Попытка некоторого разворота в сторону реальной борьбы с наркопотреблением наблюдалась на последнем этапе работы ФСКН России до ее упразднения в 2016 г. Эта попытка связана с некоторым смягчением позиции ФСКН РФ в отношении наркопотребителей. Сложилась парадоксальная ситуация, когда жесткость позиции фактически оставляла наркопотребление за пределами конфликта государства с наркорынком, а ее смягчение могло, наоборот, привести к созданию действенной системы контроля и учета наркопотребителей. Так, директор ФСКН России В. П. Иванов на парламентских слушаниях по вопросу законодательства о наркотиках, состоявшихся в декабре 2014 г., отмечал, что «в антинаркотической политике государства ярко выражен перекос в сторону карательной, репрессивной функции <.. .> именно по этой причине из 1,2 млн привлеченных к ответственности за 5 лет 1 млн -- это сами наркопотребители» Выступление председателя Государственного антинаркотического комитета, Государственная Дума РФ, Москва, 1 декабря 2014 г. // GAK.GOVRU: Государственный антинаркотический комитет РФ. 2014. URL: http://gak.gov.ru/indudes/periodics/speeches_gak/2014/1201/121833708/detail.shtml (дата обращения: 28.10.2015).. Озабоченность В. П. Иванова вполне понятна. Зарубежные источники изобилуют исследованиями, показывающими, насколько использование специальных судебных процедур в отношении наркопотребителей, например наркосудов, позволяет отказаться от тюремного заключения без ослабления контроля над ними и оказания им реальной помощи. В частности, исследование взрослых наркосудов в США (2012) показывает уменьшение слуаев преступного поведения, количества повторных арестов лиц, направленных наркосудами в реабилитационные общины под судебным контролем [21, с. 165].
Перед самым упразднением Службы, говоря о необходимости принятия новой редакции стратегии, директор ФСКН озвучил чрезвычайно важные инициативы Виктор Иванов об актуальных вопросах реализации Стратегии государственной антинаркотической политики. Выступление на научно-практической конференции, Москва, 3 марта 2016 г. // GAK.GOVRU: Государственный антинаркотический комитет РФ. 2016. URL: http://gak.gov.ru/ includes/periodics/speeches_gak/2016/0303/111542908/detail.shtml (дата обращения: 08.03.2016).. Указывая на отмеченное нами выше отсутствие правового понятия наркопотребителя как лица, допускающего потребление наркотиков без назначения врача, он отметил, что такая ситуация приводит к тому, что «де-юре наркопотребители в Российской Федерации не существуют вовсе». В то же время нормы уголовного законодательства, обеспечивающие возможность судам направлять на реабилитацию, действуют только в отношении больных наркоманией. В силу этого, по оценке В.П. Иванова, приоритет социальной реабилитации над уголовным наказанием наркопотребителей не может быть в настоящее время осуществлен. Как справедливо отмечалось, «по действующему законодательству, государство начнет работать с ними только тогда, когда наркопотребители превратятся в законченных наркоманов». В связи с этим предлагалось дополнить ФЗ «О наркотических средствах и психотропных веществах» понятием «наркопотребитель».
Таким образом, было признано, что, несмотря на рестриктивный характер российского законодательства, реальный контроль над наркопотреблением не осуществлялся. Результатом же явилось то, что в России построена весьма причудливая антинаркотическая политика, ядром которой, казалось бы, выступает контроль над потребителем, в то же время правоприменительная практика до последнего времени ориентировалась исключительно на борьбу с крупным наркобизнесом. Предложенные ФСКН РФ инициативы по дополнению базового закона понятием «наркопотребитель» вкупе с инкорпорированием этого понятия в остальные нормативные документы, так или иначе регулирующие отношения в сфере незаконного оборота наркотиков на территории РФ, как кажется, могли бы подчеркнуть специфичность данного элемента наркоторговли для конфликта государства и наркорынка и тем самым создать условия для выработки того дифференцированного подхода, который был нами обозначен выше. Российская антинаркотическая политика в данный момент находится в ситуации безвременья. Ликвидационная комиссия ФСКН России работала до 1 июля 2018 г., тем не менее, пока рано говорить о неком новом дизайне борьбы с наркотиками и о том, будут ли продолжены наметившиеся тенденции.
Литература
1. Николаев К.Д. Объект и предмет преступлений, связанных с незаконным оборотом наркотиков // Вестник Воронежского института МВД России. 2009. № 4. С. 42-46.
2. Зазулин Г.В. Наркоэпидемия. Политика. Менеджмент. СПб.: Изд-во СПбГУ, 2003. 288 с.
3. Лунеев В.В. Преступность XX века: мировые, региональные и российские тенденции. М.: Волтерс Клувер, 2005. 912 с.
4. Зазулин Г.В., Стребков А.И. Что такое наркоконфликтология // Конфликтология. 2009. Вып. 2. С. 160-178.
5. Гилинский Я.И. Профессорская лекция по теме «Криминология и девиантология» // Российский криминологический взгляд. 2010. № 2. С. 239-260.
6. Stevens A., Berto D., Frick U., Kerschl V., McSweeney T., Schaaf S., Tartari M., Turnbull P., Trinkl B., Uchtenhagen A., Waidner G., Werdenich W The Victimization of Dependent Drug Users // European Journal of Criminology. 2007. Vol. 4, is. 4. P. 385-408.
7. Agozino B. Theorizing otherness, the war on drugs and incarceration // Theoretical Criminology. 2000. Vol. 4, is. 3. P 359-376.
8. Lynch M. Theorizing the role of the `war on drugs' in US punishment // Theoretical Criminology. 2012. Vol. 16, is. 2. P 175-199.
9. Rajkumar A.S., French M.T. Drug Abuse, Crime Costs, and the Economic Benefits of Treatment // Journal of Quantitative Criminology. 1997. Vol. 13, N 3. P. 291-323.
10. Rhodes W, Kling R., Johnston P Using Booking Data to Model Drug User Arrest Rates: A Preliminary to Estimating the Prevalence of Chronic Drug Use // Journal of Quantitative Criminology. 2007. Vol. 23. P 1-22.
11. Welsh W.N., Zajac G., Bucklen K.B. For whom does prison-based drug treatment work? Results from a randomized experiment // Journal of Experimental Criminology . 2004. Vol. 10. P. 151-177.
12. Чумакова Т.В. Наркотики и религия // Человек вчера и сегодня: междисциплинарные исследования. М.: ИФРАН, 2008. 249 с.
13. Сунами А.Н. Конфликт ценностей как социально-философское основание борьбы государства с наркорынком // Вестник СПбГУ Сер. Философия и конфликтология. 2017. Т.33, вып. 3. С. 381-388. DOI: 10.21638/11701/spbu17.2017.314.
14. Газимагомедов Г.Г., Сунами А.Н. Наркоконфликт и конфликтная ответственность -- новые понятия конфликтологии // Конфликтология. 2012. Вып. 1. С. 54-72.
15. Зазулин Г.В., Сунами А.Н. (отв. ред.) Антинаркотическая политика: шведские ответы на российские вопросы. СПб.: Изд-во СПбГУ, 2008. 386 с.
16. Сорокина Т.Н. Из истории борьбы с опиекурением на русском Дальнем Востоке в 1910-1915 гг. // Исторический ежегодник. Омск: Изд-во Омск. ун-та, 1996. С. 39-45.
17. Ткаченко В.В., Ткаченко С.В. Уголовная ответственность за незаконный оборот наркотиков. Барнаул: Сизиф, 2011. 164 с.
18. Фролова Н.А., Зазулин Г.В. Актуальные вопросы антинаркотической политики: отечественный и зарубежный опыт. М.: Орбита-М, 2003. 272 с.
19. Seddon T. Coerced drug treatment in the criminal justice system: Conceptual, ethical and criminological issues // Criminology & Criminal justice. 2007. Vol. 7, is. 3. P. 269-286.
20. Алейников А.В., Стребков А.И., Сунами А.Н. Мнение населения о проблеме употребления наркотиков как социально-гигиенический фактор // Проблемы социальной гигиены, здравоохранения и истории медицины. 2015. № 3. С. 7-11.
21. Rempel M., Green M., Kralstein D. The impact of adult drug courts on crime and incarceration: findings from a multi-site quasi-experimental design // Journal of Experimental Criminology. 2012. Vol. 8. P 165-192.
References
1. Nikolaev, K.D. (2009), “Object and subject of drug trafficking crimes”, Vestnik Voronezhskogo instituta MVD Rossii, vol. 4, pp. 42-46.
2. Zazulin, G.V. (2003), Narkoepidemiia. Politika. Menedzhment [Drug epidemic. Policy. Management], St. Petersburg University Press, St. Petersburg, Russia.
3. Luneev, V.V. (2005), Prestupnost' XX veka: mirovye, regional'nye i rossiiskie tendentsii [Crime of the 20th century: global, regional and Russian tendencies], Walters Cloover, Moscow, Russia.
4. Zazulin, G.V. and Strebkov, A.I. (2009), “What does drug conflictology mean?”, Konfliktologiia, vol. 2, pp. 160-178.
5. Gilinskii, la.I. (2010), “Professor's lecture on criminology and deviantology”, Rossiiskii kriminologich- eskii vzgliad, vol. 2, pp. 239-260.
6. Stevens, A., Berto D., Frick, U., Kerschl, V., McSweeney, T., Schaaf, S., Tartari, M., Turnbull, P., Trinkl, Uchtenhagen, A., Waidner, G., and Werdenich, W. (2007), “The Victimization of Dependent Drug Users”, European Journal of Criminology, vol. 4, is. 4, pp. 385-408.
7. Agozino, B. (2000), “Theorizing otherness, the war on drugs and incarceration”, Theoretical Criminology, vol. 4, is. 3, pp. 359-376.
8. Lynch, M. (2012), “Theorizing the role of the `war on drugs' in US punishment”, Theoretical Criminology, vol. 16, is. 2, pp. 175-199.
9. Rajkumar, A.S. and French, M.T. (1997), “Drug Abuse, Crime Costs, and the Economic Benefits of Treatment”, Journal of Quantitative Criminology, vol. 13, no. 3, pp. 291-323.
10. Rhodes, W., Kling, R. and Johnston, P. (2007), “Using Booking Data to Model Drug User Arrest Rates: A Preliminary to Estimating the Prevalence of Chronic Drug Use”, Journal of Quantitative Criminology, vol. 23, pp. 1-22.
11. Welsh, W.N., Zajac, G. and Bucklen, K.B. (2004), “For whom does prison-based drug treatment work? Results from a randomized experiment”, Journal of Experimental Criminology, vol. 10, pp. 151-177.
12. Chumakova, T.V. (2008), “Drugs and religion”, in Chelovek vchera i segodnia: mezhdistsiplinarnye issledovaniia [Man yesterday and today: interdisciplinary research], IFRAN, Moscow, Russia, pp. 80-89.
13. Sunami A.N. (2017), “Conflict of values as a socio-philosophical basis of state's war on illicit drug market”, Vestnik of Saint-Petersburg University. Philosophy and Conflict studies, vol. 33, is. 3, pp. 381-388.
14. Gazimagomedov, G.G. and Sunami, A.N. (2012), “Drug conflict and conflict responsibility as a new terms of the conflict studies”, Konfliktologiia, vol. 1, pp. 54-72.
15. Zazulin G.V. and Sunami, A.N. (eds.) (2008), Antinarkoticheskaia politika: shvedskie otvety na rossiiskie voprosyy [Anti-drug policy: Swedish answers for Russian questions], St. Petersburg University Press, St. Petersburg, Russia.
16. Sorokina, T.N. (1996), “From the history of the struggle against smoking opium in the Russian Far East in the 1910-1915”, Istoricheskii ezhegodnik, Izd-vo Omsk. un-ta, Omsk, Russia, pp. 39-45.
17. Tkachenko, V.V. and Tkachenko, S. V (2011), Ugolovnaia otvetstvennost' za nezakonnyi oborot narkotikov [Criminal liability for drug trafficking], Sizif Publ., Barnaul, Russia.
18. Frolova, N.A. and Zazulin, G.V. (2003), Aktual'nye voprosy antinarkoticheskoi politiki: otechestvennyi i zarubezhnyi opyt [Topical issues of drug policy: domestic and foreign experience], Orbita-M Publ., Moscow, Russia.
19. Seddon, T. (2007), Coerced drug treatment in the criminal justice system: Conceptual, ethical and criminological issues, Criminology & Criminal justice, vol. 7, is. 3, pp. 269-286.
20. Aleinikov, A.V., Strebkov, A.I. and Sunami, A.N. (2015), “The opinion of population concerning issue of drug use as a social hygienic factor”, Problemy sotsial'noi gigieny, zdravookhraneniia i istorii meditsiny, vol. 23, no. 3, pp. 7-11.
21. Rempel, M., Green, M. and Kralstein, D. (2012), “The impact of adult drug courts on crime and incarceration: findings from a multi-site quasi-experimental design”, Journal of Experimental Criminology, vol. 8, pp. 165-192.