Материал: semantika-vzyatki-v-russkoi-yazykovoi-mentalnosti
Семантика «взятки» |
141 |
в русской языковой ментальности |
сулов казенных и с народа сбираемых денег брать, торгом, подрядом и прочими вымыслы, какого б звания оные и манеры ни были, ни своим, ни посторонним лицам, кроме жалованья» [Полное соб-
рание законов…, 1830, с. 135–136].
В1720-х годах в государственной политике появились акциденции, т.е. непосредственная плата чиновнику от челобитчиков. Акциде́нция (лат. accidentia – случайно появляющееся) – философский термин, введенный в его греческом варианте Аристотелем и обозначающий случайное, почти всегда несущественное свойство
вещи [Акциденция – эл. ресурс]. В русском языке слово «акциденция» приобрело значение платы, взимаемой с просителя, взятки1.
Вдокументации XVIII в. есть четкое разделение на акциденции (фактически кормление, «от дел дозволенные доходы») и преступную взятку.
Вуказе Петра I от 24 декабря 1714 г. так говорится о наказании взяточникам: «А кто дерзнет сие учинить, тот весьма жестоко на теле наказан, всего имения лишен, шельмован, и из числа добрых людей извержен, или и смертию казнен будет» [Полное собрание законов, 1830, с. 136]; такая же судьба ожидает пособников и тех, кто «ведали, а не известили». В Воинских артикулах 1715 г. наказуемы корыстное злоупотребление должностным положением (арт. 194): «Кто его величества или государственныя деньги в руках имея, из оных несколько утаит, украдет, и к своей пользе употребит, и в расходе меньше записано и сочтено будет, нежели что он получил, оный живота лишится и имеет быть повешен. Тую же казнь чинить и тем, кои ведая про то, а не известят» и взяточничество (арт. 184): «Ежели кто подарков, прибыли или ползы себе ради чрез караул кого пропустит, где не надлежит пропускать, оного надлежит повесить» [Российское законодательство…, 1986,
с. 362–363].
Приношения служащим и взятки истцов и челобитчиков продолжались вплоть до 1764 г., и только «излишние взятки» оказывались осуждаемы.
1 Акциденция I ж. Случайное, преходящее, несущественное – в противоположность субстанциальному, существенному (в философии). II ж., устар. 1. Случайный, дополнительный доход. 2. Плата, взимавшаяся с просителей; взятка. 3. См. акциденции [Современный толковый словарь русского языка – эл. ресурс].
142Галяшина Е.И.
В1832 г. по воле Николая I был издан указ «О воспрещении начальствующим лицам принимать приношения от общества», который в очередной раз призывал чиновничество ограничиваться государственным жалованьем. Правительственная комиссия в начале XIX в. охарактеризовала процессы лиходательства и лихоимства как нераздельного явления подкупа и продажности [Мне-
ния…, 1827, с. 54–55].
ВСводе законов Российской империи (1832) и Уложении о наказаниях уголовных и исправительных (1845) была представлена глава «О мздоимстве и лихоимстве»: в случае принятия мзды, т.е. подарка, без нарушения служебных обязанностей, государственный служащий подвергался штрафу или снятию с должности; лихоимство, т.е. взяточничество, связанное с нарушением собственных обязанностей и законов страны, наказывалось в уголовном порядке. Уложение 1845 г. (ст. 411–413) указывало на ответственность как для взяткополучателей, так и для взяткодателей; однако уже в 1866 г. новая редакция Уложения не содержит постановлений о «лиходателях».
Важным этапом на пути совершенствования законодательства об ответственности за взяточничество и лихоимство было издание Свода Законов (1832, 1842, 1857), в котором мздоимству и лихоимству была посвящена глава 6 раздела 5 тома 15. Статья 336 содержала перечень видов лихоимства. Таковых было три:
1) незаконные поборы под видом государственных податей;
2) вымогательство вещами, деньгами или припасами; 3) взятки с просителей по делам исполнительным и судебным.
Таким образом, Свод Законов трактовал взяточничество как составную часть лихоимства. Под взятками здесь понимались всякого рода подарки, которые делались чиновникам для ослабления силы закона. При назначении наказания лицам, уличенным в лихоимстве, применялись три основных правила:
1) не смотреть ни на чины и достоинства, ни на прежние заслуги;
2) если обвиняемый докажет, что взятки были приняты на его имя без его ведома, то наказывать того, кто принял взятку;
3) учитывать степень преступления и происшедшие от того последствия.
С 1845 г. основным законодательным актом, регулировавшим ответственность чиновников за мздоимство и лихоимство,
Семантика «взятки» |
143 |
в русской языковой ментальности |
стало Уложение о наказаниях уголовных и исправительных. Одна-
ко при этом законодательное определение этих понятий отсутствовало. Если действие, за которое получен дар, не составляло нарушения обязанностей службы, то получение вознаграждения являлось мздоимством, если же обязанности службы были нарушены – лихоимством. По Уложению, чиновник, уличенный в мздоимстве, подвергался либо только денежному взысканию, либо денежному взысканию, сопряженному с отрешением от должности. За лихоимство законодатель установил более суровые санкции, чем за мздоимство, вплоть до отдачи в исправительные арестантские отделения. Высшей степенью лихоимства законодателем было названо вымогательство (статья 377 Уложения). Виновный в вымогательстве подвергался либо отдаче в исправительные арестантские отделения с лишением всех особенных прав и преимуществ, либо к лишению всех особенных лично и по состоянию присвоенных прав и преимуществ и отдаче в исправительные арестантские отделения на срок от 5 до 6 лет. При наличии отягчающих вину обстоятельств виновный приговаривался к лишению всех прав состояния и ссылке на каторжные работы на срок от 6 до 8 лет.
Взятка всегда должна носить характер подкупа, и ее необходимо было отличать от дара.
В советский период нашей страны проблема борьбы со взяточничеством не теряла актуальности. Первым в Советской России правовым актом, предусматривавшим уголовную ответственность за взяточничество, стал декрет СНК «О взяточничестве» от 08.05.1918 [Декрет… – эл. ресурс]. Указанным Декретом устанавливались достаточно жесткие меры, направленные не только на лиц, совершивших преступления, но и на иных лиц. Так пунктами 2 и 3 Декрета было установлено:
«2) тому же наказанию подвергаются лица: а) виновные в даче взятки; б) подстрекатели, пособники и все прикосновенные к даче взятки служащим.
3) покушение на получение или дачу взятки наказывается как оконченное преступление».
С учетом доктрины того времени была обозначена классовая дифференциация субъектов данного преступления. Сам термин «коррупция» отсутствовал в советском законодательстве, заменяясь терминами «взяточничество», «злоупотребление служебным положением», «попустительство».
144 |
Галяшина Е.И. |
Председатель Совнаркома В.И. Ленин отмечал опасность взяточничества: «Если есть такое явление, как взятка, если это возможно, то нет речи о политике. Тут еще нет даже подступа к политике, тут нельзя делать политики, потому что все меры останутся висеть в воздухе и не приведут ровно ни к каким результатам. Хуже будет от закона, если практически он будет применяться
вусловиях допустимости и распространенности взятки» [Ленин, 1970, с. 175].
О.В. Барабаш приводит любопытное наблюдение о том, что номинации, участвующие в формировании понятия коррупции в русском языке, можно разделить на две группы: первая характеризует ситуацию с позиции субъекта, дающего взятки (подкуп, дача взятки – взяткодатель, подкупщик, лиходатель, мздодатель, мздаятель), а вторая – с позиции субъекта, берущего взятки (взяткополучатель, взяточник, лихоимец, мздоимец, лихоимщик, мздолюбец, посульник). Причем количество таких номинаций второй позиции существенно разнообразнее первой [Барабаш, 2017, с. 223–229].
Языковая ментальность как соотношение между некоторым участком мира и его языковым представлением, определяется, с одной стороны, особенностями самого индивида как представителя некоторой социокультурной группы, с другой стороны, – социокультурной средой [Почепцов, 1990, с. 110–122]. Воплощенное
вслове отражение мира позволяет судить об уровне культуры и национальной идентичности. Идентичность проявляется в способности людей наделять значениями одни и те же явления объективного и субъективного мира, т.е. тождественным образом их сознательно интерпретировать и выражать в одних и тех же символах, иначе говоря, нарекать.
Отражение мира в языковой ментальности позволяет судить о мировозрении, этнической и национальной идентичности.
Национальный характер, понимаемый как специфическое сочетание устойчивых личностных черт представителей конкретного этноса или как доминирующие в данном обществе ценности и установки, является, по существу, лишь частью менталитета как интегральной характеристики психологических особенностей людей, принадлежащих к национальной культуре.
Русская культура и речевая практика отражается не только в лексиконе, но фиксируется фразеологизмами, образными выражениями, крылатыми словами и оборотами. Е.А. Чубина справедливо
Семантика «взятки» |
145 |
в русской языковой ментальности |
подметила: «Язык коррупции как система определенных кодов постоянно развивается, но есть ряд признаков, присущих ему во все времена: тяготение к эвфемизации (эвфемизмы в широком понимании – это слова или сочетания, служащие в определенных условиях для замены таких обозначений, которые представляются говорящему нежелательными) и иносказанию. Это объяснимо: субъект речи (взяткодатель или взяткополучатель) понимает противозаконность деяния, старается закодировать смыслы, используя чаще всего метонимические переносы, метафоры, антифразис, звукообразы и пр.» [Чубина, 2016, с. 187].
Исследовательница отмечает, что сегодня отчетливо проявляется тенденция ухода от сниженных выражений уголовного жаргона (заслать долян, отбить бабки, отжать бабки и др.) к
штампам и клише официально-делового стиля, нейтрализующим негативную оценку денотата: решение вопроса, правильный подход, культурный подход, материальное стимулирование (ср. в по-
эме «Мертвые души» Н.В. Гоголя: «…как только приходил проситель и засовывал руку в карман с тем, чтобы вытащить оттуда
известные рекомендательные письма за подписью князя Хован-
ского, как выражаются у нас на Руси…»). Другое интересное явление – это обращение к англицизмам с приданием им иронического оттенка (пилинг – от пилить, распиливать; откатинг – получать откаты, нетворкинг (networking) – использовать блат и связи) [там же, с. 190–191].
Специфические для русской языковой культуры составляющие, обозначающие взятку, стыдливо смещаются к периферии обыденного речевого употребления, уступая место эвфемизмам и иносказаниям. [Устюжанина, 2014]. Макаров В.И., предлагая составить юрислингвистический словарь взяточничества, отметил, что, когда речь идет о номинациях действий, «говорящие прибегают к различным способам эвфемизации высказываний, относящихся к взяточничеству. Судьба же эвфемизмов такова, что через некоторое время они настолько соединяются в сознании говорящих с обозначаемыми явлениями, что сами начинают нуждаться в эвфемизации» [Макаров, 2015, с. 172].
Русскость – это особая ментальность, состояние духа, свойство души человека. Русский любит и ценит Россию, живет ее культурой, знает и ценит русский язык. Русский человек душевен и отзывчив. Для русского справедливость превыше всего. Жизнь