При сочетании твердого согласного с последующим й наблюдается явление двойной (прогрессивно-регрессивной) ассимиляции: сначала происходит смягчение согласным й предыдущего согласного, а затем - уподобление мягким согласным последующего й: сч. нч. кал 'л' ос (< кал' йос < калйос) `завязки; шнурки'; сч. нч. с'ин'н'ос (< с'ин'йос < с'инйос) `глаза'; сч. нч. пыд'дос (< пыд'йос < пыдйос) `ноги'; сч. нч. тол л а (< тол йа < толйа) `по зиме'.
В верхнечепецких говорах, как отмечает в одной из своих работ А.А. Алашеева [1. С. 10], ассимиляция й в указанных случаях не наблюдается. Однако во время экспедиций к кезским удмуртам в 2003-2009 гг. практически во всех обследованных говорах нами зафиксированы примеры ассимилятивных изменений, происходящих в русских заимствованиях: плат'т'а (< платье) `платье', л'ин'н'а (< л' ин' ийа) `линия', пэчэн' н 'а (< пэчэн' йэ) `печенье', ил 'л 'а (< ил' йа) `Илья'. В отдельных населенных пунктах, территориально отдаленных друг от друга, в частности, в дд. Фокай, Уди, Юрук, Удмурт Зязьгор, в селах Полом, Кабалуд, выявлены также единичные примеры, когда ассимилятивные процессы отмечаются и в словах исконного происхождения, а также в заимствованиях из других языков: Уд. Юр. йэгит'т'ос (< йэгитйос) `парни; молодежь'; Пол. Уд. Фок. Юр. од'д'аны (< одйаны) `надумать, затеять'; Уд. УЗяз. лыд'д'ас'кыны (< лыдйас'кыны) `считать'; Фок. уд'д'аны (<удйаны) `угощать спиртным; подавать спиртное'; Пол. Фок. искал 'л' ос (< искалйос) `коровы'.
В среднечепецком и нижнечепецком диалектах в большей степени й подвергается ассимиляции после палатальных согласных, в позиции же после твердых согласных он может выступать с отступлениями и произноситься двояко: сч. нч. пуртйос ~ пурт'т'ос `ножи'; сч. нч. лудйос ~ луд'д'ос `поля'; сч. нч. валйос ~ вал 'л' ос `лошади'. Это свидетельствует о том, что в указанных диалектах процесс ассимиляции й предшествующими твердыми согласными не завершился.
В фольклорно-диалектологических материалах Ю. Вихманна, зафиксировавшего речь удмуртов среднечепецкого ареала в конце XIX в., нами выявлен лишь один пример ассимиляции й суффикса мн. числа предшествующим мягким согласным: suannos [35. С. 8] `участники свадьбы со стороны жениха'. Во всех остальных случаях не только перед твердым, но даже перед палатальным согласным уподобление й не наблюдается. Из этого можно предположить, что процесс ассимиляции й в нижнечепецком и среднечепецком диалектах начался не так давно и продолжает развиваться в настоящее время. Что касается уподобления й перед предыдущим твердым согласным - это явление более позднее, появившееся под влиянием форм, в которых й уподобляется конечному мягкому согласному основы.
Ассимиляция й предшествующему согласному характерна также для бесермянского наречия [32. С. 151; 21. С. 65-66], средневосточных говоров [6. С. 272], отдельных южных и периферийноюжных говоров, в частности, бавлинского [28. С. 122-125], шошминского, кукморского [18. С. 103-105]. Уподобление й предыдущим мягким согласным наблюдается и во многих коми-зырянских и коми- пермяцких диалектах [5. С. 53].
Ассимиляция по глухости и звонкости
Явления регрессивной ассимиляции по глухости в синхронном аспекте в северноудмуртских диалектах отмечаются в следующих случаях:
1) перед словоизменительным суффиксом -тэк каритива имен существительных и в деепричастиях, образованных при помощи суффикса -тэк: сев. чаг `лучина' - чактэк `без лучины'; сев. курэг `курица' - курэктэк `без курицы'; сев. палэз' `рябина' - палэс'тэк `без рябины'; сев. пыжыны `печь, запекать' - сев. пыштэк `не запекая'; сев. цогыны `отрубить, отсечь, отрезать' - сев. цоктэк `не отрубая, не отсекая, не отрезая';
2) в прилагательных и других отыменных образованиях, выступающих с отрицательным аффиксом -тэм: сев. уж `работа, дело' -уштэм `безработный; гуляка'; сев. виз' `ум' - вис'тэм `бестолковый, глупый; дурак';
3) перед суффиксом -т- глаголов понудительного залога: сев. выдыны `ложиться; лечь' - выттытыны `заставить (вынудить) лечь, ложиться'; сев. тубыны `подняться' - туптытыны `заставить (вынудить) подняться';
4) в ряде сложных слов, когда конечный звонкий согласный первого компонента под влиянием последующего начального глухого согласного второго компонента ассимилируется последнему: сев. эмэс'пу `куст малины' - эмэз' `малина' и пу `дерево'; сч.: пыттыш `пятка' - пыд `нога' и тыш `тыльная часть, тупая сторона'.
Озвончение предшествующего глухого согласного под влиянием последующего звонкого согласного в основном наблюдается в прилагательных и наречиях с глухими конечными согласными основ перед суффиксами сравнительной степени -гэс, -гэм: сев. пэрэс' `старый; старик' - пэрэз'гэс ~ пэрэз'гэм `более старый'; сч. нч. зок `большой; старший' - зоггэс ~ зоггэм `больше; старше'; сев. пос' `горячий, жаркий' - поз'гэс ~ поз'гэм `более горячий, более жаркий'.
Нерегулярные фонетические явления
Кроме перечисленных выше фонетических явлений, в северноудмуртских диалектах имеются нерегулярные, охватывающие лишь небольшой круг слов и/или присущие только отдельным группам исследуемых диалектов. Рассмотрим некоторые из них.
1. В среднечепецком и нижнечепецком диалектах в речи диалектоносителей пожилого и преклонного возраста отмечается появление протетического звука у перед вопросительной частицей -а `ли', если слово оканчивается на гласный: сч. нч. вэтти-ды-уа? `ходили ли вы?'; сч. нч. пото-уа? `выйду ли?'; сч. нч. тайэ-уа? `это ли?'; сч. нч. аскы-уа? 'завтра ли'; сч. нч. бас'тод н'и-уа? `возьмешь ли уже?'. В настоящее время данная диалектная черта является неустойчивой, так как характеризуется нерегулярностью употребления даже в речи диалектоносителей старшего поколения.
Подобное явление отмечается в языке бесермян [32. С. 239] и среднечепецких удмуртов [10. С. 176; 12. С. 60]. Помимо этого, оно характерно для лолошур-возжинского куста граховских говоров (по сведениям М.Г. Атаманова - К. Л.). Мы полагаем, что в нижнечепецком и среднечепецком диалектах эта особенность возникла под влиянием языка бесермян.
2. В среднечепецком, нижнечепецком диалектах, в кезском говоре верхнечепецкого диалекта, также в северной части собственно дебёсского говора (тольёнский, турнесский кусты) составные звуки аффрикаты ч (т с) в звукосочетании тч, встречающегося в нескольких наречиях, под влиянием твердого согласного т веляризуются и образуют звук тс, близкий русскому ц: сч. нч. вч.: кез. деб. (Бер. Тол. Турн. УЛем) таццы (ср. лит. татчы [таччы]) `сюда'; сч. нч. вч.: кез. деб. (Бер. Тол. Турн. УЛем) оццы (ср. лит. отчы [оччы]) `туда'; сч. нч. вч.: кез. деб. (Бер. Тол. Турн. УЛем) кыццы (ср. лит. кытчы [кыччы]) `куда'. Данная особенность имеет место в завятских, некоторых срединных и южных говорах, в частности, в речи удмуртов Завьяловского, Малопургинского, частично Алнашского р-нов, в говорах д. Байтуганово Граховского р-на, д. Удмуртский Сарамак Кизнерского р-на.
В отличие от этого, в зуринском говоре и большей части дебёсского говора (котеговский, сюро- вайский, такагуртский, тыловайский кусты) верхнечепецкого диалекта согласный т под влиянием мягкой аффрикаты ч, наоборот, смягчается и ассимилируется последнему, образуя двойной ч: зур. деб. (Котег. НТыл. Нюр. СКыч. Сюр. Так. Тыл.) таччы, деб. (Ар. ЗМед. Лес.) таццы ~ таччы (ср. лит. татчы [таччы]) `сюда'; зур. деб. (Котег. НТыл. Нюр. СКыч. Сюр. Так. Тыл.) оччы, деб. (Ар. ЗМед. Лес.) оццы ~ оччы (ср. лит. отчы [оччы]) `туда'; зур. деб. (Котег. НТыл. Нюр. СКыч. Сюр. Так. Тыл.) кыччы, деб. (Ар. ЗМед. Лес.) кыццы ~ кыччы (ср. лит. кытчы [кыччы]) `куда'. Подобное употребление указанных слов имеет место в смежных средневосточных и северо-западных срединных говорах.
3. Аналогичное явление обнаруживается в глагольных формах со звукосочетанием тч, но в этом случае наблюдается веляризация звуков аффрикаты ч только в нижнечепецком диалекте и яр- ском и юкаменском говорах среднечепецкого диалекта, а в верхнечепецком диалекте, также в глазов- ском и балезинском говорах среднечепецкого диалекта происходит регрессивная ассимиляция и произношение совпадает с литературным вариантом: нч. тэцца `прыгает, скачет', сч.: яр. юк. тэцца // вч. сч.: гл. бал. тэчча (ср. лит. тэтча [тэчча]) `прыгает, скачет; пляшет'; нч. сч.: яр. юк. куцца // вч. сч.: гл. бал. кучча (ср. лит. кутча [кучча]) `обувает'.
4. В нижнечепецком диалекте, также в ярском и юкаменском говорах среднечепецкого диалекта в буквосочетании дз, встречающемся в небольшом количестве глагольных форм, аффриката з после звонкого смычного согласного д переходит во фрикативный з, т. е. происходит веляризация аффрикаты: нч. сч.: яр. юк. адзэ (ср. лит. адзе [аззэ]) `видит'; нч. сч.: яр. юк. кудзо (ср. лит. кудзо [куззо]) `опьянею'; нч. сч.: яр. юк. курадзиз (ср. лит. курадзиз [кураззиз]) `(он) мучался, страдал'; нч.: сл. мэдзас'кыны (ср. мэдзас'кыны [мэззас'кыны]) `наняться, наниматься'. В отличие от этого, в верхнечепецком диалекте, также в глазовском и балезинском говорах среднечепецкого диалекта, как и в большинстве удмуртских диалектов, в сочетании дз происходит полная регрессивная ассимиляция по месту и способу образования: вч. сч.: гл. бал. аззэ (< адзэ) `видит'; вч. сч.: гл. бал. куззо (< кудзо) `(я) опьянею; пьянеют '; вч. сч.: гл. бал. кураззиз (< курадзиз) `(он) мучался, страдал'.
В нижнечепецких говорах подобный процесс наблюдается также в некоторых словах в сочетании лз, где инлаутная палатальная аффриката з подвергается деаффрикатизации и замещается фрикативным з: нч. лулзыны // сч. вч. лулзыны `вздохнуть; перевести дыхание'; нч. гылзыны // сч. вч. гылзыны `скользить'; нч. улзытыны // сч. вч. улзытыны `ожививить'; нч. колзо // сч. вч. колзо `тесто'.
5. Для косинского говора нижнечепецкого диалекта характерно упрощение инлаутного сочетания согласных типа -рСС (> -рС-), например: кос. кэртыны (< кэрттыны) `вязать'; кос. мэртыны (< мэрттыны) `садить, посадить'; кос. йуртыны (< йурттыны) `помочь, помогать, оказывать помощь'; кос. быртыны (< бырттыны) `засунуть, затолкать'; кос. сэртыны (< сэрттыны) `развязать, распутать; разобрать'; кос. вэртаны (< вэрттаны) `качать (в колыбели)'; кос. урчыны, (Сиб.) урчины (<уртчыны) `литься через край, бежать (при кипении)'; кос. (Сиб.)урлы (<урдлы) `ребро'.
Данная черта не присуща другим северноудмуртским диалектам, но она наблюдается в некоторых южных говорах, в частности, в кукморском, шошминском [18. С. 108-109], отчасти красноуфимском [25. С. 1978: 121, 122, 131, 136, 143, 149], также в бесермянском наречии [32. С. 161; 18. С. 108109; 21. С. 64-65]. Вполне возможно, что явление упрощения инлаутного сочетания согласных может представлять в указанных диалектах сохранение древних черт удмуртского языка или вызвано взаимовлиянием одного диалекта с другим в результате миграции их носителей.
6. Специфику косинского говора нижнечепецкого диалекта составляет спорадическое употребление в вместо неслогового у после к в позиции перед гласными а и и: кос. кват' (< куат') `шесть'; кос. квамын (< куамын) `тридцать'; кос. квара (< куара) `звук, голос'; кос. квин' (< куин') `три'. В прошлом это явление в нижнечепецком ареале, по-видимому, имело более широкое распространение. В частности, оно отмечалось и в слободском говоре, о чем свидетельствуют материалы Т.И. Теп- ляшиной [31. С. 163]. В современном слободском говоре, согласно нашим полевым данным, после глухого согласного к перед гласными а и и систематически выступает неслоговой у, например: сл. куат' `шесть'; сл. куара `звук, голос'; сл. куин' `три'.
Спорадически данное явление встречается также в речи некоторой части носителей дебёсского говора, в основном людей пожилого возраста. Из других удмуртских диалектов оно зафиксировано в отдельных срединных говорах [18. С. 85].
7. В функционировании аффрикат некоторую специфику проявляет дебёсский говор верхнече- пецкого диалекта. В частности, в тыловайском подговоре как остаточное явление в речи диалектоно- сителей старшего возраста отмечается спорадическое произношение первичных аффрикат з и л в ин- и ауслаутной позициях, которые в говорах северной и центральной части Дебёсского р-на (собственно дебёсский подговор), как и в других северноудмуртских диалектах, заменились соответ - ствующими щелевыми согласными з' и ж, например: тыл. (НТыл. СКыч. Так. Тыл.) тазы ~ таз'(ы) // соб.деб. (Ар. Бер. Котег. Сюр. Тур. ЗМед.) сч. вч.: кез. нч. таз'(ы) `так, таким образом'; тыл. (НТыл. СКыч. Так. Тыл.) кызы ~ кыз' ы // соб.деб. (Ар. Бер. Котег. Сюр. Турн. ЗМед.) сч. вч.: кез. нч. кыз' ы `как, каким образом'; тыл. (НТыл. СКыч. Так. Тыл.) бэриз ~ бэриз' // соб.деб. (Ар. Бер. Котег. Сюр.
Турн. ЗМед.) сч. вч.: кез. нч. бэриз' `липа'; тыл. (НТыл. СКыч. Так. Тыл.) толиз ~ толиз' // соб.деб. (Ар. Бер. Котег. Сюр. Турн. ЗМед.) сч. вч.: кез. нч. толиз' `месяц; луна'; тыл. (НТыл. СКыч. Так. Тыл.)ул ~уж// соб.деб. (Ар. Бер. Котег. Сюр. Турн. ЗМед.) сч. вч.: кез. нч. уж `работа'; тыл. (НТыл. СКыч. Так. Тыл.) вылы ~ выжы // соб.деб. (Ар. Бер. Котег. Сюр. Турн. ЗМед.) сч. вч.: кез. нч. выжы `корень' и др. Отметим, что аффрикативное произношение подобных слов характерно для смежных средневосточных говоров [7. С. 14] и большинства срединных говоров.
8. В слободском говоре нижнечепецкого диалекта наблюдаются единичные случаи выпадения начального й: сл. эгит (< йэгит) `молодой'; сл. эгит'т'ос (< йэгитйос) `молодежь; парни'; сл. этин (< йэтин) `лён'. В косинском говоре, как и в верхнечепецком диалекте, в указанных лексемах первичный й сохраняется. В отличие от этого, в ареале распространения среднечепецкого диалекта отмечается смешанное употребление этих форм: эгит ~ йэгит `молодой', эгит'т'ос ~ йэгит'т'ос `молодежь; парни', этин ~ йэтин `лён'.
9. Носителям нижнечепецкого диалекта свойственно произношение в русских заимствованиях твердой аффрикаты ц на месте палатального ч других удмуртских диалектов: нч. уцасток < рус. участок; нч. цай < рус. чай; нч. наца-л'ник < рус. начальник; нч. цас < рус. час; нч. цут' < рус. чуть; нч. внуцка < рус. внучка; нч. цэты-рэ < рус. четыре; нч. цан < рус. чан; нч. цэмодан < рус. чемодан; нч. ца-га < рус. чага; нч. пэцат' < рус. печать; нч. цэрэпа-ха < рус. черепаха и др. Употребление в указанном диалекте велярной аффрикаты ц вместо мягкой ч объясняется особенностями воздействия местных русских говоров. В севернорусских говорах, как отмечают исследователи, типичным является произношение твердого ч [13. С. 35; 26. С. 39]. Аналогичное явление отмечается в детских говорах лузско-летского диалекта, удорском и ижемском диалектах коми-зырянского языка [27. С. 19].