Методология анализа глобальных социально-политических феноменов в творчестве Питирима Сорокина
Осипова Надежда Геннадьевна,
д-р соц. наук, профессор,
декан социологического факультета, МГУ им. М.В. Ломоносова, Москва, Россия
Аннотация
В рамках социологического творчества Питирима Сорокина особого внимания заслуживает уникальная методология, с помощью которой этот ученый осуществлял анализ широкомасштабных социальных феноменов, к которым, безусловно, относятся войны и революции. В основе этой методологии лежит анализ «проблемы влияния» какого-либо глобального социального феномена на жизнь общества. В рамках такой чрезвычайно широкой проблемы П. Сорокин выделял несколько важных составляющих ее проблем, а затем по каждой из них представлял обзор накопленных знаний, доказанных положений и имеющихся неопределенностей. В целом анализ П. Сорокина теорий войн и революций свидетельствует о том, что их влияние на общество чрезвычайно сложно, поэтому не может быть точно описано простыми и односторонними формулами. Настоящая теория должна объяснить, когда, почему, при каких условиях и каким образом какой-либо фактор становится действительной причиной войны и почему, при каких условиях он не оказывает влияния. Эту методологию П. Сорокин, в частности, применил к анализу революционных событий в России 1917 г.
Ключевые слова: социологическое творчество Питирима Сорокина; систематизация и критический анализ; теории «одного фактора»; войны и революции; реальные флуктуации и корреляции
METHODOLOGY OF THE analysis OF GLOBAL socio-political PHENOMENA IN PITIRIM sorokin's CREATIVITY
Osipova N. G., питирим сорокин социальный общество
Doctor of Science (Sociology.),
Professor, Dean of Faculty of Sociology at Lomonosov Moscow State University, Moscow, Russia
Abstract. Within the framework of sociological creativity of Pitirim Sorokin, special attention should be paid to the unique methodology by which this scientist carried out the analysis of large-scale social phenomena, including certainly wars and revolutions. The analysis of “an influence issue” of any global social phenomenon on the life of society is the cornerstone of this methodology. Within the framework of such an extensive problem, P. Sorokin singled out several important components of its issues, and then, for each of them, presented an overview of the accumulated knowledge, proven provisions and existing uncertainties. In general, P. Sorokin's analysis of theories of wars and revolutions demonstrates that influences of wars and revolutions on society are complicated. Therefore, they cannot be precisely described by simple and unilateral formulas. True theory should explain when, why, under what conditions, and how any factor becomes the real cause of war and why, under what conditions, etc. it does not affect. P Sorokin, in particular, applied this methodology to the analysis of revolutionary events in Russia in 1917.
Keywords: Sociological creativity of Pitirim Sorokin; systematisation and critical analysis; theories of “one factor”; wars and revolutions; real fluctuations and correlations
Социологическое творчество выдающегося ученого ХХ столетия Питирима Александровича Сорокина отличалось широтой и разнообразием тематики. Это история и предметная область социологической науки, структурирование общества -- социального пространства, нашедшее отражение в концепциях социальной стратификации и социальной мобильности, социокультурные процессы и их динамика.
При этом П. Сорокин всегда делал акцент на том, что социология -- наука объективная, свободная от всякого нормативизма и субъективного психологизма: она изучает социальные явления как «вещи». «Социология изучает явления взаимодействия людей друг с другом, с одной стороны, и явления, возникающие из этого взаимодействия -- с другой. Социология исследует социальную реальность как процесс взаимодействия (человеческих -- Н.О.) особей. Ее задачей является не отражение конкретного мира, а его разложение как совокупности отношений и формальных связей»,-- писал ученый [1, с. 57]. Сам он всегда стремился дистанцироваться от ненаучных подходов, избегать необоснованных тезисов и выводов. То же рекомендовал студентам -- выпускникам Петербургского университета.
«...Первое, что вы должны взять с собой в дорогу,-- это знание, это чистую науку, обязательную для всех, кроме дураков, не лакействующую ни перед кем и не склоняющую покорно голову перед чем бы то ни было; науку точную, как проверенный компас, безошибочно указывающую, где истина и где Заблуждение. Берите ее в максимально большом количестве. Без нее вам не выбраться на широкий путь истории. Но не берите суррогатов науки, тех ловко подделанных под нее псевдознаний, заблуждений, то «буржуазных», то «пролетарских, которые в изобилии преподносят вам тьмы фальсификаторов. Опыт и логика -- вот те реактивы, которые помогут вам отличить одно от другого. Иных судей здесь нет» [2, с. 264-265].
В историю мировой социологии П. Сорокин вошел как создатель интегральной модели общества, разработчик принципиально новых подходов к объяснению различных социальных процессов, как автор множества новых идей, понятий и методов социального познания. Наряду с этим, отличительной особенностью творчества этого социолога стала методология анализа масштабных, а точнее -- глобальных социально-политических феноменов, основанная на систематизации и критическом рассмотрении важнейших теорий, объясняющих их сущность и причины возникновения.
В основе этой методологии лежит анализ «проблемы влияния» какого-либо глобального социального феномена на жизнь общества. Столь широкую, по его мнению, проблему П. Сорокин делил на несколько важных составляющих или подпроблем. По каждой из них ученый представлял обзор накопленных в ее рамках знаний, доказанных положений и имеющихся неопределенностей, а затем пытался вывести корреляции между феноменом, взятым в качестве независимой переменной, и различными аспектами социальной жизни как зависимыми переменными.
В частности, П. Сорокин подверг тщательному анализу с помощью обозначенной методологии феномены войны и революции. Им социолог посвятил специальные труды, однако целесообразно остановиться на тех общих моментах, которые наглядно раскрывают суть используемой им методологии.
Во-первых, этот ученый обосновал решительное отвержение им всех однофакторных теорий «движущих сил» анализируемого феномена. Так, П. Сорокин отмечал, что социологической науке известны многочисленные «однофакторные теории» движущих сил войны. Однако, поскольку данные теории ограничивают свои объяснения простым перечислением факторов и небольшим анализом их значимости, они фактически не являются обоснованными. Действительно, небольшого размышления достаточно, чтобы признать всякую теорию «единого главного фактора» негодной.
«В самом деле, -- писал П. Сорокин, -- если такое простейшее явление, как механическое движение, физика принуждена объяснить, по меньшей мере, двумя условиями -- тяготением и инерцией, то сложнейшие общественные явления, в частности, войну, объяснить путем одного условия, одной причины, дело очевидно невозможное. <...> Мудрено ли потому, что все такие объяснения дают лишь чисто словесный анализ, бесплодный, пустой, напоминающий мне всегда Лесажевского доктора, все болезни лечившего одним лекарством -- водой. Социология единого фактора -- это социология того уровня, на котором когда-то стояла медицина знахарей, лечивших от всяких недугов угольками и нашептыванием. Одного этого соображения достаточно, чтобы опровергнуть всякую теорию причин войны, которая пыталась бы усмотреть эту причину в любом едином факторе» [2, с. 42-43].
П. Сорокин отмечал, что своя «теория факторов», данная в основных чертах в ряде работ П.Л. Лаврова, Н. К. Михайловского и получившая отчетливое и систематическое выражение в трудах В. М. Чернова, есть у народничества. Эта теория резко отличается от теории марксизма тем, что она не отрицает главенствующее значение экономического фактора, но и не пытается объяснять общественные явления исключительно последним. По своему существу она признает множественность факторов. Каждое общественное явление для нее представляет равнодействующую многих сил и условий, совокупности которых оно и обязано своим возникновением. Характерной для нее является и другая черта: то, что само понятие «фактор» она понимает не в смысле какой-то метафизической силы, вызывающей то или иное явление, а в смысле чисто методологическом, рассматривающем любой фактор как величину чисто условную, подобную «независимой переменной» в математике. Причинная связь в этой теории превращается в чисто функциональную связь двух или большего числа явлений.
Таким образом, на взгляд П. Сорокина, совершенно неправомерной является попытка «свести то или иное общественное явление, в особенности такое грандиозное явление, как война, к единой причине. В частности, к экономической, к войне за рынки и мировую гегемонию капиталистического класса той или иной страны» [2, с. 28].
Во-вторых, серьезному критическому анализу П. Сорокин подвергал наиболее популярные объяснительные модели феномена войны в рамках широко известных теоретических построений -- социал-дарвинизма, функционального анализа и особенно марксизма. Так, с целью анализа влияния войны на жизнь общества, с точки зрения функционального подхода, он считал необходимым «рассмотреть войну как независимую переменную и проследить ее функции» [3, с. 179].
Марксистская теория «экономико-империалистического происхождения движущих сил феномена войны» представлялась ученому сомнительной именно потому, что «лица, стоящие на ее почве и орудующие одними и теми же данными, приходят в ряде вопросов к диаметрально противоположным выводам. Не годна теория экономическо-импе-риалистического происхождения войны еще и по тому основанию, в силу которого вообще не годна теория экономического фактора, как и всякая другая «монистическая» доктрина факторов. Сущность всякой «монистической» теории состоит в том, что она пытается свести историю к уравнению с одним неизвестным, объяснить всю пеструю ткань общественных явлений одной или почти одной причиной. Марксизм, в частности, все пытается свести к единому основному экономическому фактору» [2, с. 42].
В-третьих, П. Сорокин детально проанализировал и сгруппировал теории, затрагивающие отдельные переменные данного феномена -- причины и влияние войн на здоровье населения и демографические процессы, последствия войны для экономической, политической и духовной жизни общества, науки и искусства.
Так, согласно П. Сорокину, из всей суммы теорий, связанных с феноменом войны, особенно важными являются те, которые пытаются раскрыть причины возникновения войн. В данной связи он детально проанализировал многочисленные зарубежные теории «возникновения войны» и в их рамках выделил субъективистский и объективистский подходы.
Сторонники первого, субъективистского подхода усматривали движущие силы истории, ее подлинный смысл и содержание в божественном провидении, развитии абсолютного духа, целях и намерениях природы. И в середине ХХ в. западная социология в объяснении проблем мира и войны часто руководствовалась принципами, восходящими к идеалистической философии прошлого. Как и прежде, в поисках движущих сил истории, подлинной сущности человеческого бытия, объективных оснований человеческой деятельности, направленной на достижение вечного мира, она обращалась к «потусторонним сферам», а ее отличительной чертой стало иррационалистическое понимание действующих в обществе и человеке сил и побуждений. Поэтому значительная часть подобной обширной литературы, посвященной феномену войны, представляет собой не более чем эмоционально обусловленные исключительно умозрительные «идеологии» и потому не имеет никакой научной ценности [3, с. 179].
Сторонники второго, объективистского подхода в качестве первопричины войны рассматривали лишь внешние по отношению к феномену войны факторы социального развития--демографический, географический, экономический, политический и т.п. Так, в своей работе «Социологическая интерпретация „борьбы за существование” и социология войны» П. Сорокин блестяще проанализировал сущность социал-дарвинистских теорий, ссылавшихся в объяснении движущих сил войны на «универсальный закон естественного отбора» или на «закон борьбы за существование». В результате он пришел к выводу о том, что фактические исследования делают обсуждаемую теорию «естественного отбора» сомнительной, поскольку остается под вопросом, какая из этих двух негативных селекций (военная или мирная) более вредна и регрессивна. Они лишь хорошо иллюстрируют тот факт, что характер отбора в результате войны гораздо более сложный, чем обычно предполагается. На основе того, что мы теперь знаем об этом, невозможно согласиться ни с теми, кто «проклинает» отбор вследствие войны, ни с теми, кто его «восхваляет». Согласно П. Сорокину, истина находится где-то посередине между этими двумя односторонними подходами.
П. Сорокин, анализируя различные последствия войны, отмечал, что существует огромное число трудов об общих экономических последствиях войны. Однако если говорить о принципиальных последствиях войны для экономической жизни общества, то они сводятся к следующим:
1. Потеря благосостояния (в виде капитала и человеческого материала).
2. Экстраординарное перемещение ценностей от общества к обществу и от группы к группе.
Действительно, как и любое большое предприятие, война требует огромной мобилизации богатства. Более того, война разрушает города, фабрики и другие экономические ценности. Но при этом война всегда является важнейшим фактором в перемещении или перераспределении богатства от группы к группе и от человека к человеку. Однако экономические потери и разрушения, вызванные войной, могут быть восстановлены в экстраординарно короткое время. Объяснения данного факта варьируются, но истина в том, что это происходило многократно. Более того, необычная стимуляция изобретательности нации ради военной победы часто содействовала изобретению нового или поддержанию старого метода производства богатства. Таким образом, война недирективно вложила что- то в экономический прогресс и хотя бы частично компенсировала принесенный ущерб [3, с. 164].
Практически те же теоретико-методологические принципы применялись П. Сорокиным для социологического объяснения причин возникновения революций, которым он посвятил фундаментальную работу «Социология революций» [4].