Статья: Специальная лексика в Лифляндской экономии М.В. Ломоносова в сопоставлении с трактатом С. Губерта Stratagema oeconomicum

* территории, занятые землей или водой: участки для сельскохозяйственных работ (Garten -- сад, Zaun -- огород, Garten-Blьmen -- цветник); лесные угодья (Grenen -- сосняк, Dannen -- ельник, Birkke -- березник); водоемы (Schleufen -- пруд, Wassefliess -- протока, Revier -- озеро);

* полевые работы (Heuschlag -- сенокос, Pflug -- орание, Egge -- боронение);

* животные: домашние животные и птицы (Kuh -- корова, Pferd -- лошадь, Gans -- гусь); дикие звери (Hase -- заяц, Wolf -- волк, Bдr -- медведь); дикие птицы (Krдhe -- ворона, Daale -- галка, Nacht-Eule -- сова); мелкие животные и насекомые (Krodte -- лягушка, Maus -- мышь, Floh -- блоха); рыбы и прочие обитатели водоемов (Hecht -- щука, Karusse -- карась, Krebs -- рак); части тела животных (Huw -- копыто, Hцrner -- рога, Schwantz -- хвост);

* растения: полевые культуры и их продукты (Roggen -- рожь, Haber -- овес, Stroh -- солома); плодово-овощные культуры (Kьrbs -- тыква, Kohl -- капуста, Rьbe -- репа); травы (Raute -- рута, Nessel -- крапива, Salben -- шалфей); цветы (Lilie -- лилия, Rose -- роза, Viola -- фиалка); коренья (Alantwurtzel -- алантовое коренье, Baldrian-Wurzel -- балдырьянов корень, Diptamwurtzel -- диктамнов корень);

* пищевые продукты и их компоненты (Mehl -- мука, Hopffen -- хмель, Bier -- пиво), в том числе продукты животного происхождения (Ei -- яйцо, SchmalЯ -- жир, Schmeer -- сало);

* вещества (Baumwachs -- смола, Lehm -- глина, Mist -- навоз);

* болезни, симптомы (Gelbsucht -- желтуха, Kдlte -- озноба, Schlage -- паралич);

* единицы измерения, меры (LieЯpfund -- лисфунт, Loff -- лоф, Quintin -- золотник);

* названия дней (Johanni -- Иванов день, Michael -- Михайлов день, 23. April -- Егорьев день, Mariae Verkьndigung -- Благовещение, Mariae Geburt -- Рождество Богородицы).

Рассмотрение специальной лексики в переводе Ломоносова позволяет сделать некоторые интересные наблюдения. Многие из специальных слов и выражений в тексте «Лифляндской экономии», связанные с описанием традиционного быта, характеризуются яркой национально-этнографической коннотацией и в настоящее время фиксируются также диалектными словарями. Так, нами было зафиксировано вхождение более чем 70 лексических единиц из данного сочинения в «Словарь русских народных говоров» либо в более частные областные и диалектные словари -- «Архангельский областной словарь» [АОС], «Словарь областного архангельского наречия» А. О. Подвысоцкого [Подвысоцкий 1885], словарь «Родина Михаила Васильевич Ломоносова. Областной крестьянский говор» А. Н. Гранди- левского [Грандилевский 1907], материалы для словаря «Русские говоры Беломо- рья» С. А. Мызникова [Мызников 2010] -- в том же значении, что и в тексте «Лифляндской экономии».

В следующем примере, представляющем собой описание технологического сооружения на реке для рыбной ловли, выделенные нами слова в переводе Ломоносова относятся к данной группе лексики:

Fischkцrbe in den Revieren auЯsetzen / welche in fischreiche Wasser fliessen. Hinter den Kцrben fдnget man auch Lцffelfische. Wenn man hinter den Kцrben einen Fall machet von Strauch und Steinen (es muЯ aber: im Herbst gemachet werden) so steigen die Hechte desto begierlicher in die Kцrbe / gegen dem starkken Strom (Stratagema. S. 13).

Ставить морды в речках и протоках, которые текут в рыбные озера, за вершами ловят, притом снетки. Ежели за вершами сделать езы из ветвей и камней, то встают щуки против быстрины скорее в морды (Экономия. С. 78).

МОРДА «Обл. Плетеная (sic. -- А. Ф., К. Ф.) из прутьев рыболовная снасть, верша» [СлРЯ XVIII в., вып. 13: 31]; см. также: [СРНГ, вып. 18: 258; Грандилевский 1907: 198; Мызников 2010: 215, 221; Подвысоцкий 1885: 92];

ВЕРША «Рыболовная снасть» [СлРЯ XVIII в., вып. 3: 60]; см. также: вёрш [СРНГ, вып. 4: 172], вёрша, верша [АОС, т. 3: 142], вёрша [Грандилевский 1907: 110];

СНЕТОК как областное обозначение различных видов рыбы: [СРНГ, вып. 39: 103]; см. также: [Мызников 2010: 405];

ЕЗ «Рыбол. Перегородка через реку с отверстием, перекрытым сетью, куда ловится рыба» [СлРЯ XVIII в., вып. 7: 74]; см. также: [СРНГ, вып. 8: 328; АОС, т. 13: 61-63], ёзъ [Подвысоцкий 1885: 42].

При сопоставлении приведенного русского фрагмента с немецким нельзя не отметить, что русским специальным словам зачастую соответствуют немецкие слова значительно более общей семантики и широкой сферы употребления: верша, морда -- Korb (букв. `корзина') и Fischkorb (букв. `корзина для рыбы'); ез -- Fall (букв. `ловушка'). Примечательно, что в другом месте «Лифляндской экономии» в качестве переводного эквивалента для Fisch-Korb используется слово мережа, также специальное и весьма конкретное с семантической точки зрения:

МЕРЕЖА (МЕРЁЖА) «Рыболовная снасть, состоящая из сети, натянутой на обруч» [СлРЯ XVIII в., вып. 12: 134]; см. также: [СРНГ, вып. 18: 113-114; Грандилевский 1907: 196; Мызников 2010: 215; Подвысоцкий 1885: 90].

Данное наблюдение может свидетельствовать о том, что Ломоносов при переводе данного фрагмента (а также и других, подобных ему) по крайней мере в общих чертах представлял себе описываемую конструкцию.

Безусловно, здесь можно вспомнить об опыте, полученном Ломоносовым еще в юности в Архангельской губернии, и постараться привлечь факты из его биографии для объяснения указанных особенностей перевода. Так, один из биографов Ломоносова В. В. Сиповский обращает внимание на практический опыт Ломоносова, полученный им во время жизни на севере:

Отецъ бралъ его съ собой въ свои опасныя зкспедиціи... Онъ научилъ его не бояться урагана и смело бороться съ бушующимъ моремъ... Онъ научилъ сына, какъ определять погоду ближайшаго дня, какъ по лету птицъ и по звездамъ узнавать направленіе морского пути, какъ ловить рыбу, готовить ее впрокъ, какъ добывать соль, какъ строить и чинить морскія суда. [Сиповский 1911: 4].

Впрочем, в настоящее время фактического материала для однозначного вывода о существовании подобной взаимосвязи, по всей видимости, недостаточно. Тем не менее дальнейшее изучение специальной лексики в тексте «Лифляндской экономии» представляется весьма плодотворным. Так, обнаружение локализмов (территориально ограниченных слов) в тексте данного сочинения могло бы стать дополнительным свидетельством того, что перевод «Лифляндской экономии» был выполнен именно Ломоносовым, а не каким-либо другим лицом «Лифляндская экономия» была атрибутирована Ломоносову в середине XX в., и с тех пор, насколько нам известно, его авторство не подвергалось обоснованному сомнению в научной ли-тературе; также нам неизвестно о каких-либо попытках выдвижения альтернативных гипотез от-носительно того, кто мог быть автором данного сочинения. Однако отсутствие черновой рукописи, выполненной рукой Ломоносова, теоретически может поставить под сомнение его авторство. В та-кой ситуации данные углубленного анализа лексического состава этого произведения могут быть использованы для разрешения описанной проблемы если не в качестве доказательства, то хотя бы в качестве дополнительного аргумента..

В других случаях при переводе специальных обозначений, для которых, судя по всему, не удалось подобрать русских эквивалентов, Ломоносов использовал транслитерацию немецких названий. Наиболее ярко эта тенденция проявилась в переводе фитонимов, т. е. названий растений, напр.: Kalmes -- калмус, Liebstock -- либетон, Letzekel -- лецекель, Reinfahren -- ренифарен, Ruschapffel -- рушапфель, Udra -- удран, Fenchel -- фенхей, Zitwer -- цитвар.

Для уточнения статуса приведенных русских наименований были использованы данные картотеки и электронного корпуса текстов «Словаря русского языка XVIII в.». В таблице 1 для каждого из фитонимов приводится год первой фиксации данного слова (либо его фонетических вариантов) в текстах, представленных в указанных источниках. Как можно видеть, все приведенные в таблице слова либо не встречаются в картотеке и электронном корпусе, либо зафиксированы лишь в более поздних произведениях, нежели «Лифляндская экономия». Таким образом, указанные наименования растений (или как минимум некоторые из них) могут быть новациями XVIII в., впервые введенными в обиход Ломоносовым.

специальная лексика перевод термин

Таблица 1. Фиксация фитонимов из «Лифляндской экономии» в русских текстах XVIII в.

Одним из вопросов, возникающих при рассмотрении соответствий между немецкими и транслитерированными русскими фитонимами, является перевод немецкого Liebstock как либетон, труднообъяснимый с точки зрения формы слова. Немецкое слово Liebstock -- это название растения Levisticum officinale, зафиксированное в немецких справочниках, в частности в «Немецко-латинском словаре» И. Л. Фриша [Frisch 1741: 613]. Русское название данного растения -- любисток -- уже фиксируется в русском языке в XVIII в. [СлРЯ XVIII в., вып. 12: 8-9]. В точности неизвестно, соотносил ли Ломоносов слово Liebstock с любистоком; в любом случае вариант либетон в тексте «Лифляндской экономии» вызывает вопросы, поскольку не является точной транслитерацией, какой была бы форма *либсток. Правдоподобной представляется версия о том, что в рукописи вместо либетон в действительности было слово либсток, в котором затем графема с была ошибочно прочитана как е, а графема к -- как н. Это могло произойти либо при наборе писарской копии рукописи в печать, либо при снятии копии с не найденной до настоящего времени оригинальной рукописи Ломоносова. В реальности такого предположения можно убедиться, обратившись к образцам русской скорописи XVIII в. (см. табл. 2).

Обращение к рукописи «Лифляндской экономии», хранящейся в Российской государственной библиотеке, возможно, подтвердит указанную гипотезу. К сожалению, отрицательный результат подобной проверки, в отличие от положительного, не позволил бы говорить об установлении окончательной истины по данному вопросу, поскольку теоретически ошибка могла быть допущена и при переписывании набело текста «Лифляндской экономии» с не найденной до настоящего времени черновой рукописи. В любом случае, несоответствие формы либетон немецкому Liebstock -- факт, которому должно существовать если не предложенное выше объяснение, то какое-либо иное.

Таблица 2. Варианты написания букв е, с, к и н в русской скорописи XVIII в. Источник: [Крушельницкая 2003: 60-62]

Особенности порядка следования значимых лексических единиц

Помимо семантики отдельных лексических единиц, большой интерес для исследователя представляет сопоставление целых фрагментов двух анализируемых текстов, содержащих перечисления, поскольку именно здесь в ряде случаев обнаруживается расхождение между немецким и русским вариантами. По мнению С. В. Чебанова и Г. Я. Мартыненко, «характер перечислительности», включающий в себя: а) описания с опорными словами, б) описания с ключевыми словами и в) повествовательные описания, представляет собой один из важных семантических аспектов описания текстов (подробнее см.: [Чебанов, Мартыненко 1999: 67-68]). В данном случае нас интересуют описания с опорными словами, которые, по словам Чебанова и Мартыненко, «используются для упорядочивания описания путем перечисления разных модусов одной характеристики: пространства, времени или частей объекта» [Там же], что соответствует перечисленным выше категориям, отражающим разные стороны сельского быта и домашнего хозяйства (см. раздел о семантике значимых элементов).

Трансформацию порядка следования значимых лексических единиц в «Лиф- ляндской экономии» по сравнению с первоисточником Губерта можно наблюдать в целом ряде текстовых фрагментов. Ср. самый простой пример изменения порядка следования трех элементов перечисления: Im Winter soll er auf Pferde und Viehe Achtung geben, daЯ sie zu rechter Zeit gefuttert, getrдnket, Heu, Kaff, Stroh nicht verwahrloset werde... (Stratagema. S. 6); Зимою должен он смотреть за лошадьми и за другим скотом, чтобы они вовремя были кормлены и поены и чтобы сено, солома и мякины напрасно не тратились... (Экономия. С.73).

В немецком тексте автор использует алфавитный порядок перечисления Heu `сено, Kaff `мякина', Stroh `солома', в то время как в русском переводе наличествует иной порядок: сено -- солома -- мякины. Мы склонны усмотреть причину такой трансформации в историко-культурном контексте XVIII в. Дело в том, что в русскоязычной картине мира наиболее тесную семантико-прагматическую связь обнаруживают именно элементы сено -- солома. В словаре В. И. Даля упоминается выражение «сено, солома» с пометой «шутливое» как соответствие командам «право, лево» [Даль 1866: 243]. Интересно, что в Малом академическом словаре в словарной статье фураж мы находим перечисление составных частей «грубого фуража» в таком же порядке следования, как у Ломоносова, а именно: сено, солома, мякина [МАС: т. 4, 587].

В других случаях, впрочем, трудно выявить систему в изменении порядка следования элементов перечисления в переводе Ломоносова. Наглядным примером такого положения дел выступает следующий пример, касающийся перечисления лекарственных трав: Krдuter im alten Mond auffnehmen: Rauten / Majoran / Isop / Salbey (Stratagema. S. 28); Травы в ущербе месяца собирать, а именно: майоран, руту, иссоп и шалфей (Экономия. С. 84). В данном примере Ломоносов изменил порядок следования первых двух элементов. Но далее в тексте имеется еще один фрагмент перечисления, содержащий те же самые элементы; ср.: