След коммуникации всегда является результатом передачи информации. Причем не только между двумя или более участниками криминальной деятельности (но и потерпевшими, свидетелями, лицами, не осведомленными о преступной активности, и т.д.). В современных условиях коммуникация возможна не только между людьми - в ней могут участвовать программы, интернет-объекты (сайты), вирусы, «боты». Даже «умные вещи» через «интернет вещей», которые, обладая «квазисубъектными» свойствами, тоже могут оставлять следы коммуникации.
След коммуникации возникает при передаче по каналу связи любой информации и любым способом от отправителя к получателю. Он может быть зафиксирован непосредственно в ходе оперативной разработки, осуществляемой в данный момент преступной деятельности, либо опосредованно, в процессе расследования уголовного дела, возбужденного по факту уже совершенного преступления (например, путем выявления связей, а затем и следов коммуникации обвиняемых или подозреваемых по данному уголовному делу с другими лицами или эпизодами организованной преступной деятельности, ранее неизвестными или расследуемыми в других уголовных делах).
С наступлением эры «мобильной» связи раскрытие и расследование организованной преступной деятельности базируется на прослушивании и анализе биллинга телефонных переговоров, получении информации о соединениях между абонентами и (или) абонентскими устройствами, а также на судебной фоноскопической экспертизе, возможности которой мы кратко рассмотрели ранее.
Вместе с тем потеснивший «сотовую» связь Интернет потребовал использования новых информационных технологий, прежде всего доступа к криминальным коммуникациям (прослушивание телефонных переговоров сменилось на снятие информации с технических каналов связи и получение компьютерной информации), а также технологий идентификации их участников (фоноскопия отходит на второй план, вместо нее используются другие криминалистические экспертизы).
Четвертое поколение организованной преступности видится сетевым. И оно уже формируется. Коммуникации этого поколения автоматизированы, формализованы, семантически бедны и мало отражают признаки личностей их участников. Основными отправителями и получателями сообщений будут автоматически работающие программы в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет». Нужны новые технологии проникновения или получения доступа к коммуникациям, приемы установления физической и логической топологии этих формирований, а также новые способы персональной идентификации их участников, в том числе и по цифровым следам коммуникации. Эти насущные проблемы ждут своего безотлагательного решения [5, с. 123].
Библиографические ссылки
1. Исютин-Федотков Д.В. Основы криминалистического изучения личности: мо- ногр. М.: Проспект, 2018. 279 с.
2. Ищенко П.П. Следы коммуникации и их использование в расследовании организованной преступной деятельности // Вестник Университета имени О.Е. Кутафина (МГЮА). 2019. №3 (55). С. 123-130.
3. Ищенко П. П. Преступные сообщества (преступные организации) в сфере незаконного оборота наркотиков: методика расследования: науч.-практ. пособ. М., «Юрлитинформ», 2017. 321 с.
4. Соколова О.А. Криминалистическая диагностика человека по его следам и отображениям: автореф. дис. д-ра юрид наук. М., 2018. 54 с.
5. Эксархопуло А.А. Криминалистика: теоретические проблемы и практические решения: учеб. пособ. Уфа, 2018. 288 с.
Bibliographic reference
1. Ishutin-Fedotov D.V. foundations of forensic study of personality: monograph. Moscow: Prospect, 2018. 279 p.
2. Ishchenko P.P. Traces of communication and their use in the investigation of organized criminal activity // Bulletin of the Kutafin University (MSLA). 2019. №3 (55). P. 123-130.
3. Ishchenko P.P. Criminal communities (criminal organizations) in the field of drug trafficking: methods of investigation. Scientific and practical guide. M.: «Yurlitinform», 2017. 321 p.
4. Sokolova O.A. Forensic diagnosis of a person in his footsteps and displays: abstract. doctor. Diss. Moscow, 2018. 54 p.
5. Exarchopoulos A.A. Forensic science: theoretical issues and practical solutions: a training manual. Ufa, 2018. 288 p.