В настоящее время существует окно возможностей для усиления влияния Москвы в этом регионе, поскольку арабские страны разочарованы результатами политики США в период правления администраций Джорджа Буша-мл. и Барака Обамы и заинтересованы в диверсификации внешнеполитических связей. Соответственно, Россия может попытаться частично заполнить вакуум, который возникнет по мере сокращения американского присутствия в Заливе. Сохраняются противоречия и соперничество различных стран региона (прежде всего, по линии ССАГЗ-Иран), что диктует потребность в союзниках для обеспечения безопасности или же посредниках для переговоров о снижении напряже нности.
Безопасность России
Хотя Россия не имеет сухопутных границ ни с одной из стран Залива, эти государства имеют влияние на ряд стран Центральной Азии, а также на мусульманские регионы России. Считается, что в 90-е годы некоторые исламские благотворительные организации из стран Залива оказывали серьезное негативное воздействие на ситуацию в российских республиках Северного Кавказа.
В начале 2000-х годов для России было крайне важно лишить внешней поддержки и финансирования сепаратистов на Северном Кавказе. Это был один из главных вопросов в диалоге со странами Совета сотрудничества. В ноябре 2002 года официальный представитель российского МИД Александр Яковенко заявил накануне визита генерального секретаря ССАГПЗ Абдеррахмана Атыйи, что в Москве «благодарны руководству тех арабских государств, которые предпринимают шаги по сотрудничеству с Россией по линии правоохранительных органов в целях перекрытия каналов финансирования террористических группировок» [13]. После завершения боевых действий в Чечне террористическая угроза для России не исчезла. Поэтому Москва поддерживает инициативу создания в Заливе коалиции по борьбе с экстремизмом и терроризмом [14], а основным направлением контртеррори-стического сотрудничества со странами Залива Россия считает борьбу с финансированием террористических группировок.
С геополитической точки зрения, Москва опасается, что нестабильность с Ближнего Востока может быстро распространиться на соседние регионы и достигнуть территории России. Соответственно, снижение уровня конфликтности на Ближнем Востоке отвечает интересам обеспечения безопасности на южных границах России. При этом страны Залива считаются потенциальными партнерами в вопросах обеспечения мира и стабильности на всем Ближнем Востоке. Москва заинтересована в координации действий для урегулирования кризисов в Сирии, Палестине и в других горячих точках региона [15].
Исламский фактор
Одним из важных направлений политики России является укрепление взаимодействия с исламским миром, а страны Залива за счет своих финансовых возможностей и щедрой благотворительности обладают большим влиянием в Организации исламского сотрудничества и способны выступить в роли своеобразного моста между РФ и мусульманской уммой. Именно поддержка Саудовской Аравии позволила России в 2005 г. присоединиться к ОИК в качестве наблюдателя.
В 1990-е гг. российские власти были озабочены попытками различных неправительственных благотворительных организаций и исламских фондов, многие из которых базируются в Саудовской Аравии и странах Залива, повлиять на мусульманское население России. При этом они часто игнорировали официальные мусульманские структуры, а также грубо нарушали российское законодательство. К 1998 г. в российском обществе и истэблишменте возникла убежденность, что благотворительные фонды из стран Залива способствуют распространению в России экстремизма. Власти Саудовской Аравии учли эту озабоченность, поэтому они стали налаживать сотрудничество с официальными мусульманскими структурами в России. Однако, как отмечалось выше, проблема деятельности частных фондов осталась, что повлияло на приоритеты контртеррористического сотрудничества.
Экономические интересы в Заливе
Несмотря на то, что в предыдущие два десятилетия торговля РФ со странами Залива росла, к 2019 г. их доля во внешнеторговом обороте составляла всего 0,67%. По данным Российского экспортного центра в 2019 г. общий объем торговли со странами ССАГЗ не превышал 4426,6 млн долл. [16] Крупнейшими торговыми партнерами были ОАЭ (1853 млн), КСА (1667 млн) и Кувейт (554 млн). Торговый баланс был представлен, как правило, в пользу РФ, однако, страны Залива покупают преимущественно товары с низкой добавленной стоимостью (сырье, химикаты, сельхозпродукцию), что снижает их ценность как импортеров. Объем торговли также может сильно колебаться в зависимости от политической ситуации, поскольку довольно велика доля военной продукции. Так, после введения в 2014 г. США санкций против РФ в торговле со странами Залива случился спад, на преодоление которого потребовалось пять лет.
Впрочем, незначительный объем торговли вовсе не означает, что у РФ нет экономических интересов в Заливе. Для России большое значение имеет тесное сотрудничество со странами Залива в вопросах поддержания стабильных цен на эти сырьевые товары. Российские компании также заинтересованы в совместных проектах по добыче нефти и газа. Наиболее перспективным партнером в этой области являются ОАЭ, которые через свой суверенный фонд инвестировали средства в разработку нефтяных месторождений в Сибири, а российские компании, в свою очередь, участвуют в проектах по добыче нефти и газа на шельфе Эмиратов [17].
России заинтересована в развитии сотрудничества со странами Залива в таких сферах, как нефтепереработка, производство оборудования для нефтехимической промышленности, атомная, солнечная и ветровая энергетика, энергосбережение, авиа- и машиностроение, электротехническая промышленность, строительство и др.
Данный регион может стать одним из основных рынков сбыта для российской сельскохозяйственной продукции, причем продовольственная безопасность ряда стран Ближнего Востока все сильнее зависит от России. Прежде всего, это связано с экспортом зерна. Крупными покупателями российского зерна являются ОАЭ, Оман и Саудовская Аравия. Королевство стало основным импортером российского ячменя: с июля 2018 по июнь 2019 г. оно закупило в РФ 1,45 млн. тонн ячменя, а годом ранее - 2,35 млн. тонн. Кроме того, в августе 2019 г. Эр-Рияд выдал разрешение на импорт российской пшеницы [18].
Помимо продажи зерна, Россия также может стать поставщиком стратегически важных технологий, прежде всего ядерных. На фоне успехов иранской ядерной программы многие страны региона стремятся из соображений престижа развивать собственный потенциал в данной области. Кроме того, атомная энергетика может стать важным элементом энергетической безопасности. Росатом активно продвигает свою продукцию в регионе, и масштабы сотрудничества стабильно растут. Корпорация осуществляет поставки природного и обогащенного урана для первой АЭС в ОАЭ, имеются контракты на поставку в эту страну радиоактивных изотопов и оборудования на завод по переработке опасных промышленных отходов. Россия также ведет переговоры по утилизации отработавшего ядерного топлива [19]. В октябре 2017 г. Росатом и саудовский Научный центр атомной и возобновляемой энергетики имени короля Абдаллы согласовали сотрудничества в области мирного использования атомной энергии. В феврале 2018 г. Росатом подал заявку на участие в тендере на строительство двух энергоблоков в Саудовской Аравии. В феврале 2020 г. представитель Росатома сообщил, что корпорация успешно прошла два отборочных этапа в тендере [20].
Экспорт вооружений
Росту влияния России на ситуацию в зоне Персидского залива способствует военнотехническое сотрудничество. Следует оговориться, что наиболее крупными покупателями российского вооружения в Заливе являются Ирак и Иран, а не аравийские монархии, которые чаще отдают предпочтение продукции западных фирм. Тем не менее, Россия сумела закрепиться на этом рынке. Соответствующие соглашения были подписаны с Кувейтом, ОАЭ, Бахрейном, Катаром и Саудовской Аравией. Еще в 90-е гг. Кувейт и ОАЭ закупили в РФ большое количество техники для своих сухопутных сил, но в 2000-е гг. крупных сделок было довольно мало. В 2014 г. Бахрейн подписал с РФ контракт на противотанковые комплексы «Корнет-ЭМ», также туда поставляется легкое стрелковое оружие. Российское стрелковое оружие замечено на вооружении ряда подразделений армии Катара. ОАЭ также закупают ПТРК «Корнет-Э» и ведут переговоры о закупке истребителей Су-35 [21]. Кувейт обсуждал с РФ закупку крупной партии танков российского производства, однако подписание контракта было отложено, предположительно, из-за давления со стороны США [22]. Особый интерес государства региона проявляют к российским системам ПВО. Переговоры о покупке ЗРК С-400 велись с Саудовской Аравией и Катаром.
Потенциальные партнеры России в Заливе
В рамках курса на развитие связей с Заливом Москва активно ведет поиск партнеров в этом регионе. В долгосрочной перспективе наибольшее значение для России имеют два региональных тяжеловеса - Иран и Саудовская Аравия. Однако в отношениях с обоими государствами есть определенные сдерживающие моменты. Отношения России с Ираном развиваются в нескольких важных сферах: ядерная энергетика, торговля оружием, военное сотрудничество. На ближневосточной арене обе страны активно поддерживают правительство в Дамаске. Однако двусторонние отношения лишены прочного экономического фундамента, поскольку торговля и инвестиционное сотрудничество практически не развиваются. Параллельно Россия пытается развивать отношения с Саудовской Аравией, но, несмотря на многочисленные заявления и обещания с саудовской стороны, пока что нет крупных совместных проектов. Торговля и инвестиционное сотрудничество развиты слабо. В Москве считают, что Саудовская Аравия отдает предпочтение сотрудничеству с США и другими западными странами, а к России Эр-Рияд по-прежнему относится с недоверием.
Поскольку сближение с Ираном и Саудовской Аравией идет очень медленно и сталкивается с трудностями, Россия сфокусировалась на налаживании связей с другими государствами региона. Наиболее тесные отношения удалось установить с ОАЭ, которые еще в начале 2000-х годов включились в активный диалог с Москвой. Стороны обсуждали региональную повестку, чему способствовало экономическое сотрудничество и ВТС. В глазах Москвы ОАЭ быстро приобрели статус приоритетного партнера, который относится к РФ как к великой державе, учитывает ее интересы, покупает оружие и технологии, а также готов инвестировать в российскую экономику. В 2018 г. РФ и ОАЭ подписали декларацию о стратегическом партнерстве, предполагающую регулярные контакты руководства стран, координацию политики и развитие экономических связей. ОАЭ, в частности, рассматриваются как важный партнер в деле возвращения Сирии в ЛАГ и восстановления ее экономики после конфликта. Примечательно, что Владимир Путин называет ОАЭ «очень близким и многообещающим партнером», а КСА только «дружественным» государством [23].
У РФ сложились традиционно дружественные отношения с Кувейтом, на которые не повлияли даже разногласия по Сирии. В Москве понимают, что потенциал развития отношений с Кувейтом ограничен, однако рассматривают эмират в качестве надежного партнера, обладающего существенным влиянием в Заливе. Российские энергетические компании неизменно демонстрируют заинтересованность в сотрудничестве с кувейтскими фирмами.
Еще одним перспективным партнером для РФ может стать Катар. Отношения с этим государством развивались неравномерно. Между 2005 и 2010 г. Москва демонстрировала интерес к Катару как к потенциальному инвестору и одному из инициаторов создания т. н. «газовой ОПЕК». За этим последовал период разочарования и охлаждения отношений на фоне сирийского кризиса. Отношения стали налаживаться после 2014 г., когда Доха заметно урезала поддержку оппозиционных группировок в Сирии. После 2015 г. возобновилось обсуждение совместных проектов в экономической сфере и ВТС. Однако конкретные шаги так и не были предприняты, поэтому пока Москва занимает выжидательную позицию.
Сохраняется интерес РФ к развитию отношений с ССАГПЗ в целом. Российские официальные лица заявляют, что Москва стремится развивать отношения с членами Совета сотрудничества в формате «стратегического диалога». «Мы заинтересованы в углублении политического диалога с ССАГПЗ по ключевым вопросам международных отношений и, особенно, на Ближнем Востоке и в Северной Африке», - заявил глава МИД России на встрече с министрами иностранных дел стран Совета сотрудничества. По словам Лаврова, Москва заинтересована в координации подходов к целому ряду конфликтов, чтобы создать условия «для перехода от кризиса к миру, стабильности и развитию» в регионе Ближнего Востока. Российский министр также подчеркнул важность дискуссий «по поддержанию эффективности контртеррористических усилий, поощрению межцивилизационного диалога» [24].
Современная стратегия РФ в Заливе
Москва ощущает возросший интерес со стороны стран Залива, который вызван ростом напряженности и постепенным сокращением американского присутствия. Это означает, что есть «окно возможностей» для установления более тесных отношений. Тем не менее, Россия не пытается бросать вызов доминированию западных стран в Заливе, поскольку для этого нет ресурсов. Вместо этого она позиционирует себя в качестве миротворца и посредника.
Еще в 2001 г. Россия выдвинула концепцию обеспечения безопасности в зоне Персидского залива с акцентом на урегулирование иракского кризиса. В 2007 г. концепция была обновлена с учетом обострения ситуации вокруг иранской ядерной программы. Обновленная концепция была обнародована президентом Путиным в ходе визита в ОАЭ в сентябре 2007 г. Ее отличительными чертами были пошаговый подход и инклюзивность, а итогом должно было стать создание своеобразного аналога ОБСЕ, но в реалиях Залива. Эта инициатива была встречена в целом благожелательно, но развития не получила, поскольку аравийские монархии оказались готовы к сотрудничеству с Ираном в интересах обеспечения региональной безопасности.