Анализируя представления Д. А. Якушина, можно отметить наличие динамики стиля политического лидерства в России. Однако предложенное автором толкова ние динамики политического лидерства, присущего В. В. Путину, основанного на традиционных моделях, на наш взгляд, не соответствует действительности. При рода политического лидерства в современной России выходит за рамки традици онных типологий лидерства.
Авторы второй точки зрения на природу политического лидерства утверждают, что харизматическое лидерство есть форма правления, характерная не только для авторитарных режимов. Так, белорусские исследователи Д. Г. Ротман, Н. П. Вере меева, И. В. Левицкая, В. В. Правдивец [14] не исключают связь харизматического лидерства с тоталитарными режимами, но соглашаются с данной связью частично, так как существует множество примеров политических лидеров, наделенных ха ризмой, но не посягающих на демократические устои в своих государствах.
Данный тезис хорошо согласуется с эмпирическими исследованиями Р. Хауса и коллег [2], которые выделили на примере харизматических лидеров характерные для данных лидеров признаки: человек, способный пробудить в своих последова телях высокую степень лояльности и привязанности к себе, стремление иденти фицироваться с ним и его миссией, следовать ценностям, целям, манере поведе ния; способность формировать чувство самоуважения от общения с лидером и от выполнения его поручений, исключительно высокую степень доверия к лидеру и убежденность в правоте его взглядов, душевный подъем. К харизматическим личностям из всех президентов были отнесены Джефферсон, Джексон, Линкольн, Теодор Рузвельт, Франклин Рузвельт и Кеннеди. Было установлено, что харизма тические президенты решали более значительные и более сложные задачи, они обладали большим авторитетом.
Неоднозначное толкование значения харизматического лидерства в политике можно объяснить неоднородностью, многоликостью харизмы. С. В. Туманов, А. Т. Га- спаришвили, Л. Д. Митева [18] считают, что существует многообразие форм хариз мы, которые плохо укладываются в классическую веберовскую схему. Авторы вы деляют собственно харизму и псевдо, квазихаризму. Д. Г. Ротман, Н. П. Веремеева, И. В. Левицкая, В. В. Правдивец [14] выделяют две разновидности харизмы. Авто ры определяют «харизму присущую» («харизма первого порядка») как объективную, постоянную, неизменную; «харизму созданную» («харизма второго порядка») как субъективную, временную, изменяемую, которая может разрушаться, создается как усилиями самого лидера, так и его окружением. Харизматическое лидерство -- это процесс, который реализуется на основе как харизмы первого, так и второго порядка.
Оглашаясь с тем, что существуют различные формы харизмы политических лидеров, необходимо отметить, что истинным лидерам присуща харизма как со циально-психологический механизм трансляции архетипов лидера, благодаря ко торому происходит самоидентификация последователей с лидером и его ценно стями, формирующая у них чувство самоуважения, патриотизма, единения и т. д.
Наряду с истинной харизмой лидеров существует и псевдохаризма, основанная на популизме, улавливании политиками формы поведения и манеры мышления, речи и действий, характерных для общества, отражающих модные общественные трен ды, демонстрирующие политика через формат «шоу»: т. е. того, что на сленге со временной молодежи можно назвать «хайп» (от англ. hype -- навязчивая шумиха, ажиотаж). При данном виде «псевдохаризматичного лидерства» высказываются яркие, разрушительные, маргинальные идеи и призывы, обращающие на себя внимание общественности и ведущие к социальной деструкции.
Третья точка зрения на политическое лидерство рассматривает данный феномен, опираясь на современные теории. Так, А. Ю. Нечушкин и О. В. Богданова позици онируют трансформационное лидерство как новый тип руководства, отличный от управления инновационный политический феномен. Авторы подчеркивают, что многолетние изыскания американских ученых свидетельствуют о высоком уровне верифицированности и эвристичности концепции трансформационного лидерства, что предполагает продолжение его дальнейшего исследования в России [11].
Не отрицая конструктивность трансформационной концепции лидерства, отметим, что существует широкое толкование трансформационного и харизматического ли дерства в их единстве [7]. Однако опора только на трансформационную концепцию для построения современной модели политического лидерства ввиду его сложного системного характера является недостаточной.
Третья точка зрения на природу политического лидерства также представлена в работе М. А. Казакова [6], который развивает идею о «девелопменталистском» подходе к лидерству. Данный подход синтезирует личностный и ситуационный подходы. Автор делает акцент на эволюции лидерства через тенденции его инсти туционализации и профессионализации. Согласно М. А. Казакову «нормальная» ситуация порождает тип «лидеров-менеджеров», которые противопоставляются традиционным для России харизматическим лидерам. При этом харизматические лидеры пытаются стабилизировать ситуацию в стране на основе «героического ренессанса», погружающего общественно-политическую мысль в прошлое. В то время как лидеры-менеджеры, по мнению автора, обращены в будущее и способ ны и в заданных обстоятельствах персонифицировать и адаптировать фундамен тальные национальные интересы для конкретного исторического периода жизни общества [6].
Близкую точку зрения высказывает И. А. Богатырев, который дает характеристи ку «прототипу лидерства», являющемуся, по мнению автора, традиционным. С мо мента начала истории российской государственности власть как концепт воспри нималась народом в качестве в высшей степени персонифицированного механиз ма политической системы. И. А. Богатырев считает, что данный восточный вектор в понимании власти противопоставляется англо-саксонской модели лидерства, наложившей отпечаток на всю западноевропейскую политическую культуру. В анг ло-саксонском варианте власть воспринимается как функция политической систе мы, а лидер -- только как неотъемлемая часть ее функционала, как один из мно жества политических институтов [5].
Следовательно, в трактовке М. А. Казакова и И. А. Богатырева политическое лидер ство рассматривается как продукт своей эпохи, представленный двумя формами. Первая форма хорошо согласуется с уже рассмотренной харизматической концеп цией политического лидерства. Во втором случае делается акцент на функциональном толковании лидерства. Отметим, что функциональная концепция лидерства была предложена еще в конце 60-х годов прошлого столетия Д. Картрайтом и А. Зандером, которые связывали лидерство с действиями, способствующими достижению группо вых целей. Р. С. Кричевский [7] считает, что трактовка лидерства как инструмента достижения групповых целей является оправданной. В то же время зарубежные авторы характеризуют функциональную теорию лидерства как «путанную» и «весьма неясную». Тем не менее, как уже было отмечено, понимание политического лидера только как «наемного эффективного менеджера» («профессионального управленца») является ошибочной.
Идея о том, что политическое лидерство -- это «улица с двухсторонним движе нием», нашло отражение во взглядах С. В. Миляевой [10], которая определяет политическое лидерство как специфическую иерархическую форму взаимодействия, являющуюся одним из базовых элементов политической практики как функцио нального поля в процессе коллективного целедостижения.
Интересную точку зрения на политическое лидерство предлагает и Е. В. Ратма- нова [12], которая подчеркивает необходимость учета в современных условиях специфики систем взаимодействия политического лидера с особым коллективным субъектом: «политико-управленческой командой».
Следовательно, определяя перспективы исследования политического лидерства, можно выделить два вектора поиска конструктивного направления разработки концепции: создание «принципиального нового» подхода и системное направление исследования.
В нашей стране первое направление исследования политического лидерства было задумано в докторской диссертации А. М. Тулеева [17]. Основная идея данной работы -- в предложении принципиально новой формы правления. В этой связи автор трактует политическое лидерство как специфическую форму взаимодействия участников политической жизни. Цель политического лидерства -- это формиро вание гражданского общества, в котором люди самоорганизуются в частной жизни и реализации гражданских проектов и инициатив, сами налаживают индивидуаль но-личностное взаимодействие.
Обязательным условием возникновения второго, системного направления явля ется наличие множества точек зрения на политическое лидерство. Каждая из трак товок политического лидерства, даже если данные трактовки внешне противоречат друг другу, имеет право на существование. Политическое лидерство -- это сложное многоликое явление, которое может быть понято только с системных позиций. Кро ме того, необходимо учитывать, что лидерство -- это развивающий политический феномен, который усложняется по мере развития человеческого общества, приоб ретая новые формы. Из этого следует, что для каждой исторической эпохи харак терен свой конструктивный эффективный тип политического лидерства. При этом данные типы лидерства не рядоположены, а диалектически связаны. Поэтому мож но предположить, что современный конструктивный тип лидерства отличается наи большей сложностью. Данный тип лидерства можно назвать «созидающим органи зационным лидерством», который «впитывает» в себя эффективные механизмы, проверенные временем.
Чтобы понять природу политического лидерства, необходимо рассмотреть его с метасистемных позиций, т. е. определить перспективу развития России, опреде лив ее образ в будущем как долгосрочно преуспевающего организованного со общества людей. Концепция долгосрочного преуспевания не нова. Сама идея была высказана еще во 11-111 вв. н. э. китайским мыслителем Лю Шао, который, считая, что талант правителя -- это главенствующий природный ресурс, первым предпринял попытку улучшить положение дел в Поднебесной, привести к благопо лучию страну, сделать счастливыми своих современников и десять тысяч поколений потомков [1]. организационный политический лидерство
Отметим, что в настоящее время «утопическая» для своей эпохи идея Лю Шао активно прорабатывается в Китае для создания эффективной системы государ ственного управления, позволяющей достигать процветания страны с ориентацией на долгосрочную перспективу.
Необходимо подчеркнуть, что потребность в созидающем организационном ли дерстве существует с момента возникновения первых цивилизаций, которые в про шлом возникали стихийно и крайне редко там и тогда, когда общество находилось в «точке бифуркации», на изломе исторического развития. Ситуация резко обостри лась в связи с тем, что произошло ускорение и усложнение социальных трансфор маций. Если раньше созидающие организационные лидеры были гениями-одиночка- ми, обладающими грандиозным замыслом спасения нации и мощной харизмой, позволяющей реализовать данный замысел, то на современном этапе созидающее организационное лидерство трансформировалось в более сложную форму. Услож нение происходит по законам системогенеза, новая система возникает на основе старой: возникшие на прежних этапах развития механизмы политического лидерства, как уже отмечалось, не исчезают, а органически интегрируются в новые формы.
Современная форма созидающего организационного лидерства -- это динами ческая структура, которая видоизменяется по мере реализации замысла в про цессе жизненного пути политического лидера -- носителя данной формы полити ческого руководства страны. Исходя из такого понимания созидающего организа ционного лидерства, раскрытие его содержания возможно на основе описания динамической модели, включающей пять этапов.
На первом этапе созидающее организационное политическое лидерство понима ется, прежде всего, как процесс генерации идеи. Данная идея первоначально оформ ляется в виде организационного замысла лидера. Организационный замысел сози дающего организационного политического лидера -- это продукт индивидуального творчества как целостное отражение переживаний лидера, его личного жизненного опыта, представленный в виде субъективного образа нового миропорядка и связанных с ним ценностно-смысловых конструктов. Данное целостное видение изначально, как и любой вид творчества, иррационально, его трудно вербализовать. Однако социаль ное творчество отличается от других видов (художественного, научного, научно-тех нического творчества) тем, что нуждается в быстрой вербализации, так как социаль ное творчество отличается не только по своему продукту (порождению новой формы организации людей или нового миропорядка), но и по способу его реализации. Со циальное творчество -- это сотворчество, т. е. совместная творческая дея
тельность людей, вдохновленных идеей лидера. В результате осмысленная идея трансформируется в четко структурированную, системную идею, легко передаваемую другим точку зрения, которая обладает как рациональным (вербальным), так и эмо циональным (архетипичным, образным, вдохновляющим) воздействием на людей. А. Меннегети выделил еще одну особенность легко передаваемой точки зрения, свя занную с защитой организационного замысла от разрушающего воздействия противо борствующих сторон. Легко передаваемая точка зрения должна не в полной мере на ранних этапах построения нового миропорядка раскрывать содержание организаци онного замысла созидающего организационного политического лидера [1].