С местной политикой оказалась связана только археологическая составляющая экспедиции. Археологические находки Укока имеют мировое значение, именно они и послужили основной причиной включения плато в список Всемирного наследия ЮНЕСКО, для местных жителей древние курганы являются святыми местами.
О своем уважении к алтайским традициям представители компании заявляли неоднократно, в особенности на уровне политики региональной, где руководство Республики Алтай взаимодействует непосредственно с компанией.
Например, заместитель председателя правления ОАО «Газпром» во время одного из рабочих визитов сказал: «Проект будет реализован на самом современном уровне, с применением современнейших технологий и с соблюдением всех этических и моральных правил, связанных с соблюдением обычаев и традиций земли, по территории которой пройдет великолепное сооружение - газопровод» (Заместитель... б.г.). Но даже самый идеальный газопровод пройдет по территориям, жизнь на которых не сводится к обычаям и традициям. Земли плато Укок - не только святые места, но и природный парк «Зона покоя Укок», а также зимние пастбища, ставшие с некоторых пор предметом споров.
политический социальный газопровод приграничный алтай
2. «Газпром» в «затерянном мире»: особенности локальной политики
«Затерянный мир» - сравнение, пожалуй, не слишком удачное, удаленные районы Республики Алтай - это, скорее, мир брошенный и забытый. В Советском Союзе высокогорные поселки связывала с большой землей развитая транспортная инфраструктура: регулярное вертолетное сообщение, аэропорты в крупных и в самых далеких селах. Сейчас эти коммуникации разрушены, автобусного сообщения также нет, и от райцентра Кош-Агач, расположенного в Чуйской степи на высоте 1758 м над уровнем моря, до Горно-Алтайска можно добраться лишь на машине. Летом 2007 г. цены на проезд в столицу Республики на такси колебались в пределах от 2500 до 5000 рублей в один конец. Внутренних дорог почти нет, если не считать таковыми колеи, оставшиеся от транспортных коммуникаций 20-х гг. прошлого века. Закрытый режим приграничной зоны усиливает изоляцию этих мест, которая способствует сохранению традиционного хозяйства и традиционного образа жизни местного населения, основанного на выгонно-пастбищном скотоводстве. Оно сформировалось у сменявших друг друга в Чуйской степи кочевых народов много тысяч лет назад и до сих пор не претерпело особых изменений. Зимой скот перегоняют на высокогорные пастбища, где сильные ветра сметают снежный покров, обнажая траву. В числе зимних пастбищ и плато Укок. Там же находятся и охотничьи угодья местного населения.
Традиционализм алтайских скотоводов относителен, и местные жители, сохраняя многие элементы родовых отношений, после катастрофического обрыва коммуникаций не превратились в средневековых кочевников. В современном мире и на постсоветском пространстве полный возврат к традиции вряд ли возможен. Жители алтайских сел - люди грамотные, старшие поколения успели получить как минимум полное среднее образование в советское время. Географическая обособленность сообществ никогда не означала их независимости от внешнего мира. Климатические условия здесь таковы, что хозяйство узкоспециализировано и не обеспечивает всех потребностей жителей высокогорья. На их землях возможно только скотоводство и охотничий промысел, земледелие отсутствует полностью. Поэтому местные жители исторически были встроены в отношения обмена, в активное взаимодействие с окружающим миром. Кроме того, эти края всегда были местом приграничной торговли, таковыми остаются и по сей день. Первое, что бросается в глаза при въезде в село Кош-Агач, - большое число новостроек и иномарок. Строятся просто добротные дома и коттеджи, рядом с которыми стоят дорогие машины. Но видимое благополучие - признак не всеобщего процветания, а, скорее, социального расслоения. Средний уровень заработной платы в районе, по данным Министерства экономики и инвестиций республики Алтай, - 5079 рублей в месяц, уровень доходов с учетом пенсий и пособий - 1619 рублей (Сводная справка... б.г.). Цены на такси указаны выше, то есть для значительной части жителей села поездка в Горно-Алтайск - непозволительная роскошь. Район не газифицирован. Дома отапливаются углем, поскольку лес на этих высотах не растет. Цены на электроэнергию и уголь высоки (затраты на покупку угля, по словам жителей Кош-Агача, составляют примерно 11 тыс. рублей в год). Местные ресурсы ограничены, а обособленность и изолированность местной жизни эту ограниченность усугубляет, лишая людей возможности найти работу во внешнем мире. Скудная трава Чуйской степи считается прекрасным кормом для скота, животноводство здесь продуктивно, а его продукция (молоко, мясо, шерсть) высокого качества. Но пастбищ на всех не хватает, равно как и рабочих мест в торговле, в банках и даже в бюджетных организациях. Местное население неоднородно, оно состоит из социальных и этнических групп, различающихся прежде всего по доступу к ресурсам, и множества акторов, активно действующих на арене локальной политики. У них разные проблемы, различны и претензии к «Газпрому», и ожидания от его пришествия. Ниже перечислены лишь ключевые социальные и этнические группы, а также основные субъекты, вовлеченные так или иначе во взаимодействие с компанией.
Теленгиты и казахи. В 1990-е гг. большинство скотоводческих колхозов распалось, а их работники зарегистрировали общины и сельскохозяйственные предприятия. Общины - некоммерческие организации, основная юридическая форма хозяйственной деятельности коренных малочисленных народов, предполагающая льготное налогообложение. Крепких, устойчивых хозяйств с большими стадами в настоящее время очень мало. Экономическая устойчивость в этих краях - явление временное и почти условное. Республика Алтай - регион полностью дотационный, а перерабатывающая промышленность в ней отсутствует. Вся продукция животноводства поставляется в другие регионы: молоко и мясо - в Алтайский край, из пуха кошагачских коз делают знаменитые оренбургские платки и т.п. Рыночная инфраструктура не развита (точнее, ее практически не существует), товар полностью скупается перекупщиками. Очевидно также, что часть его уходит в сопредельные государства. Но главной проблемой для местных предпринимателей стало межевание, которое до сих пор не произведено. Они получили землю в собственность, о чем каждый имеет соответствующий сертификат, но никто не знает, какой именно участок земли (летних и зимних пастбищ) принадлежит его хозяйству. Все вместе породило ситуацию напряженную и, по словам наших респондентов, взрывоопасную. Дело в том, что большинство жителей Кош-Агачского района - этнические казахи, некоторые имеют двойное гражданство (России и Казахстана). Численность теленгитов в районе - примерно 6 тыс. человек (по словам респондентов). Население райцентра (согласно официальным данным) составляет 17,6 тысяч человек (Сводная справка... б.г.). Казахи занимают ведущие места в районной администрации, в бюджетных организациях (медицина, социальное обеспечение), а также ключевые позиции в финансовой (банки) и торговой сферах, включая перепродажу продукции животноводства. Эта ситуация уже стала причиной раздора сама по себе, она усугубляется и тем, что скотоводством занимаются обе этнические группы, а значит, межевание, скорее всего, приведет к эскалации конфликта.
Элита. Конкуренция за ресурсы происходит между теми, у кого таковые уже имеются: между обеспеченной верхушкой казахских кланов, с одной стороны, и главами теленгитских родов - с другой. Успешные предприниматели и активисты в условиях родовых отношений происходят естественным образом из «родовой аристократии», которая, впрочем, еще не успела сильно обособиться от сородичей. Этническая принадлежность в ситуации конфликта экономических интересов становится политическим ресурсом, потому обе стороны активно заняты формированием национальной идеологии, конструированием этнической идентификации. Да и сама конфликтная ситуация отчасти конструируется обеими заинтересованными сторонами. Не следует преувеличивать вражду между казахской и теленгитской элитами. Они сами определяют ее как «грязную политику», вне которой некоторых из них объединяют дружеские, иногда даже родственные, связи и, скорее всего, деловые отношения. Но разница в доступе к ресурсам является в существующих условиях решающим фактором взаимодействия, и мирное сосуществование односельчан при определенных обстоятельствах вполне может смениться открытым конфликтом.
Главной темой обращений к «Газпрому» со стороны активистов «Эре-Чуй» является именно конфликт с казахами, звучат опасения исламизации юга Алтая и обвинения в геноциде народа теленгитов, заявления о возможности «бойни» в случае непринятия мер для разрешения конфликта. Именно с конфликтом связывается и большинство существующих в настоящее время социальных проблем, которые интерпретируются как результат противодействия со стороны казахских кланов в получении кредитов, работы, медпомощи и т.д. Теленгиты рассказывали о своих обращениях к представителю Президента РФ по Сибирскому федеральному округу О.В. Квашнину с просьбой назначать главу администрации Кош-Агачского района, поскольку район находится в пограничной зоне. Численность казахов в районе превышает численность коренного населения, избранный глава района, следовательно, всегда будет представителем казахской диаспоры. Ответа на обращения не последовало.
В интервью лидеры теленгитов не указали, что казахи также занимаются скотоводством (подчеркивалось их занятие торговлей). С нашей точки зрения, их молчание свидетельствует об остроте противостояния и в связи с пастбищными землями, до сих пор не переделенными между собственниками. Оно будет усугубляться угрозой потери участков пастбищ, по которым пройдет газопровод, и возможностью (точнее, вероятностью) получить за них компенсации от «Газпрома». Все это означает, что «великолепное сооружение» пойдет не только по территориям, экосистемам и святым местам, но и по напряженным до крайности отношениям между двумя сообществами. Прежде чем приступать к строительству, следовало бы (опять же с нашей точки зрения) выяснить, какое развитие событий оно может спровоцировать.
Обе элиты (казахская и теленгитская) не являются противниками газопровода, но каждая ожидает помощи в решении спорных вопросов в свою пользу и значительных компенсационных выплат за утраченные пастбища. Их требования возмещения ущерба вполне обоснованны, поскольку в горах на счету почти каждый клочок травы, пригодной на корм скоту. Предприниматели надеются также на то, что вслед за газопроводом на юге Алтая будут построены перерабатывающие молоко, мясо и шерсть предприятия, и тогда можно будет существенно расширить свой бизнес. Ассоциация «Эре-Чуй» предлагает конкретный способ взаимодействия с корпорацией, совместную разработку программы социально-экономического развития сообщества.
Народ. Приведенные выше данные по среднему уровню дохода наглядно показывают, что большинство жителей района - люди небогатые, те, кого принято называть «простым народом», хотя в их числе и местная интеллигенция - врачи и учителя. Среди них и казахи, и теленгиты, каких-либо этнических противостояний между ними в повседневной жизни нет, хотя в силу традиции все уважают и слушаются «начальников», то есть лидеров рода или клана. Главной проблемой местного населения является безработица, которая особо болезненной стала для молодежи. По словам многих респондентов, значительная часть молодых людей не хочет идти в сельское хозяйство, так как труд в нем невероятно тяжелый, а зарплаты также невероятно низки. В этой сфере остаются в основном те, кто работает в скотоводстве с детства, кто живет в удаленных даже от райцентра высокогорных деревнях. Быт в самом Кош-Агаче не назовешь легким: зимой 50 градусов мороза - почти норма, да и лето, по словам сельчан, ненамного лучше. О зимних пастбищах и расположенных поблизости от них селах и говорить не приходится. Много молодых людей учатся в университетах сибирских городов, но найти работу не могут, поскольку и там число рабочих мест ограничено. В некоторых селах скот пасут люди с дипломами учителей и юристов. Другая очень тяжкая проблема этой социальной группы - алкоголизм. Все отвечавшие связывают его с безработицей и отсутствием иных перспектив, кроме постоянного выживания. Традиция с ее нормами и ценностями не спасает современного человека от утраты смысла жизни. Представители старшего поколения говорили о пьянстве как способе самоубийства и с ужасом о том, что их дети тоже могут начать пить. К газопроводу представители этой социальной группы готовы отнестись положительно, если он обеспечит дома газом, а район - рабочими местами, если компрессорная станция, которая по проекту будет располагаться в Кош-Агаче, станет чем-то вроде градообразующего предприятия советских времен.
Объединяет бедных и богатых, казахов и теленгитов одно - страх перед дорогой. Отсутствие внутренних дорог никто не обозначил как проблему. По мнению отвечавших, любую внутреннюю дорогу здесь легко можно продлить за пределы страны, и она станет дорогой в Китай, по которой хлынут орды мигрантов. Миграции на юге Алтая боятся смертельно - и не без основания. Местные жители считают, что мигранты быстро оттеснят всех местных от скудных ресурсов, разрушат и без того слабые системы выживания. Газовая труба, с точки зрения большинства респондентов, опасна, прежде всего, дорогой.
Районная администрация и местное самоуправление. Как ни странно, местная власть - наименее упоминаемый респондентами в связи со строительством газопровода актор. Отвечавшие из числа лидеров сообщества теленгитов говорили о ней лишь как о субъекте, представляющем интересы казахской диаспоры, остальные предпочитали говорить о «начальниках», «уважаемых людях», среди которых и руководство заповедника, и главы (зайсаны) родов и т.п. Надо сказать, что единства внутри местной власти нет, в ней представлены разные казахские кланы, и противоречия между ними временами выливаются в громкий политический скандал. Так, в 2004 г. глава районной администрации попытался назначить «своего» главу сельской администрации, воспользовавшись тем, что законно избранный ее председатель был в отъезде. В селе действовали два сельсовета. С «устранением» одного из них борьба не закончилась (см.: Политические войны... б.г.; Суроков б.г.). Противником газопровода местная власть не является, однако выдвигает требования к «Газпрому», в первую очередь - создание рабочих мест и обучение специалистов за счет компании, газификация района.
Духи. Потревоженные духи древних захоронений оказались довольно влиятельным политическим актором задолго до появления проекта «Алтай». После землетрясения 2004 г. глава Кош-агачского района Ауэльхан Джаткамбаев обратился к главе республики Михаилу Лапшину, целому ряду республиканских и федеральных политиков, а также к ученым из Академгородка г. Новосибирска с требованием вернуть найденные на плато мумии: «С начала января текущего года сила толчков стала нарастать от трех до пяти баллов. Причиной этой трагедии мои земляки считают раскопки на плато Укок, в зоне покоя, священном месте для тюркских народов, и вывоз “принцессы” и “принца” Укока за пределы Кош-Агачского района, где они покоились 1000 и более лет. Беду легче предотвратить, поняв ее причины, чем устранять ее последствия». Ссылка на гнев духов, с нашей точки зрения, не более экзотична, чем регулярная демонстрация в новостях государственных каналов российского телевидения исцеляющих мощей и чудодейственных икон, и выполняет исключительно политические функции конструирования идеологии, объединяющей народ вокруг элиты.