Рефлексивный взгляд на теорию справедливой войны М. Уолцера в эпоху появления цифровых военных сообществ
Дмитрий Валерьевич Биндас
Аннотация
Предметом исследования являются цифровые военные сообщества в социальных сетях и Интернете, рассматриваемые через рефлексию о теории справедливой войны. Объектом исследования выступает теория М. Уолцера и ее переосмысление другими авторами в контенте информационного пространства. Автор подробно анализирует такой аспект темы, как обзор ключевых научных мнений о понимании термина «справедливая война» в информационном контексте. Особое внимание уделяется современному развитию информационного пространства и параллельно - контролю и обеспечению безопасности, находящимся в приоритете у любого современного государственного аппарата. Сделан вывод, что постоянно меняющийся характер ведения информационной войны, деструктивно влияющий на эволюцию данного геополитического процесса, параллельно отражается на цифровом обществе. Особым вкладом автора в разработку темы является изучение концепции М. Уолцера и ее интерпретаций современными философами, позволяющее дать ответы на ключевые вопросы, связанные с оправданием информационной войны путем участия в ней цифровых военных сообществ. Новизна исследования состоит в том, что ранее теорию справедливой войны рассматривали исключительно в областях философии или политологии. Авторский взгляд на обозначенную проблематику также охватывает средства массовой коммуникации и журналистику, тем самым демонстрируя комплексный подход междисциплинарных наук.
Ключевые слова: теория справедливой войны, цифровое пространство, информационное противоборство, онлайн-общество, безопасность, военные сообщества, новые СМИ, массмедиа, права, обязанности, гибридная война
A Reflective View on the Just War Theory by M. Walzer in the Era of Digital Military Communities
Dmitriy V. Bindas
Abstract
The subject of the research is digital military communities on social networks and the Internet through the reflection on the just war theory. The object of the study is the theory of M. Walzer and its rethinking by other authors in the content of the information space. The author examines in detail such aspect of the topic as a review of the key scientific opinions on the understanding of the term “just war” in the information context. Particular attention is paid to the modern development of the information space and, in parallel with it, control and security, that are a priority for any modern state apparatus. It is concluded that the ever-changing nature of information warfare, which has a destructive effect on the evolution of this geopolitical process, while simultaneously being reflected in the digital society. The author's special contribution to the study of the topic is consideration of the theory of just war by Michael Walzer and its rethinking by modern philosophers, which allows to provide answers to key questions related to the justification of information warfare through the participation of digital military communities. The novelty of the study lies in the fact that previously the theory of just war was considered exclusively in the fields of philosophy or political science. The author's perspective on this issue also covers the mass media and journalism, thus demonstrating an integrated approach of interdisciplinary sciences.
Keywords: just war theory, digital space, information warfare, online society, security, military communities, new media, mass media, rights, hybrid war
справедливая война уолцер
Как утверждал Ж. Бодрийяр, «доказывать невозможность войны именно в тот момент, когда она вот-вот должна произойти, когда все больше накапливается признаков ее наступления, это глупое пари. Но еще более глупо было бы упустить такую возможность» (2016: 21). Философ в своем тезисе, безусловно, прав, он предрекает разрушения на войне и ее влияние на общество. На протяжении исследования мы приводим доводы философов, политологов, журналистов, военных историков в отношении войн и конфликтов. Каждый уважающий себя деятель науки считает, что любая война должна останавливаться (хотя бы на малый срок) либо заканчиваться. Парадокс относительно информационной войны заключается в том, что она никому не объявлялась и завершения ей нет, т. е. присутствует фактор бесконечности. Более того, ее оправданность, справедливость также является метафизическим понятием. В данной работе мы рассматриваем три вопроса. Является ли информационная война справедливой (в рамках теории)? Бесконечна ли она? Кто сможет ее остановить?
Само по себе понятие «справедливая война» - не новое, многие ученые считают автором данного термина Фому Аквинского. До настоящего времени многие мыслители продолжают развивать его учения и адаптировать их к современным реалиям. Однако создателем полноценной теории является Майкл Уолцер, а его последователи регулярно переосмысляют вклад его идей в философско-политологические науки. Концепцию можно разделить на два пласта. В первый - jus ad bellum - входят шесть принципов права на войну. Первые три из них следует отнести к сфере морали: война должна быть оправданна, война должна вестись с доброй или правильной целью, войну может начинать исключительно легитимная власть. Три других принципа из этого блока принадлежат к рациональной области: война является крайним средством, война должна гарантированно привести к победе или успеху, война должна являться меньшим или необходимым злом (Walzer, 1979: 62-63). Второй блок - jus in bello - касается законов войны из области гуманитарного права и состоит из двух принципов: избирательность - четкое разделение на комбатантов и некомбатантов; пропорциональность использования насилия, т. е. война без применения более жестких сил и средств по отношению к противнику (Walzer, 1979: 151-159).
Парадигма М. Уолцера строится на принципе суверенитета, согласно ей, существуют государства, в интересах которых всегда будут вестись войны (Walzer, 2006). В свою очередь, мыслитель поддерживал войну США в Персидском заливе и операции НАТО против Югославии, в его понимании эти войны справедливые. Прецедент бомбардировки Югославии выявляет слабое место в его теории, ведь по официальным данным ООН решение о бомбардировке было принято согласно «моральному императиву», а не правовому основанию гуманитарного права. Теория М. Уолцера базируется именно на правовых аспектах. Позднее автор меняет вектор первоначальной гипотезы в сторону легалистской парадигмы и полагает, что война считается оправданной в том случае, если ведется для защиты прав (Calder, 2005). В одном из последних трудов М. Уолцер приходит к следующему выводу: несмотря на то что его теория рациональна и последовательна, она с каждым новым геополитическим развитием военных конфликтов эволюционирует (Walzer, 1994).
В современной западной философии теория справедливой войны подвергается глубокому переосмыслению, ярким представителем здесь является Б. Оренд, который рассматривал данную концепцию через призму второго принципа пропорциональности - jus in bello (Orend, 2001). Он выводит гипотезу, основанную на правах человека, как оправдание любой войны, тем самым провозглашая некую моральную ценность. Однако, на наш взгляд, эта гипотеза представляет опасность, так как террористические организации, провозглашающие идею своих прав и свобод, базирующуюся на псевдосправедливости, априори не могут быть оправданными. Яркими примерами таких организаций выступают «Аль-Каида», ИГИЛ, «Талибан» - запрещенные организации на территории Российской Федерации.
Другие западные мыслители, в свою очередь, внесли вклад в модернизацию теории М. Уол- цера. Например, Л. Пеперкамп (Peperkamp, 2020), М. Эванс (Evans, 2014: 28) вводят третий принцип - jus post bellum; Й. Бейлин (Beilin, 2006), С. Ли (Lee, 2012: 292) и С. Фабр (Fabre, 2016: 12-19) рассуждают об опасности объективной концепции М. Уолцера, этических и моральных ценностях, которые нераздельно связаны с правами человека.
Среди российских авторов, изучающих данную тему, яркими представителями являются сотрудники кафедры философии Высшей школы экономики: Б.Н. Кашников (2019) и А.Д. Куманьков (2020). Следует обратить внимание, что рассуждения отечественных авторов о теории значительно отличаются от тезисов, выдвигаемых западными мыслителями, далее эта тенденция обсуждается подробнее.
Исследовательские труды А.Д. Куманькова, в которых большое место занимает теория справедливой войны, представляют особый интерес. Относительно эволюции данной концепции он рассуждает: «В статье 2006 г. “Смена режима и справедливая война” он <М. Уолцер> предлагает не ограничивать трансформацию теории справедливой войны развитием идеи смены режима или созданием принципов jus post bellum. Уолцер полагает, что “аргумент о jus ad bellum должен быть расширен до jus ad vim”. Фактически, Уолцер указывает на необходимость разработки теории справедливого и несправедливого использования силы, которая включала бы в себя и теорию справедливой войны, однако рассматривала иные возможные средства политического использования “средств, отличных от войны”. В качестве примера таких способов политического давления, “отличных от войны”, приводится ситуация сдерживания режима Саддама Хусейна в 1991-2003 гг. Сдерживание как невоенная мера применения силы не сможет сделать несправедливый режим справедливым, но оно превратит его в относительно безопасный режим. <...> Обновленная таким образом теория войны, более гибкая и объективная с точки зрения возможности принятия решений, нежели стандартная концепция справедливой войны, и должна обеспечить возможность мирного и гуманного решения конфликтов» (Куманьков, 2012: 149-150). Таким образом, А.Д. Куманьков разделяет взгляды М. Уолцера и других западных ученых, которые внесли вклад в развитие данной теории, и убежден, что она вполне жизнеспособна и будет далее эволюционировать с начальных принципов jus ad bellum и jus in bello в новую форму jus post bellum, а впоследствии - в jus ad vim.
Профессор Б.Н. Кашников считает иначе. По его мнению, сама теория М. Уолцера и ее дальнейшее развитие в научных исследованиях - не только бессмысленны, но и губительны: «Действительно, современная война не может быть справедливой и не может вести к торжеству справедливости. Это означает, что у теории справедливой войны нет достаточного предмета. Сама же теория справедливой войны есть теория излишняя и вредная, поскольку все ее морально значимое содержание может быть исчерпано теорией условного пацифизма. Все зло, которое может проистекать от этой теории, есть зло милитаризма, прикрытием и формой выражения которого теория справедливой войны является. <...> Теория, скорее всего, канет в небытие так же внезапно, как она возникла, уже в ближайшее время. Триумфальное шествие этой теории связано с уникальной военно-политической ситуацией - появление и существование единственной супердержавы. Вряд ли есть смысл рассуждать о справедливой войне при наличии двух держав, способных уничтожить друг друга и имеющих разные представления о справедливости» (Кашников, 2019: 165-166). Таким образом, ученый считает, что увлекаться изучением данной теорией не стоит.
Далее в исследовании мы попытались представить свой авторский взгляд на теорию справедливой войны и дать ответы на поставленные вопросы в аспекте информационной войны. В процессе поиска данных из научных источников, мы обратили внимание на факт, что западные и отечественные авторы изначально много анализировали труды К. Клаузевица и впоследствии пришли к изучению справедливости войн. Однако проведенные ими исследования поверхностные, поэтому так много слабых мест в оценке рассматриваемой теории. Среди российских авторов наиболее комплексный философский подход был реализован А.Е. Снесаревым. В одной из работ он утверждает, что анализировать философию современных военных конфликтов, основываясь на трудах К. Клаузевица, бессмысленно, поскольку из-за набора новых идеологических установок, технического прогресса и многих других аспектов (например, фашизма, геноцида, терроризма, развития военных и гражданских вооружений), которые не описаны у К. Клаузевица, необходимо создавать теоретическую базу философии войны, исходя из современных тенденций. А.Е. Снесарев отмечает: «Важнейшие переменные, определенные Клаузевицем, - в особенности триада насилие - ненависть - вражда, случайность - вероятность и политическая цель, а также его главная дефиниция войны как борьбы двух волевых начал, - представляют собой ту скалу, на которой многие мыслители с тех пор сознательно или неосознанно строили свои теории стратегии и международных отношений» (2007: 231-232).
Андрей Евгеньевич Снесарев - русский офицер, военный теоретик и философ - в книге «Философия войны» продолжает комплексно изучать данный феномен. Автор начинает исследование с роли философии войны, ее оценки со стороны общества в суждениях, затем переходит к процессам ее отражения на науке и подробно рассматривает нравственную оценку войны. Он наблюдает сдвиг к уменьшению военных потерь, подкрепляя свой тезис историческими сравнениями классических войн (Снесарев, 2013: 170-174).
Далее А.Е. Снесарев рассуждает о справедливости и правомерности в аспекте общечеловеческих и глобальных государственных ценностей: «Человек от природы вооружен способностью быть разумным добродетельным, но легко может пользоваться этими данными и в противоположном направлении; поэтому человек без добродетели - самое дикое нечестивое создание, худшее, чем все другие в его пороках невоздержанности. Справедливость же (противоположность этому опасному бесправию) связана с государством; ибо право есть не что иное, как порядок государственного общения, и свои определения оно создает в соответствии с понятием справедливого» (2013: 237). В рамках исследования данная цитата помогает ответить на ранее поставленный вопрос о том, почему подходы русской философской школы к теории справедливой войны отличаются от западных рассуждений. Причиной этого является этимология слов.
Во-первых, мыслители отечественной и западной школ основывают теорию справедливой войны на трудах К. Клаузевица, но понимание его рассуждений совершенно расходится с мыслями современных философов1. Во-вторых, наша позиция в отношении теории справедливой войны не совсем критическая, как у Б.Н. Кашникова, и не строго позитивная, как у А.Д. Кумань- кова. Полагаем, что данная концепция - жизнеспособная и ценная для философской науки, но противоречивая в оценках ученых всего мира, поскольку ее слабые места привязаны к трансдисциплинарным юридическим областям. В-третьих, на наш взгляд, главным противоречием в подходах философских школ является разница в значения слова «справедливость». Термин just war theory на русский язык был переведен как теория справедливой войны, но парадоксально, что в английском языке корень -just- фигурирует в словах justice, justify, judge, judicial - терминах, относящихся к правосудию и правоприменительным практикам. При этом в английском языке есть и другое слово - fair, в нашем контексте - warfare, которое также имеет значение справедливости, но не в правовом контексте, а в морально-этическом понимании. Русская философия основывается на морали, нравственности и других общечеловеческих ценностях в аспекте осмысления справедливости, западная - на юридической базе оправдания войны.