.V. GM soybeans—revisiting a controversial format// Nature Biotechnology, V.25, N12, 2007, pp 1351-1354.

11. Engdahl F.William. Seeds of destruction. The Hidden Agenda of Genetic Manipulation. Global Research, 2007.

12. Quist, D.; Chapela, I. Transgenic DNA Introgressed into Traditional Maize Landraces in Oaxaca, Mexico// Nature 414, 6863. Р. 541-543.

13. Malatesta M., Caporalony C., Gavaudan S., Rocchi M.B.L., Tiberi C., Gazzanelli G. Ultrastructural, morphometrical and immunocytochemical analysis of hepatocyte nuclei from mice fed on genetically modiied soybean// Cell Struct. Funct., 2002. 27. P. 173-180.

14. Netherwood T., Bowden R., Harrison P., O'Donnell A. G., Parker D. S., and Gilbert H. J.

15. Gene Transfer in the Gastrointestinal Tract// Appl Environ Microbiol. 1999. 65(11). P. 5139—5141.

16. Prescott, V. E., Campbell, P. M., Moore, A., Mattes, J., Rothenberg, M.E., Foster, P.S., Higgins, T.J.V. and Hogan, S.P. Transgenic expression of bean alpha-amylase inhibitor in peas results in altered structure and immunogenicity// Journal of Agricultural and Food

Chemistry. 2005. 53. P.9023-9030.

5. Pusztai A. Report of Project Coordinator on data produced at the Rowett Research Institute. SOAEFD flexible Fund Project RO 818. 22 October

1998.

5. Schubbert R., Lettmann C. and Doerfler W. Ingested foreign (phage M13) DNA survives transiently in the gastrointestinal tract and enters the blood stream of mice// Molecules, Genes and Genetics. 1994. 242.

P.495-504.

5. Schubbert R., Hohlweg U., Renz D. and Doerfler W. On the fate of orally ingested foreign DNA in mice: chromosomal association and placental transmission in the fetus// Molecules, Genes and Genetics. 1998. 259.

P.569-576.

5. Seralini G.E., Cellier D., Vendomois JS. New Analysis of a Rat Feeding Study with a Genetically Modiied Maize Reveals Signs of Hepatorenal Toxicity// Arch. Environ. Contam. Toxicol, 2007.

6. Velimirov A, Binter C and Zentek J. (2008) Biological effects of transgenic maize NK603xMON810 fed in long term reproduction studies in mice. Report, Forschungsberichte der Sektion IV, Band 3., Vienna, Austria, 2008.

7. Vecchio L., Cisterna B., Malatesta M., Martin T.E., Biggiogera B. Ultrastructural analysis of testes from mice fed on genetically modiied soybean// Eur. J. Histochem. 2003. 48. P. 449-453.

8. Wilson A., Latham J., Steinbrecher R. Transformation-Induced Mutations in Transgenic plants: Analysis and biosafety implications// Biotechnology and Genetic Engineering Reviews. 2006. 23. P.209-237.

9. World Scientists Statement. Supplementary Information of the Hazards of Genetic Engineering Biotechnology». Third World Network, 2000.

ИДЕЯ «МОСКВА — ТРЕТИЙ РИМ» И ЕЁ ИНТЕРПРЕТАЦИЯ В СОВРЕМЕННЫХ ГЕОПОЛИТИЧЕСКИХ КОНЦЕПЦИЯХ

Клименко А. Н.

Аспирант Института международных отношений и социально-политических наук (кафедра теории и истории международных отношений) Московского Государственного Лингвистического

Университета

¹ Вернадский Г. В. История России. Россия в средние века. Тверь — Москва. ЛЕАН АГРАФ. 1997. С. 18.

Во второй половине XV века Московское княжество пред­ставляло собой лишь одно из многих русских государств и зе­мель. С духовной точки зрения, в русских землях преобладало двоеверие, т.е. смесь христианства и дохристианских древнес-лавянских верований. Однако, конечно, с течением времени учения византийских духовных подвижников проникали в Русь всё глубже. Пропорционально этому процессу восточное хри­стианство становилось для Руси цивилизационной основой, что исторически обусловило цивилизационную границу меж­ду Западом и Русью (эта граница была тождественна границе между православием и католичеством). «Хотя основания хри­стианской культуры в Руси и в католической Европе были тож­дественными, — пишет Г. В. Вернадский, — раскол между гре­ко-православной и римско-католической деноминациями имел своим следствием постепенное создание культурного барьера между Русью и 3ападом»¹. Можно предположить, что и сама идея «Москва — третий Рим» во многом стала результатом это­го «культурного барьера» между Западом и Русью, переросше­го в противостояние.

Что касается исторического контекста, в котором была сфор­мулирована идея «Третьего Рима», изучая сам текст послания (старца Филофея к Василию III), где звучит знаменитая фор­мула, становится понятно, что Филофей не восхваляет москов­ского князя, а тонко его обличает, намекая на несоответствие Василия III и некоторых представителей Церкви идеалу «Тре­тьего Рима».

В условиях несправедливости и самочинства со стороны московских властей был насильно присоединён к Московско­му княжеству Псков. В «Плаче о городе Пскове» автор срав­нил Москву с многокрылым орлом, который вырвал Ливанский кедр (то есть силу) — за грехи псковичей. Происходившее все­ляло такое горе и отчаяние в сердца псковичей, что они интер­претировали постигшую их трагедию как приближение Анти­христа. В таких обстоятельствах псковичи решили обратиться за помощью к настоятелю Елеазарова монастыря в Пскове, монаху Филофею, который пользовался у них большим почте­нием. Филофей отправил послания дьяку Мисюрь-Мунехину и самому московскому правителю Василию III. В этих посланиях псковский монах предпринял попытку повлиять на московского князя и как на политика, и как на христианина.

Во-первых, Филофей указывает на «вдовство» Новгородско­го епископского престола (после послания изменений не после­довало, и епископ так и не был избран). Во-вторых, на само­дурство, жестокость и даже содомию московских должностных лиц. Следует отметить, что Василий III послушался Филофея и удалил «угнетателей» из Пскова, заменив их благонамеренны­ми наместниками. Наконец, в посланиях Василию III Филофей пишет о том, что после падения Константинополя Русь остаёт­ся единственной хранительницей православия, а сам Василий III — единственным православным христианским правителем на Земле. Стало быть, он несёт особую ответственность перед Церковью и государством.

Послания Филофея не были направлены на восхваление мо­сковской власти и менее всего являлись идеологической кон­цепцией. Видя несправедливость и горе, которое московские наместники приносили псковичам, Филофей, как сын своей земли и как христианин, указал на то, что Московский князь несёт особую ответственность за происходящее.

Таким образом, говоря о «Москве — третьем Риме» как о концепции (в т.ч. геополитической), не следует понимать её, во-первых, в качестве обоснования для экспансии и/или импе­риалистических претензий и, во-вторых, в качестве идеологии теократического государства. Концепция «Москва — третий Рим» связывает три звена: правитель — Церковь — народ (госу­дарство). Достойный христианский правитель должен хранить и защищать веру и Церковь, чтобы тем самым был защищён и весь народ. «Третий Рим» в данном случае не мессианская иде­ология, а призыв к высочайшей ответственности за хранение восточного христианства — православия и за православный на­род Руси. Указывая на то, что «Москва — третий Рим», Фило-фей является не идеологом и не апологетом, а обличителем.

Г. Флоровский пишет по этому поводу: «Если Москва есть Третий Рим, то и последний, — то есть: наступила последняя эпоха, последнее земное «царство», конец приближается. «Твое христианское царство инеем не останется». С тем большим смирением и с «великим опасением» подобает блюсти и хра­нить чистоту веры и творить заповеди. В послании к велико­му князю Филофей именно предостерегает и даже грозит, но не славословит. Только уже вторично эта апокалиптическая схема была использована и перетолкована официальными книжника­ми в панегирическом смысле»¹.

¹ Протоиерей Георгий Флоровский. Пути русского богословия. Минск. Белорусская Православная Церковь. 2006. С. 15