Однако, в отличие от зарубежных стран, в России широкое применение альтернативных мер воздействия не дополняется установлением постпенитенциарного контроля за лицами, освободившимися из мест лишения свободы.
Отечественное уголовное законодательство соответствует указанному международно-правовому акту лишь отчасти, предусматривая возможность применения в отношении лиц, совершивших преступление, принуждения, не связанного с лишением. Речь, в частности, идет о ч. 5 ст. 73 УК РФ, в соответствии с которой суд может возложить на условно осужденного исполнение определенных обязанностей, таких, как: не менять постоянного места жительства; не посещать определенные места; пройти курс лечения от алкоголизма, наркомании или венерического заболевания; осуществлять материальную поддержку семьи и др. Указанные меры суд вправе применить и в отношении лиц, условно-досрочно освобожденных от дальнейшего отбывания наказания (ч. 2 ст. 79 УК РФ). В то же время следует признать, что стройной системы по контролю за лицами, освобожденными от наказания, а так же осужденными условно, в России сегодня не существует.
Приведенные примеры законодательной регламентации данного направления деятельности государства, к сожалению, указывают на достаточно разрозненный характер ее осуществления, а сами примеры, скорее, имеют статус исключений, распространяющихся лишь на отдельно взятые частные случаи, не отвечая существующим потребностям общества. Связано это в первую очередь с тем, что для достижения максимально эффективных результатов противодействия рецидивной преступности применение мер социально-правового контроля должно распространяться не только в отношении условно осужденных и лиц досрочно освобожденных от уголовного наказания, но и в отношении других категорий лиц, совершивших преступление.
Между тем целесообразность контроля за лицами, ранее совершившими преступления и представляющими определенную угрозу обществу, ни когда не вызывала сомнения у большинства правоведов. Еще в 1894 г. А.А. Пионтковский предлагал ввести в уголовное право «институт испытания».
Более того, проведенный анализ показал, что статус и правовая природа мер, направленных на контроль за указанными категориями лиц, в большинстве стран четко определены и детально регламентированы в рамках уголовно-правовых отношений. Нельзя не отметить, что в последнее время все чаще обращается внимание на необходимость ужесточения воздействия на лиц, осужденных условно или уже освобожденных от наказания. Причем характер предлагаемых на законодательном уровне мер имеет достаточно широкий диапазон, включая как административно-правовые, так и уголовно-правовые механизмы их реализации.
Таким образом, возникает ситуация, когда одинаковые по своей природе и содержанию меры, состоящие в контроле (надзоре), за лицом, совершившим преступное деяние, а также возложении правоограничений, способствующих контролю за лицом, совершившим преступление, имеют разрозненную правовую регламентацию. На сегодняшний день указанные правоограничения одновременно составляют содержание:
) условного осуждения;
) условно-досрочного освобождения;
) принудительных мер воспитательного воздействия;
) мер принуждения, установленных отдельными федеральными законами,
) основного и дополнительного видов наказания,
) мер административного ограничения (административный надзор).
Данное положение, с учетом имеющейся неопределенности в правовой регламентации форм и методов контроля за судимыми лицами, не утратило своей актуальности и по сегодняшний день. Учитывая тот факт, что правовым основанием применения ограничений является судимость лица, то вполне логичным представляется вывод и о необходимости правового регулирования данного вопроса в рамках уголовного законодательства.
На сложности, возникающие в связи с разрозненной правовой регламентацией рассматриваемых мер, обращается внимание и в современной юридической литературе таким автором, как Нечепуренко А.А.
Следует отметить, что применение подобных форм социально-правового контроля не является свойственным только отечественному законодательству. Так, Уголовный кодекс Германии содержит специальную главу «Приостановление наказания с испытанием». В рамках данного института осужденный передается на весь период испытательного срока (от 2 до 5 лет) или на его часть под надзор и руководство назначенного «для оказания помощи на период испытательного срока» лица (куратора), действующего на профессиональных (служебных) либо общественных началах.
На период испытательного срока суд дает осужденному ряд указаний (§56 c), касающихся его образа жизни, местопребывания, образования, работы или свободного времени: не вступать в контакты с определенными людьми; выполнять обязанности по материальному содержанию своих близких; являться в суд либо иное место в назначенное время и т.д. Куратор, в свою очередь, «помогает осужденному и опекает его», а также наблюдает за выполнением обязанностей и указаний суда, сообщает об образе жизни осужденного либо грубых нарушениях обязательств и указаний.
Аналогичная форма контроля осуществляется также в случае применения «предостережения с оговоркой о возможности применения наказания» (§59), когда лицу назначается наказание, не связанное с лишением свободы. Помимо указанных мер УК ФРГ в обязательном порядке предписывает осуществление надзора в случае назначения мер исправления и безопасности, а также лицу, отбывающему наказание в виде срочного лишения свободы, если существует опасность, что лицо совершит другие уголовно наказуемые деяния (§68). При этом содержание подобного надзора (§68-68g) во многом схоже с существовавшим ранее в отечественном законодательстве институтом административного надзора.
В УК Франции существует институт освобождения от наказания с режимом испытания, содержание которого также предусматривает определенные условия прохождения испытательного срока и формы контроля за поведением осужденного, как в случае освобождения от наказания, так и после его отбытия. В большинстве уголовных кодексов США так же предусматривается обязательное установление «пробационного надзора» за условно осужденными и освобожденными условно-досрочно от наказания.
Таким образом, контроль за осужденными освобожденными от наказания является не только исторически обусловленным явлением, но и широко распространенным в действующем зарубежном уголовном законодательстве.
В свою очередь, отсутствие четко определенного на законодательном уровне статуса постпенитенциарного воздействия на лиц, отбывших наказание или условно осужденных, не способствует формированию единообразной практики применения не только положений ст. 73, 79 УК РФ, но и в целом ослабляет контроль как превентивную меру рецидивной преступности.
Более того, проведенный анализ показал, что статус и правовая природа мер, направленных на контроль за указанными категориями лиц, в большинстве стран четко определены и детально регламентированы в рамках уголовно-правовых отношений. Нельзя не отметить, что в последнее время все чаще обращается внимание на необходимость ужесточения воздействия на лиц, осужденных условно или уже освобожденных от наказания. Причем характер предлагаемых на законодательном уровне мер имеет достаточно широкий диапазон, включая как административно-правовые, так и уголовно-правовые механизмы их реализации.
Так, в соответствии с Федеральным законом №377 «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с введением в действие положений Уголовного кодекса Российской Федерации и Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации о наказании в виде ограничения свободы» в Уголовный кодекс введен новый вид наказания в виде ограничения свободы.
Анализ законов и законопроектов, регулирующих вопросы исполнения наказаний не связанных с лишением свободы позволяет прийти к выводу, что меры по контролю за поведением лиц, совершивших преступления, должны быть не просто объединены в один институт, но и регламентироваться в рамках именно уголовного закона. Более того, существование вне Уголовного кодекса мер государственного принуждения, применяемых в отношении лиц, совершивших преступление, являющихся правовым последствием совершенного преступления и напрямую направленных на предупреждение преступлений, входит в противоречие с принципом законности (ч. 1 ст. 3 УК РФ).
Мы придерживаемся мнения авторов Карпова К.Н. и Бавсун М.В. которые считают, что вышеуказанное предполагает не только отсутствие преступления без указания на то в законе, но и невозможность применения к лицу мер государственного принуждения, без указания о них в Уголовном кодексе. Об этом свидетельствует ч. 1 ст. 3 УК РФ, согласно которой наказуемость и иные уголовно-правовые последствия преступления определяются только уголовным законом. При этом если материальные (экономические) последствия совершенного преступления - меры, предназначенные для возмещения вреда, восстановления имущественного положения, могут регламентироваться гражданским законодательством, то применение правоограничений, направленных непосредственно на ограничение прав и свобод виновного в связи с совершенным им преступлением, должно быть урегулировано именно в уголовном законе.
Мы полагаем, что действующее уголовное законодательство в качестве правовых последствий совершенного преступления закрепляет только две формы государственного воздействия - наказание и «иные меры уголовно-правового характера». При этом контроль за осужденным, фактически являясь самостоятельным уголовно-правовым последствием совершенного преступления, не содержится ни в системе наказаний, ни в разделе, регламентирующем применение иных мер уголовно-правового характера, что приводит к неопределенности их правовой природы.
В то время как единый подход к решению проблем регламентации контроля за лицами, имеющими судимость, может быть достигнут именно за счет закрепления за данными мерами определенного статуса. Наиболее логичной в данном случае видится регламентация анализируемой группы общественных отношений в рамках иных мер уголовно-правового характера, содержащихся в соответствующем разделе УК РФ.
По нашему мнению, контроль за осужденными в качестве иных мер уголовно-правового характера, может назначаться вне зависимости от назначенного судом наказания, а также в случаях, когда наказание невозможно назначить по каким-либо причинам (невменяемость лица, плохое состояние здоровья и т.д.), но при этом потребность в специальном предупреждении преступлений и воздействии именно уголовно-правовыми средствами сохраняется.
Меры по контролю, за определенными категориями лиц, не носят ни карательного, ни возмездного характера, преследуя собой несколько иные цели и решая другие задачи. При этом назначение этих мер и их содержание (как и большинства иных мер уголовно-правового характера) во многом зависят от усмотрения суда, который в данном случае не скован рамками санкции статьи. Данные факторы в совокупности указывают на единую правовую природу указанных способов уголовно-правового воздействия, на лиц, совершивших преступления, что и обусловливает вывод о необходимости их правовой регламентации именно в рамках иных мер уголовно-правового характера.
уголовный исполнительный условный
осужденный
2.2 Преобразования
уголовно-исполнительной системы на современном этапе развития
В условиях социально-экономического преобразования, построения правового и демократического государства, были выражены в принятии нового уголовно-исполнительного законодательства, которое преследовало следующие цели: преобразование системы исполнения наказаний в соответствии со сложившимися реалиями; повышение ее открытости; усиление охраны прав, свобод и законных интересов осужденных; привлечение к участию в их исправлении органов государственной власти и органов местного самоуправления и иных организаций, общественных объединений и граждан.
Но дальнейшие изменения в жизни общества и корректировка отдельных положений уголовно-исполнительной политики, диктовали необходимость внесения соответствующих изменений и дополнений уголовно-исполнительного закона. Кроме того, они были необходимы и потому, что практика применения Кодекса за время его действия показала наличие определенных недочетов и пробелов в правовом регулировании отдельных вопросов исполнения наказаний. Эти изменения и дополнения в Уголовно-исполнительный кодекс РФ, внесенные другими федеральными законами, направлены на дальнейшую демократизацию системы исполнения наказаний, гуманизацию самого процесса их исполнения, приближения норм обращения с осужденными к международным стандартам.
Уголовно-исполнительное законодательство - это система законов, непосредственно регулирующих общественные отношения, возникающие по поводу и в процессе исполнения (отбывания) всех видов уголовных наказаний и применения иных мер уголовно-правового воздействия. Такой подход к определению рассматриваемого понятия получил официальное закрепление в УИК РФ, где ч.1 ст.2 устанавливает: «Уголовно-исполнительное законодательство Российской Федерации состоит из настоящего Кодекса и других федеральных законов».
С момента принятия уголовного и уголовно-исполнительного законодательства ряд новелл не нашел своего воплощения в связи с отсутствием прежде всего экономических условий для исполнения отдельных видов наказаний таких как арест, ограничение свободы, исправительные и обязательные работы. В связи с этим в 2004 году были проведены значительные преобразования в уголовно-исполнительной системе и Указом Президента РФ была образована Федеральная служба исполнения наказаний, подведомственная Министерству юстиции РФ.
Как уже говорилось, уголовно - исполнительная политика государства находит свое правовое выражение в соответствующей отрасли права - в уголовно-исполнительном праве. Данная отрасль права получила это официальное наименование 18.12.1996 г., когда Государственной Думой РФ был принят Уголовно-исполнительный кодекс РФ. До этого уголовно-исполнительное право в разные периоды называлось «тюремным правом» (тюремоведением), «пенитенциарным правом», «исправительно-трудовым правом».
Современная уголовная политика нашего государства направлена на усиление борьбы с тяжкими и особо тяжкими преступлениями при одновременном смягчении уголовной ответственности за преступления небольшой и средней тяжести. В настоящее время доля наказаний, альтернативных лишению свободы, достигает свыше 60 % от общего числа наказаний, назначаемых судами. Исполнение большинства из них возложено на уголовно-исполнительные инспекции, которые являются - основным звеном службы исполнения наказаний, не связанных с лишением свободы.
Следует отметить, что практика применения наказаний без изоляции от общества ещё в Советском Союзе обусловила необходимость создания системы соответствующих органов и учреждений, формирование которой было в целом завершено лишь во второй половине прошлого века. Прообразом уголовно-исполнительных инспекций явились «Бюро принудительных работ», созданные при губернских и областных отдела юстиции в соответствии с циркуляром Наркомата юстиции России от 07.05.1919 г.
Начиная с 30-х годов прошлого века органы, исполняющие наказания без изоляции от общества, входили в систему МВД СССР. Этими учреждениями были районные и межрайонные инспекции исправительно-трудовых работ.
Дальнейшая история создания уголовно-исполнительных инспекций во многом связана с развитием 60-80-е годы институтов условного осуждения - условного освобождения с обязательным привлечением к труду. До начала 1999 года они входили в структуру территориальных (районных, межрайонных, городских) органов внутренних дел.