В отечественной литературе неоднократно предлагалось расширить диспозицию ст. 252 УК РФ путем дополнения ее конструкциями, позволяющими учесть иные способы ухудшения морской среды, помимо загрязнения. На наш взгляд, подобное стремление заслуживает одобрения, однако детальный анализ позиций не всегда позволяет согласиться с предлагаемыми вариантами. Так, Н.А. Чертова обосновала необходимость включения в диспозицию такой конструкции, как «заражение морской среды», имея в виду радиоактивное воздействие [13, с. 129-130]. Очевидно, что ухудшение свойств и качеств морской среды может являться следствием повышения уровня радиационного фона, тем более с развитием и внедрением достижений научнотехнического прогресса как в России, так и в зарубежных странах, в частности Великобритании [14, р. 115], такая проблема усиливается. В то же время в естественных науках радиоактивное воздействие на воду называется радиоактивным загрязнением, что позволяет сделать вывод о том, что подобные действия уже охватываются действующей диспозицией ст. 252 УК РФ, поэтому применение предлагаемой конструкции не вполне обоснованно [15, с. 21].
Буквальное толкование диспозиции ст. 252 УК РФ позволяет прийти к заключению о том, что, на первый взгляд, ею не охватывается введение в морскую среду отдельных видов организмов, которые в силу своей жизнедеятельности могут оказать негативное влияние. В самом деле, иногда даже безобидный, на взгляд неспециалиста, вид может оказать существенное воздействие на экосистему. Например, большое внимание ученых привлекло вторжение некоренных видов в Балтийское море. За некоторый промежуток времени в Балтийском море существенно возросла популяция бычковых (лат. Gobiidae), для которых характерна значительная скорость распространения. Предметом исследования ученых стала проблема вытеснения других видов рыб вследствие недостатка места для нереста и корма, хотя они и являются местными и находятся в привычной для них среде. Отдельные группы специалистов пришли к разным выводам относительно опасности данного явления, однако все они признают, что потенциально вред может быть существенным [16, р. 171-172; 17, р. 95-96].
К подобному деянию следует отнести также привнесение в морскую среду микроорганизмов, водорослей и других объектов, наличие и деятельность которых потенциально могут вызвать вредные изменения. Отсутствие в ст. 252 УК РФ прямых указаний на данные действия может показаться правовым пробелом. В то же время вселение новых видов в экологические системы можно отнести к биологическому загрязнению, а следовательно, существующая конструкция «загрязнение морской среды» охватывает и данный способ совершения деяния [18, с. 26-27].
Отечественными учеными в целом было достаточно глубоко проанализировано понятие «загрязнение морской среды». На наш взгляд, следует согласиться с мнением Н.С. Куделькина о том, что понятие «загрязнение» должно охватывать все возможные способы загрязнения, включая даже те, которые не являются распространенными [19, с. 582]. В соответствии с требованиями юридической техники в уголовном законодательстве приветствуется использование речевых стереотипов и постоянство терминологии. Вводить новые языковые конструкции следует лишь в крайних случаях, а исследуемая ситуация, по нашему мнению, к таковым не относится. Таким образом, поскольку конструкция «загрязнение морской среды» является универсальной, дополнять диспозицию ст. 252 УК РФ указанием на иные способы нет острой необходимости.
Субъективная сторона и субъект преступления. Переходя к анализу субъективной стороны загрязнения морской среды, следует отметить, что для данного состава характерно отсутствие указания на форму вины. Буквальное толкование не позволяет уяснить, является ли данное преступление умышленным или неосторожным. Вместе с тем п. 4 постановления Пленума Верховного Суда РФ «О применении судами законодательства об ответственности за нарушения в области охраны окружающей среды и природопользования» от 18 октября 2012 г. № 21 разъясняется, что при отсутствии указаний на форму вины, преступление, предусмотренное гл. 26 УК РФ, может быть совершено как умышленно, так и по неосторожности, если об этом свидетельствуют содержание деяния, способы его совершения и иные признаки объективной стороны состава экологического преступления О применении судами законодательства об ответственности за нарушения в области охраны окружающей среды и природопользования : постановление Пленума Верхов. Суда РФ от 18 окт. 2012 № 21 : (ред. от 30 нояб. 2017 г.) // Российская газета. 2012. 31 окт.. Следовательно, форма вины в преступлении, предусмотренном ст. 252 УК РФ, может быть и умышленной, и неосторожной. Однако следует отметить, что анализ судебно-следственной практики не установил случаев, когда загрязнение морской среды совершалось с умыслом. Тем не менее, на наш взгляд, возможность вменения обеих форм вины является достаточно правильной, поскольку данное деяние опасно и в том, и в другом случае (хотя умысел указывает на повышенную опасность обвиняемого). Полагаем, законодателю следует формализовать в статьях данной главы указание на форму вины, упорядочив тем самым уголовное законодательство, так как разъяснения Верховного Суда РФ необязательны для органов предварительного расследования, прокуратуры, судов, иных субъектов уголовной юрисдикции. При этом упорядочивание закона может быть произведено двумя путями -- выделением отдельных составов с разными формами вины и, следовательно, наказаниями (с соразмерным ужесточением ответственности за умышленное деяние) либо законодательным закреплением обеих форм вины в одном составе, но с корректировкой санкции статьи, позволяющей судам детальнее дифференцировать наказания за данное деяние. На наш взгляд, предпочтительнее первый вариант, в соответствии с которым загрязнение, совершенное по неосторожности, целесообразно предусмотреть в ч. 1 ст. 252 УК РФ, раскрывающей основной состав преступления, а умышленное загрязнение формализовать в ч. 2 ст. 252 УК РФ в качестве квалифицирующего признака.
Субъектом данного преступления является физическое вменяемое лицо, достигшее 16-летнего возраста. Причем в теории и практике, как правило, субъектами признаются лица, в чьи должностные обязанности входит соблюдение правил охраны морской среды. В то же время, на наш взгляд, субъектом преступления может быть и лицо, не занимающее должность с соответствующими обязанностями, в частности загрязняющее морскую среду с прямым умыслом и из хулиганских побуждений. Думается, что в этом случае нужно говорить о возможности привлечения к уголовной ответственности за преступление, предусмотренное ст. 252 УК РФ.
Квалифицирующие признаки. Некоторыми недостатками, на наш взгляд, обладает конструкция квалифицированного состава загрязнения морской среды, предусмотренного ч. 2 ст. 252 УК РФ, в соответствии с диспозицией которой наказуемым признается совершение тех же деяний, причинивших существенный вред здоровью человека, водным биологическим ресурсам, окружающей среде, зонам отдыха либо другим охраняемым законом интересам.
Относительно содержания понятия «существенный вред водным биологическим ресурсам, окружающей среде, зонам отдыха либо другим охраняемым законом интересам» Верховным Судом РФ вполне справедливо разъяснено, что вопрос оценки последствий в каждом конкретном случае решается с учетом фактических обстоятельств дела, а также экологической ценности среды. Проблема состоит в том, что понятие «существенный вред» в данном контексте является оценочным и в ряде случаев может вызывать затруднения. Однако с учетом бланкетного характера диспозиции проблема может быть разрешена только за счет детального указания на размеры ущерба в соответствующих нормативных актах.
В свою очередь, общественно опасное последствие в виде причинения существенного вреда здоровью человека терминологически некорректное ввиду невозможности однозначного толкования, поскольку из диспозиции не вытекает, какой именно вред здоровью следует признавать существенным. Такая формулировка не является устойчивой в отечественном уголовном праве и, помимо диспозиции ст. 252 УК РФ, предусматривается только одной статьей -- ст. 247 УК РФ.
Если обратиться к статьям уголовного законодательства, направленным непосредственно на охрану здоровья, то можно увидеть, что в качестве последствий устанавливаются такие традиционно выделяемые виды вреда здоровью, как тяжкий, средней тяжести, легкий. Причинение физических страданий, не подпадающих под данные категории, является насилием, не опасным для здоровья.
Согласно разъяснениям Верховного Суда РФ, изложенным в п. 6 постановления Пленума Верховного Суда РФ «О применении судами законодательства об ответственности за нарушения в области охраны окружающей среды и природопользования» от 18 октября 2012 г. № 21, применительно к ч. 1 ст. 247 УК РФ существенный вред здоровью человека выражается в тяжком или средней тяжести вреде здоровью хотя бы одного лица. Исходя из тождественности толкования одних и тех же конструкций существенным вредом здоровью в ч. 2 ст. 252 УК РФ является тяжкий или средней тяжести, тогда как легкий вред к существенному не относится. На наш взгляд, такой подход нелогичен, поскольку любой вред, опасный для здоровья человека, является существенным, в том числе легкий.
В настоящий момент роль окружающей среды и ее влияние на здоровье человека переосмысливаются, кроме того, констатируется (в том числе благодаря развитию так называемой зеленой криминологии) высокая общественная опасность экологических преступлений [20, р. 997-998; 21, р. 251-252].
С учетом того факта, что совершение преступления, предусмотренного ст. 252 УК РФ, возможно и по неосторожности, вполне понятно решение законодателя ограничить сферу действия квалифицированного состава, но при наличии умышленной формы вины это вряд ли оправданно. В дополнение следует подчеркнуть, что для морской среды характерна тесная связь с другими компонентами окружающей среды и значительная протяженность.
Количество потенциальных потерпевших может оказаться существенным, и с их увеличением возрастает степень опасности последствий в виде даже легкого вреда здоровью. Думается, что причинение легкого вреда здоровью нескольких лиц вследствие загрязнения является таким же или даже более опасным, чем причинение вреда средней тяжести здоровью одного лица.
Таким образом, в качестве квалифицирующего признака в ч. 2 ст. 252 УК РФ следует установить не «причинение существенного вреда здоровью человека», а просто «причинение вреда здоровью человека», охватив тем самым легкий вред здоровью. В то же время, учитывая взаимосвязь положений уголовного закона, можно предположить, что конструкция «существенный вред» потребует переосмысления и в других нормах, что, однако, является предметом отдельного исследования.
Заключение
Под непосредственным объектом преступления, предусмотренного ст. 252 УК РФ, по нашему мнению, следует понимать общественные отношения, обеспечивающие охрану морской среды как неотъемлемой части окружающей среды и ее пригодность для рационального использования. В качестве предмета преступления следует понимать морскую среду, включая воды внутренних, территориального и открытого морей, исключительной экономической зоны РФ.
Анализ ст. 252 УК РФ позволил выявить ее недостатки и предложить рекомендации по совершенствованию. Диспозиции ч. 1 и ч. 2 ст. 252 УК РФ с учетом изменений могут выглядеть следующим образом:
1. Загрязнение морской среды из находящихся на суше источников либо вследствие нарушения правил захоронения или сброса с транспортных средств или возведенных в море искусственных островов, установок или сооружений веществ и материалов, а равно иное изменение природных свойств морской среды, создающих опасность для здоровья человека и водных биологических ресурсов либо препятствующих правомерному использованию морской среды, совершенные по неосторожности...
2. Деяния, предусмотренные частью первой настоящей статьи, совершенные умышленно.
3. Деяния, предусмотренные частями первой или второй настоящей статьи, причинившие вред здоровью человека либо существенный вред водным биологическим ресурсам, окружающей среде, зонам отдыха либо другим охраняемым законом интересам.
Разработанные рекомендации по совершенствованию норм, направленных на противодействие загрязнению морской среды, по нашему мнению, имеют существенное практическое значение, поскольку могут повысить эффективность их применения в случае принятия во внимание законодателем. В то же время теоретические выводы будут полезны иным исследователям в поиске возможных путей оптимизации правовой охраны морской среды от противоправных посягательств.
Список использованной литературы
1. Heavy Metal Pollution Assessment in Relation to Sediment Properties in the Coastal Sediments of the Southern Caspian Sea / K.D. Bastami [et al.] // Marine Pollution Bulletin. -- 2015. -- Vol. 92, № 1-2. -- P. 237-243.
2. Public Awareness, Concerns, and Priorities About Anthropogenic Impacts on Marine Environments / S. Gelcich [et al.] // PNAS. -- 2014. -- Vol. 111, № 42. -- P. 15042-15047.
3. Evaluating and Ranking the Vulnerability of Global Marine Ecosystems to Anthropogenic Threats / B.S. Halpern [et al.] // Conservation Biology. -- 2007. -- № 21 (5). -- P. 1301-1315.
4. Gibbs C. Intelligence-led Policing and Transnational Environmental Crime: a Process Evaluation / C. Gibbs, E.F. McGarrell, B. Sullivan // European Journal of Criminology. -- 2015. -- Vol. 12. -- P. 242-259.
5. Лавыгина И.В. Правовая основа уголовной политики в сфере охраны природы / И.В. Лавыгина // Криминологический журнал Байкальского государственного университета экономики и права. -- 2012. -- № 4. -- С. 56-62.
6. Vollaard B. Temporal Displacement of Environmental Crime: Evidence from Marine Oil Pollution / B. Vollaard // Journal of Environmental Economics and Management. -- 2017. -- Vol. 82. -- P. 168-180.
7. Wei L. A Study on the Perfection of the Criminal Legislation on Marine Environment of China / L. Wei, Ch. Zhao // Journal of Guangxi Normal University (Philosophy and Social Sciences Edition). -- 2013. -- № 4. -- P. 29-41.
8. Баумова М.Г. Уголовная ответственность за нарушения водного законодательства (ст. 250, 252 УК РФ) / М.Г. Баумо- ва // Актуальные проблемы юриспруденции и пути решения : материалы 3-й междунар. науч.-практ. конф., 2016. -- Омск, 2016. -- С. 86-88.