Анализ данных ВОЗ показал, что смертность населения РФ от всех ОНМК в 2000 г. составляла 223,7 на 100 тыс. населения, к 2010 г. она снизилась до 153,7 на 100 тыс. населения, а в 2015 г. достигла минимальных значений - 117,9 на 100 тыс. населения. Причем это касалось как ИИ (табл. 2), так и ГИ (табл. 3). Цифровые значения общей смертности при ИИ (в 2000 г. - 156,49 случаев на 100 тыс. населения, в 2016 г. - 84,01 на 100 тыс. населения) были больше, чем при ГИ (в 2000 г. - 67,2 на 100 тыс. населения, в 2016 г. - 31,1 на 100 тыс. населения) более чем в 2-2,5 раза. Это касалось как женщин, так и мужчин во всех возрастных группах, но в разной степени в зависимости от возраста.
Показатели смертности от ИИ в группах населения 15-29 лет и 30-49 лет у женщин (от 0,04 до 1,5 на 100 тыс.) были не менее чем в 1,5-2 раза ниже, чем у мужчин (от 0,07 до 3,63 на 100 тыс.). К 50-59 годам и 60-69 годам смертность от ИИ у женщин и у мужчин нарастала, а цифровые различия по полу уменьшались, но в целом у мужчин смертность от ИИ по-прежнему оставалась более высокой, чем у женщин. У лиц 70 лет и старше (как среди женщин, так и среди мужчин) в РФ в период с 2000 по 2016 г. смертность от ИИ достигала своих максимальных значений. Характерной особенностью для этой возрастной группы явилось то обстоятельство, что показатели смертности от ИИ у женщин (от 132,3 до 182,99 на 100 тыс. населения) начинали более чем в 2,3-2,5 раз преобладать над таковыми у мужчин (от 57,5 до 69,85 на 100 тыс. населения).
Похожие закономерности по данным ВОЗ были выявлены в РФ в 20002016 гг. у больных с ГИ. Смертность от ГИ у женщин в группах 15-29 лет и 30-49 лет (от 0,13 до 3,64 на 100 тыс. населения) была более чем в 2 раза ниже, чем у мужчин (от 0,28 до 7,86 на 100 тыс. населения). К 50-59 годам и 60-69 годам она повышалась, но различия цифровых значений по полу становились уже не такими существенными. Характерной особенностью для ГИ явилось то обстоятельство, что в возрастной группе 70 лет и старше, как и при ИИ, показатели смертности достигали своих максимальных значений. Причем у женщин (от 29,5 до 52,36 на 100 тыс. населения) они стали преобладать над таковыми у мужчин (от 14,56 до 22,12 на 100 тыс. населения) более чем в 2-2,3 раза. Видимо, это связано с меньшей продолжительностью жизни у мужчин, чем у женщин и физиологическими особенностями женщин разного возраста [20-25].
При сопоставлении показателей смертности от ИИ и ГИ между собой по данным ВОЗ в РФ за 2000-2016 гг. установлено, что, как у мужчин, так и у женщин, с увеличением возраста одновременно увеличивалась и смертность от ИИ и ГИ. Причем в возрасте до 50 лет четко преобладала смертность от ГИ как у мужчин, так и у женщин. В возрастных группах 50-59 лет одновременно с повышением показателей смертности появлялась тенденция к сближению цифровых значений ИИ и ГИ между собой, но смертность от ГИ еще преобладала над ИИ. Только в возрастной группе 60-69 лет независимо от пола начинала появляться явная тенденция к преобладанию смертности от ИИ над ГИ. После 70 лет смертность от ИИ как у мужчин, так и у женщин становилась значительно выше, чем от ГИ (в 2,5-4 раза и более). Следовательно, с увеличением возраста смертность от ИИ нарастала более высокими темпами, чем от ГИ. Это особенно было характерно для женщин, у которых после 70 лет показатели смертности от ИИ в несколько раз преобладали над таковыми при ИИ у мужчин, а также показателями смертности от ГИ у мужчин и женщин.
Анализ данных ВОЗ показал, что смертность населения РФ от всех ОНМК в 2000 г. составляла 223,7 на 100 тыс. населения, к 2010 г. она снизилась до 153,7 на 100 тыс. населения, а в 2015 г. достигла минимальных значений - 117,9 на 100 тыс. населения. Причем это касалось как ИИ (табл. 2), так и ГИ (табл. 3). Цифровые значения общей смертности при ИИ (в 2000 г. - 156,49 случаев на 100 тыс. населения, в 2016 г. - 84,01 на 100 тыс. населения) были больше, чем при ГИ (в 2000 г. - 67,2 на 100 тыс. населения, в 2016 г. - 31,1 на 100 тыс. населения) более чем в 2-2,5 раза. Это касалось как женщин, так и мужчин во всех возрастных группах, но в разной степени в зависимости от возраста.
Показатели смертности от ИИ в группах населения 15-29 лет и 30-49 лет у женщин (от 0,04 до 1,5 на 100 тыс.) были не менее чем в 1,5-2 раза ниже, чем у мужчин (от 0,07 до 3,63 на 100 тыс.). К 50-59 годам и 60-69 годам смертность от ИИ у женщин и у мужчин нарастала, а цифровые различия по полу уменьшались, но в целом у мужчин смертность от ИИ по-прежнему оставалась более высокой, чем у женщин. У лиц 70 лет и старше (как среди женщин, так и среди мужчин) в РФ в период с 2000 по 2016 г. смертность от ИИ достигала своих максимальных значений. Характерной особенностью для этой возрастной группы явилось то обстоятельство, что показатели смертности от ИИ у женщин (от 132,3 до 182,99 на 100 тыс. населения) начинали более чем в 2,3-2,5 раза преобладать над таковыми у мужчин (от 57,5 до 69,85 на 100 тыс. населения).
Похожие закономерности по данным ВОЗ были выявлены в РФ в 20002016 гг. у больных с ГИ. Смертность от ГИ у женщин в группах 15-29 лет и 30-49 лет (от 0,13 до 3,64 на 100 тыс. населения) была более чем в 2 раза ниже, чем у мужчин (от 0,28 до 7,86 на 100 тыс. населения). К 50-59 годам и 60-69 годам она повышалась, но различия цифровых значений по полу становились уже не такими существенными. Характерной особенностью для ГИ явилось то обстоятельство, что в возрастной группе 70 лет и старше, как и при ИИ, показатели смертности достигали своих максимальных значений. Причем у женщин (от 29,5 до 52,36 на 100 тыс. населения) они стали преобладать над таковыми у мужчин (от 14,56 до 22,12 на 100 тыс. населения) более чем в 2-2,3 раза. Видимо, это связано с меньшей продолжительностью жизни у мужчин, чем у женщин и физиологическими особенностями женщин разного возраста [20-25].
При сопоставлении показателей смертности от ИИ и ГИ между собой по данным ВОЗ в РФ за 2000-2016 гг. установлено, что как у мужчин, так и у женщин с увеличением возраста одновременно увеличивалась и смертность от ИИ и ГИ. Причем в возрасте до 50 лет четко преобладала смертность от ГИ как у мужчин, так и у женщин. В возрастных группах 50-59 лет одновременно с повышением показателей смертности появлялась тенденция к сближению цифровых значений ИИ и ГИ между собой, но смертность от ГИ еще преобладала над ИИ. Только в возрастной группе 60-69 лет независимо от пола начинала появляться явная тенденция к преобладанию смертности от ИИ над ГИ. После 70 лет смертность от ИИ как у мужчин, так и у женщин становилась значительно выше, чем от ГИ (в 2,5-4 раза и более). Следовательно, с увеличением возраста смертность от ИИ нарастала более высокими темпами, чем от ГИ. Это особенно было характерно для женщин, у которых после 70 лет показатели смертности от ИИ в несколько раз преобладали над таковыми при ИИ у мужчин, а также показателями смертности от ГИ у мужчин и женщин.
Смертность от ИИ и ГИ в России в конце XX в. по данным регистров инсульта
Смертность от инсульта составила 1,0 случай на 1 тыс. жителей в год. Летальность в остром периоде инсульта была 41,9% от числа всех ОНМК, а к концу 1-го года заболевания умирало еще 12,9% больных (т.е. к концу 1-го года от начала ОНМК общая летальность составила 54,8%). Среди умерших в 80% случаев проводилась аутопсия, которая показала, что основную массу смертельных исходов составили ИИ - 77%. Оставшиеся 23% смертельных случаев ГИ распределились в следующей пропорции: ВМК - 11,7%, САК - 2,9% и Не УИ - 8,4%. Кроме того, выявлены существенные различия в структуре летальности острого периода инсульта в зависимости от типа ОНМК. Так, в группе больных с ГИ летальность составила 79,5%, а с ИИ - только 28,7% [26]. По другим данным, в России в конце XX в. летальность при ГИ составила 71%, а при ИИ - 39% [27]. Иными словами, среди всех ОНМК относительно редко встречались ГИ, но зато они протекали значительно тяжелее и чаще заканчивались смертельным исходом, чем ИИ.
В различных регионах России показатели смертности от инсульта существенно варьировали (выявлены расхождения цифр почти в 3 раза). В среднем смертность от ОНМК в 1980-1990-х гг. была около 1 случая на 1 тыс. жителей в год. В острой стадии инсульта летальность составляла 32-42% от числа всех заболевших, а к концу первого года повышалась до 48-63%.
Сравнительный анализ смертности и летальности от ИИ и ГИ в России в 2001-2003 гг. по данным регистров
Смертность от инсульта в 2001-2003 гг. колебалась в различных регионах России от 0,70 до 3,3 на 1 тыс. населения. В среднем она составила 1,17 на 1 тыс. человек в год, а стандартизированная по возрасту и полу - 0,93 на 1 тыс. населения в год, что по тем временам было значительно выше аналогичных показателей (0,37-0,47 на 1 тыс. населения) в экономически развитых странах мира. Характерно, что показатели смертности увеличивались с возрастом от 0,04 на 1 тыс. населения (в возрастной группе 30-35 лет) до 7,55 на 1 тыс. населения (в возрастной группе старше 70 лет). Обращает на себя внимание также тот факт, что смертность от ИИ (0,42 на 1 тыс. населения) превышала таковую от ГИ (0,30 на 1 тыс. населения). Это прежде всего было связано с различной частотой встречаемости ИИ и ГИ [3, 7].
В 2001 г. общая летальность в остром периоде ОНМК составила 40,4% (у мужчин - 36,6%, у женщин - 43,4%). К 2003 г. она снизилась до 35,4%, что произошло в основном за счет значительного уменьшения показателей среди больных ГИ (с 61,4% в 2001 г. до 57,2% в 2003 г.), тогда как летальность при ИИ почти не изменилась (21,8 и 21,9% соответственно). В целом же летальность от ГИ по-прежнему была значительно выше, чем от ИИ (более чем в 2 раза). Важно отметить, что летальность в стационарах (19,9%) была ниже, чем при лечении на дому (66,8%), в домах престарелых (89,5%) и при отсутствии медицинской помощи (98,8%). Причем в 2001 г. в условиях стационара лечились только 59,9% больных с ОНМК, на дому - 34%, в домах престарелых - 0,4%, не получали медицинской помощи вообще - 5,5% [3, 7].
Если в 2001 г. показатели летальности при первичном инсульте (51,8%) были значительно выше, чем при повторных (34,8%), то к 2003 г. произошло достоверное снижение их при повторных инсультах (с 51,8 до 35,0%). Поэтому те различия в летальности, которые были в 2001 г. между первичными и повторными инсультами, к 2003 г. практически полностью нивелировались. Это свидетельствовало об успешном предупреждении смертельных исходов от повторных ОНМК.
По данным регистра, проведенного в 2001, 2002 и 2003 гг. на территории РФ с населением 1 816 663 человек, смертность составила 1,47; 1,42 и 1,20 на 1 тыс. населения в год.
Средние показатели смертности от инсульта в 2001; 2002 и 2003 гг. были соответственно 1,47; 1,42 и 1,29 на 1 тыс. жителей. Причем смертность у мужчин (соответственно 1,52; 1,57 и 1,48 на 1 тыс. населения) преобладала над таковой у женщин (соответственно 1,41; 1,30 и 1,21 на 1 тыс. жителей) [19]. летальность ишемический геморрагический инсульт россия
Средняя за 3 года смертность от инсульта, стандартизированная по возрасту и полу, имела максимальные значения в Твери (4,13 на 1 тыс.), а минимальные - в Иркутске (0,16 на 1 тыс.). Разброс средних показателей летальности в различных городах был очень большим: от 6,7% в Иркутске до 63,0% в Рязани. Причем показатели летальности от ОНМК имели четкую отрицательную корреляцию с количеством больных, лечившихся в стационаре. Вместе с тем частота госпитализации на различных территориях РФ варьировала от 13,2 до 100% случаев ОНМК, включенных в статистику. На трех территориях РФ методы нейровизуализации среди стационарных больных использовались менее чем в 1% случаев. Поэтому удельный вес НеУИ был очень высок и составил в среднем 12,3% [18].
В странах Западной Европы, США, Японии, Австралии смертность от инсульта в этот же период времени удалось снизить за 15 лет более чем на 50% (ежегодное снижение составило 3-7%) благодаря разработке и внедрению современных эффективных методов лечения и профилактики ЦВБ. Показатели смертности от инсульта в этих странах (в среднем 0,37-0,47 случаев на 1 тыс. населения) в 2-3 раза ниже, чем в РФ (около 1,17 случаев на 1 тыс. населения) [11].
Сравнительный анализ смертности и летальности от ИИ и ГИ в России в 2009-2010 гг. по данным регистров
Смертность в 2009-2010 гг. была соответственно 1,19 и 0,96 случаев на 1 тыс. человек. По полу показатели смертности распределились следующим образом: у мужчин соответственно 1,13 и 1,18 на 1 тыс. населения, а у женщин соответственно 1,23 и 0,18 на 1 тыс. населения. Характерно, что показатели смертности от инсульта коррелировали с заболеваемостью. В регионах с относительно высокой смертностью была высокой и заболеваемость [16, 19].
В остром периоде инсульта летальность составила в среднем 24,9-22,47% (у мужчин 21,9-20,41%, у женщин 27,6-24,32%). Следовательно, показатели летальности получились значительно ниже, чем в регистрах предыдущих десятилетий. Например, в 2001 г. средняя летальность от инсульта была 40,37% (36,6% у мужчин и 43,4% у женщин). Летальность при первичных инсультах составила 25,4-21,4%, а при повторных - 23,6-23,2%. Максимально высокие показатели летальности были зафиксированы в Ставропольском крае (44,9%), а минимальные - в Краснодарском крае (10,9%) [16, 19].
Смертность от ОНМК в 2011 г. составила 1,08 на 1 тыс. населения (у мужчин 1,24, у женщин 0,97), а в 2012 г. - 0,71 на 1 тыс. человек (у мужчин 0,84, у женщин 0,71). Важно подчеркнуть, что в 2012 г. у женщин впервые были зарегистрированы рекордно низкие показатели заболеваемости и смертности, чем в предыдущие годы. Следовательно, в России в этот период времени наметилась устойчивая тенденция к снижению смертности от инсульта у лиц трудоспособного возраста обоего пола. Причем у женщин показатели смертности стали значительно ниже, чем у мужчин [16].
Смертность от повторных инсультов за период с 2009 по 2012 г. тоже постепенно уменьшалась и составляла соответственно: 0,32; 0,24; 0,20 и 0,15 случаев на 1 тыс. населения. В 2013 г. она незначительно повысилась (0,16 на 1 тыс. населения), а к 2014 г. упала до минимальных цифр (0,12 на 1 тыс. населения). Характерно, что смертность от первичных инсультов была в 2-3 раза выше аналогичных показателей повторных ОНМК [28].
По другим данным смертность от ОНМК в РФ в расчете на 100 тыс. населения распределилась следующим образом: ИИ - 45,2%, ВМК - 28,9%, САК - 2,9%, НеУИ - 14,3%. Причем смертность от ГИ в возрастных группах до 60 лет превышала таковую при ИИ, тогда как в возрастных группах после 60 лет наблюдалась обратная тенденция [29].
Регистры инсульта в 2009-2014 гг., проведенные в Свердловском районе г. Иркутска, выявили, что показатели смертности от инсульта среди мужчин (от 1,09 до 0,38 на 1 тыс. населения) были значительно выше, чем среди женщин (от 0,53 до 0,22 на 1 тыс. населения). Зафиксирована положительная динамика снижения смертности от инсульта (более чем в 2 раза) среди мужчин и женщин, что свидетельствовало об эффективности мероприятий, направленных на улучшение оказания помощи больным с ОНМК [30]. Смертность от ИИ в 2016 г. (119 случаев на 100 тыс. населения) достоверно снизилась по сравнению с показателями 2015 г. (186 случаев на 100 тыс. населения). Причем среди женщин (124 случая на 100 тыс. населения) она была выше, чем среди мужчин (109 случаев на 100 тыс. населения). Максимальные значения данного показателя (152 случая на 100 тыс. населения) были обнаружены в возрастной группе старше 70 лет