Материал: Современные лингвистические и методико-дидактические исследования. Кобенко Ю.В., Карпова Н.А

сообразно с этимологический принадлежностью единиц к определённому адстрату (заимствованному пласту лексики).

Сегментация словарного состава языка – процедура анализа, проводимая по конкретным дифференциальным основаниям, позволяющим расслоить гетерогенные и гетерохронно образованные пласты лексики. Зачастую сегментация ограничена набором интроспективных оснований, применяемым без учёта экстралингвистических данных образования словарных множеств и их компонентов. Так как сегменты словарного класса псевдозаимствований в составе немецкого литературного языка ввиду вышеизложенного нельзя выделить на основе этимологической общности элементов, которые никогда не были заимствованы, более приемлемым их обозначением будет «словообразовательные сегменты».

Этимологическая сегментация словарного класса псевдозаимствований в составе немецкого литературного языка существенно затруднена упомянутой выше гибридностью единиц его системы. Так, например, псевдозаимствование «die Humoreske» (небольшой юмористический рассказ; музыкальное произведение лёгкого, весёлого и юмористического характера), образованное по аналогии с «die Burleske», может принадлежать и к общероманскому пласту (макаронизмам), и к галлицизмам в силу того, что 85% единиц французского адстрата заимствовалось на латинской (общероманской) основе. В таких случаях единица относилась к тому языку, который выступил донором заимствованного материала.

Критериями выделения псевдозаимствований из этимологически родственных адстратов являются: 1) факт образования единицы в системе немецкого литературного языка на основе заимствованного ранее морфологического / лексического материала; 2) её неизвестность носителям языка-донора / языка-посредника в актуальном словарном значении. Второй критерий имеет диахронные ограничения и зачастую может быть безоговорочно применён лишь к отдельному отрезку синхронии. Это обусловлено тем обстоятельством, что псевдозаимствования – при условии их употребительности, компактности и выразительности – сами могут заимствоваться в другие языки (и даже в языки-доноры; данный феномен известен как обратное заимствование): так, единица «der Rocker» проникла в эпоху перестройки в русский язык, а «das Handy» стало популярным обозначением сотового телефона в США [2**]. Примечательным является единичный случай бывшей псевдогаллизации в немецком литературном языке: псевдозаимствование «die Parfümerie» появилось в нём в конце XVIII в. при помощи добавления офранцуживающей финали к слову «das Parfüm», однако в начале XIX в. во французском языке образовалось собственное слово «parfumerie», и псевдогаллицизм превратился в заимствованный галлицизм и бывший псевдогаллицизм [3**]. Именно в силу приведённых прецедентов потери псевдозаимствованием своего статуса и/или перехода в категорию интернационализмов второй критерий может быть применён к определённым лексическим единицам лишь в синхронной перспективе. В корпус исследования не включены имена собственные в силу того, что онимные единицы образуют собственный словарный (ономастический) класс, заслуживающий отдельного изучения, что может выступать третьим критерием отбора материала. За рамками корпуса оставлены также псевдолатинизмы, полученные уже после смерти латыни в системах европейских языков-реципиентов и имеющие интернациональный характер (Rossica, Fumifugium); к данным исключениям относятся и номенклатурные фитонимы системы К. Линнея, содержащие элементы словарного строя языка открывателя либо его фамилию (Scutellaria baicalensis Georgi, Dactylorhiza fuchsii (Druce) Soó). Нередко псевдозаимствованным является лишь часть значения; например, единицу «die Box» (акустическая система) DUW даёт в соответствующей лемме лишь четвёртым пунктом значения «die Lautsprecherbox», ср.:

Box, die; -, -en [engl. box < vlat. buxis, Büchse]: 1. Stand (2 a), in dem das Pferd sich frei bewegen kann. 2. a) abgeteilter Einstellplatz für Wagen in einer Großgarage; b) abgegrenzter Montageplatz für Rennwagen an einer Rennstrecke. 3. a) einfache Rollfilmkamera in Kastenform; b) kastenförmiger Behälter. 4. kurz für Lautsprecherbox [4**, c. 310].

22

Научный журнал «Современные лингвистические и методико-дидактические исследования»

Для ономатологического анализа проводился подсчёт помет, а не слов, так как одна и та же лексическая единица может относиться к нескольким тематическим группам, что выступает главной контраиндикацией для количественного подхода. В целом, можно констатировать, что гиперонимом для всех псевдозаимствований будет «мода», так как сам факт образования новой единицы из материала престижного языка-стандарта уже свидетельствует о том, что опосредуемые через языковой контакт элементы иноязычной реальности затрагивают «нерв времени» и тем самым неотделимы от конкретной историкокультурной, а значит и языковой ситуации. Таким образом, ономасиологическая группа «мода» у псевдозаимствований является предметно-тематической областью самого верхнего порядка, так как обусловливает манипуляцию заимствованным материалом. В силу исторической неоднородности культурно-языковых сред, в анизотропии которых складывались предпосылки заимствования, ономасиологические группы у гетерогенных сегментов псевдозаимствований различные. В псевдогалльском сегменте преобладают (по убыванию) обозначения одежды и тканей (8), технических устройств (8), терминов из области финансов (6), гастрономии (5) и искусства (5). В англоязычном сегменте первенство также принадлежит обозначениям одежды (9); второе место делят термины из сфер спорта и техники (8); далее по убыванию следуют группы «шоу-бизнес» (7); «телевидение» (5), «здоровый образ жизни» (4), «музыка» (3) и «финансы» (3). Небезынтересно, что к ономасиологической палитре в сегменте псевдоанглицизмов прибавились такие группы, как «сфера обслуживания» (2), «косметика» (2) и «компьютер» (1). Среди псевдогельветизмов присутствует даже экзотическая ономасиологическая помета «цирк» (1), единственная в своём роде, а в сегменте псевдославизмов преобладает помета «этикет» (2). Предметнотематическое наполнение остальных сегментов не превосходит количественную отметку в 2

иварьирует в общем диапазоне тем «политика», «образование», «медицина», «гастрономия»

и«социальная сфера».

Наиболее крупными сегментами псевдозаимствований в составе современного немецкого литературного языка являются галльский (50,81%) и английский (30,81%). Это обусловлено не только продолжительностью и масштабами галлизации и англизации в истории немецкого языка, но и агрегативными возможностями галльской и английской лексики, образующей удачную и во многом гомологическую надстройку латинского адстрата. Остальные сегменты в их совокупности количественно уступают даже англицизмам (18,37%) и в значительной степени функционально детерминированы, т.е. используются для создания местного колорита или даже как индивидуально-авторские образования. Отграничение основных сегментов от периферийных обусловлено, во-первых, инвазивным характером заимствования материала французского и английского языков в истории немецкого языка и, во-вторых, перекликается с вышеизложенным соображением о стратификации латинского, галльского и английского адстратов, снабдивших систему немецкого литературного языка новыми словообразовательными возможностями: латинский адстрат лёг в основу галльского, а галльский конвергировал с английским. Собственно, псевдолатинизмы образуют лишь незначительную долю класса псевдозаимствований (7,56%) ввиду того, что периоды латинизации пришлись на долитературный период истории немецкого языка (I–III вв.) и многие латинизмы либо встроились в состав галльской лексики, либо заимствовались через посредничество французского языка, либо известны как единицы общероманского адстрата (макаронизмы).

Совокупно в классе псевдозаимствований в составе современного немецкого литературного языка (современность понимается как отрезок синхронии протяжённостью в 20 лет, т.е. в данном случае с 2000 по 2020 гг.) зафиксировано 185 лексических единиц с превалирующим классом имён существительных (145; 78,37%). Глаголы и прилагательные, в том числе несклоняемые, делят числовой показатель 19 (10,27%); меньше всего в корпусе междометий, зафиксированных в сегменте псевдославизмов, – 2 (1,08%). Преобладание существительных в составе заимствованных и псевдозаимствованных адстратов за исключением псевдоитальянского и псевдославянского сегментов, в которых перевешивают

23

имена прилагательные и междометия соответственно, является устойчивой характеристикой экзоглоссных языковых ситуаций. Больше всего в изучаемом классе существительных мужского рода (72; 38,91%); женский род насчитывает 53 единицы (28,64%), средний – 20 (10,81%). Колебание рода зафиксировано у 1 псевдогаллицизма (der / das Abee) и 1 псевдоитальянизма (der / das Sakko) по территориальному признаку образца «верхненемецкий / австрийский». В сегментах псевдоитальянизмов и псевдогельветизмов присутствуют 1 singularia tantum (Vatileaks) и 2 pluralia tantum (Ponyoli, Älplermagronen) (+n).

На табл. 1 представлены данные частеречного анализа лексических единиц класса псевдозаимствований с разбиением по сегментам.

1. Псевдогаллицизмы (94).

Псевдогаллицизмы образуют самый развитый и многогранный сегмент с точки зрения и системных, и функциональных особенностей. Галлизация (как и псевдогаллизация) – продуктивный механизм, которому лишь предстоит получить исчерпывающую интерпретацию в германском языкознании, и понимается здесь как результат апостериорной деривации на основе ранее заимствованного материала галльского происхождения («Bankrotteur» вместо прежнего «Bankrottierer») или на основе собственного материала немецкого литературного языка (Stiefel + суффикс -ette = Stiefelette). Несмотря на то, что заимствование галльской лексики в его состав завершилось в XX веке, галлизация его ресурсов продолжается и протекает настолько масштабно, что неизбежно возникает вопрос о том, существует ли непреодолимая граница между галлицизмами и псевдогаллицизмами. Поводом для сомнений служат 4 типа пограничных явлений, которые, по всей видимости, нельзя отнести ни к тем, ни к другим единицам галльского пласта: 1) сокращения, распространённые в современной немецкой обиходно-разговорной речи и полученные при помощи немецкого продуктивного словообразовательного механизма контракции (усечения) исходной основы и прибавления суффикса -i или его вариантов -ie / -y (der Chauv[inismus] + i = Chauvi ['ʃɔvɪ]); 2) случаи ложной этимологизации (де- и реэтимологизации), ср. единицу «der Waggon», заимствованную из нидерландского через посредничество английского языка, но читающуюся на французский манер; 3) конверсивы в классе имён существительных, полученных преимущественно от заимствованных галльских имён прилагательных, например: «beige» (бежевый) и «das Beige» (краска бежевого цвета), «remis» (вничью) и «das Remis» (ничья); 4) случаи прочтения латинизмов на французский манер (das Signet [zi'gnɛt и zin'je:]) и написания по правилам французской орфографии, автоматически изменяющее частеречную принадлежность немецкого слова (das Sigel → die Sigle [zi:gl и 'sigle]) [8, c. 89].

В сегменте псевдогаллицизмов, отобранных в соответствии с указанными выше критериями, превалируют лексические способы словопроизводства, т.е. за счёт преобразования экстенсионала, ведущим среди которых следует безоговорочно признать

24

Научный журнал «Современные лингвистические и методико-дидактические исследования»

суффиксацию, полностью удовлетворяющую первому критерию отбора. Псевдозаимствования образуются здесь либо от галльских производных основ (фр. friser → нем. der Friseur), либо при помощи галльских продуктивных суффиксов (фр. -age → нем. die Schmierage).

Продуктивными суффиксами имён существительных мужского рода (25) являются: -eur

(der Spediteur), -ier (der Suitier); в кластере феминитивов (38): -age (die Stellage), -ade (die Poussade), -esse (die Raffinesse), -euse (die Balletteuse), -ette (die Chanson(n)ette); у имён существительных среднего рода: -ee (das Frottee), -lett (das Dramolett). Имена прилагательные (11) образуются при помощи суффиксов -abel (rentabel), -är (totalitär), -ell (nominell), -ös (spektakulös). Единственным галльским суффиксом, при помощи которого образуются псевдогаллицизмы в классе глагола (9) выступает -ier- (rentieren).

Псевдогаллицизмы в функции эргонимов используются для обозначений малопрестижных, но востребованных профессий и занятий, а также гражданских состояний с оттенком эвфемизации, ср.: der Magazineur (кладовщик, заведующий складом), der Akquisiteur (сборщик объявлений для газеты; агент, вербующий клиентов), der Bankrotteur (банкрот); фемининный суффикс -euse встречается, как правило, в отглагольных псевдогаллицизмах, ср.: die Kontrolleuse (контролёрша) [8, c. 129].

Единственным примером соположения (Zusammenrückung), относящимся к смешанным способам словообразования (наличие в структуре единицы синтагмы), выступает die Crème de la crème ['krɛ:m də la 'krɛ:m] (высок., ирон. «сливки» общества).

Псевдогалльские единицы функционируют в пределах литературной нормы современного немецкого языка преимущественно со стилистической окраской «высокий» (5) и «разговорный» (5). В сегменте преобладают средства функционально-стилистически дифференцированного состава: архаизмы (10), пейоративизмы (7) и средства создания иронии (5).

2. Псевдоанглицизмы (57).

Вотличие от ранних англицизмов, максимально адаптированных к системе немецкого литературного языка (ср.: dock, loetsman → Lotse), современные априорные и апостериорные единицы англо-американского адстрата полностью лояльны к языку-донору как графически (зачастую даже с сохранением написания имён существительных и субстантиватов со строчной буквы, ср.: businnes as usual), так и фонетически. Образование псевдозаимствований является симптомом повальной американизации ФРГ с 1945 года и совершенно нетипично для более ранних периодов англо-германского языкового контакта. Д. Герберг пишет, что в собранном им корпусе англо-американской лексике 90-х годов в немецком литературном языке присутствует около 20% композитов, имеющих в своём составе англонеологизмы [9, c. 196]. И хотя в данном показателе не разделены псевдозаимствования и гибридные единицы вроде «die Eventkultur», удельный вес апостериорных образований от общего количества заимствованной лексики в 90-е годы в ФРГ (около 800 лексических единиц) является внушительным – 1/5 (160).

Всилу гомологичности контактных идиомов способы образования апостериорных дериватов со времени окончания Второй мировой войны весьма разнообразны и распадаются

4)парономазия.

1.Словосложение является наиболее типичным способом словообразования в немецком языке и функционирует как по правилам синтаксической адъюнкции английского языка (werde vom Yesbutter zum Whynotter!), так и по немецким схемам образования детерминативных композитов (der Neckholder, die Wellfit-Bar, das Fotoshooting).

2.Конверсивы представлены либо отымёнными глаголами (wellnessen от Wellness), либо отглагольными Nomina actionis, выражающими происходящее в результате действия и являющимися также продуктами десемантизации (Flirt от flirten).

25

3.Контракционные образования вроде Pulli, Profi не вошли в корпус, так как представляют собой не традиционную обратимую контракцию (Doc ↔ Doctor), а скорее адаптационную, которая, тем не менее, наделена всеми признаками апостериорной деривации.

4.Прецеденты парономазии крайне редки и связаны с порождением англоязычных лексем по фонетическому облику немецких слов, но используемых в языке-доноре в другом значении, ср.: der Slip (под влиянием немецкого «Schlüpfer» – дамское трико; англ. комбинация).

Б. Семантические способы образования псевдоанглицизмов в системе современного немецкого литературного языка представлены: 1) эксемией, 2) энсемией и 3) антонимией.

1.Эксемия предполагает расширение интенсионала прототипических единиц языкадонора, например: der Spleen [ʃpli:n и реже sp-] (псевдоангл. каприз, сумасбродная идея; англ.

хандра); der Kicker (псевдоангл. любой футболист (ср.: die Kicker-Kathedrale – шутл.

стадион); англ. игрок, бьющий точно по мячу, бомбардир).

2.Энсемия (сужение интенсионала) наблюдается у псевдозаимствований в английском сегменте, получивших гипонимическое развитие значения (детализацию, конкретизацию), к примеру: der Dress (псевдоангл. спецодежда, спортивное трико; англ. платье).

3. Антонимия связана с производством композитов, содержащих, как правило, контрарный, контрадикторный или ситуативный антоним морфемы в составе слова-

прототипа, ср.: der Pullunder (по образцу der Pullover: over ↔ under), der Longseller (по образцу der Bestseller: best ↔ long).

Как и в случае в галлизацией, точное определение псевдоанглицизмов затруднено ввиду существования целого ряда гибридных образований с элементами обоих языков

(Hobbymusiker, Hitzestress), а также глагольных форм (geoutssourced, upgedatet), входящих в английский адстрат в составе современного немецкого литературного языка.

Единицы английского адстрата используются в синхронной немецкой речи преимущественно в двух функциях: сегрегативной (Abgrenzungsfunktion) и валоративной (Aufwertungsfunktion) с целью поднятия статуса говорящего и его отделения от «провинциальных» пользователей немецкого языка посредством идентификации с высшим обществом (high society / high snobiety) или обществом возможностей (Chancengesellschaft).

По функциональным возможностям псевдоанглицизмы значительно уступают стилистической палитре галльского адстрата в составе современного немецкого литературного языка и относятся преимущественно к экспрессивно-нейтральным средствам (51). Единицы с разговорно-обиходной окраской (6) составляют всего около 10% лексического содержания сегмента.

3. Псевдогельветизмы (4).

Немногочисленный псевдогельветский сегмент расширяет наши представления о природе псевдозаимствования в аспекте взаимодействия близкородственных форм языка и/или вариантов национального языка. Так как швейцарский немецкий, который не следует смешивать со швейцарским вариантом верхненемецкого, является коллективным обозначением алеманнских диалектов, распространённых на широкой территории от Эльзаса до Валлиса, ведущим принципом образования псевдогельветизмов можно считать подражание алеманнскому словопроизводству с диминутивным суффиксом -li (das Leckerli – вкусности, лакомства; подкормка животного в цирке во время выступления). Наряду с этим следует отметить использование архаизмов (der Großoheim – двоюродный дед), диалектизмов (die Freud – радость) и принципов алеманнского консонантизма, незатронутого вторым передвижением (перебоем) согласных, ср.: Älplermagronen, Pl. (нем. Älplermakkaronen) – макароны по-пастушьи.

С точки зрения функциональных возможностей псевдогельветизмы ограничены рамками обиходно-разговорного стиля (75%) и используются исключительно для создания локального (швейцарского) колорита.

26