Эта комбинация значений нерегулярна, поскольку не каждое действие может быть постоянным или профессиональным, а также актуальным. Среди названий лиц по актуальному действию, не совмещённому с другим, профессиональным, можно перечислить такие, как седок, ездок, всадник. К наименованиям лиц по профессиональному действию, не совмещённому с актуальным, относятся носильщик, лётчик, издатель, мясник и др. При этом отсубстантивные названия лиц могут выражать либо оба значения, либо значение неактуального действователя; только актуальное значение они не выражают (в отличие от глагольных наименований лиц). Подчеркнём, что способность совмещать актуальное и неактуальное значения - свойство только названий лиц; оно отсутствует у названий действующих предметов. В этом отличие семантической структуры личных и предметных наименований.
Таким образом, при анализе наименований лица, образованных морфемным путём, большую роль играют соотношение производящей и производной лексем, а также возможности словообразовательных формантов, а именно их способность оформлять разные отношения к тому, что обозначено производящей основой. Лексемы, образованные в результате повторной реализации словообразовательной модели, не связаны друг с другом отношениями производности, они соотносятся с одним и тем же значением производящей основы, имеют идентичные словообразовательные элементы, обозначают предметы одного понятийного ряда.
Иначе обстоит дело с семантическими дериватами, то есть лексемами, которые имеют идентичный графический облик, но называют совершенно разные понятия. При этом с уверенностью можно говорить не просто о существовании двух путей пополнения словарного состава - морфемной и семантической деривации, а об их «системном, органическом взаимодействии, наблюдающемся на всём протяжении истории языка» [3, с. 9]. Проблемой семантического переосмысления слова в разное время занимались учёные нескольких лингвистических школ. При всём многообразии интерпретации процесса, в ходе которого в языке появляются единозвучные лексемы, можно обобщить некоторые положения. Во-первых, фонематически идентичные знаки - явление, которое должно рассматриваться в синхронно-диахронном аспекте. Единозвучные лексемы активно функционировали в истории русского языка и продолжают появляться на современном этапе. Обусловлено это системностью словообразовательных процессов. Вне зависимости от продуктивности того или иного словообразовательного типа, стилистической дифференциации новообразований и других факторов слова в языке появляются вполне определёнными и устоявшимися путями, в числе которых безморфемный способ словопроизводства, который трактуется по-разному: как семантическое словообразование [3], семантическая деривация [4-6], семантическая трансформация и семантическая модуляция [7] и т. д. При этом во всех случаях речь идёт о появлении в языке ещё одного лексико-семантического варианта, ещё одной интерпретации уже существующего графического знака. В этом плане важно отметить, что при трансформации значений номинируемые реалии должны быть семантически связаны между собой. К примеру, слова апаш `человек, принадлежавший к деклассированным группам населения; вор, хулиган (во Франции)' и апаш `отложной, не застёгивающийся воротник' (БТС) не имеют семантической связи, в то время как между существительными кукушка `лесная перелётная птица, обычно не вьющая гнёзда и кладущая яйца в чужие гнёзда' и кукушка `мать, бросившая или подбросившая кому-л. ребёнка' (АРГО) очевидна связь, основанная на сходстве выполняемых человеком и кукушкой действий. Для более детального представления семантической деривации обратимся к наименованиям лица разных лексико-тематических групп.
Трансформации значений могут подвергаться наименования лиц по профессиональной и непрофессиональной деятельности (единоличник, декламатор, коновал и др.), однократному действию (банкрот, дезертир и др.), характеристики человека (аристократ, воитель и др.) и др.
Семантическая деривация обычно включает в себя модификацию значения, разновидностями которой являются расширение и сужение объёма значения, а также энантиосемия. Как справедливо отмечает Э.А. Балалыкина, процессы расширения и сужения значений слов относятся «к числу наиболее существенных изменений в семантике слова, отмечаемых на протяжении его длительного функционирования в языке» [8, с. 214].
Под расширением следует понимать увеличение семантического объёма слова. В результате обобщения слово, называвшее предметы одного вида, распространяется в качестве наименования на все виды данного рода, а иногда становится наименованием не только соответствующего, но и любого другого рода: беспризорник `ребенок, подросток, не имеющий семьи или оторвавшийся от неё, бездомный, никем не воспитываемый, не имеющий средств к существованию' (БТСРС), беспризорник `перен. тот, кто никому не принадлежит; кто брошен, забыт' (Ефр.); коновал `человек, занимающийся лечением лошадей, но не обладающий дипломом ветеринара, являющийся самоучкой' (БТСРС), коновал `пренебр. о плохом, невежественном враче' (БТС). Сужение значения представляет собой обратный процесс, когда слово становится представителем более специфического признака: салага `разг.-сниж. молодой, неопытный, неумелый человек' (БТС), салага `разг.-сниж. человек, недавно принятый на военную службу в качестве солдата, матроса и не обладающий необходимыми навыками для несения службы' (БТСРС); пакостник `разг. о человеке, который совершает гадкие, скверные поступки, делает пакости с целью навредить кому-л.' (БТСРС), пакостник `перен. развратный, похотливый мужчина' (Ефр.).
Подчеркнём, что «особое место в кругу семантических закономерностей, влияющих на изменение функциональных особенностей слова, имеет ещё недостаточно изученное явление энантиосемии, также носящей закономерный характер в процессе исторического изменения семантики слова» [8, с. 215]. Это очень древнее языковое явление, заключающееся в развитии полярных семантических оттенков в слове, получило развитие как на лексическом, так и на словообразовательном уровнях. «Лексическая энантиосемия - это тип семантических отношений однозвучных лексических единиц, выражающих противоположные значения» [8, с. 179]. При исследовании семантической деривации об энантиосемии следует говорить как о результате семантического переосмысления слова, изменении его эмоциональной окраски, например: должник `устар. тот, кто дал в долг, взаймы; кредитор' (Ефр.), должник `человек, который взял взаймы что-л. у кого-л. и обязан возвратить долг' (БТСРС); деятель `человек, проявивший себя в какой-л. сфере, области общественной деятельности, на каком-л. поприще' (БТСРС), деятель `ирон. о человеке, не умеющем или не сумевшем выполнить какую-л. необходимую, нужную работу, важное дело и т. п.' (БТС); декламатор `человек, выразительно читающий художественные произведения, публично исполняющий их' (БТСРС), декламатор `перен. фразёр (неодобр. тот, кто любит говорить пустые, малозначительные фразы)' (Ефр.) и др.
Все представленные выше семантические изменения в пределах слова осуществляются не хаотично, а по определённым моделям. Поскольку модификация значения и переносы - это явления семантической деривации, то модели целесообразно называть деривационно-семантическими. Одна их них представлена наименованиями лица, образованными от существительных, называющих человека по конкретному признаку или действию. Так, метафорический перенос по сходству, сопровождающийся расширением значения, наблюдается в семантических дериватах на базе следующих существительных: бобыль `бессемейный крестьянин - бедняк, обычно не имеющий собственного хозяйства, земли' (БТС), бобыль `разг. перен. одинокий бессемейный человек' (БТС); старовер `последователь и сторонник старообрядчества; старообрядец' (БТС), старовер `шутл. человек, который придерживается старых привычек, правил, вкусов' (БТС). Другими примерами дериватов в рамках данной модели могут служить такие существительные, как анахорет `устар. пустынник, отшельник' (БТС), анахорет `перен. тот, кто живёт уединённо, замкнуто' (Ефр.); банкрот `человек, потерпевший банкротство, отказывающийся платить кредиторам' (БТСРС), банкрот `перен. тот, кто потерпел полную неудачу, крах в осуществлении чего-л. (Ефр.); вандал `книжн. преступник, беспощадно разрушающий памятники культуры и искусства, бессмысленно уничтожающий культурные материальные ценности, принадлежащие обществу' (БТСРС), вандал ` перен. необразованный, невежественный человек' (Ефр.); дикарь `человек, находящийся на первобытной ступени развития' (Ефр.), дикарь `перен. презрит. невоспитанный, невежественный человек' (Ефр.); единоличник `крестьянин, ведущий отдельное, самостоятельное хозяйство и не являющийся членом сельскохозяйственной артели' (БТСРС), единоличник `неодобр. об эгоистичном человеке, заботящемся только о себе и своем благе' (БТС); а также лексемы иезуит, изверг, изувер, импотент, интеллигент, каннибал, плебей, собственник и т. д.
В результате метафорического переноса по сходству функции (или выполняемого действия) появились такие лексемы, как баламут ` разг. человек, вносящий смятение, беспорядок, раздор куда-л.' (БТСРС), баламут `разг. перен. подстрекатель, смутьян' (Ефр.); бандит `член банды, вооруженный грабитель' (БТС), бандит `разг. тот, кто виновен в каких-л. преступлениях' (Ефр.); дезертир `человек (военнослужащий), поступивший изменнически, самовольно оставивший воинскую часть с целью уклонения от военной службы, или призывник, уклоняющийся от призыва в армию' (БТСРС), дезертир `перен. человек, уклоняющийся от исполнения своего гражданского долга, своих служебных и общественных обязанностей' (БТСРС); дилетант `тот, кто занимается чем-л., не имея специальной подготовки, систематических знаний; любитель' (БТС), дилетант `неодобр. о ком-л., плохо разбирающемся в чём-л.' (БТС) и т. д. Как видно из примеров, чаще всего производная номинация - результат расширения объёма значения. Назвав какое-то конкретное явление действительности, человек по законам аналогии использует лексему неоднократно. При этом направленность на первоначальный объект номинации постепенно стирается, остаётся лишь ассоциация с основным характерным признаком, который лёг в основу появления деривата.
Интересно, что некоторые лексемы приобрели отрицательную коннотацию лишь со временем. Так, например, слово нахлебник изначально имело значение `тот, кто получает за плату питание и жилье в чужой семье', которое сейчас фиксируется как устаревшее (БТС). Постепенно, вероятно, под влиянием экстралингвистических причин лексема приобрела негативную окраску и стала использоваться в разговорной речи для неодобрительной характеристики человека, живущего за счёт чужого труда, на чужой счёт, на чужих хлебах, приживальщика (БТСРС); ср. также приживальщик `устар. обнищавший дворянин, интеллигент, купец, живший из милости в чужом богатом доме и не имевший никаких определённых занятий' (БТС), приживальщик `пренебр. человек, живущий за чужой счёт' (БТС).
Ещё одним любопытным закономерным явлением можно назвать образование бранных слов на базе наименований лица с отрицательной коннотацией. Например: паразит `тот, кто живёт чужим трудом; тунеядец' (БТС), паразит `бран. о дурном человеке; о человеке, свершившем плохой поступок' (БТС); безбожник `разг. то же, что атеист' (БТСРС), безбожник `бран. перен. о бессовестном, бесчестном человеке' (БТС); антихрист `в христианском вероучении: главный противник Христа, который должен явиться для последней борьбы перед концом света и вторым пришествием Христа' (БТС), антихрист `бран. о человеке, вызывающем гнев окружающих своими антиобщественными поступками, поведением (обычно бессердечном, жестоком или бесчестном, непорядочном)' (БТС) и др. Как видим, порицаемое обществом (большинством носителей языка) качество (лень, маловерие и др.) становится основанием для появления номинации, в целом характеризующей человека негативно.
При рассмотрении семантических дериватов важно учитывать не только их предметно-логическое значение, но и экспрессию, которая всегда субъективна, носит личный характер и может колебаться в зависимости от контекста. Из приведённых нами примеров видно, что в русском языке в существительных чаще отражаются отрицательные характеристики человека, чем положительные. Семантические дериваты в связи с этим содержат в структуре своего значения негативную коннотацию.
В процессе семантических преобразований актуализируются различные семы с отрицательной коннотацией. В результате на базе уже имеющегося слова с негативной оценкой появляется дериват, также отрицательно характеризующий человека. Порицаются следующие качества:
притворство, лукавство, стремление к мошенничеству: плут `разг. хитрый и ловкий обманщик; мелкий мошенник' (Ефр.), плут `разг. человек, поступающий нечестно, лукавя и притворяясь, ловко и искусно скрывая свои истинные намерения' (БТСРС);
лень, желание прожить за чужой счёт: потребитель `тот, кто (то, что) использует, расходует что-л. для удовлетворения своих потребностей (растение - потребитель азота)' (БТС), потребитель `неодобр. тот, кто стремится только к удовлетворению своих потребностей, ничего не производя сам' (БТС);
стремление к нарушению закона: преступник `человек, который совершил противозаконное, общественно опасное действие (или бездействие), нарушающее общественный правопорядок и подлежащее уголовной ответственности' (БТСРС), преступник `перен. тот, кто совершил что-то запрещённое, недозволенное или вредное для кого-л., чего-л.' (Ефр.); разбойник `преступник, который нападает на кого-л. с целью захвата чужого имущества, убийства' (БТСРС), разбойник `перен. разг. о том, кто совершает насилие, грубо притесняет, вымогает и т. п.' (БТС); жулик `разг. вор, занимающийся мелкими кражами' (Ефр.), жулик `перен. разг. человек, который обманывает, прибегает к недобросовестным мошенническим приёмам' (БТСРС); провокатор `человек, который своими действиями подстрекает на какие-л. действия; тайный агент, действующий путём провокации - предательского поведения, подстрекательства кого-л. к каким-л. действиям и т. п.' (БТСРС), провокатор `перен. тот, кто подстрекает кого-н. к чему-н. нежелательному, неприятному по своим последствиям' (Ож.);
неискренность, показная весёлость: шут `лицо при дворе государя, в домах вельмож, бояр и т. п., обязанностью которого являлось развлечение хозяев и их гостей шутками, остротами, забавными выходками и т. п.' (Ефр.), шут `разг. перен. тот, кто паясничает, кривляется на потеху, балагурит в угоду другим (обычно с оттенком неодобрительности)' (Ефр.) и др.
Положительная коннотация производных наименований - явление значительно более редкое. Можно отметить значение слова подвижник `активный, самоотверженный деятель, борец' (БТС), образованное от исходного наименования лица подвижник `человек, изнуряющий себя лишениями, молитвами во имя служения Богу; отшельник, затворник' (БТС). Сюда же следует отнести наименования, называющие человека в соответствии с родственными отношениями и в то же время как покровителя, защитника (батюшка, кормилец и т. д.).
Иногда эмотивный компонент трудно классифицировать как положительный или отрицательный. Это касается, как правило, слов с оттенком иронии, шутливости и т. п. Например: авгур `в Древнем Риме: жрец, толковавший волю богов, предсказывающий будущее по поведению птиц (крику, полету и т. п.)', авгур `ирон. о том, кто держит в тайне от других свои познания, кто делает вид, что посвящён в особые тайны' (БТС); аскет `христианский отшельник, проводящий свою жизнь в строгом воздержании' (БТС), аскет ` перен. человек, отказывающийся от жизненных благ, удовольствий или ограничивающий себя, ведущий аскетический образ жизни' (БТСРС) (последнее является мотивирующим для более узкого значения слова аскет `перен. художник, писатель и т. п., скупо использующий изобразительные средства' (Ефр.)); барин `дворянин, помещик, представитель привилегированных слоёв общества' (Ефр.), барин `разг. о солидном (обычно богато одетом) человеке с важной походкой, степенными манерами' (БТС), барин `хозяин, господин (обычно в обращении простолюдинов)' (БТС). Производные номинативные единицы в данном случае возникли в результате метафорического переноса по сходству. Ср. также наименования лица отец, господин, пан и др.