Уже по итогам этой дискуссии для принятия окончательного постановления по обсуждаемому вопросу земцам было предложено голосовать по нескольким проектам резолюций. Рассмотрим их более подробно. Так, в первом варианте подчеркивалась необходимость оказания агрономической помощи крестьянскому населению в целом согласно предложению губернской управы. Второй - предусматривал возможность поддержки единоличных хозяйств за счет выделения целевых средств со стороны земства. Кроме того, еще предполагалось провести обследования хуторов с целью определения их социально-экономического положения. Наконец, в третьем проекте отмечалась необходимость оказания агрономической помощи исключительно единоличным хозяйствам [Там же]. Следует обратить внимание и на тот факт, что авторы двух последних резолюций (князь А. Д. Оболенский и В. Н. Тетеревенков) являлись представителями именно тех земских учреждений (Козельский и Перемышльский уезды), где правительственные инициативы осенью 1909 г. получили поддержку. В итоге большинством голосов губернское земское собрание приняло резолюцию Л. Н. Новосильцева. В ней говорилось о необходимости обслуживания в равной мере единоличных владельцев наряду с общинниками, «не отдавая предпочтение одной части населения перед другой» [27, с. 54].
Таким образом, итоги работы губернского и уездных земских собраний в конце 1909 г. показали, что местные органы самоуправления занимали неоднозначную позицию по отношению к новому аграрному курсу правительства. При этом большая часть земств высказалась за одинаковое содействие в агрономической помощи как общинным, так и хуторским хозяйствам. Другие были готовы оказывать единоличникам целевую помощь, опираясь на поддержку со стороны центральной власти.
В октябре 1910 г. правительство вновь обратилось к земским учреждениям России с инициативой активного сотрудничества в проведении аграрной реформы. Было заявлено о необходимости создания возможно планомерной агрономической помощи по следующим направлениям: участковая агрономия, показательные поля и хозяйства, прокатные и зерноочистительные пункты, огнестойкое строительство на хуторах и устройство школ для детей хуторян. Для обсуждения этих вопросов по указанию калужского губернатора в уездах предполагалось открыть чрезвычайные земские собрания. Однако в большинстве из них они не были созваны, т.к. позднее начальник губернии принял решение сообщить в МВД о состоявшихся постановлениях очередных земских собраний 1910 г. К примеру, земства Боровского и Козельского уездов заявили, что агрономическую помощь необходимо распространять на все крестьянское население [29, с. 64; 30, с. 277]. Из других местностей пришли сообщения, что аналогичные решения также приняли чрезвычайные собрания Малоярославецкого и Калужского уездов [15, с. 34; 32, с. 287].
Одну из наиболее последовательных позиций в русле поддержки, начатой правительством аграрной реформы, занимало Медынское уездное земство. В 1910 г. чрезвычайное земское собрание высказалось за необходимость оказания планомерной агрономической помощи хуторянам. Земцы предлагали увеличить количество агрономов и агрономических старост, организовать новые опытные поля на землях единоличных владельцев, развивать сеть прокатных и зерноочистительных пунктов, расположенных к местам хуторского расселения. Кроме того, земство намеревалось пригласить на службу инструктора по огнеупорному строительству [31, с. 258-260]. Это подводит нас к выводу о наличии объективных факторов, которые обусловили принятые решения. Во-первых, к концу 1910 г. в данном уезде насчитывалось 347 единоличных хозяйств. И по этому показателю местность занимала лидирующее положение. Во-вторых, в Медынском уезде было налажено активное взаимодействие и координация по обслуживанию хуторских участков между правительственной и земской агрономической организациями [42, с. 924]. Следует заметить, что в 1911 г. правительство лишь частично удовлетворило ходатайства Медынского земства, инициированные еще в 1909 г. Так, средства, полученные от ГУЗиЗ в размере 1500 руб., составлявшие половину от необходимой суммы, были выделены на приобретение улучшенного сельскохозяйственного инвентаря для хуторян. Следовательно, подобные действия со стороны уездного земства стали одним из направлений материальной помощи домохозяевам, вышедшим на хуторские и отрубные участки [46, с. 1257].
В целом с 1910 г. Калужское губернское земство приступило к расширению агрономической помощи в общих целях, в том числе и помощи единоличным хозяйствам: формирование участковой агрономии, приглашение на службу инструкторов и специалистов, устройство опытных участков с минеральными удобрениями, организация сельскохозяйственных курсов, передвижных выставок, выдача предметных ссуд и т.д.
Так складывался в этой области новый этап деятельности местного земства.
Как отмечает Е. М. Петровичева, к концу 1910 г. в России произошли существенные изменения по сравнению с аналогичным периодом 1906 г. Указ 9 ноября был одобрен и дополнен Государственной Думой. Аграрная реформа из планов превратилась в реальность, выделение из общины отдельных домохозяев началось на практике. К тому же правительство обещало субсидии на развитие земской агрономии при условии обслуживания хуторских и отрубных хозяйств [39, с. 107-108].
Таким образом, очень важным стал вопрос о финансовом обеспечении земских агрономических мероприятий в районах землеустройства. Калужские земства, обсуждая этот вопрос на собраниях, выделяли средства из своих бюджетов и ходатайствовали о предоставлении новых пособий из казны. Средства Департамента земледелия в эту область направлялись, но не удовлетворялись в полном объеме. Так, в 1911 г. земские учреждения ходатайствовали о предоставлении ассигнований в размере 6800 руб., но отпущено было в их распоряжение 5300 рублей [1, с. 16]. Между тем общий объем правительственного финансирования постепенно увеличивался. В 1911 г. размер пособий земствам Калужской губернии составил 14% к общей сумме ассигнований на агрономическую помощь в районах землеустройства, в 1912 г. - 23%, в 1913 г. - 37% [47, с. 102; 48, с. 48-49; 49, с. 49].
Другим вопросом, активно обсуждавшимся в органах местного самоуправления, был организационный, который касался взаимоотношений между земскими и правительственными агрономическими организациями. В первые годы аграрной реформы взаимоотношения между ними не были четко установлены. С момента появления на одном и том же поприще двойной агрономии в земских кругах возник вопрос о необходимости передать всю агрономическую помощь единоличным хозяйствам в ведение органов местного самоуправления. В докладе губернской земской управы «По вопросу расширения агрономической организации в Калужской губернии» земскому собранию 1910 г. указывалось, что существование двух агрономических организаций неизбежно вызывает непроизводительную трату времени и труда специалистов. В этих условиях согласовать деятельность земских и казенных агрономов, не представлялось возможным. Предлагалось упразднить землеустроительную агрономию и передать обслуживание единоличных хозяйств в ведение земств. С этими инициативами губернское земство согласилось [42, с. 926].
Тем временем циркуляром Департамента земледелия от 14 апреля 1912 г. обозначались условия, на основании которых правительство было готово передать казенную агрономию в компетенцию земских учреждений России [2, с. 21-22]. В ответ на этот документ в мае 1912 г. калужский губернатор, обращаясь к органам местного самоуправления, предложил им высказаться «не пожелают ли они принять на себя организацию агрономической помощи землеустроенному населению» [20, с. 52].
Земства по-разному отреагировали на это предложение. Так, собрания Калужского, Малоярославецкого, Перемышльского уездов высказались за передачу правительственных кредитов органам местного самоуправления [6, с. 29; 12, с. 7; 34, с. 40]. Другие, как например, земство Козельского уезда, считало невозможным составление сметы на агрономические мероприятия в районах землеустройства и, соответственно, оказание целевой помощи единоличным хозяйствам [20, с. 50]. Третью позицию занимали земства, которые вообще не рассматривали данный вопрос [21].
Между тем губернская земская управа внесла на обсуждение очередного собрания 1912 г. доклад «О принятии в ведение губернского земства агрономической помощи землеустроенному населению Калужской губернии». Его основные положения сводились к следующему: во-первых, земство признавало своевременным принять на себя агрономическую помощь землеустроенному населению; во-вторых, планировалось выработать общий проект соглашения с Департаментом земледелия [43, с. 782-783]. Однако доклад на заседаниях губернского собрания так и остался нерассмотренным [33].
В целом в Калужской губернии сложился такой тип взаимоотношений между казенной и земской агрономическими организациями, который в литературе получил название смешанного: правительственные специалисты командировались в распоряжение губернского земства, которое фактически оплачивало половинную часть их штатного содержания и сопутствующих расходов [39, с. 113]. Например, в 1911 г. бюджетные средства были отпущены следующим лицам: инструктору по молочному хозяйству квартирные - 200 руб., инструктору по садоводству, огородничеству, молочному делу разъездных - 700 руб., на содержание и разъезды агронома-зоотехника, специалиста по молочному хозяйству, двух маслоделов-мастеров - 2000 руб. Правительственный персонал работал при Калужском губернском земстве и наряду с земскими специалистами являлся исполнителем намеченных агрономических мероприятий [46, с. 1234].
В конце августа 1913 г. агрономическим совещанием при губернской земской управе было решено передать в компетенцию земства агрономическую помощь землеустроенному населению. Основанием для этого являлся выработанный «Проект соглашения ГУЗиЗ и Калужского губернского земства по передаче агрономической помощи землеустроенного населения в ведение земства», предварительно отправленный на обсуждение уездным земским собраниям [36]. Мнения органов местного самоуправления по этому вопросу разделились. Часть из земских организаций вообще не обращались к данной теме, другие не приняли проект соглашения, а третьи предложили внести в него некоторые поправки [41, с. 303]. Тем временем он был внесен в повестку работы губернского земского собрания 1913 г., но так и не был рассмотрен [22].
Подводя итоги, отметим, что в первые годы аграрной реформы земства Калужской губернии отнеслись к ней весьма равнодушно. Перелом произошел в 1909-1910 гг., когда часть земств откликнулась на предложения П. А. Столыпина об активном сотрудничестве по развитию реформационных процессов в сельском хозяйстве. Вместе с тем большинство земских собраний выступили за оказание агрономической помощи в равной степени всему крестьянскому населению - общинникам и единоличным домохозяевам. В целом в годы столыпинской реформы агрономия заняла одно из центральных мест в деятельности органов местного самоуправления Калужской губернии.
земство калужский сельский крестьянский
Список литературы
1. Агрономическая помощь в районах землеустройства. СПб.: Типография В. Ф. Киршбаума, 1911. 60 с.
2. Агрономическая помощь в районах землеустройства. Главнейшие основания организации агрономической помощи. Пг.: Типография В. Ф. Киршбаума, 1915. 111 с.
3. Государственный архив Калужской области (ГАКО). Ф. 213. Оп. 1.
4. ГАКО. Ф. 266. Оп. 1.
5. ГАКО. Ф. 575. Оп. 1.
6. Доклады и отчеты Малоярославецкой уездной земской управы по экономическому отделу, рассмотренные на очередном земском собрании 9-го сентября и чрезвычайном 2-го декабря 1912 г. и постановления собраний по этим вопросам. Боровск: Типография А. В. Муратовой, 1913. 53 с.
7. Дубровский С. М. Столыпинская земельная реформа. Из истории сельского хозяйства и крестьянства России в начале XX века. М.: Издательство Академии наук СССР, 1963. 598 с.
8. Ефременко А. В. Земская агрономия и ее роль в эволюции крестьянской общины. Ярославль: Издательство Ремдер, 2002. 532 с.
9. Жукова Л. А. Земское самоуправление и бюрократия в России: конфликты и сотрудничество 1864-1917 гг. М.: Хронограф, 1998. 180 с.
10. Журнал особого совещания созванного губернатором по телеграмме министра внутренних дел о постановке дела агрономической помощи единоличным хозяйствам в Калужской губернии при участии земства 4 сего ноября // Калужские губернские ведомости. 1909. № 122. С. 3-4.
11. Журнал 45-го очередного Малоярославецкого уездного земского собрания 26 сентября 1909 года. Калуга: Типография С. Юрьева, 1910. 195 с.
12. Журналы Калужского уездного земского собрания, очередного 11, 12 и 13 сентября 1912 года. Калуга: Типография С. А. Семенова, 1913. 206 с.
13. Журналы Калужского уездного земского собрания, чрезвычайных 16 февраля, 30 октября и очередного 21, 22, 23 и 24 сентября 1910 года. Калуга: Типография С. А. Семенова, 1911. 347 с.
14. Журналы Калужского уездного земского собрания, чрезвычайных 22 июня и 14 июля и очередного 27, 28, 29 и 30 сентября 1909 года. Калуга: Типография С. А. Семенова, 1910. 276 с.
15. Журналы Мосальского 45-го очередного уездного земского собрания заседаний 29, 30 сентября и 1 октября 1909 года. С приложениями к ним. Мосальск: Типография А. М. Липницкого, 1910. 470 с.
16. Журналы очередных заседаний за 1908 год и отчет Малоярославецкой уездной земской управы за 1907 год. Калуга: Типография С. Юрьева, 1909. 183 с.
17. Журналы чрезвычайного Калужского губернского земского собрания 10-11 августа 1909 года с приложениями. Калуга: Типография Калужского губернского земства, 1909. 134 с.
18. Журналы чрезвычайного Медынского уездного земского собрания 27 июня 1909 года, XLV очередного Медынского уездного земского собрания 28, 29 и 30 сентября 1909 года и чрезвычайного Медынского уездного земского собрания 6 ноября 1909 года. С приложениями к ним. Калуга: Типография губернской земской управы, 1910. 258 с.