Заключение
Сложно делать однозначные выводы о ярко выраженной специфике (об особом статусе, особой активности, особой ценностной наполненности) семейной мемориальной активности современных чеченцев в сравнении, скажем, с мемориальной деятельностью современной русской семьи. Для таких выводов нужны тематически близкие исследования, проводимые по аналогичной инструментальной технологии. Однако в качестве подтверждающего аргумента можно сослаться на исследование локальной идентичности жителей индустриальных южноуральских городов, автор которого, М. Л. Шуб, так характеризует уровень семейной мемориальной активности южноуральцев: «В целом жители всех шести изучаемых городов отличаются пассивностью в проявлении культуры памяти на персонально-семейном уровне... из предложенных участникам исследования вариантов сохранения памяти о семейном прошлом как наиболее предпочтительные были выбраны те, которые не требовали высокой степени активности, деятельного участия, перемещения в пространстве, интеллектуальных и временных затрат и прочее» [16, с. 196-197].
На основании ответов участников проведенного нами глубинного интервью можно говорить о совершенно иной картине, об активном функционировании в пространстве современной чеченской мемориальной культуры коммуникативной памяти, об исчезновении которой писал П. Нора. Последний был убежден, что из семьи «вырвано с корнем все то, что еще сохранялось из пережитого в тепле традиций, в мутациях обычаев, в повторении пришедшего от предков, под влиянием глубинного исторического чувства» [13, с. 17]. Как показывают результаты исследования, эти трансформации не коснулись современной чеченской семьи, которую можно охарактеризовать как чрезвычайно значимый мемориальный кластер.
На наш взгляд, в данном случае срабатывает сразу три значимых обстоятельства. Во-первых, высокая мемориальная активность самих респондентов, уделяющих большое внимание семейно-родственным формам «работы» с прошлым (100 % участников интервью). Во-вторых, глубокая и системная вмонтированность семейной мемориальной деятельности в структуру повседневности современных чеченцев, ее восприятие как значимого ресурса сохранения национальной самобытности, поддержания связи поколений, воспроизводства традиций и обычаев. В-третьих, мемориальная активность именно на уровне семьи является локальной моделью масштабной, общегосударственной мемориальной политики. В ней отражаются все значимые официально закрепленные мемориальные ценности, востребованные модели поведения, формы мемориализации. Через семейную мемориальную деятельность проявляется (и посредством нее же формируется) гражданская позиция чеченцев, их отношение не только к собственным родственникам, но и ко всему чеченскому народу в целом.
Список литературы
Ассман А. Новое недовольство мемориальной культурой. М. : Новое литературное обозрение, 2016. 232 с. URL: https://culture.wikireading.ru/hD7PWSU85A (дата обращения: 25.11.2022).
Ассман А. Распалась ли связь времен? Взлет и падение темпорального режима Модерна. М. : Новое литературное обозрение, 2017. 267 с.
Ассман Я. Культурная память: Письмо, память о прошлом и политическая идентичность в высоких культурах древности. М. : Языки славянской культуры, 2004. 368 с.
Гапоненко Л. Б. Конструирование национальной идентичности в контексте политики памяти // Научный журнал «Дискурс-Пи». 2020. № 3 (40). С. 40-53.
Государственная программа Чеченской Республики «Развитие культуры и туризма в Чеченской Республике». URL: https://docs.cntd.ru/document/430606685 (дата обращения: 05.12.2022).
Единая Концепция духовно-нравственного воспитания и развития подрастающего поколения Чеченской Республики. URL: http://publication.pravo.gov.ru/Document/View/2000202110070001?index=6&
rangeSize=1 (дата обращения: 09.12.2022).
Концепция государственной национальной политики Чеченской Республики. URL: https://docs. cntd.ru/document/432867330?marker (дата обращения: 11.12.2022).
Логунова Л. Ю. Семейно-родовая память: временные ипостаси и социальные ресурсы // Вестник Томского государственного университета. 2014. № 379. С. 69-75.
Лоуэнталь Д. Прошлое - чужая страна. Спб. : Владимир Даль, Русский Остров, 2004. 624 с.
Мегилл А. Историческая эпистемология. М. : Канон+, РООИ «Реабилитация», 2007. 480 с.
Нора П. Всемирное торжество памяти // Неприкосновенный запас: дебаты о политике и культуре. 2005. № 2-3 (40-41). URL: http://magazines.russ.ru/nz/2005/2/nora22-pr.html (дата обращения: 23.12.2022).
Нора П. Франция-память. СПб. : Изд-во Санкт-Петербургского университета, 1999. 333 с.
Тхакахов В. Х. Идентичность и память в топонимической политике Чечни // Научная мысль Кавказа. 2019. № 2. С. 40-49.
Хасбулатова З. И. К вопросу о роли семьи и общества в воспитании детей в традиционном чеченском обществе в XIX - начале ХХ в. // Теория и практика общественного развития. 2014. № 3. С. 209-212.
Хаттон П. История как искусство памяти. СПб. : Владимир Даль, 2004. 424 с.
Шуб М. Л. Культура памяти в структуре идентичности жителей индустриальных городов. Челябинск : ЧГИК, 2021. 283 с.
Шуб М. Л. Образ прошлого как феномен культуры: концептуализация и формы репрезентации в современном социокультурном пространстве : дисс. ... докт. культурологии. Челябинск, 2018. 491 с.
Assmann A., Conrad S. Memory in a global age. Discourses, Practices and Trajectories. England : Macmillan Publishers Limited, 2010. 252 p.
Bernhard M., Kubik J. Twenty years after communism: The politics of Memory and commemoration. Oxford : Oxford University Press, 2014. 326 p.
TorpeyJ. Politics and the Past. On Repairing Historical Injustices. USA : Rowman & Littlefield Publishers, 2003. 328 p.
References
Assman A. Novoe nedovol'stvo memorial'noj kul'turoj [New dissatisfaction with memorial culture]. M. New Literary Review, 2016. 232 p. Available at: https://culture.wikireading.ru/hD7PWSU85A (date accessed: 25.11.2022).
Assman A. Raspalas' li svyaz' vremen? Vzlet i padenie temporal'nogo rezhima Moderna [Has the connection of times broken up? The rise and fall of the temporal regime of Modernity]. M. New Literary Review. 2017. 267 p.
Assman Ya. Kul'turnaya pamyat': Pis'mo, pamyat' o proshlom i politicheskaya identichnost' v vysokih kul'turah drevnosti [Cultural memory: Writing, memory of the past and political identity in the high cultures of antiquity]. M. Languages of Slavic culture. 2004. 368 p.
Gaponenko L. B. Konstruirovanie nacional'noj identichnosti v kontekste politiki pamyati[Constructing national identity in the context of memory politics] // Nauchnyj zhurnal "Diskurs-Pi" - Scientific journal "Discourse-Pi". 2020. No. 3 (40). Pp. 40-53.
Gosudarstvennaya programma Chechenskoj Respubliki "Razvitie kul'tury i turizma v Chechenskoj Respu- blike" - The State program of the Chechen Republic "Development of culture and tourism in the Chechen Republic". Available at: https://docs.cntd.ru/document/430606685 (date accessed: 05.12.2022).
Edinaya Koncepciya duhovno-nravstvennogo vospitaniya i razvitiya podrastayushchego pokoleniya Chechenskoj Respubliki - Unified Concept of spiritual and moral education and development of the younger generation of the Chechen Republic. Available at: http://publication.pravo.gov.ru/Document/View/2000202110070 001?index=6&rangeSize=1 (date accessed: 09.12.2022).
Koncepciya gosudarstvennoj nacional'noj politiki Chechenskoj Respubliki - The concept of the State national policy of the Chechen Republic. Available at: https://docs.cntd.ru/document/432867330?marker (date accessed: 11.12.2022).
Logunova L. Yu. Semejno-rodovaya pamyat': vremennye ipostasi i social'nye resursy [Family and ancestral memory: temporary hypostases and social resources] // Vestnik Tomskogo gosudarstvennogo universiteta - Herald of Tomsk State University. 2014. No. 379. Pp. 69-75.
Lowenthal D. Proshloe - chuzhaya strana [The past is a foreign country]. SPb. Vladimir Dal, Russian Island, 2004. 624 p.
Megill A. Istoricheskaya epistemologiya [Historical epistemology]. M. Canon+, ROOI "Rehabilitation". 2007. 480 p.
Nora P. Vsemirnoe torzhestvo pamyati [World Celebration of Memory // Neprikosnovennyj zapas: de- baty o politike i kul'ture - The Untouchable Reserve: A debate about politics and culture]. 2005. No. 2-3 (40-41). Available at: http://magazines.russ.ru/nz/2005/2/nora22-pr.html (date accessed: 23.12.2022).
Nora P. Franciya-pamyat' [France-memory]. SPb. Publishing House of St. Petersburg University. 1999.
333 p.
Thakahov V. H. Identichnost' i pamyat' v toponimicheskoj politike Chechni [Identity and memory in the toponymic policy of Chechnya] // Nauchnaya mysl' Kavkaza - Scientific thought of the Caucasus. 2019. No. 2. Pp. 40-49.
Hasbulatova Z. I. Kvoprosu o rolisem'i i obshchestva v vospitanii detej v tradicionnom chechenskom ob- shchestve v XIX - nachale XX v. [On the question of the role of family and society in the upbringing of children in traditional Chechen society in the XIX - early XX century] // Teoriya i praktika obshchestvennogo razvitiya - Theory and practice of social development. 2014. No. 3. Pp. 209-212.
Hutton P. Istoriya kak iskusstvo pamyati [History as the art of memory]. SPb. Vladimir Dal. 2004. 424 p.
Shub M. L. Kul'tura pamyati v strukture identichnosti zhitelej industrial'nyh gorodov [Culture of memory in the structure of identity of residents of industrial cities]. Chelyabinsk. ChSIC. 2021. 283 p.
Shub M. L. Obraz proshlogo kak fenomen kul'tury: konceptualizaciya i formy reprezentacii v sovremen- nom sociokul'turnom prostranstve : diss. ... dokt. kul'turologii [The image of the past as a cultural phenomenon: conceptualization and forms of representation in the modern socio-cultural space : diss. ... Dr. of Cultural Studies]. Chelyabinsk. 2018. 491 p.
Assmann A., Conrad S. Memory in a global age. Discourses, Practices and Trajectories. England : Macmillan Publishers Limited, 2010. 252 p.
Bernhard M., Kubik J. Twenty years after communism: The politics of Memory and commemoration. Oxford : Oxford University Press, 2014. 326 p.
Torpey J. Politics and the Past. On Repairing Historical Injustices. USA : Rowman & Littlefield Publishers, 2003. 328 p.