Материал: Международно-правовое регулирование энергетики

Транснациональный характер энергетического права наиболее ярко проявляется, например, в отношении трансграничных электрических сетей или газопроводов, но встречается и в более традиционной нефтегазовой сфере, когда добыча полезных ископаемых происходит в одной локации, а полученные ресурсы транспортируются и продаются на мировом рынке. Кроме того, добыча и реализация энергетических ресурсов имеет трансграничное значение, когда речь идет о воздействии производства на окружающую среду и глобальный климат. Следовательно, во всех перечисленных случаях требуется балансировка национальных и международных интересов.

Для того, чтобы в целом определить предмет исследования, мы должны выяснить, можно ли выделить международно-правовое регулирование энергетических отношений в качестве самостоятельной отрасли международного права. И здесь среди правоведов нет единой позиции. Профессор Адриан Брэдбрук в своей работе «Energy Law as an academic discipline» дал определение энергетическому праву как «распределению прав и обязанностей, связанных с эксплуатацией всех энергетических ресурсов между физическими лицами, физическими лицами и органами государственной власти, между государствами». Другими словами, автор выделяет данную сферу отношений в связи со спецификой предмета правового регулирования - отношения, возникающие по поводу использования энергетических ресурсов. Причем, важно учитывать все особенности правового регулирования каждого из видов энергоносителей. Однако, в данном случае Брэдбрук говорит об энергетическом праве исключительно как об академической дисциплине и необходимости и целесообразности исследований в данной сфере. Таким же образом и отечественные авторы поддерживают данную позицию. Так, А.Н. Вылегжанин отмечает, что иногда все же мы можем говорить о начале формирования международного энергетического права, но лишь в качестве подотрасли международного экономического права. Кроме того, Д.Л. Смирнов пишет, что понятие «международное энергетическое право» отсутствует при том, что мы можем говорить о международном характере деятельности в энергетической сфере. Нельзя не согласиться с позицией данных авторов о том, что, говоря про международно-правовое регулирование отношений в сфере энергетики, мы обращаемся к процессу интернационализации на энергетических рынка. При этом важно учитывать, что всего выделяются две формы данного процесса:

) Возрастающее значение и влияние международного права на регулирование энергетических рынков;

) Создание иных правовых механизмов, учитывающих специфику объекта регулирования.

Во-первых, за последние несколько десятилетий энергетическая торговля вышла за рамки национальных границ государств. Это связано в первую очередь с реструктуризацией отрасли, приватизацией акций конкретных игроков на международном энергетическом рынке, появлением новых конкурентных участников, трансграничной и межрегиональной интеграцией корпораций, что и вызвало международный характер торговли в энергетической сфере.

Как отметил профессор Ким Талус, «…международные рынки требуют международного регулирования. Не достаточно отдельных национальных режимов правового регулирования» . В этом и заключается первая форма интернационализации энергетических правоотношений - субъекты международного права создают специальные инструменты, направленные на урегулирование энергетического сектора. Один из таких инструментов предусмотрен в рамках Международной энергетической хартии, который служит наиболее ярким примером многостороннего межгосударственного механизма защиты инвестиций и интересов субъектов энергетических правоотношений. Также существует ряд соглашений в сфере атомной энергии, которые, однако, имеют более специфичную и узкую область применения. Кроме того, очевидно, что на регулирование энергетической сферы прямо воздействует нормы международного экономического права, которые непосредственно касаются двух наиболее выраженных аспектов:

)        Суверенитет над природными ресурсами;

)        Защита прав инвесторов.

Таким образом, международное экономическое право, как совокупность юридических принципов и норм, регулирующих международные экономические отношения, проявляющиеся прежде всего между государствами, а так же между ними и другими субъектами международного права, закладывает основополагающие принципы регулирования международного энергетического рынка. Например, Генеральная Ассамблея ООН в резолюции 1803 (XVII) от 14 декабря 1962 года закрепляет «неотъемлемое право наций и народов на суверенитет над их природными богатствами и ресурсами», которое должно осуществляться в интересах их национального развития и благосостояния народа. Так, именно общественная польза, безопасность и национальные интересы физических и юридических лиц (включая иностранных) должны рассматриваться в качестве основных мотивов и соображений при национализации, экспроприации или реквизиции природных ресурсов.

В таких случаях владельцу выплачивается соответствующая компенсация, в соответствии с правилами, действующими в законодательстве государства, которое принимает такие меры, при реализации своего права на суверенитет и руководствуясь нормами международного права.

Если же возникает спор, то он должен быть разрешен посредством арбитража или судебной процедуры. Так, в практике Международного арбитражного суда при Международной торговой палате было дело, касающееся национализации правительством Ливийской Арабской республики нескольких нефтяных компаний, которые принадлежали Texaco Overseas Petroleum Company. В решении суд ссылался на обычное международное право (customary law), подтверждая тем самым национализацию как право государства. Кроме того, усматривалось не только право на суверенитет над своими природными ресурсами, но и право на суверенитет через соблюдение территориальной целостности государства.

Что касается защиты инвестиций в энергетическом секторе, то здесь достаточно привести статистику исков, зарегистрированных в Международном центре по урегулированию инвестиционных споров (далее - The ICSID), относящихся к вопросам нефтегазовой и горнодобывающей промышленности - 25% от общего числа (большинство). Данный факт позволяет сделать вывод о том, что активность в сфере защиты прав инвесторов на энергетическом рынке высока, а, следовательно, на том же уровне находится и актуальность регулирования данной сферы. Следовательно, международное энергетическое сотрудничество безусловно включает в себя экономические аспекты. И таким же образом другие сферы воздействуют на данную сферу - международное сотрудничество в сфере охраны окружающей среды, защита прав человека и основных свобод, морское право и многие другие.

Второй вариант рассмотрения международно-правового регулирования энергетического сектора проявляется в форме «интернационализации национального законодательства». Другими словами, встречаются случаи, когда понятия национального (внутреннего) права и международного права сливаются. Примером такого симбиоза можно привести законодательство ЕС в сфере урегулирования энергетических вопросов, которое лежит между национальным и международным правом. Подтверждение данного положения можно найти в решении Европейского суда по делу Flaminio Costa v E.N.E.L.от 15 июля 1964 года № 6/64, которое принципиально изменило статус права ЕС и установило его превосходство над законами его государств-членов. Другими словами, мы не рассматриваем европейское право в традиционном смысле как национальное/международное право. Также в решении Международного центра по урегулированию инвестиционных споров (The ICSID) по делу Electrabel S.A. v. Republic of Hungary, ICSID Case No. ARB/07/19 указано, что европейское право, не ограничиваясь исключительно соглашениями ЕС, может использоваться как источник для решения споров, в частности, инвестиционных, в соответствии со статьей 26(6) Международной энергетической хартии. Законодательство ЕС в сфере энергетики растет очень интенсивно. Одним из первых актов принятых в данной сфере стала Директива 96/92/EC, устанавливающая наиболее общие правила регулирования электрических сетей на территории Евросоюза. Содержание и суть данных правовых актов сводится, к тому, что они вводят единые правила и принципы организации поставок энергетических ресурсов на данной территории, снижения административных барьеров для торговли, улучшения ситуации в связи с воздействием на окружающую среду и другие подобные аспекты.

Следующим примером интернационализации энергетического права является понятие Lex Petrolea - норма обычного права, применяемая в сфере нефтяной промышленности, которая стала объектом исследования многих ученых. Тим Мартин в своей монографии «Lex Petrolea in international law» отмечает, что данный термин вошел в лексикон юридической литературы более чем четверть века назад. Впервые термин был упомянут в деле Kuwait v. Aminoil, рассмотренном ad hoc Трибуналом в 1982 году. Его суть заключалась в том, что Кувейт при оценке размера компенсации, выплачиваемой им за национализацию нефтяных концессий на Ближнем Востоке, ссылался на специфичный метод оценки, который имел «характер международного обычая, применяемого исключительно в сфере нефтяной промышленности» - Lex Petrolia. Несмотря на то, что Трибунал не согласился с позицией Кувейта и отметил, что указанные в деле случаи не демонстрировали opinio juris, это понятие все же было позднее развито в рамках международного и национального урегулирования энергетических вопросов. Как пишет Тим Мартин, Lex Petrolia может рассматриваться либо как «применение международного права в пределах энергетических правоотношений либо как уникальный правовой режим», который отвечает требованиям и масштабу международного энергетического рынка.

Таким образом, энергетика - широкое, многосоставное понятие, которое безусловно требует правового регулирования на международном уровне. Очевидно, международный аспект в данной ситуации проявляется как в форме появления новых источников международного права, затрагивающих данные вопросы, так и возникновения других механизмов правового характера, которые имеют свои особенности в соответствии со спецификой объекта регулирования. В целом, данный процесс в литературе называется интернационализацией энергетического права. Тем не менее, темпы этих процессов варьируются в зависимости от разновидности энергетического ресурса. Интернационализация наиболее ярко проявляется в сфере нефтегазовой или угольной промышленности, немного слабее - в сфере электроэнергетики, и еще слабее, когда речь идет о возобновляемых источниках энергии. Однако, он охватывает в той или иной мере все части мирового энергетического рынка.

. Проблемы правового регулирования международного энергетического сектора

международный энергетика право безопасность

Стабильность и транспарентность - неотъемлемые характеристики эффективной трансграничной торговли энергоресурсами и притока иностранных инвестиций в энергетическую промышленность, которые достигаются посредством многостороннего правового регулирования. Периодически возникающие споры в нефтегазовой и энергетической отрасли обычно затрагивают интересы как минимум трех сторон. Именно поэтому и существует необходимость многостороннего регулирования данной сферы правоотношений.

Как отмечает Н. Джорджиу в работе «A rule-based architecture for the energy sector: the WTO and the ECT», несмотря на то, что ВТО устанавливает широкое многостороннее регулирование, оно напрямую не адресовано к вопросам международной торговли энергоресурсами. Этот пробел восполняет Международная энергетическая хартия, которая является по сути единственным многосторонним международным договором, устанавливающим правовые нормы, которые учитывают специфику торговли и инвестиций в сфере энергетической промышленности. Кроме того, правовая система ЕС относится к многостороннему правовому регулированию энергетического сектора (EU Acquis).

Рис.1. Развитие международных энергетических рынков и инструментов защиты инвестиций и торговли энергоресурсами

Говоря про те проблемы, с которыми сталкиваются субъекты международного права в аспекте многостороннего правового регулирования энергетики, следует перечислить, в частности, следующие:

)        Защита прав инвесторов в энергетической сфере;

)        Разрешение международных споров;

)        Торговля и транзит энергоресурсов.

Среди правоведов и ученых нет единой позиции относительно необходимости создания специального правового акта, регулирующего отдельные вопросы в сфере международной энергетики. Так, советник Юридического отдела ВТО, Габриель Марсо рассматривает Всемирную торговую организацию как потенциальную площадку для проведения переговоров и создания единого нормативного документа в данной отрасли.

Другие же специалисты в свою очередь полагают, что члены ВТО и его Секретариат - это не эксперты в сфере энергетики, а «trade experts», то есть специалисты в сфере регулирования международных торговых отношений. Кроме того, сторонники данного подхода отмечают, что вопрос можно отнести к компетенции Организации экономического сотрудничества и развития (OECD), что имело место, например, в вопросе регулирования государственных закупок и судостроительства. Более того, необходимо иметь ввиду те ограничения, которые присутствуют в механизме разрешения споров по правилам ВТО. В качестве мер ответственности могут быть установлены ограничения на импорт энергоресурсов, что не будет приемлемо для самих стран-импортеров (как в случае с перебоями поставки газа из России в ЕС). Потребность в инвестициях в мировой энергетический рынок неизбежно создает необходимость создания прочной правовой базы, устанавливающей гарантии прав и законных интересов инвесторов. Однако, слабая сторона ВТО в данном случае проявляется в отсутствии всестороннего регулирования инвестиционной деятельности, что нельзя не учитывать при решении проблем правового регулирования энергетики.