Упомянутые 100 тыс. руб. -- это сумма, которую Суменсон не смогла отправить в Швецию, поскольку Временное правительство ввело ограничения на перечисление рублей за границу, говоря современным языком -- валютный контроль. Любопытная деталь: МакМекин не обратил внимания на то, что телеграмма адресована не Якову Фюрстенбергу (Ганецкому), а его жене Гизе. Более дотошный историк Ляндрес заметил, что окончание телеграммы имеет весьма личный характер, и в примечании к телеграмме предположил, что телеграмма послана самим Ганецким с места работы Козловского. Эти детали нас, конечно, не интересуют, но очевидно, что никакого подтверждения о переводе миллионов марок в Россию МакМекин не приводит.
Американский историк вынужден признать, что подтвердить получение большевиками германских денег сложно, поскольку якобы после 1917 года документы были уничтожены советским правительством. Более того, по его словам, Ленин не запачкал руки (kepthishandsclean) и признал только получение 2 тыс. руб. [Ленин, 1970]. Но это не мешает объяснить успех большевиков тем, что «у Ленина был козырь: германские деньги» [McMeekin, 2017. P. 152].
Сумму германских денег, полученных большевиками, МакМекин определяет следующим образом. Он приводит показания следственной комиссии медсестры Шеляховской, по словам которой, некий человек за участие в июльском восстании в Петрограде в 1917 году получал от большевиков по 40 руб. в день [Следственное дело.., 2012. Кн. 1. С. 341]. Дальше производится простой расчет. Восстание продолжалось два дня, на стороне большевиков, как считает историк, было не меньше 10 тыс. чел., следовательно, ЦК большевиков потратил на восстание около 1 млн руб., иначе говоря, около 500 тыс. долл. в 1917 году, или 50 млн долл. в наше время [McMeekin, 2017. P. 188]. Если бы не политизированность темы, такие «научные» расчеты просто скомпрометировали бы историка Строго говоря, 40 х 2 х 10 000 = 800 000, а не 1 000 000. Округления в оценках возможны, но добавка в 25% -- еще одно свидетельство большого желания обвинить большевиков при отсут-ствии реальных аргументов. Более того, об июльском восстании есть масса документов, мемуаров и исследований. Насколько мне известно, показания Шеляховской -- единственное упоминание того, что за участие в восстании кто-то якобы получал деньги..
Кейс 3. Когда в конце 1980-х годов у исследователей появился доступ к партийным документам, в нескольких изданиях был опубликован следующий документ, найденный в партийном архиве.
Народный Комиссар по Иностранным Делам (совершенно секретно)
Петроград, 16 ноября 1917 г.
Председателю Совета Народных Комиссаров.
Согласно резолюции, принятой на совещании народных комиссаров тт. Лениным, Троцким, Подвойским, Дыбенко и Володарским, мы произвели следующее:
1. В архиве министерства юстиции из дела об «измене» тт. Ленина, Зиновьева, Козловского, Коллонтай и др. изъят приказ германского императорского банка за № 7433 от 2-го марта 1917 года об отпуске денег тт. Ленину, Зиновьеву, Каменеву, Троцкому, Суменсон, Козловскому и др. за пропаганду мира в России.
2. Проверены все книги банка Ниа в Стокгольме, заключающие счета тт. Ленина, Троцкого, Зиновьева и др., открытые по ордеру Германского Императорского банка за № 2754. Книги эти переданы тов. Мюллеру, командированному из Берлина.
Уполномоченные Народного Комиссара по Иностранным Делам
Е. Поливанов, Ф. Залкинд РЦХИДНИ, ф. 2, оп. 2, д. 226, л. 1-5. В настоящее время документ находится в РГАСПИ..
Опубликовавший этот документ Анатолий Латышев с удовлетворением утверждал: «Я выявил стопроцентное доказательство получения большевиками во главе с Лениным немецких денег. Это -- тот факт, что документ, идентичный давно известному документу из числа собранных Сиссоном и опубликованных в США, -- хранится в ленинском “секретном фонде” с пометкой вождя... Доказательность этого документа не меньше, чем если бы была найдена заверенная нотариусом расписка вождя в получении немецких денег» [Латышев, 1996. С. 94-95]. В сокращенном виде документ приведен Волкогоновым, у которого тоже не возникло сомнений в его подлинности [Волкого- нов, 1994. С. 220].
В публикациях этих авторов четко проявилась тенденция не обращать внимания на предыдущие исследования, если выводы их не устраивали. Приведенный документ входит в пакет «документов Сиссона», которые к этому времени были признаны фальшивыми, но это не смущает Латышева. Волкогонов несколько раз цитирует известную работу Мельгунова о «золотом немецком ключе» к революции большевиков, но при этом забывает, что именно Мельгунов первым подверг убийственной критике рассматриваемый документ [Мельгунов, 1989. С. 140-143] Подробный критический анализ этого документа проведен в [Соболев, 2002. С. 334-337].. Хранение документа в архиве Ленина, конечно, не может служить подтверждением его подлинности. Да это и не единственный фальшивый документ, который был в его архиве. Ленин сохранил подложное письмо, которое он якобы написал своему швейцарскому другу в 1921 году [Козлов, 2001. С. 5-13].
У любого человека, знакомого с банковским делом, чтение документа не вызовет сомнений в том, что это фальшивка. Прежде всего, в подлинном документе логичнее было бы писать не о приказе Германского Императорского банка, а просто о Рейхсбанке. Даже если считать, что текст документа писали не финансисты, формулировка «приказ об отпуске денег за пропаганду» выглядит более чем странно. Открытие счетов в частном банке одной страны «по ордеру» центрального банка другой -- просто нелепость. Допустим, что Улофу Ашбергу понятие банковской тайны было совсем чуждо и он был готов пересылать документы своего банка в другую страну, однако трудно представить, что большевики, взяв власть 25 октября 1917 года, сразу озаботились получением книг из Стокгольма. Книги надо было запросить, получить, проверить и отдать какому-то командированному из Берлина (откуда же еще?) товарищу Отметим, что Волкогонов в своей книге сократил текст документа и фразу о командирован-ном товарище Мюллере всё же не процитировал [Волкогонов, 1994. С. 220].. И всё это нужно было завершить к 16 ноября. Если считать, что книги только «проверили», то не понятно, зачем их получать, а если подразумевается, что данные в них были скорректированы, то это тоже потребовало бы времени.
Впрочем, это рациональные аргументы. Если же стараться придерживаться «антибольшевистской» версии, на критические публикации можно не обращать внимания. Так, в книге 2007 года Ханс Бьеркегрен в книге о российских революционерах в Скандинавии в 1906-1917 годах, теперь ссылаясь не на Сиссона, а на Латышева, приводит этот документ, не сомневаясь в его подлинности [Бьеркегрен, 2007. С. 238-239].
Итак, имеющиеся рассмотренные кейсы не подтверждают «антибольшевистскую» версию. Но отказываться от нее некоторые историки не хотят, и в последние годы появляется новая трактовка событий.
Признается, что Суменсон отправляла выручку на счета Ганец- кого в Стокгольме. Но зато потом «доверенное лицо Ленина Ганец- кий направляет подавляющую часть денег на различные частные счета Суменсон назад в Петроград -- в отмытом виде» [Шиссер, Трауптман, 2004. С. 128]. Не понятно, что здесь означают «отмытые деньги»: описана нормальная торговая операция. В этой схеме не понятно также, при чем здесь германские деньги. Тогда добавляется новый аргумент -- оказывается, Ганецкий получает деньги от Парвуса, а тот берет их в кредит у немецкого банка. Поскольку денег в Петроград отправлялось слишком много, у Парвуса могли возникнуть убытки, если бы «министерство иностранных дел и Рейхсбанк не покрывали предоставленные кредиты из различных своих фондов» [Шиссер, Трауптман, 2004. С. 129].
Эта версия, конечно, допустима. Проблема только в том, что она вообще ничем не подтверждается. А как раз погашение кредитов в немецких банках за счет правительственных средств не могло не оставить следов Можно, конечно, подключить следующий уровень фантазии и считать, что документы уни-чтожены советским правительством, теперь уже после победы над Германией в 1945 году.. Вопрос о том, как деньги всё же попадали в Россию, на какие счета и в какие банки, и в этой конструкции остается открытым.
Подводя итог, можно сделать вывод о том, что подход к проблеме германских денег с позиций банковских операций дал дополнительные аргументы против «антибольшевистской» версии. Документов в ее пользу нет. В интервью об истории революции крупный историк Юрий Петров на вопрос, каковы объемы германского финансирования РСДРП(б), ответил: «Называют разные цифры. Некоторые говорят о десятках миллионов марок, но, повторяю, документальных свидетельств не сохранилось. Это очень приблизительные, я бы даже сказал, умозрительные оценки» [Петров, 2017. С. 81].
Итак, документальных подтверждений германских денег нет, что не мешает сторонникам «антибольшевистской» теории придумывать новые версии того, как большевики получали финансирование. Другое дело, что эти попытки выходят за рамки исторической науки.
Вернемся к отечественным источникам доходов большевиков. Красин писал, что «организация финансов партии встала перед нами одной из настоятельнейших задач немедленно после II съезда». Хотя «все участники партийных кружков и организаций облагались определенным сбором», этих денег не хватало. Приходилось собирать средства у «других оппозиционных элементов». В то время «считалось признаком хорошего тона в более или менее радикальных или либеральных кругах давать деньги на революционные партии, и в числе лиц, довольно исправно выплачивающих ежемесячные сборы от пяти до двадцати рублей, бывали не только крупные адвокаты, инженеры, врачи, но и директора банков и чиновники государственных учреждений» [Красин, 1934. С. 92-93].
При поиске денег для партии Красин использовал нетривиальные методы. В воспоминаниях он пишет, что однажды к большевикамобратилась молодая девушка, заявила о сочувствии к партии и желании передать в собственность партии доставшееся ей по наследству небольшое имение. Поскольку она была несовершеннолетней, пришлось прибегнуть к «несколько сложной комбинации» -- выдать ее замуж и продать имущество с разрешения мужа. «Для разочарования тех из наших врагов, которые при чтении этих строк готовы будут поставить в упрек нашей партии ограбление несовершеннолетних девиц, могу добавить, что жертвовательница эта -- Федосья Петровна Кассесинова В своих воспоминаниях Кассесинова пишет, что ее «поразило, с каким вниманием и какой заботливостью относился Леонид Борисович <Красин> к устройству этого брака» [Леонид Бори-сович Красин, 1928. С. 220]. Муж Кассесиновой погиб во время Гражданской войны. -- посейчас состоит в рядах нашей партии, занимая скромную должность шифровальщицы в одном из наших торговых представительств» [Красин, 1934. С. 94-95].
Естественно, особое значение для большевиков имели крупные поступления, в частности средства, полученные после смерти Николая Павловича Шмита -- участника декабрьского восстания в Москве. После подавления восстания Шмит был арестован и умер в тюрьме. Часть его наследства получили большевики. В советское время эта история порой представлялась совершенно искаженно. Так, в книге, посвященной жизни актрисы Марии Федоровны Андреевой, которая, кстати, оказывала большую денежную помощь большевикам, о наследстве Шмита написано следующее: «Шмит был арестован, брошен в Таганскую тюрьму и забит там насмерть. Незадолго до гибели он успел переслать на волю своей сестре Елизавете завещание, в котором просил все свои деньги -- пять тысяч рублей -- передать РСДРП. Елизавета вручила эти деньги Московскому комитету партии на нужды мастерской для производства бомб» [Волохова, 1986. С. 137].
В этом тексте верно только то, что Шмит был арестован, содержался в тюрьме и одну из его сестер звали Елизаветой Для младшей сестры Николая Павловича, Елизаветы, Красин тоже подобрал фиктивного мужа. К сожалению, не ясно, произошло ли это до или после истории с Федосьей.. Тюрьма была не Таганская, а Бутырская. Шмит не был забит, а совершил самоубийство. Он не оставил письменного завещания, свою волю выразил устно, не сестре Елизавете, а сестре Екатерине. Но главное -- это сумма наследства Шмита: из-за пяти тысяч рублей не начались бы те споры, которые продолжались несколько лет.
О наследстве Шмита существует значительная литература, об этом деле писали и Валентинов, и Николаевский. Но только британский историк Джон Биггарт, много лет работавший в российских архивах, смог подготовить книгу «Из финансовой истории РСДРП (наследство Шмита и ограбление в Тифлисе)», в которой осуществил серьезный научный анализ ряда вопросов партийной истории. Он восстановил подлинную историю наследства Шмита и произвел расчет суммы средств, которые получили большевики, -- 213 500 руб. Одна из глав книги Биггарта -- «Спорное наследство Николая Шмита» -- публикуется в этом номере журнала «Экономическая политика».
Литература
1. Бахурин Ю. Фронт и тыл Великой войны. М.: Пятый Рим, 2019.
2. Бобков Ф. Д. Как готовили предателей: начальник политической контрразведки свидетельствует. М.: Алгоритм, 2016.
3. Бобков Ф. Д. Последние двадцать лет: записки начальника политической контрразведки. М.: Русское слово, 2006.
4. Бьеркегрен Х. Скандинавский транзит. Российские революционеры в Скандинавии. 1906-1917. М.: Омега, 2007.
5. Валентинов Н. В. Малознакомый Ленин. М.: Мансарда; СМАРТ, 1991.
6. Волкогонов Д. А. Ленин. Политический портрет: В 2 кн. Кн. 1. М.: АСТ; Новости, 1994.
7. Волохова Н. А. «Феномен». Страницы жизни и деятельности М. Ф. Андреевой. Л.: Лениздат, 1986.
8. Восленский М. С. Номенклатура. Господствующий класс Советского Союза. М.: Октябрь; Советская Россия, 1991.
9. Горький А. М. В. И. Ленин // Горький А. М. Полное собр. соч.: В 30 т. М.: Наука, 1952a. Т. 17. С. 5-46.
10. Горький А. М. Л. Б. Красин // Горький А. М. Полное собр. соч.: В 30 т. М.: Наука, 1952b. Т. 17. С. 47-58.
11. Де Санглен Я. И. Записки. 1793-1831. М.: Кучково поле, 2016.
12. Земан З., Шарлау У. Кредит на революцию. План Парвуса. М.: Центрполиграф, 2007.
13. Козлов В. П. Обманутая, но торжествующая Клио. Подлоги письменных источников по российской истории в XX веке. М.: РОССПЭН, 2001.