Так, в поэзии А. Ахматовой одержимость любовью - один из важнейших мотивов. Например, в стихотворении А. Ахматовой "От любви твоей загадочной" лирическая героиня отчетливо осознает свою одержимость возлюбленным, которую она воспринимает как болезнь, сумасшествие ("…От любви твоей загадочной, // Как от боли, в крик кричу, // Стала желтой и припадочной, // Еле ноги волочу…" [1, 138]), и понимает, что только смерть способна навсегда "вынуть" [1, 138] из сердца "проклятый хмель" [1, 138]. В другом ее стихотворении "Угадаешь ты ее не сразу…" любовная одержимость также напрямую связывается с болезненным, смертельно опасным состоянием: "Угадаешь ты ее не сразу // Жуткую и темную заразу, // <…> От которой люди умирают… " [1, 225]. Как видим, в этом стихотворении не только четко перечисляются первые признаки одержимости любовной страстью ("странное веселье" [1, 225], "…печаль такая, // Что нельзя вздохнуть, изнемогая…" [1, 225], "сердце замирает чаще" [1, 225] и др.), но и явно прослеживается взаимосвязь любовной одержимости с понятиями боли, муки, смерти: "…И омоешь пыточною кровью // То, что люди назвали любовью…" [1, 225]. Похожие ноты звучат и в цикле стихотворений "Смятение", и в ряде других произведений А. Ахматовой.
В стихотворении О. Мандельштама "Я наравне с другими" лирический герой знает о своей одержимости, но не в силах бороться с ней: "Тебя не назову я // Ни радость, ни любовь. // На дикую, чужую // Мне подменили кровь…" [7, 80]. Такая любовь для лирического героя кажется неправильной, преступной: "И, словно преступленье, // Меня к тебе влечет…" [7, 80].
В стихотворении Н. Гумилева "Это было не раз" одержимость любовью - это "любовь-война": "…Это было не раз, это будет не раз // В нашей битве глухой и упорной: // Как всегда, от меня ты теперь отреклась, // Завтра, знаю, вернёшься покорной…" [5, 108].
В поэзии футуризма мы так же обнаруживаем и одержимость любовной страстью, и одержимость идеей патриотизма.
Так, в стихотворении В. Маяковского "Лиличка!" лирический герой не представляет жизни без своей возлюбленной: "…Кроме любви твоей, // Мне // Нету солнца…" [8, 88]. Он понимает, что героиня легко забудет его ("…Завтра забудешь, // Что тебя короновал, // Что душу цветущую любовью выжег…" [8, 88]), но не может не одарить ее своей любовью в час прощания: "…Дай хоть // Последней нежностью выстелить // Твой уходящий шаг…" [8, 88]. Снова мы видим характерные черты любовной одержимости: хотя герой осознает разрушительность и болезненность своего чувства, но все-равно на все готов ради свой возлюбленной.
Очень значимым мотив одержимости любовной страстью оказывается в поэзии И. Северянина. Например, в стихотворении "Очам твоей души" лирический герой, одержимый роковым чувством буквально жаждет все новую и новую боль: "Твоей души очам - видений страшных клиры... // Казни меня! Пытай! Замучай! Задуши!.." [11, 71]. Здесь явно заметна связь мотива любовной одержимости с понятиями "муки", "боли", "пытки". В стихотворении "Твои поцелуи" лирический герой не только осознает свою одержимость чувством, но и смиряется с ней: "…Для самоубийцы пленителен гроб…" [11, 213]. Перед нами разрушительное, смертельно опасное чувство, с которым герой не только не может, но и не хочет бороться. Подобное осмысление мотива одержимости любовной страстью встречается и в таких его стихотворениях, как: "В грехе - забвенье", "В березовом коттэдже", "Гармония контрастов", "Никчемная" и др.
Не менее полно проявляется в поэзии футуристов и мотив одержимости идеей патриотизма. Так, в стихотворении В. Маяковского "Ода революции" любовь лирического героя к революции, к революционной России по своей сути есть одержимость. Перед нами "любовь-ненависть". Здесь одновременно присутствует и воспевание революции, и слова проклятия в ее адрес: "…Тебе обывательское // - О, будь ты проклята трижды! - // И мое, // Поэтово // - О, четырежды славься, благословенная!.." [8, 105].
Подобную интерпретацию одержимости любовью к Родине мы встречаем и в стихотворении И. Северянина "Моя Россия". Одержимость любовью к Родине для Северянина это та же "любовь-ненависть": "…Бывают дни: я ненавижу // Свою отчизну - мать свою. // Бывают дни: ее нет ближе, // Всем существом ее пою…" [11, 268].
Одержимость любовной страстью достаточно хорошо представлена и в поэзии имажинизма.
Так, в стихотворении С. Есенина "Сыпь, гармоника! Скука... Скука..." одержимость лирического героя любовной страстью проявляется в первую очередь в противоречивом отношении к объекту любви. Стихотворение последовательно отражает весь механизм одержимости. Мысленно мы даже можем разделить его на две части: момент "ненависти" к возлюбленной ("В огород бы тебя, на чучело, // Пугать ворон. // До печенок меня замучила // Со всех сторон…" [6, 129]) и момент "любви" ("Дорогая... я плачу... Прости... Прости..." [6, 129]). На одержимость героя нам так же указывают и быстрая смена настроения, и использование нецензурной лексики ("…Пей, выдра!. Пей!...", "Иди к чертям…" [6, 129]). Похожую интерпретацию мотива любовной одержимости мы видим и в его стихотворении "Пой же, пой. На проклятой гитаре…".
В стихотворении В. Шершеневича "Пляска" герой осознает свое чувство как "мучительный танец" [16] двух сердец "меж могил" [16]. Здесь любовной чувство опять же соотносится с концептами "боли", "муки, "смерти".
Подобную картину любовной одержимости мы наблюдаем в творчестве Р. Ивнева.
В поэзии акмеизма также встречается и мотив одержимости идеей патриотизма. Например, в стихотворении В. Шершеневича "Прощай!" одержимость любовью к Родине практически приравнивается к одержимости любовью к женщине: "…Ты изменила, как жена // Ну что ж, язви, хули, злорадствуй, // О нищая моя страна // Неисчислимого богатства!.." [16].
В серебряном веке было множество поэтов, которых литературоведы не могут отнести к какому-либо конкретному направлению. Их имена обычно ставят особняком. Интерпретация мотива одержимости в их творчестве чаще всего близка к модернистскому ее осмыслению.
В частности, в поэзии М. Цветаевой мотив любовной одержимости представлен крайне разнообразно. Так, в стихотворении "Молодую рощу шумную" мы видим картину любви-войны: "…Все мерещатся мне дивные // Темных глаз твоих круги. // - Мы с тобою - неразрывные, // Неразрывные враги…" [15, 154]. В стихотворном цикле "Федра" мифическая героиня не может уйти от недозволенного, запретного чувства к своему пасынку: "Ипполит! Ипполит! Болит! // Опаляет... В жару ланиты... // Что за ужас жестокий скрыт // В этом имени Ипполита!.." [15, 375]. Одержимость любовной страстью встречается так же и в стихотворениях: "Не любовь, а лихорадка", "Так из дому, гонимая тоской…" и в некоторых других стихотворениях М. Цветаевой.
Подобная интерпретация мотива одержимости встречается в поэзии М. Волошина, И. Бунина и др.
Таким образом, в русской поэзии Серебряного века мотив одержимости любовной страстью занимает совершенно особое место. Являясь одним из центральных мотивов в творчестве авторов этого периода, мотив любовной одержимости имеет следующие воплощения:
· Мотив одержимости любовной страстью
· Мотив одержимость идеей патриотизма
В свою очередь одержимость любовной страстью имеет в русской поэзии Серебряного века ряд собственных модификаций связанных, прежде всего, с самой сущностью такой одержимости как особой вариации любовного чувства. Так, мы можем выделить следующие разновидности мотива любовной страсти в русской поэзии Серебряного века:
· Любовь - игра.
· Любовь - война, вражда.
· Любовь - боль, пытка, мука, смерть.
· Любовь - болезнь, безумие, сумасшествие.
· Любовь - неволя, замкнутый круг.
· Любовь - ненависть.
· Любовь - проклятие, роковая любовь.
· Неправильная, запретная любовь (грешная, преступная, унизительная и т.д.).
В целом получается, что мотив любовной одержимости, обретая в творчестве русских поэтов Серебряного века все новые и новые значения, превращается в универсальный символ целого ряда явлений, действий и понятий. Немаловажно, что с одной стороны, этот мотив продолжает воплощать в себе целый ряд разнородных значений, а с другой - явственно ощущается в нем не только взаимосвязь с социокультурной обстановкой, сложившейся в России в эпоху Серебряного века, но и специфическое, индивидуально-авторское наполнение.
В данной статье не удалось охватить все семантические грани мотива любовной одержимости. К тому же было рассмотрено его воплощение исключительно в поэзии Серебряного века, что предоставляет возможности для дальнейшего изучения эволюции данного мотива на материалах русской поэзии и культуры. Неизученным осталось и лингвистическое воплощение мотива любовной одержимости в русской поэзии. Таким образом, наиболее перспективной сферой изучения мотива любовной одержимости в русской поэзии можно считать его сравнительное исследование в контексте различных эпох и подключение к его анализу знаний из области культурологии, психологии и филологии измененных состояний сознания - новейшей дисциплины, изучающей устное и письменное воспроизведение речи человека, находящегося в состоянии измененного сознания, к которым, по сути, и относится любовная одержимость.
любовная одержимость серебряный век
Литература
1. Ахматова А. Сочинения. В 2 т. Т.1 / А. Ахматова; сост. и подгот. текста М. М. Кралина. - М.: Правда, 1990. - 447 с.
2. Блок А. Стихотворения и поэмы / А. Блок. - М.: Эксмо, 2005. - 576 с.
3. Брюсов В.Я. Сочинения в 2 т. Т 1. Стихотворения и поэмы / В.Я. Брюсов; сост., вступ. статья и коммент. А. Козловского. - М.: Худож. лит., 1987. - 575 с.
4. Бальмонт К. Стихотворения [Электронный ресурс]: / К. Бальмонт. -Режим доступа: http://www.litera.ru/stixiya/authors/ balmont.html.
5. Гумилев Н. Сочинения. В 3 т. Т. 1 Стихотворения. Поэмы / Н. Гумилев; вступ. ст., сост., примеч. Н. Богомолова. - М.: Худож. лит., 1991. - 590 с.
6. Есенин С.А. Собрание сочинений: в 2 т. / С. А. Есенин; сост., вступ. ст., коммент. Ю.Л. Прокушева. - М.: Сов. Россия: Современник, 1991.
7. Мандельштам О. Э. Четвертая проза. / О. Э. Мандельштам - М.: Эксмо, 2007. - 640 с.
8. Маяковский В.В. Избранные сочинения. В 2 т. Т.1. / Маяковский В.В.; сост., вступ. ст., примеч. А. Ушаков. - М.: Худож. Лит., 1982. - 543 с.
9. Мережковский Д.С. Собрание сочинений. В 4 т. Т.4. / Мережковский Д.С; сост. и общ. ред. Н. Михайлова. - М.: Правда, 1990. - 672 с.
10. Пушкарев Е. Типы любви и ее болезненные подобия [Электронный ресурс]: / Е. Пушкарев // Московский психологический журнал. - 2004. - №9. - Режим доступа: URL: http://magazine.mospsy.ru/ nomer9/s10.shtml.
11. Северянин И. Избранное / И. Северянин; сост., вступ. ст., примеч. М.А. Шаповалова. - М.: Люмош, 1995. - 400 с.
12. Сологуб Ф. [Электронный ресурс]: / Ф. Сологуб. - Электрон дан. - Режим доступа: http://www.litera.ru/stixiya/authors/sologub.html.
13. Фанатизм [Электронный ресурс]: / Википедия. Свободная энциклопедия. - Режим доступа: URL: http://ru.wikipedia.org/wiki/%D 4%E0%ED%E0%F2%E8%E7%EC
14. Ходасевич Вл. Некрополь и другие воспоминания / Вл. Ходасевич. - М.: Мир искусства, 1992. - 280 с.
15. Цветаева М. И. Стихотворения. Поэмы / М. И. Цветаева; вступ. ст., сост. и коммент. А. А. Саакянц. - М.: РИПОЛ классик, 2005. - 864 с.
16. Шершеневич В. Стихотворения [Электронный ресурс]: / В. Шершеневич. - Режим доступа: URL: http://www.litera.ru/stixiya/ authors/shershenevich.html.