Материал: Международный научный журнал 8 (403) Издается с декабря 2008 г. Выходит еженедельно

Скачать

Заказать новую работу

Внимание! Если размещение файла нарушает Ваши авторские права, то обязательно сообщите нам
. № 8 (403) . Февраль 2022 г.
94
Юриспруденция
Особенности квалификации мошенничества с использованием электронных средств платежа (статья 159.3 УК РФ)
Дзюменко Роман Игоревич, студент магистратуры
Северо-Западный институт управления — филиал Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте Российской Федерации г. Санкт-Петербург)
В данной статье анализируются отдельные особенности квалификации мошеннических действий с использованием электронных средств платежа, ответственность за которые предусмотрена статьей 159.3 УК РФ.
Ключевые слова мошенничество, электронные средства платежа, платежная карта of qualification of fraud using electronic means of payment
(Article 159.3 of the Criminal Code of the Russian Federation)
Dzyumenko Roman Igorevich, student master’s degree
North-West Institute of Management — a branch of the Russian Academy of National Economy and Public Administration under the President of the Russian Federation
(St. Petersburg)
The article analyzes certain features of the qualification of fraudulent actions using electronic means of payment, the responsibility for which is
provided for by Article 159.3 of the Criminal Code of the Russian Federation.
Keywords: fraud, electronic means of payment, payment С принятием Федерального закона Российской Федерации от 29 ноября 2012 г. № 207-ФЗ О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации [1], наряду с иными специальными составами, законодатель предусмотрел введение в уголовный закон статьи 159.3, устанавливающей ответственность за мошенничество с использованием платежных карт. Данная новелла была обусловлена необходимостью решения вопросов, связанных с квалификацией хищений, при которых используются указанные средства.
В дальнейшем, с принятием ФЗ № 111-ФЗ, в указанную статью был внесен ряд изменений [2], включая и ее наименование мошенничество с использованием электронных средств платежа (далее — ЭСП). Соответственно, состоялось расширение понятия средств, с помощью которых совершается рассматриваемое посягательство.
Понятие ЭСП зафиксировано в статье третьей федерального закона, регламентирующего национальную платежную систему ФЗ № 161-ФЗ [3]. В соответствии сданной нормой, наряду с пластиковыми картами, ЭСП представлены платежными системами QiwiWallet, Интернет-банк, Webmoney, Ю,
Клиент-банк. При этом следует обратить внимание на открытый характер перечня указанных средств платежа.
Исходя из смысла нормы УК РФ, хищение размещенных на банковских счетах средств с использованием карты, которая была подделана или похищена, подлежит квалификации в качестве мошенничества лишь тогда, когда состоялось введение в заблуждение уполномоченного работника организации посредством обмана. Исходя из этого, не является мошенничеством хищение денежных средств с использованием платежной карты, которая была подделана или похищена, если использовался банкомат и при этом работник организации не принимал участия в выдаче денежных средств в наличной форме [4, c. Для лица, которое противозаконно приобрело средство обмана — платежную карту — или похитило его, не предусматривается самостоятельная ответственность. В таком случае содеянное может быть квалифицировано в виде подготовки к совершению мошенничества, либо, как это отражено в пункте 18 ППВС от 30.11.2017 № 48, как совокупность покушения на преступление по статье 159.3 и оконченное преступное деяние по статье 187 уголовного закона России.
С принятием ФЗ № 111-ФЗ в статью 158 уголовного закона был включен пункт г части третьей. Состоялось введение указания на электронные денежные средства и банковский счет. Законодатель предусмотрел, что соответствующие действия квалифицируются в виде тайного хищения чужого имущества только тогда, когда не имеется признаков предусмотренного статьей 159.3 уголовного закона посягательства. Данные положения детализируются, в частности, в пунктах и 25.2 ППВС РФ № 29 [8], а также в пункте 17 ППВС РФ № 48 Так, суд признал Кв качестве виновной в совершении деяния по пункту в части второй статьи 158 уголовного закона. К. получила от А. банковскую карту для снятия с карты трех тысяч рублей. На соответствующую сумму были приобретены алкогольные напитки. После того, как А. употребил данные напитки, он заснул. После пробуждения он пытался найти карту. К узнала у А. пин-код под предлогом блокировки карты. Далее Кв банкомате ввела данный код и обналичила с карты сто тысяч рублей. Суд обоснованно квалифицировал содеянное по пункту в части второй статьи 158 уголовного закона. Умысел К. охватывал хищение всех средств, которые находились на счете принадлежавшей потерпевшему карты [5, c. 113–114].

“Young Scientist” . # 8 (403) . February Представляется обоснованной и квалификация содеянного Г, который был осужден по части третьей статьи 30, пункту г части третьей статьи 158 уголовного закона. Гр-н Щ. с использованием банкомата перевел средства со счета принадлежавшей ему карты. При этом Щ. оставил карту в терминале банкомата. На счете карты находились средства Щ. в сумме 154889 руб. Г. увидел карту в терминале, совершил ее тайное хищение для того, чтобы присвоить все находившиеся на счете данной карты средства, приобретая товары в магазинах. Гс использованием указанной карты и на основе бесконтактной оплаты без пин- кода двадцать три раза приобретал товары с суммой списаний в пределах тысячи рублей [5, c. Указанные положения подтверждаются и другими материалами судебной практики, В частности, Определением Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 11 марта
2020 г. № 10-УДП20–1 [6] и Определением Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 14 мая 2020 г. № 58-
УДП20–6 Традиционный подход к трактовке сущности мошенничества предполагает совершение обмана применительно к законному владельцу или иному владельцу имущества (пункт 2
ППВС РФ № 48). Если обман отсутствует, отсутствует и добровольное совершение сделки. Последний признак присущ лишь мошенничеству.
В случае мошенничества посягающий получает имущество от потерпевшего, и внешне данное получение выступает в качестве добровольного.
В случае, если обман применяется только в виде средства, которое облегчает доступ к имуществу, а ненаправленна сознание потерпевшего, содеянное подлежит квалификации в качестве кражи.
Обман в отношении работника банковской, торговой либо другой организации в случае, если для расчетов используется чужая либо поддельная карта, способом изъятия не является, но облегчает доступ к имуществу. Содеянное, соответственно, должно квалифицироваться по статье 158 уголовного закона.
Значительное число операций мошеннического характера осуществляется таким образом, что физическое использование карты отсутствует. Соответственно, требуется определить, каким образом необходимо квалифицировать деяния подобного рода.
Если совершается воздействие в отношении воли лица, являющегося владельцем карты, держателем счета для того, чтобы получить пин-код и сведения о карте, и при этом виновный злоупотребляет доверием или обманывает потерпевшего, то содеянное подлежит квалификации по статье 159 уголовного закона. В случае перевода денежных средств между счетами, картами в отсутствие карты, но лишь в силу того, что лицо имеет информацию о пин-коде и карте, полученную от потерпевшего путем обмана или злоупотребления доверием, то содеянное будет квалифицировано по одной из частей статьи 158 пункт 17 ППВС РФ № Определяя, что мошенник совершил деяние, которое предусмотрено статьей 159.3 уголовного закона, следует четко определиться с умыслом мошенника, на что он был направлена также установить признаки объективной стороны мошенничества и то, какой была ее реализация по отношению к жертве преступления.
Резюмируя сказанное, необходимо подвести итоги активное развитие экономических отношений, выход на более высокий уровень порядка расчетов во всех областях жизнедеятельности государственных институтов и социума, с повсеместным задействованием систем безналичной оплаты растет необходимость в обеспечении защиты хранящихся в электронном виде денег, а также надежности задействования электронных платежных средств повсеместное использование банковских карт обусловило и появление ранее неизвестных видов преступлений, которые сопряжены сих применением.
Политика, связанная с эффективной реализацией уголовной ответственности в области электронных платежных средств, может достичь успеха в том случае, если в как можно более сжатые сроки разрешить имеющиеся проблемы и обеспечить действенную защиту лиц, вступивших в уголовно-правовые отношения, что, безусловно, связано с различными факторами — экономическими, политическими, организационными и науч- но-техническими.
Для правильной квалификации действий мошенника по статье 159.3 уголовного закона и отграничения данного состава от смежных составов преступных посягательств — в частности, предусмотренных пунктом г части третьей статьи 158 и статьей УК РФ — важным является точное установление направленности умысла мошенника признаков объективной стороны характера их реализации относительно лица, которому был причинен вред конкретным преступным деянием с использованием ЭСП.
Литература:
1. Федеральный закон от 29.11.2012 № 207-ФЗ О внесении изменений и дополнений в Уголовный кодекс Российской Федерации (с изм. и доп) Электронный ресурс // СПС КонсультантПлюс. — URL: http://base.garant.ru/70268096/ (дата обращения. Федеральный закон от 23.04.2018 № 111-ФЗ О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации Электронный ресурс // СПС КонсультантПлюс. — URL: http://www.garant.ru/hotlaw/federal/1192876/ (дата обращения —
16.02.2022).
3. Федеральный закон от 27.06.2011 № 161-ФЗ О национальной платежной системе (с изм. и доп) // Официальный Интер- нет-портал правовой информации http://www.pravo.gov.ru (дата обращения — 25.04.2021).
4. Кочои СМ. Новые нормы о мошенничестве в УК: особенности и отличия // Криминологический журнал Байкальского государственного университета экономики и права. — 2013. — № 4.
Молодой учёный» . № 8 (403) . Февраль 2022 г.
96
Юриспруденция
5. Маркова Е. А. Мошенничество с использованием электронных средств платежа вопросы теории, практики // Аграрное и земельное право. — 2019. — № 5 (173).
6. Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 11 марта 2020 г. № 10-УДП20–1 // Бюллетень Верховного Суда РФ. — 2021. — № 5. — С. 27.
7. Определением Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 14 мая 2020 г. № 58-УДП20–6 // Бюллетень Верховного Суда РФ. — 2021. — № 7. — С. 27–28.
8. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2002 г. № 29 О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое (с изм. и доп) // Бюллетень Верховного Суда РФ, февраль 2003 г, № 2.
9. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 30 ноября 2017 г. № 48 О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате (с изм. и доп) // Бюллетень Верховного Суда РФ, февраль 2018 г, № Понятие наследования
Дюкина Диана Дмитриевна, студент магистратуры
Казанский инновационный университет имени В. Г. Тимирясова
С
овременное гражданское право предусматривает возможность перехода прав и обязанностей, возникших подо- говору (или иному основанию) от одного субъекта к другому в порядке наследования, вследствие универсального или сингулярного правопреемства.
Универсальное правопреемство предусматривает переход совокупности прав и обязанностей от правообладателя к правопреемнику как единого неделимого целого. К основаниям универсального правопреемства можно, в частности, отнести смерть гражданина.
Сингулярное правопреемство может быть основано на соглашении сторон, либо на указание закона, при этом к правопреемнику передается конкретные права и обязанности [4, C. Каждый человек в течение своей жизни вступает во множество различных правоотношений. Некоторые из правоотношений имеют тесную связь с личностью, например пенсионные правоотношения, и это означает, что изменение субъекта в данных правоотношениях изменяет их сущность, а, следовательно, и права, и обязанности. Однако, все правоотношения не могут иметь тесную связь с личностью умершего и могут прекращаться в связи сего смертью Человек умер, но требы и потребности жизни не умирают жизнь непрерывна и требует замены умершего живым, одного поколения другим [2, С. На сегодняшний день имущество умершего, его имущественные права и обязанности, а также и некоторые личные не- имущественные права становятся неизменными и передаются наследникам благодаря наследованию. И этот процесс означает связь между поколениями людей. Современное право предусматривает наследование по завещанию и по закону.
Анализируя подходы к регулированию наследственных правоотношений по законодательству различных стран, можно выделить два основных подхода. Континентальный подход, характерный и для Российской Федерации, согласно которому наследование рассматривается как универсальное правопреемство. Исходя из этого подхода, наследник, вступая в наследство, принимает его целиком как единое целое, в совокупности прав и обязанностей, принадлежащих наследодателю, невозможно принять часть наследства, либо принять наследство под условием. При этом наследственная масса включает в себя как активы, таки пассивы, принадлежащие наследодателю, что, по нашему мнению, вполне соответствует требованиям современного торгового оборота. Подход, характерный для стран англосаксонской правовой семьи, в законодательстве этих стран, наследование рассматривается как процесс распределения наследственной массы между наследниками умершего в порядке предусмотренным наследодателем в завещании, а в случае отсутствия последнего, в порядке, предусмотренном законом [6, С. Таким образом, в странах общего права процесс наследования воспринимается несколько иначе сточки зрения доктрины в случае смерти наследодателя его личность ликвидируется, как и принадлежащее ему имущество. В процессе ликвидации имущества осуществляется исполнение обязательств умершего, в результате чего, наследники приобретают чистый остаток, данный процесс именуется администрированием, которое осуществляется с участием судебных органов [1, С. Таким образом, понятие наследственного правопреемства является характерным только для стран с континентальной системой права, на которые существенное влияние оказало римское право.
Традиционно, рассматривая институт правопреемства, говорят о двух его формах) универсальное правопреемство представляет собой, переход прав и обязанностей от одного лиц, к правопреемникам как единого целого, в этом случае правопреемник заменяет личность предшествующего субъекта) сингулярное правопреемство, в свою очередь, может быть основано на соглашении сторон, либо на указании закона. Под первым обычно понимают уступку требования и перевод долга. Типичный пример второго — исполнение обязательства должника его поручителем или залогодателем.
Традиционно, наследственное правопреемство относится большинством исследователей к числу универсального правопреемства, что обусловлено прямым указанием закона на природу наследования [3, С. Следует обратить внимание, что теория гражданского права России рассматривала процесс наследования имущества в качестве правопреемства прав и обязанностей наследодателя на всех этапах развития института наследования.
Так, например, Г. Ф. Шершеневич отмечал, что совокупность прав и обязанностей, которые возникли у субъекта правоотношений при жизни не прекращаются его смертью, поскольку его личность в этом случае заменяется новым субъектом, который занимает в существующих правах и обязанностях активную или пассивную роль (в зависимости оттого, какое положение в таких обязательствах занимало умершее лицо. Таким образом, новый субъект становится участником как вещных (в том числе отношений собственности, а также ограниченных вещных прав, таки обязательственных правоотношений [8, СВ свою очередь, К. П. Победоносцев, анализируя наследование как самостоятельную категорию, отмечает, что в рамках наследования права и обязанности умершего лица (наследо- дателя) переходят к новому субъекту, таким образом, правопреемник вступает в права и обязанности, существующие у наследодателя на момент смерти [5, СВ. И. Синайский определяя природу наследования, подчеркивает, что в порядке правопреемства, права и обязанности к наследнику переходят лишь в частноправовой сфере жизнедеятельности [7, С. А. А. Башмаков определяет наследование как совокупность перемен в имущественных правах, происходящих в результате смерти субъекта, участника соответствующих гражданских правоотношений. Отметим, что в целом, указанное определение базируется на положениях, закрепленных в ст. 1104 Свода законов Российской Империи, которая определяла наследство посредством анализа совокупности имущественных и обязательственных прав, принадлежащих умершему лицу.
Отдельная группа авторов, рассматривает категорию наследования в качестве непосредственного наследственного правопреемства, при таком подходе авторы особенно подчеркивают, в первую очередь, переход вещных прав, принадлежащих умершему лицу, поскольку именно право собственности рассматривается такими авторами в качестве первоначальной основы всех гражданских имущественных прав.
Анализ рассмотренных выше доктринальных подходов к определению наследования, позволяет сделать вывод, что в большинстве своем, ученые определяют данную категорию через понятие универсального правопреемства. Популярность подобной позиции обусловлена тем, что она совпадает с легальным определением института наследования, несмотря на это, подобный подход подвергается критике отдельных ав- торов.
Так, например, отдельные авторы отмечают смешанную природу правопреемства в процессе наследования, усматривая в нем как универсальный, таки сингулярный характер. В отношении сингулярного правопреемства в рамках наследования, отмечается, что в данном случае речь идет о наследовании отдельных категорий вещей в силу завещания.
По нашему мнению, в данном случае речь идет о так называемом расщеплении прав на имущество, включенного в наследственную массу на части, которые могут передаваться различному кругу наследников, в силу чего такое имущество имеет различные правовые режимы. Также сингулярное правопреемство в рамках наследования имущества может иметь место в тех случаях, когда из наследственной массы выделяются части имущества, правовой режим которых, регламентируется законодательством зарубежных стран.
Тем не менее, не можем не отметить, что в условиях глобализации права ив законодательстве Российской Федерации можно выявить некоторые признаки присутствия в рамках наследования имущества признаков универсального и сингулярного правопреемства. Поскольку в отдельных случаях, из единой наследственной массы выделяются части имущества, которые подчиняются различным правовым режимам (например, вещи, ограниченные в обороте, в отношении которого используется частное правопреемство. Это позволяет, в свою очередь, сделать вывод о том, что режим передачи имущества по наследству посредством предоставления его в порядке универсального правопреемства устанавливается законом искусственно. Впрочем, принятие части имущества по наследству в рамках одного основания не исключает возможность принятия остальной части наследственной массы по иным основаниям, кроме того, отметим, что при принятии наследником имущества по наследству в силу одного основания, на наследника также возлагаются и долги наследодателя, потому возникает солидарная ответственность перед кредиторами.
Таким образом, по нашему мнению, наследование представляет собой переход имущества умершего как единого целого от наследодателя к наследнику. Что касается природы наследственного правопреемства, следует отметить, в целом, наследование представляется собой универсальное правопреемство, однако в некоторых случаях (например, завещательный отказ, наследственное правопреемство носит частный (сингулярный) характер.
Литература:
1. Гражданское и торговое право зарубежных стран Учебное пособие / под общей редакцией В. В. Безбаха, В. К. Пугин- ского. — М Юрист, 2014. — С. 650.
2. Наследственное право России учебное пособие отв.ред. М. Я. Шиминова. — М Издательство Экзамен, 2008. — С. 5.
3. Никитюк ПС. Наследственное право и наследственный процесс Проблемы теории и практики. — Спб: Юрид.издат.,
2013. — С. 18.
4. Оганесян Н. Категория правопреемства в арбитражном соглашении // Корпоративный юрист. — 2009. — № 11. — С 12.
5. Победоносцев К. П. Курс гражданского права. В х томах. Т. 2 / под ред Томсинов ВАМ Зерцало, 2003. — С. 197.
6. Римское частное право учебник / под ред. проф. И. Б. Новицкого. — М Проспект, 2017. — С. 222.
Молодой учёный»
1   ...   5   6   7   8   9   10   11   12   ...   17
. № 8 (403) . Февраль 2022 г.
98
Юриспруденция
7. Синайский В. И. Русское гражданское право. Вып. II: Обязательственное, семейное и наследственное право. — МС. Шершеневич Г. Ф. Учебник русского гражданского права в 2 т. Том 2. Особенная часть — Москва Издательство Юрайт,
2019. — С. Теоретическая основа судебной реформы 1991 г.Калинина Татьяна Андреевна, студент магистратурыБрянский филиал Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте Российской ФедерацииВ статье изучается Концепция судебной реформы, принятой Верховным Советом РСФСР в 1991 г, и ставшей теоретической почвой возведения новой судебной системы РФ. Ставится задача в раскрытии данного документа.Ключевые слова судебная реформа, Концепция, судебная система, права и свободы, суд basis judicial reform 1991
The article examines the Framework of the judicial reform adopted in 1991 by the Supreme Council of the Russian Soviet Republic. It became
the theoretical basis on which a new judicial system was built in Russia. The task is to open this document.
Keywords: judicial reform, Concept, judicial system, rights and freedoms, court.
1991 год стал переломным в истории для Российской Федерации. Коммунистическая партия Русского Союза вернее ее инструкция в лице Политбюро, ЦК, республиканских, краевых и областных комитетов, всецело израсходовала потенциал собственного становления и была не в состоянии отыскать выход из тупика, который сделала горбачевская перестройка. Сепаратизм обхватил Прибалтику, Украину и Грузию. 12 июня
1991 г. на выборах на пост Президента РСФСР одержал победу Б. Н. Ельцин — оппонент МС. Горбачева, Генерального секретаря ЦК КПСС, первого и последнего Президента СССР, а во
2 половине августа того же года практически стартовала анти- тоталитарная революция. Данные действия не имели возможность не затронуть судебную систему апреля 1991 г. на совместном заседании Президиума Верховного Суда РСФСР и коллегии Министерства юстиции РСФСР было принято постановление о созыве Съезда судей, на котором ожидалось обсудить вопрос о концепции и ведущих правовых актах судебной реформы. В июне 1991 г. Съезд народных депутатов РСФСР принял Закон О Конституционном Суде РСФСР, вслед затем произошло учреждение этой судебной инстанции. Это был й шаг в претворении в жизнь свежей судебной системы. Стоит прибавить то, собственно, что на всесоюзном уровне был принят закон О Высшем арбитражном Суде СССР, впоследствии чего стартовало создание арбитражных судов в союзных республиках. Этим образом последовала закладка почвы нынешней судебной системы РФ июля 1991 г. был издан Указ О прекращении деятельности организационных структур политических партий и массовых общественных движений в государственных органах, учреждениях и организациях РСФСР, в котором распускались первичные партийные организации, посредством которых производилось влияние на суды, и была положена точка партийному вмешательству вдела правосудия.
Предложения Верховного Суда РСФСР по концепции судебной реформы в 1991 г. носили глубоко демократический и прогрессивный характер, воплотившие в себе позитивный исторический опыт осуществления правосудия в дореволюционной России ив советское время, а также зарубежную практику функционирования судебных систем и отправления правосудия, СВ результате принятого 24 октября 1991 Верховным Судом РСФСР Постановления О Концепции судебной реформы было дано начало процессу построения новой судебной системы в России.
В качестве ключевых целей судебной реформы Концепция обозначила обеспечение суверенного права РФ отправления правосудия и уголовного преследования на всей территории государства в согласовании с российским материальными процессуальным правом, также уделялось особое внимание соблюдению и защите прав и свобод человека, в том числе в сфере правосудия.
В Концепции были намечены главные направленности судебной реформы создание федеральной судебной системы появление суда присяжных расширение возможности обжалования в суд неправомерной деятельности должностных лиц, установление судебного контроля над законностью использования мер пресечения и иных мер процессуального принуждения организация судопроизводства на принципах состязательности, равноправия сторон, презумпции невинности подсудимого Авторы Концепции выделили надобность дифференциации форм судопроизводства и улучшение системы гарантий независимости, несменяемости судей и повиновение их только закону. Следует отметить, что в ней содержится указание на то, что судебная реформа должна осуществляться комплексно, без хаотической поспешности в законотворчестве и происходить параллельно с изменением всей системы правоохранительных органов, которые действуют до суда, для суда и после суда, для исполнения итоговых судебных актов.
В Концепции указывается кризис в сфере юстиции перегруженность правоохранительных органов, низкая эффективность их работы уход работников с юридической службы, непрестижность занимаемых должностей пониженный уровень материально технического обеспечения в целом и социально-бытовых гарантий для сотрудников, и др.
Определялись следующие задачи судебной реформы установление суверенитета страны в области осуществления правосудия достижение независимости судебной власти от законодательной и исполнительной путем гарантии защит основных прав и свобод человека в сфере юстиции повышение значимости сотрудников правоохранительных органов и их обеспечения.
Авторы Концепции стремились учесть многонациональное устройство РСФСР, а также потребности в максимальном доступе каждого к правосудию. Планировалось четко определить компетенцию различных уровней судебной системы для исключения произвольного изменения подсудности.
В новой судебной системе оказывалось содействие в расширении форм участия граждан в осуществлении правосудия и гарантировать право каждого на рассмотрение его дела судом присяжных, если в связи с предъявленными обвинениями ему грозит наказание в виде лишения свободы сроком свыше одного года. Каждому гарантирована возможность обжалования и проверки судебных решений, а также право на пересмотр дела в вышестоящем суде по жалобе несогласного с вынесенным итоговым судебным актом.
Концепцией предлагалось взамен единой унитарной системы создать две судебные системы федеральную и республиканскую, во главе которых стоит Верховный Суд РСФСР. Республиканская судебная система в составе РСФСР должна быть связанной с Верховным Судом РСФСР через федеральные окружные суды, юрисдикция которых распространяется на территорию соответствующей республики (федеральная судебная система четы- рехзвенная, а республиканская наблюдалась двумя звеньями).
По задумке создаваемые судебные округа не должны совпадать с административно-территориальным и национального- сударственным делением РСФСР. В таком подходе один федеральный судебный округ мог включать в себя федеральные территории и республику в составе РСФСР.
Система судов общей юрисдикции представляется в составе четырех инстанций мировые суды первой инстанции, действующие в составе одного судьи федеральные районные суды, также первая инстанция, рассматривающие отнесенные к их компетенции дела в составе одного судьи, трех судей или суда присяжных федеральные окружные суды, рассматривают дела, отнесенные к их ведению по первой инстанции, также выступающие в качестве апелляционных судов, пересматривающих итоговые судебные акты районных судов Верховный Суд РСФСР в роли высшей судебной ин- станции.
Также предусматривалось создание Конституционного Суда РСФСР, избранного V Внеочередным Съездом народных депутатов РСФСР в составе 13 судей 29 октября 1991 г, и создание специализированных, первыми стали арбитражные суды.
Судебную реформу предлагается осуществить в три этапа подготовительный (утверждение Концепции и разработка пакета законов для новой судебной системы, выработка оптимальной нормы нагрузки на судей и работников аппарата судов, изучение вопроса об оптимальном материально-техни- ческом и кадровом оснащении и кадровом обеспечении судебных органов, разработка проектов зданий и сооружений для судебной системы, осуществление разграничения сфер ведения в области правосудия и правоохранительной деятельности в СССР, РСФСР и автономных республиках в составе последней переходный (введение в действие обновленного законодательства на старой судоустройственной базе с сохранением границ судебных округов, совпадающих с административ- но-территориальным делением РСФСР, создание специализированных судебных составов без учреждения таких же судов, решение вопроса о подсудности дел судами присяжных, завершение формирования материально-технической базы судов завершающий (действует на новой судоустройственной базе, создание судебных округов, границы которых не совпадают с пределами административно-территориальных единиц, нормализировано устойчивое функционирование новой судебной системы).
Авторами Концепции раскрывается необходимость ее принятия, отмечая не только несостоятельность прежней судебной системы, но и необходимость утверждения новых начал для построения ее организации.
По их мнению, суд, как средство разрешения споров оправе и преодоления юридических неопределенностей, способен осуществлять применение права, с учетом особенностей каждого случая.
Литература:
1. Судебная власть и правосудие в Российской Федерации курс лекций / под ред. В. В. Ершова. М, 2011.
2. Постановление Верховного Совета РСФСР от 24.10.1991 № 1801-I О Концепции судебной реформы в РСФСР Электронный ресурс // URL: http://www. businesspravo.ru/Docum/DocumShow_DocumID_40216.html
Молодой учёный» . № 8 (403) . Февраль 2022 г.
100
Юриспруденция
3. Правосудие в современном мире монография / под ред. В. М. Лебедева, Т. Я. Хабриевой. М, 2012.
4. Власов В. И, Абасова В. А. Теоретическая основа современной судебной реформы в России (К 30-летию принятия концепции судебной реформы) // Вестник Юридического факультета Южного федерального университета. 2021. Т. 8, № 3. С. 9–14. DOI: 10.18522/2313–6138–2021–8–3–1.
Methodological foundations for the study of legal aspects of the
European Union international energy security policy
Kassekeyeva Aizhan Muratovna, student master’s degree
Kazakh National University named after Al-Farabi (Almaty)
In the article the author analyzes the features and methodological foundations of the study of legal aspects of international energy security policy
on the example of the European Union.
Keywords: international energy security, methodological foundations, European Union.
T
he study of any area of the law of the European Union (here- inafter referred to as the «EU») implies methodological and ideological pluralism, which is explained by the lack of generally ac- cepted theoretical approaches to the process of European integra- tion today. One of the well-known foreign researchers in this area,
D. McCormick, noted on this occasion that «numerous theories have been proposed and refined, but despite the fact that they offer a lot of useful information for understanding the European integration, one common theory which would receive general support has not yet been proposed» [1, p. 11]. We should agree with the position of
Y. M. Oborotov that the methodology of scientific research includes both a conceptual level, which is characterized by conceptual ideas, concepts, conceptions, conceptual approaches and methodological principles, and an instrumental level, covering a variety of methods: philosophical, general theoretical, particular scientific, special. This approach allows not only «to see the stable connections between the philosophy of law and jurisprudence», but also to deal with the sphere of knowledge related to the jurisprudence. It is precisely such an interdisciplinary approach that studies devoted to EU law require, since its subject of regulation is the complex system of social life of this integration association, which originated primarily from the core of economic and technical issues that require appropriate legal support. The main conceptual idea of this study, which does not have a legal nature, but needs a legal dimension, is the concept of EU en- ergy security, which is now embodied in the relevant EU energy se- curity policy, which, in its turn, forms a certain part of the EU energy law norms and is the result of their actions, because «in real life, so- cial regulation acts as an integrity in which different types of regula- tion interact and complement each other» [2, p. 36].
Based on a wide range of scientific research related to the EU law and presented by the works of foreign and domestic experts, it is pos- sible to identify a range of issues that require further study. These, in particular, include the problems of legal regulation of the processes of creating the principles of energy security of both separate states and their associations.
The study of specific forms and methods of creating the necessary legal framework for achieving energy security is based on a modern methodological framework that helps to offer an effective model for the implementation of such a task and foresee possible achievements and risks along the way. This is especially important given the cur- rent trends in the use of synthetic approaches in the study of EU leg- islation. Thus, according to Neil Walker, there is a trend towards «a reactive, event-driven and context-dependent approach of European legal studios» [3, р. 601].
Describing the methodological foundations for the study of the legal problems of ensuring energy security, first of all, it should be noted the need for a systematic approach to the analysis of the legal framework of the EU energy security policy, which allows not only to reflect the multidimensionality and diversity of the topic, but also to comprehensively recreate the interdependence of global and local problems, which objectively leads scientific research and develop- ment of specific, concrete forms and methods of legal policy in the field of energy security.
It is the integrated systemic approach that explains the need for legal self-limitations in the face of resource constraints, as well as the importance of introducing certain parameters of global governance in order to avoid conflicts and achieve real energy security.
An important factor is that a number of basic concepts of Euro- pean integration are formed precisely around the security factor, cov- ering various areas of activity of the modern EU.
In particular, supporters of the federalism theory, popular at the time of the emergence of the European integration process, pointed out that nation-states have lost their rights, since they cannot guar- antee political and economic security to their citizens [4, p. 68]. Con- sequently, it is precisely the inefficiency of nation-states in matters of security that should impose appropriate duties and related rights on integration associations. This thesis is quite relevant through the prism of the EU energy security policy, because it is integration in the energy sector that is one of the tools to protect such security.
A fairly close transactional concept of European integration links security with communication and interaction between EU member states, which forms trust and common responsibility as a guarantee of countering threats. Cooperation is an extremely important tool for implementing the energy security policy, and such cooperation

“Young Scientist” . # 8 (403) . February 2022
101
Jurisprudence
is implemented both at the general level of European institutions and at the sectoral level. An example is the rules of the Third Energy
Package on the activities of national regulators of electricity and gas transmission networks, which, on the one hand, are vested with ad- ditional powers in accordance with the EU Electricity and Gas Direc- tives, and on the other hand, are bound by the requirements of co- operation and control by specialized supranational institutions, such like ACER or the Energy Community.
The formation of the EU common energy policy and energy se- curity policy, which for a long time was not reflected in the original
EU legislation, should be studied in conjunction with integration in other areas. After all, the emergence of new areas of common EU pol- icies is due to the very essence and content of European integration processes. This phenomenon is called «transfusion» and, according to E. Haas, is that «cooperation between states in one area of poli- tics will lead to pressure for cooperation in other areas of politics» [5, p. 16]. For example, the need to create an internal EU energy market was significantly influenced by measures to create an internal EU market, develop competition policy, etc.
The system approach allows to show the interconnections of en- ergy with other spheres and spheres of society’s life, in particular, with ecology, economy, etc. And this requires a holistic legal frame- work within which activities of any direction take place.
The historical approach is also important, allowing to show the development of the European energy legislation in spatial and tem- poral coordinates as a result of the action of the objective laws of glo- balization and glocalization, which combine patterns and specifics and make predictable consequences, and the alignment of develop- ment predictable. It is in the aspect of the historical development trend that, for example, the main documents of the EU should be an- alyzed: the Paris Treaty of 1951, the Rome Treaty of 1957, the Brussels
Treaty of 1965, the Maastricht Treaty of 1992, the Amsterdam Treaty of 1997, the Lisbon Treaty of 2007.
The dynamics of the negotiation process testifies to the extreme complexity of reaching agreements on the regulation of the energy sector. The ambiguous vision of such strategically important issues as energy has repeatedly prevented the inclusion of sections on energy in the final documents at different stages of the creation of the EU.
At the same time, the need to address these issues was obvious both in theoretical and legal and practical terms. Therefore, the first steps of the European Community in 1951 concerned the coal market, in 1957 they were supplemented by an atomic energy treaty, and the oil crisis of the 70s of the last century included concrete ac- tions on the agenda to achieve an energy balance and develop uni- versal strategies for the relationship between energy producers and their consumers. Emergencies and crises dictated new norms of au- thority in the legal regulation of the energy sector and ensuring en- ergy security.
Modeling the cyclical nature of economic dynamics, the period- icity of crises and other socio-economic phenomena, directly related to the energy sector and security activities, requires a clear legal jus- tification. Therefore, modeling and extrapolation methods should be applied to the analysis of the EU energy legislation in order to de- velop recommendations for the implementation of its basic princi- ples in Kazakhstani legislation, which is aimed at creating favorable conditions for achieving energy security.
There is also a need to use a forecasting method to study the problems of the legal framework of energy security policy in the EU, which is aimed at a new solution and development of original con- cepts of global and national development security in the aspect of legal regulation of energy security at the management level, within the framework of sustainable development strategies based on effi- cient use of energy resources and optimal distribution. Rational use, reduction of import dependence, integration of energy markets, the ratio of supranational and national competence — all this should be clearly outlined and predicted through legal and economic models.
Institutional and structural-functional methods can be effec- tively applied in the analysis of the legal regulation of the processes of formation and activities of specific EU authorities that regulate the sphere of energy security. It is necessary to analyze the competencies of such institutions as the European Parliament, the Council of Min- isters of the EU, the European Commission, the European Court of
Justice, the Committee of Permanent Representatives, etc., whose ac- tivities contribute to the establishment of cooperation in the energy sector.
It should be noted that the functional approach was initially the core of all European integration processes, and it was within the framework of the functional approach that the views of the main ide- ologists of such integration, J. Monnet and R. Schuman, were built. In particular, this was reflected in the statement of Robert Schumann on
May 9, 1950, who noted that «Europe cannot be built at once or ac- cording to a certain plan, it will be built gradually through concrete achievements that will lay the foundations of de facto solidarity».
This thesis led to the formation of the concept of neo-functionalism as one of the main means of analyzing the process of European in- tegration, European common policies and European law. Neofunc- tionalism itself, in the words of one of its founders D. Mitrany, lies in the fact that «each time the nature and significance of the problem will determine the appropriate form of institutions». Therefore, when considering any act of the EU energy law, as well as the functions of each EU institution in the energy sector, it is first of all necessary to proceed from the goals and objectives that were supposed to be solved with their help. Three energy packages can serve as a striking example of such functionality, each of which was aimed at solving its own local problem, which at the time of adoption dominated the EU energy policy.
Functionalism, in its turn, leads to an appeal to the teleological approach in the study of the legal and institutional foundations of the
EU energy security policy, which requires an analysis of a system of three categories: goal — means — result. At the same time, the cat- egories of goals and results always determine the choice of specific means, and goals are based on certain interests of the main actors in the EU energy policy. This approach is especially important, since with regard to EU energy law, this is not about formally fixing al- ready established customs and rules of conduct in this area, but about creating completely new rules designed to change existing relation- ships or create new ones. And this is possible only on the basis of a balance of interests of the EU institutions, member states and energy market participants, since the practical nature of the development of a legal innovation lies in «a combination of the interests of the par- ties involved in specific relations, and the consistency of these inter- ests with the interests of third parties». The nature of the formation of
Молодой учёный»
1   ...   6   7   8   9   10   11   12   13   ...   17
. № 8 (403) . Февраль 2022 г.
102
Юриспруденция
the relevant international legal norms and norms of the acquis com- munautaire, when «out of the customs expressing the free will of na- tions, their consent in the implementation of mutual interests, inter- national law was also formed» [6, p. 5].
The specificity of interests and goals determines the choice of specific means to achieve the desired results. It should be noted that not only the formally enshrined norms of the EU energy law should be considered as means, but also the features of the methods and tools of legal regulation chosen for the energy sector, since legal means, due to their «compromise» nature, are designed to con- nect the ideal (goal) with the real (result). Accordingly, the means is «a link between the subject and the object of activity, between the ideal, imaginary model and the material result. Therefore, legal means, acting as a specific intermediary, inevitably include both fragments of the ideal (instruments, means-settings — subjective rights, obligations, benefits, prohibitions, incentives, punishments, etc.), and fragments of the real (technology, means-actions aimed at the use of tools — primarily acts of realization of rights and obli- gations)» [7, p. 10].
No less significant is the method of comparative analysis, which makes it possible to compare the results of the implementation of en- ergy security legislation in different EU member states and compare them with the situation in a similar area in other countries of the world, in particular the Republic of Kazakhstan. This method makes it possible to characterize general anti-discrimination steps and at the same time the specificity and stage-by-stage liberalization of the en- ergy sector of the EU member states, which will allow the Republic of Kazakhstan to choose the most appropriate forms and methods when an understanding of the common interest dictates the fulfill- ment of obligations even in the absence of guarantees.
The importance of a comparative methodology is also due to the fact that in the context of globalization it is not enough just to deter- mine how the EU legislation works. This is not only a matter of inter- action between the EU law and the national law of the member states.
Significant influence is exerted by «international trade and commer- cial law, global administrative law, etc. As national and international legal systems become more and more intertwined, the challenge is to develop a better understanding of the different types of legal argu- ments deriving from national, international and EU law». At present, own conceptual approaches to the methodology of comparative legal research have been developed.
Content analysis should be used in the study of the source base — regulations, agreements, concepts, directives, protocols, other docu- ments regulating the EU energy security sphere. This not only makes it possible to comprehensively reveal the content of these documents, but also to reveal the logic of their essence, the sequence of tasks set, the unambiguity of interpretations and other important parameters that can be used to characterize the legal framework and legal prac- tice of the EU in the field of energy security. After all, the effectiveness of legal regulation is ensured by compliance with the basic principles of law, including: proportionality, when the level of obligations does not exceed what is necessary to achieve the goal; equality (non-dis- crimination); protection of legitimate expectations (legitimate ben- efit is not infringed, except in cases where it is necessary to protect the public interest); protection of fundamental human rights and provi- sion of procedural rights (fair process and the right to express one’s opinion). Such an understanding of the content of regulatory docu- ments indicates their acceptability for all real and potential partici- pants in the European association.
Factor analysis should be introduced to process and generalize the facts of the practical implementation of the legal policy of energy security in the member countries of this European association. On these bases, the features of the functioning of unified mechanisms in separate EU states are determined. Such an analysis also makes it possible to make sure that hundreds of legal norms in force in the
European Union do not have any enforcement mechanism at all, but rely only on legal culture and legal tradition. But this does not reduce their effectiveness in implementation and execution. And such a high level of legal culture and consciousness of the European community, of course, is an attractive role model.
Determining the content components of the concepts and terms of the EU legislative acts on energy security issues requires the use of a number of general scientific methods: synthesis, deduction, induc- tion, abstraction, etc., which make it possible to identify analogues of national legislation, which is especially important for solving the problems of adapting national legislation to European. Certain stan- dard norms will ensure the functioning of optimal energy models, promising mechanisms for dynamic development and the effective- ness of integration processes. First of all, this should concern the cre- ation of effective monitoring and warning mechanisms that lay the conditions for cooperation and real energy security at the present stage of civilizational development for both the EU member states and the Republic of Kazakhstan.
It seems that such a comprehensive and multi-level approach to the methodology of legal research of energy security policy will make it possible to explain not only the need for legal regulation of energy security issues, but also to identify the features of such reg- ulation.
References:
1. McCormick J. European Union Politics / J. McCormick. — London: Palgrave Macmillan, 2011. — 384 p.
2. Krestovskaya N. N. Concept and types of social regulation. Features of legal regulation / N. N. Krestovskaya // General theoretical jurisprudence: training course: textbook / ed. Y. N. Oborotov. — O.: Phoenix, 2011. — Topic 4. — P. 34–44.
3. Walker N. Legal Theory and the European Union: A 25th Anniversary Essay // Oxford Journal of Legal Studies. — 2005. — № 25. — Р. 581–601.
4. Altiero S. The Growth of the European Movement since the Second World War / Altiero Spinelli // European Integration. Harmond- sworth / Mark Hodges (ed.). — London: Penguin, 1972. — 490 р. Haas E. B. The Uniting of Europe: Political, Social, and Economic Forces, 1950–1957 / Ernst B. Haas. — London: Steven & Sons,
1958. — 552 p.

“Young Scientist” . # 8 (403) . February 2022
103
Jurisprudence
6. Drobyazko S. G. Law formation, law-making, law establishment, their subjects and principles / S. G. Drobyazko // Law and Democ- racy: collection of scholarly works — Minsk: BGU, 2003. — Issue 14. — P. 15–34.
7. Malko A. V. Legal means as a general theoretical problem / A. V. Malko // Jurisprudence. — 1999. — No. 2. — P. Кадровая политикана государственной гражданской службе как основа управления персоналом организации
Кахановская Наталия Евгеньевна, студент магистратуры
Государственный университет управления (г. Москва)
В статье анализируется сущность и понятие кадровой политики на государственной гражданской службе. Актуальность исследования теоретических аспектов кадровой политики обусловлена ее значимостью для организации управления персоналом государственной службы.
Ключевые слова кадровая политика, государственная гражданская служба, кадровый потенциал.
Ф
ормирование эффективной системы государственного управления становится одной из важных задач государственного развития на современном этапе. Поиск системы оптимального государственного участия в регулировании общественных отношений, а также реализации административной реформы — ключевая проблема совершенствования системы государственного управления. Особую значимость в этом процессе приобретают вопросы, связанные с кадровой политикой и развитием кадрового потенциала.
Государственная кадровая политика выступает государственной управленческой деятельностью, направленной на удовлетворение потребности в кадрах в органах государственной власти ив иных сферах. Основа кадровой политики определяется стремлением к получению группы кадров с определенными профессиональными компетенциями и способностью усваивать новые знания [1, с. Благодаря внедрению инновационных методов комплектования и оценки деятельности кадровых ресурсов можно достичь перехода государства на качественно новый уровень функционирования. Профессионализм и уровень нравственности государственных служащих, проводящих в действительность политику государства, предопределяет авторитет власти, эффективную реализацию стратегических целей и управленческих решений, а также социальное развитие общества [2, с. На современном этапе организации государственного управления задача поиска компетентных работников, сплоченных и воодушевленных общей целью, становится приоритетной для достижения максимальных экономических и социальных показателей.
В науке на сегодняшний день также отсутствует единое определение кадровой политики.
К. С. Смольникова обосновывает понятие и сущность кадровой политики в органах государственной власти имеющимися тремя научными подходами [3, с. 134]:
— мнения представителей первого подхода основаны на понимании кадровой политики в органах государственной власти как деятельности по управлению персоналом, заключающейся в подборе, расстановке, использовании всех категорий служащих в органах государственного управления (специалистов, руководителей и технический персонал мнения сторонников второго подхода основаны на исследовании кадровой политики в органах государственной власти как деятельности по подбору, расстановке, использованию профессиональных знаний, умений и навыков государственных гражданских служащих позиция представителей третьего подхода выражается в оценке кадровой политики как процесса социального управления коллективом в органах государственной власти, используемого для решения задач государственного управ- ления.
Кадровая политика организации определяется как устно или письменно сформулированное руководством организации приоритетное направление развития, а также общеобязательные правила поведения в отношении кадров и иных участников управленческого процесса, направленные на достижение стратегических целей организации, с учетом изменений внутренней и внешней среды [4, с. Как совокупность принципов, методов, форм организационного механизма для разработки целей и задач, направленных на сохранение и укрепление кадровых ресурсов, определяется кадровая политика В. С. Нечипоренко [5, с. НА. Александрова, О. Ю. Брюхова обращают внимание на дихотомию кадровой политики. Такс одной стороны, кадровая политика — это система принципов и норм, воздействующих на человеческие ресурсы для достижения стратегических организационных целей. В тоже время, кадровая политика — это непосредственная деятельность, направленная на отбор, обучение и продвижение работников в соответствии с заранее сформулированными принципами [6, с. Л. С. Вечер рассматривает кадровую политику в качестве стратегии управления процессом воспроизводства, вырабатываемой в целях рационального использования профессионального потенциала общества, определение приоритетов и основных направлений в работе с кадрами [7, с. 18].
Молодой учёный» . № 8 (403) . Февраль 2022 г.
104
Юриспруденция
Кадровая политика, по мнению ТЮ. Базарова, выступает важнейшей частью стратегически ориентированной политики организации. Она направлена на определение философии, принципов, реализуемых руководством организации в отношении персонала. Цель ее заключается в обеспечении оптимального баланса процессов обновления и сохранения численного и качественного кадрового состава в соответствии с потребностями самой организации, а также с требованиями законодательства и текущим состоянием рынка труда [8, с. Фундаментом кадровой политики выступает установленный баланс между необходимым обновлением управленческих структур и поддержанием стабильности управленческой системы.
На формирование кадровой политики влияют различные внешние факторы (ситуация в социальной сфере научно-тех- нический прогресс основные тенденции экономического развития нормативная среда. На большинство из этих факторов мы не можем повлиять [9, с. Среди наиболее важных внутренних факторов можно выделить цели организации принятый в организации стиль управления наличные ресурсы (при нехватке финансовых ресурсов человеческие ресурсы [10, с. На современном этапе кадровая политика отождествляется некоторыми авторами с заимствованным из менеджмента термином кадровые стратегии [11, с. 10]. Близость рассматриваемых понятий обуславливается тем, что кадровые стратегии определяют перспективные цели и задачи управления персоналом с учетом внешней среды и иных инструментов, используемых для достижения целей и решения задач организации. Это свидетельствует об их фактическом сходстве.
Кадровые стратегии посредством установления единых планов, средств, позволяют достигнуть установленных кадровой политикой управленческих целей. Предопределяясь различными факторами, кадровые стратегии служат реализации кадровой политики и достижения целей организации.
Кадровая политика выступает основой управления персоналом любой современной организации. Ее содержание предопределяется определенными условиями.
Во-первых, ее логическая взаимосвязь со стратегическими целями организации обусловлена достижением результатов управленческой деятельности, что влечет повышенные требования к ее гибкости и практичности под условиями влияния внешних и внутренних факторов.
Во-вторых, концепция кадровой политики устанавливается и разрабатывается высшим руководством организации, а воплощается в практику руководством более низкого уровня и кадровой службой.
В-третьих, реализация кадровой политики профессиональной кадровой службой, которая консультирует, курирует, координирует и осуществляет ее мониторинга в случае необходимости инициирует изменения кадровой политики.
Несмотря на многочисленные исследования кадровой политики, не существует однозначного ее определения. Кадровая политикане может быть одинакова для всех организаций. Однако критерием эффективности кадровой политики признается достижение успеха организацией в стратегической перспективе или его отсутствие.
Кадровая политика в органах государственной власти по своей сути выступает стратегическим ориентиром и базой для управления персоналом государственной службы, направленным на регулирование кадровых отношений и процессов в государственном управлении.
Отсюда главная цель кадровой политики в сфере государственного управления заключается в формировании общей способности кадров государственных служащих к эффективному осуществлению должностных обязанностей, используя профессиональное образование, практические навыки, опыт, профессионально обеспечивать эффективность функционирования и развития государственного аппарата [12, с. Кадровая политикана государственной службе выполняет сходные с кадровой политикой иной организации функции планирование, организация, мотивация и контроль, которым, однако, присущи свои особенности.
Кадровой политике в государственном управлении принадлежит ведущая роль, поскольку на нее возложено обеспечение качественного функционирования органов государственной власти и управления. Она имеет определенные цели своевременное обеспечение организации персоналом соответствующего качества и надлежащего количества обеспечение всех условий, необходимых для реализации прав и обязанностей граждан в соответствии с трудовым законодательством разумное использование и направление кадрового потенциала работников [13, с. С. А. Зуденкова кадровую политику в органах государственного управления исследует сточки зрения привлечения, закрепления и рационального использования высококвалифицированных кадров на должностях государственной службы, направленную на создание адекватных условий для применения служащими профессиональных навыков, связывая с этим эффективное функционирование органов государственной власти [14, с. В современном государственном управлении кадровая политика должна строиться в соответствии с критериями набора, основанными на профессиональных навыках и нравственном развитии служащих, четко соблюдающих границы своего функционала, применяя их во исполнение норм права.
Фундаментальными положениями, принципами построения и регламентации кадровых процессов должны выступать законность, демократичность, профессионализм, нравственность, этичность, обеспечение равного доступа к государственной службе в соответствии с профессиональными качествами служащих.
Литература:
1. Анненков В. И. Государственная служба. Организация управленческой деятельности учебное пособие Анненков В. И,
Барчан Н. НМ КноРус, 2018. — 142 с

“Young Scientist” . # 8 (403) . February 2022
105
Jurisprudence
2. Зимин В. А. Совершенствование политики по развитию кадрового потенциала органов государственной власти Монография Зимин В. А, Пастухова Л. Ш. — Самара, 2015. — 36 с. Смольникова К. С. Сущность и значение кадровой политики в органах управления / К. С. Смольникова // Международный журнал гуманитарных и естественных наук. — 2020. — № 1. — С. 134.
4. Пархимчик Е. П. Кадровая политика организации учебное пособие / Пархимчик Е. П. — Минск ГИУСТ БГУ, 2011. — 128 с. Нечипоренко В. С. Кадровая политика в государственной гражданской службе Монография / Нечипоренко В. С, Шке- лева ТО Саратов, 2017. — 148 с. Александрова НА. Основы кадровой политики и кадрового планирования курс лекций / Александрова НА, Брю- хова О. Ю. — Екатеринбург Изд-во УрГУПС, 2014. — 121 с. Вечер Л. С. Государственная кадровая политика и государственная служба учеб. пособие / Вечер Л. С. — Минск Выш. шк.
2015. — 352 с. Аксенова ЕЛ, Базаров ТЮ, Еремин Б. Л, Малиновский П. В, Малиновская НМ. Управление персоналом учебник для вузов / Под ред. ТЮ. Базарова, Б. Л. Еремина. — М Век, 2017. — 163 с. Знаменский Д. Ю. Кадровая политика и кадровый аудит организации учебник для магистров. Знаменский Д. Ю, Омель- ченко НА Под общей редакцией НА. Омельченко. Москва Издательство Юрайт, 2013. — 368 с. Субочев НС. Государственная служба и кадровая политика учебное пособие / Субочев НС Волгоградская академия государственной службы, е изд, перераб. и доп. — Волгоград, 2018. — 132 с. Пархимчик Е. П. Кадровая политика организации учебное пособие / Пархимчик Е. П. — Минск ГИУСТ БГУ, 2011. — 128 с. Зайцева Т. В. Модель управления человеческими ресурсами организации // Вестник Московского университета. Серия 21. Управление (государство и общество. — 2007. — № 2. — С. 6.
13. Кургаева Ж. Ю. Кадровая политика и кадровый аудит организации учебно-методическое пособие. / Кургаева Ж.Ю — Казань Издательство КНИТУ, 2017. — 96 с. Зуденкова С. А. Кадровая политика государственного органа подходы к формированию. Вестник университета.
2018;(9):17–21. URL: Особенности и проблемы гражданско-правовой ответственности в медицинской сфере
Коваленко Никита Михайлович, студент магистратуры
Северо-Западный институт управления — филиал Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте Российской Федерации г. Санкт-Петербург)
Оказание многих видов медицинских услуг связано с риском причинения вреда жизни и здоровью пациентов. При этом в настоящее время наблюдается сложная ситуация по реализации гражданско-правовой ответственности медицинских организаций и их работников перед пациентами, а именно затруднительным является необходимость учета интересов каждого из вышеперечисленных участников, а также интересов государства. В правовом пространстве имеется пробел в регламентации гражданско-пра-
вовой ответственности в сфере медицинской деятельности. В связи с изложенным, автором предлагаются возможные пути дальнейшего развития правовых отношений в сфере профессиональной ответственности медицинских работников и определен круг прав, обязанностей и пределов ответственности лиц, участвующих в отношениях по оказанию медицинской пÐ
1   ...   7   8   9   10   11   12   13   14   ...   17
Ключевые слова гражданско-правовая ответственность, защита жизни и здоровья, договор страхования, медицинский работник, медицинская организация.
Н
а протяжении всей истории жизнь и здоровье являлись высшими из всех нематериальных благ. Поэтому ив настоящее время здоровье населения является одним из важнейших приоритетов развития страны. Особенно это становится актуальным, когда за благосостоянием нашего здоровья стоит ответственность медицинских учреждений, профессионализм их работников и качественный подход в оказании медицинских услуг.
Говоря об особенностях привлечения к ответственности медицинских учреждений, нужно учесть объективное мнение суда, нашедшее свое отражение в Постановлении Европейского Суда по правам человека от 14.12.2010 г, в котором сказано, что государство должно обеспечить адекватную правовую защиту права в регулятивной системе, особенно обеспечив доступность и предсказуемость закона Федеральный закон Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации [4] в ч. 2 ст. 98 закрепляет положение, согласно которому медицинские работники несут ответственность за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.
Выделяют два вида ответственности договорную и внедого- ворную.
Договорная ответственность предполагается, когда нарушение условий договора на оказание медицинских услуг вы
Молодой учёный» . № 8 (403) . Февраль 2022 г.
106
Юриспруденция
звано невыполнением или ненадлежащим выполнением медицинской организацией своих обязанностей. Ответственность данного вида регулируется нормами Гражданского кодекса РФ [2] (далее — ГК РФ) и Законом О защите прав потребителей. Однако трудно не согласиться стем, что невозможно в полном объеме регулировать данным Законом правовые отношения, которые существенно отличаются друг от друга. Например, гражданско-правовые отношения, возникающие между медицинским учреждением и пациентом, имеют такую специфику, которая заключается в том, что пациент не может оценить качество оказываемых ему медицинских услуги определить основания предъявления претензий к качеству таких услуг. Эту проблему, в случае применения Закона О защите прав потребителей к данным отношениям, отмечают многие правоведы [9, с. Федеральный фонд обязательного медицинского страхования предусматривает в своих Методических рекомендациях досудебный и судебный способы защиты прав пациентов в случае оказания некачественных медицинских услуг [5]. Но этот акт является ведомственными распространяется только на медицинские учреждения, которые входят в систему обязательного медицинского страхования. Для частных лечебно-профи- лактических организаций он не является обязательным.
В 2010 году был предложен законопроект Об обязательном страховании гражданской ответственности медицинских организаций перед пациентами [6], который изначально оказался невыгодным ни государству, ни пациенту, ни медицинской организации. Законопроект содержал положения, которые освобождали государство от финансового обеспечения страховых случаев, перекладывая всю ответственность на учреждения здравоохранения. Размытым казалось содержание статьи 4: запрещается оказание медицинских услуг без страховки, притом, что конкретные санкции за нарушение этого запрета и ссылка на них попросту отсутствуют. Также всякого разумного смысла лишена норма данного законопроекта, которая предполагает, что в случае отказа Комиссии по расследованию в установлении факта наличия страхового случая лица, пострадавшие от не- профессионализма врачей, по взысканию страховщика должны будут для защиты своего права сами оплатить расходы по независимой экспертизе дефектов оказания медицинской помощи.
С другой стороны, в настоящее время требуется усовершенствовать страхование самих работников лечебно-профилакти- ческих учреждений, так каких профессиональные риски достаточно велики. Врачебные ошибки имеют место быть, работа врача все больше становится рискованной в связи с появлением новых патологий, вирусов и неапробированных лекарств против них. Не во всех случаях истории болезней оканчиваются успешно, но далеко не всегда здесь присутствует вина врача. Причиной этому может быть недостаточная изученность сложных заболеваний, фармакологии и других факторов, поэтому страхование профессиональной ответственности необходимо для всесторонней правовой и социальной защиты медицинского персонала.
Исходя из содержания п. 7 ч. 1 ст. 72 Закона Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации, мы знаем, что медицинские и фармацевтические работники имеют право на страхование своей профессиональной ответственности, но это право реализуется крайне редко. К тому же, ввиду отсутствия обязательности в таком страховании, страховые организации могут отказать в заключении подобного договора, опасаясь, что он будет коммерчески невыгодным, так как степень риска наступления страхового случая слишком высока.
Таким образом, мы видим, что проблема реализации граж- данско-правовой ответственности в сфере медицинской деятельности не остается без внимания, однако все попытки по ее решению не доходят до своего оптимального завершения. Поэтому обеспечить надлежащее и качественное оказание услуг медицинского характера возможно путем закрепления на федеральном уровне обязательного страхования гражданско-пра- вовой ответственности врачей и медицинских учреждений. При реализации такого плана размер страховых взносов определялся бы в зависимости от перечня оказываемых услуги от экспертной оценки уровня качества этих услуг.
Кроме того, следует учитывать, что за неправомерное поведение медицинского работника, приведшее к нарушению договорных обязательств, ответственность несет медицинская ор- ганизация-работодатель (ст. 402 ГК РФ [1]). Однако в порядке регресса и согласно трудовому законодательству этаже организация вправе предъявить к медицинскому работнику требования о возмещении денежных средств, выплаченных пострадавшей стороне (пациенту-потребителю).
Внедоговорная ответственность медицинских работников связана с причинением вреда пациенту, являющимся результатом выполнения их профессиональных обязанностей. Этот вред подлежит возмещению самим работником даже вне зависимости от наличия его вины и оттого, состоял ли пациент с ним в договорных отношениях или нет (ст. 1095 ГК РФ. Данный вред может быть следствием некачественного оказания медицинской услуги или недостаточной информации о ней.
Согласимся с авторами, утверждающими, что наличие вины необязательно при решении вопроса о возмещении вреда, причиненного новыми лекарственными препаратами, новыми медицинскими технологиями и проведением медицинских экспериментов, так как они признаются источниками повышенной опасности (ст. 1079 ГК РФ) [8, с. 207]. Если вред явился результатом исполнения медицинским работником своих трудовых обязанностей, то ответственность по его возмещению возлагается на медицинскую организацию (ст. 1068 ГК РФ).
Потерпевший вправе требовать возмещения вреда (в т. ч. морального и причиненные убытки) в полном объеме. Однако в российском законодательстве существует явный пробел, выражающийся в отсутствии нормы, позволяющей четко определить круг прав и обязанностей сторон в сфере оказания медицинской помощи. Выходом из сложившейся ситуации видится введение договорного регулирования правовых отношений в сфере медицинской деятельности путем заключения двухстороннего договора в государственных лечебно-профилакти- ческих учреждениях, точно также, как это делается в частных медицинских организациях. Также эффективным было бы регулирование данных отношений через принятие положения О типовом договоре оказания медицинских услуг, которое бы

“Young Scientist” . # 8 (403) . February определило круг действий как со стороны медицинской организации и ее работника, таки со стороны пациента.
Так как существуют договорные отношения данного типа и отсутствует конкретный закон, регламентирующий все элементы таких отношений, то целесообразно принять закон, аналогичный Закону О защите прав потребителей в сфере оказания медицинских услуг, например, Закон О защите прав пациентов и медицинских работников. В данном нормативно правовом акте следовало бы определить основания возникновения ответственности и освобождения от нее, закрепить необходимость создания в крупных медицинских центрах структурного подразделения, которое состояло бы из высококвалифицированных юристов и врачей-специалистов. Представляется, что такое структурное подразделение должно заниматься защитой прав пациента и медицинского работника, представлять медицинское учреждение в суде, составлять договоры с учетом правовых особенностей данной сферы, контролировать соблюдение правовых норм в деятельности врача, вести статистику в эффективности лечения граждан, а также разрабатывать предложения в области здравоохранения. В число полномочий этого органа целесообразно включить право на выявление профессиональных нарушений законодательства персоналом, а итоговое заключение комиссии, направлялось бы в соответствующие правоохранительные органы.
В будущем законодательство в сфере здравоохранения должно приобрести более четкие рамки разграничения ответственности между медицинским работником и медицинской организацией, а также быть направленным на невозможность отклонения от гражданско-правовой ответственности, защиту от умаления прав граждан на медицинскую помощь, а также на восстановление нарушенных прав. Безусловно, следующим шагом по развитию в этом направлении должно стать введение в России обязательного страхования профессиональной ответственности для работников лечебно-профилактических учреждений, в чьих руках так часто оказываются наши жизнь и здо- ровье.
Литература:
1. Гражданский кодекс Российской Федерации (часть первая) от 30.11.1994 № 51-ФЗ (ред. от 21.12.2021) // Собрание законодательства РФ. 1994. № 32. Ст. 3301.
2. Гражданский кодекс Российской Федерации (часть вторая) от 26.01.1996 № 14-ФЗ (ред. от 01.07.2021, с изм. от 08.07.2021) // Собрание законодательства РФ. 1996. № 5. Ст. 410.
3. Закон РФ от 07.02.1992 № 2300–1 (ред. от 11.06.2021) О защите прав потребителей // Российская газета. 7 апреля 1992 г. Федеральный закон от 21.11.2011 № 323-ФЗ (ред. от 02.07.2021) Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации Собрание законодательства РФ. 2011. № 48. Ст. 6724.
5. Письмо ФФОМС от 05.05.1998 № и О методических рекомендациях Возмещение вреда (ущерба) застрахованным в случае оказания некачественной медицинской помощи в рамках программы обязательного медицинского страхования (вместе с Методическими рекомендациями, утв. ФФОМС 27.04.1998). URL: http://www.consultant.ru (дата обращения. Проект Федерального закона от 2 сентября 2010 г. Об обязательном страховании гражданской ответственности медицинских организаций перед пациентами. URL: http://pravo-med.ru/legislation/fz/4845/ (дата обращения 19.01.2022).
7. Постановление ЕСПЧ от 14.12.2010 по делу «Терновски (Ternovszky) против Венгрии (№ 67545/09). URL: http://www.con- sultant.ru (дата обращения 19.01.2022).
8. Чумакова К. Ю. Договорная ответственность в сфере оказания платных медицинских услуг // Инновационные подходы к правопониманию, правотворчеству и правореализации. Материалы V Всероссийской научно-практической конференции. Казань, 2021. С. 206–208.
9. Яхновец И. Н. К вопросу о гражданско-правовой ответственности в сфере оказания медицинских услуг // Актуальные проблемы борьбы с преступлениями и иными правонарушениями. 2021. № 21–1. С. Правовые основы предоставления социальной помощи гражданам в Российской Федерации
Кожевникова Мария Сергеевна, студент
Челябинский государственный университет
В статье рассмотрены и проанализированы нормативно-правовые акты РФ, субъектов РФ, на основании которых предоставляется социальная помощь гражданам РФ, проанализирована судебная практика по делам о неправомерном отказе в предоставлении мер социальной поддержки, выявлены проблемы предоставления социальной поддержки.
Ключевые понятия социальная помощь, нормативно-правовые акты, законы субъектов РФ, мера социальной поддержки
Молодой учёный» . № 8 (403) . Февраль 2022 г.
108
Юриспруденция
Legal bases of providing social assistance to citizens in Russian Federation
The article examines and analyzes the regulatory legal acts of the Russian Federation, the constituent entities of the Russian Federation, on the
basis of which social assistance is provided to the citizens of the Russian Federation, analyzes the judicial practice in cases of unlawful refusal to
provide social support measures, identifies the problems of providing social support.
Keywords: social assistance, regulatory legal acts, laws of the constituent entities of the Russian Federation, judicial practice, measure of social
support, problems of Актуальность темы статьи заключается в необходимости изучения проблем предоставления социальной помощи гражданам РФ, т. к. бедность — одна из самых острых соци- ально-экономических проблем, стоящих перед человечеством в XXI веке. Этому негативному явлению в той или иной степени подвержены как страны с развитой рыночной экономикой, таки страны, относящиеся к категории развивающихся стран.
В ст. 7 Конституции Российской Федерации страна объявлена государством всеобщего благосостояния. Однако простое провозглашение автоматически не ведет к реальным изменениям уровня жизни населения в России. Важно преодолеть снижение уровня жизни после кризиса с соответствующим увеличением валового внутреннего продукта и повышением эффективности производства, создав тем самым условия, благоприятные для расширения внутреннего спроса, что требует сокращения бедности и сокращение дифференциации доходов населения за счет более заметного акцента на его социальной поддержке, что способствует повышению заработной платы, и обеспечивает эффективный уровень занятости для трудоспособных граждан [2, ст. Правовая база социальной защиты граждан — это взаимосвязанная система нормативных правовых актов и стандартов, которые регулируют организацию и функционирование учреждений социальной защиты и административных органов, регулируют порядок их создания. Нормативными источниками социальной защиты являются нормативные акты и соглашения, содержащие нормы, определяющие порядок, условия ига- рантии реализации социальной защиты граждан. В эту систему входят международные договоры России, конвенции и рекомендации международных организаций, Конституция Российской Федерации, конституции республики уставы других субъектов, законы и постановления, коллективные конвенции и соглашения, трудовые договоры (контракты) [8, с. Социальная помощь — помощь, предоставляемая в денежной или натуральной форме от имени государства или иных субъектов общества в виде добровольных пожертвований, гражданам, находящимся в трудной жизненной ситуации. Социальная помощь предоставляется на основании Федерального закона О государственной социальной помощи от 17.07.1999 № 178-ФЗ.Согласно статье 3 Федерального закона
№ 178-ФЗ государственная социальная помощь возникает для поддержания уровня жизни малообеспеченных семей, а также одиноких малообеспеченных граждан, средний доход надушу населения которых ниже прожиточного минимума целевого использования бюджетных средств предоставления социальной поддержки нуждающимся гражданам создания условий, необходимых для обеспечения всеобщей доступности и социально приемлемого качества социальных услуг уменьшения социального неравенства увеличения доходов населения. Руководствуясь статьей 12 Федерального закона № 178-ФЗ социальная помощь может быть оказана в виде денежных выплат (ежемесячные и единовременные пособия на ребенка, социальные стипендии, пособия на погребения и другие выплаты ив натуральной форме (топливо, продукты питания, одежда, обувь, лекарства и другие) [4, ст. 3, ст. То есть социальная помощь регламентируется Федеральным законом, согласно которому помощь может быть предоставлена в виде выплат денежных средств или в натуральной форме. Предоставление социальной помощи осуществляется на основании нормативного документа, в зависимости от вида полагаемого пособия.
В ходе анализа нормативной базы, установлено, что такими базовыми нормативными документами являются Закон Российской Федерации от 19 апреля 1991 г. N1032–1 О занятости населения в Российской Федерации, который регламентирует правовые, экономические и организационные методы государственной политики, направленные на повышение занятости населения, в том числе социальные гарантии государства в области конституционных прав граждан Российской Федерации на выполнение труда и социальную защиту от безработицы.
Федеральный закон от 17 июля 1999 г. № 178-ФЗ Ого- сударственной социальной помощи, который регламентирует правовые и организационные методы предоставления государством социальной помощи малоимущим семьям, малообеспеченным одиноко проживающим гражданами прочим категориям граждан, которым предусмотрена помощь в соответствии с законом. Федеральный закон регламентирует порядок ведения перечня прав граждан на меры социальной защиты, перечень социальных услуг, положенных в условиях социального обслуживания и социальной помощи, также предоставляет социальные гарантии и пособия, в соответствии с законодательством Российской Федерации, законами и иными нормативными правовыми актами субъектов Российской Федерации, нормативными правовыми актами муниципальных образований.
Федеральный закон от 24 ноября 1995 г. № 181-ФЗ О социальной защите инвалидов в Российской Федерации, который регламентирует государственную политику в сфере социальной защиты инвалидов в Российской Федерации, согласно которой осуществляется обеспечение инвалидов в соблюдении гражданских, экономических, политических и других прав и свобод,

“Young Scientist” . # 8 (403) . February закрепленных в Конституции Российской Федерации, а также в иных нормативно-правовых актах согласно нормам международного права и международных договоров Российской Феде- рации.
Федеральный закон от 12 января 1995 г. № 5-ФЗ О ветеранах, который регламентирует правовые гарантии социальной защиты ветеранов в Российской Федерации для соблюдения условий достойного уровня жизни населения, содействие их активной деятельности, соблюдение почета и уважения в стране.
Федеральный закон от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации, который регламентирует отношения, осуществляемые в области охраны здоровья граждан в Российской Федерации, функции и деятельность государства в соответствии с назначением, и деятельность медицинских организаций.
Федеральный закон от 28 декабря 2013 г. № 442-ФЗ Об основах социального обслуживания граждан в Российской Федерации, который регламентирует осуществление социальных услуг по предоставлению средств реабилитации, осуществлению адресной социальной помощи населению в натуральном или денежном виде, либо предоставлению отдельных видов услуг в соответствии с потребностями граждан.
Также на официальном сайте Министерства труда РФ можно ознакомится со всеми вышеперечисленными норматив- но-правовыми актами, на основании которых предоставляется государством мера социальной поддержки гражданам. Это социальное обслуживание граждан, социальное страхование, социальная защита инвалидов, пожилых, граждан, пострадавших в результате чрезвычайных ситуаций, семей с детьми, граждан, находящихся в трудной жизненной ситуации.
Данные федеральные законы обеспечивают предоставление мер социальной поддержки отдельным категориям граждан в стране (а именно льготным категориям, либо лицам, находящимся в трудной жизненной ситуации, а также регламентируют порядок предоставления социальной помощи. Ноне- смотря на функционирование законодательных актов, которые определяют предоставление социальной помощи гражданам РФ, судебная практика показывает наличие спорных вопросов, возникающих при определении права на социальную помощь.
Так, согласно обзору судебной практики за 2017–2019 гг., рассмотрены дела, связанные с реализацией мер социальной поддержки отдельных категорий граждан [8] поискам инвалидов, законных представителей детей-инвалидов, ветеранов, пенсионеров, иных граждан Российской Федерации, имеющих право на меры социальной поддержки, в отношении федеральных органов исполнительной власти, их территориального образования. Органы субъектов Российской Федерации, осуществляющие полномочия в области здравоохранения, лекарственного обеспечения, социальной защиты населения и социального обслуживания, фармацевтические организации, лечебно-профилактические организации, организации социального обслуживания, специальные государственные фонды, многофункциональные центры и медицинские организации, муниципальные центры оказания услуг по предоставлению средств технической реабилитации, лекарств были ответчиками в судах по вопросам возмещения расходов (убытков) при самостоятельной покупке лекарственных препаратов (изделий медицинского назначения оплаты командировочных расходов до места обработки и возврата возмещения затратна медицинское обследование о признании права на материальную компенсацию затратна образование ребенка-инва- лида; об обязанности заботиться о детях-сиротах и брошенных детях, оставшихся без попечения родителей, мерах социальной поддержки о признании незаконными действий по удержанию сумм ежемесячной денежной компенсации или субсидий, выплачиваемых на оплату жилищно-коммунальных Суды при рассмотрении вышеуказанных исковых требований назвали причины неправомерного отказав оказании социальной помощи по результате неверного применения норм материального права и существенного нарушения норм процессуального права.
Так, при определении социальной помощи гражданам учитываются федеральные законы и законы субъектов РФ. И нередко права граждан в получении социальной помощи ущемляются из-за установления различных оснований предоставления в зависимости от региона. Так, например, при анализе ФЗ О ветеранах и законов субъектов РФ, на основании которых присваивается звание Ветеран труда разные трактовки. Так, постановлением Правительства Челябинской области от 13.12.2010 г. ПО Порядке разработки и утверждения административных регламентов предоставления государственных услуг органами исполнительной власти Челябинской области звание ветеран труда присваивается при наличии страхового стажа, необходимого для пенсии по старости, а в Курганской области Постановлением Администрации (Правительства) Курганской области от 27 марта 2006 года № 73 Об утверждении Положения о порядке и условиях присвоения звания Ветеран труда звание ветеран труда присваивается при наличии страхового стажа и наличия грамоты органов власти субъектов РФ. По сути одна категория лиц, но права название Ветеран труда имеют не все, т. к. законы субъектов РФ разные.
Т. е. проблема правового регулирования предоставления мер социальной поддержки категориям лиц Ветеран труда заключается в разных подходах нормативного регулирования присвоения данного звания.
Аналогичная ситуация с предоставлением единовременного пособия нарождение ребенка гражданам РФ. Так, Законом Челябинской области от 27.10.2005 № 417-ЗО Об областном единовременном пособии при рождении ребенка установлено право на получение пособия при рождении ребенка любому родителю на территории Челябинской области. В Курганской области такое пособие вообще отсутствует.
Т. е. проблема правовой основы предоставления социальной помощи гражданам РФ заключается в неравномерности ее предоставления между гражданами субъектов РФ из-за разрозненной формулировки нормативно-правовых актов на территории регионов. Единство предоставления социальной помощи гражданам должно осуществляться на основании единых федеральных законов. Но также проблема существует из-за недостаточного объема финансовых средств регионов, которые ведут социальную политику в пределах возможного предоставления социальных гарантий гражданам РФ
Молодой учёный»
. № 8 (403) . Февраль 2022 г.
110
Юриспруденция
На основании вышеизложенного можно выделить некоторые направления совершенствования правовой системы предоставления социальной помощи гражданам РФ, как пути решения проблемы разрозненности нормативно-правовых актов:
Во-первых, создать единую систему категорий граждан, имеющих потенциальное право на меру социальной поддержки, которая будет трактовать определенные характеристики достижений лица и оценивать степень необходимости ее предоставления Во-вторых, перераспределить финансовые средства федерального бюджета, направляемые на предоставление мер социальной поддержки в целях противодействия неравномерного присвоения права на такую поддержку граждан, находящихся в одинаковой жизненной ситуации;
В-третьих, исключить правовое дублирование норматив- но-правовых актов РФ и нормативно-правовых актов субъектов РФ. Закон, регламентирующий предоставление мер социальной поддержки и определяющий льготную категорию граждан должен быть один.
Тогда, все права граждан будут соблюдены, и реализация мер социальной поддержки не будет носить разобщенный ха- рактер.
Литература:
1. Гражданский кодекс Российской Федерации (часть первая) от 30.11.1994 № 51-ФЗ // Собрание законодательства РФ.
05.12.1994. № 32. ст. 3301.
2. Конституция Российской Федерации от 12.12.1993 г. // Рос. газ. 1993. 25 декабря, ст. с изм. и доп. Государственная социальная помощь официальный сайт, 2021, http://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_23735, дата обращения 01.09.2021.
4. О государственной социальной помощи, Федеральный закон РФ от 17.071999 № 178-ФЗ, ст. 3, ст. 12.
5. О Порядке разработки и утверждения административных регламентов предоставления государственных услуг органами исполнительной власти Челябинской области, постановление Правительства Челябинской области от 13.12.2010 г. П. Об утверждении Положения о порядке и условиях присвоения звания Ветеран труда, Постановление Администрации Правительства) Курганской области от 27 марта 2006 года № 73.
7. Козлов В. А. Проблемы сравнительного правоведения // Правоведение — Мс. Обзор практики рассмотрения судами дел по спорам, связанным с реализацией мер социальной поддержки отдельных категорий граждан, утвержденный Президиумом Верховного Суда РФ 17.06.2020, официальный сайт 2021, http://www.con- sultant.ru/document/cons_doc_LAW_355203, дата обращения 01.09.2021 9. Определения Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 13 мая 2019 г. КГ, от 6 мая 2019 г. КГ, от 21 октября 2019 г. КГ, от 18 ноября 2019 г. КГ, от 10 сентября
2018 г. КГ, официальный сайт 2021, О некоторых вопросах квалификации кражи
Источник: https://files.student-it.ru/previewfile/239750

Смотрите также:

"Логистическая технология JIT"
«Дизайнерские дети» как профилактика инвалидизации общества
1 Аминокислоты. Белки
1_8ДХафф
1-23
1. Автотрансформаторы, их назначение 1 Автотрансформатор, его история
100 речей, которые изменили мир
1027
1035
11. Самоврядування