Материал: Сумма психоанализа. Антология. Том 11
101
Фрейда
на
русский
язык
.
Достоянием
общественности
стали
переведенные
на
русский
язык
труды
психоаналитически
ориентированных
авторов
,
включая
Ф
.
Витгельса
,
Э
.
Джонса
,
М
.
Кляйн
,
А
.
Фрейд
,
К
.
Г
.
Юнга
и
других
.
Между
отечественными
учеными
развернулась
полемика
за
и
против
психоанализа
.
Видные
политические
деятели
,
в
частности
В
.
Ленин
,
К
.
Радек
,
Л
.
Троцкий
,
в
прямой
или
опосредованной
форме
высказали
свое
отношение
к
психоаналитическому
учению
З
.
Фрейда
о
человеке
.
В
1923
г
.
в
Москве
был
создан
Государственный
психоаналитический
институт
.
В
1925
г
.
Постановлением
Совета
народных
комиссаров
РСФСР
этот
институт
был
ликвидирован
.
Эйфория
вокруг
психоанализа
и
надежда
на
то
,
что
с
помощью
его
методов
можно
будет
воспитать
нового
человека
,
сменились
идеологической
критикой
,
преследованием
инакомыслящих
и
,
наконец
,
запрещением
психоанализа
в
России
.
Сегодня
,
как
и
семьдесят
лет
тому
назад
,
в
России
издаются
и
переиздаются
труды
З
.
Фрейда
.
Поток
переведенной
на
русский
язык
психоаналитической
литературы
выплеснулся
на
прилавки
книжных
магазинов
и
многочисленные
книжные
развалы
уличной
торговли
.
Выступая
на
страницах
газет
и
журналов
,
некоторые
политические
лидеры
упоминают
о
психоанализе
или
дают
понять
,
что
отнюдь
не
чужды
новому
(
точнее
,
забытому
старому
)
веянию
,
связанному
с
психоанализом
.
В
Москве
и
Санкт
-
Петербурге
открыты
институты
психоанализа
,
в
которых
осуществляется
подготовка
специалистов
в
области
философского
,
клинического
и
прикладного
психоанализа
.
Вышел
уже
упомянутый
Указ
Президента
Российской
Федерации
о
возрождении
и
развитии
психоанализа
.
В
различных
газетах
и
журналах
опубликованы
материалы
,
в
которых
выражается
недоумение
по
поводу
этого
Указа
.
В
малых
и
больших
Академиях
ученые
спорят
о
том
,
следует
ли
в
развитии
российского
психоанализа
копировать
зарубежный
опыт
или
и
в
данной
сфере
теоретического
знания
и
клинической
деятельности
Россия
должна
идти
своим
собственным
путем
.
В
медицинских
учреждениях
раздаются
призывы
к
запрещению
психоаналитической
практики
,
осуществляемой
психологами
и
так
называемыми
«
дикими
психоаналитиками
»,
не
имеющими
медицинского
образования
.
Существуют
,
конечно
,
и
различия
между
тем
,
что
происходило
в
20-
е
годы
и
что
наблюдается
сегодня
в
России
.
К
концу
20-
х
годов
идейные
споры
между
учеными
и
интриги
политических
деятелей
,
приведшие
к
изгнанию
Л
.
Троцкого
из
страны
и
зарождению
культа
личности
И
.
Сталина
,
завершились
разгромом
психоаналитического
движения
в
России
.
К
концу
90-
х
годов
психоанализ
в
России
неожиданно
обрел
статус
государственной
политики
.
Во
всяком
случае
,
реализация
Указа
Президента
РФ
потребовала
подготовку
соответствующей
программы
организационной
и
финансовой
поддержки
развития
психоанализа
на
государственном
уровне
.
В
20-
е
годы
политические
лидеры
выступали
за
и
против
психоанализа
в
качестве
частных
лиц
,
высказывая
личное
мнение
о
психоаналитическом
учении
З
.
Фрейда
о
человеке
.
И
хотя
их
личное
мнение
оказывало
102
воздействие
на
развитие
психоанализа
и
,
в
конечном
счете
,
обернулось
его
запрещением
,
тем
не
менее
попытки
вмешательства
в
судьбу
психоанализа
на
государственном
уровне
были
скорее
опосредованными
,
нежели
прямыми
.
В
90-
е
годы
росчерком
пера
Президента
страны
психоанализу
предписывается
превратиться
из
золушки
в
принцессу
.
Правда
,
как
известно
,
Россия
весьма
своеобразная
страна
,
где
отнюдь
не
все
Указы
Президента
принимаются
к
исполнению
и
тем
более
реально
претворяются
в
жизнь
.
И
все
же
подписанный
Президентом
Указ
о
возрождении
и
развитии
философского
,
клинического
и
прикладного
психоанализа
—
беспрецедентный
случай
в
истории
психоаналитического
движения
,
так
как
ни
в
одной
другой
стране
мира
психоанализ
не
имеет
государственной
поддержки
.
Все
это
вовсе
не
означает
,
что
отныне
в
России
открыта
широкая
столбовая
дорога
для
развития
психоанализа
.
Психоаналитически
ориентированным
специалистам
не
пристало
праздновать
победу
над
теми
,
кто
не
воспринимает
психоанализ
в
качестве
панацеи
,
избавляющей
человека
не
только
от
неврозов
,
но
и
от
предшествующей
зашоренности
одномерного
мышления
и
поведения
.
Напротив
,
всем
способствующим
возрождению
и
развитию
психоаналитических
идей
стоит
задуматься
о
сохранении
той
независимости
и
критичности
,
которые
изначально
были
заложены
в
классическом
психоанализе
,
но
со
временем
даже
в
такой
Мекке
психоанализа
,
как
США
,
оказались
нивелированными
и
утраченными
.
Отстаивая
свои
профессиональные
и
личные
интересы
,
нам
не
мешало
бы
задуматься
над
тем
,
какую
цену
придется
заплатить
в
недалеком
будущем
за
стремление
во
что
бы
то
ни
стало
превратить
психоанализ
в
некий
придаток
государства
,
в
первую
очередь
обслуживающий
верхние
этажи
власти
и
новых
русских
,
способных
платить
весьма
приличные
деньги
за
моду
иметь
в
своем
распоряжении
личного
психоаналитика
,
и
только
затем
подвалы
,
с
ютящимися
в
них
нищими
,
обездоленными
,
наркоманами
и
невротиками
.
Взаимосвязь
между
государственной
поддержкой
психоанализа
и
конформизмом
психоаналитиков
,
почувствовавших
вкус
к
высоким
гонорарам
и
надеющимся
в
недалеком
будущем
открыть
не
без
помощи
федерального
бюджета
золотую
жилу
,
особый
вопрос
,
несомненно
заслуживающий
пристального
внимания
и
специального
рассмотрения
.
Но
в
контексте
обсуждаемой
проблематики
мне
прежде
всего
хотелось
бы
затронуть
вопросы
,
связанные
с
некоторыми
трудностями
,
стоящими
перед
исследователями
.
Практика
показывает
,
что
рассмотрение
истории
развития
психоанализа
в
России
сопряжено
с
рядом
трудностей
концептуального
,
поискового
и
терминологического
порядка
.
В
концептуальном
отношении
существует
разномыслие
по
поводу
периодизации
истории
психоанализа
,
причин
его
запрещения
,
истоков
возрождения
и
перспектив
развития
в
России
.
И
это
нормально
,
поскольку
переосмысление
предшествующих
представлений
на
историю
развития
России
вообще
и
психоанализа
в
частности
началось
сравнительно
недавно
.
103
Чем
шире
будут
представлены
различные
точки
зрения
на
перипетии
российского
психоанализа
,
тем
больше
вероятность
того
,
что
в
конечном
счете
удастся
всесторонне
осветить
и
воспроизвести
все
зигзаги
развития
психоанализа
в
России
.
Вызывает
сожаление
лишь
то
,
что
при
рассмотрении
истории
развития
,
запрещения
и
возрождения
психоанализа
из
поля
зрения
исследователей
ускользают
,
как
правило
, 70-
е
—
начало
80-
х
годов
,
когда
в
условиях
моноидеологического
пресса
исподволь
,
незаметно
,
но
результативно
осуществлялась
исследовательская
и
просветительская
деятельность
по
освоению
наследия
классического
психоанализа
и
других
психоаналитических
школ
.
Порой
создается
впечатление
,
что
начавшееся
в
начале
90-
х
годов
возрождение
психоанализа
в
России
происходит
как
бы
само
собой
.
Как
будто
не
было
никаких
предшествующих
работ
,
в
той
или
иной
степени
освещающих
психоаналитические
представления
о
человеке
и
культуре
.
Между
тем
в
70-
е
годы
в
России
были
опубликованы
исследования
по
классическому
и
структурному
психоанализу
,
аналитической
психологии
К
.
Г
.
Юнга
и
индивидуальной
психологии
А
.
Адлера
,
экзистенциальному
психоанализу
Ж
.
П
.
Сартра
и
философскому
психоанализу
Г
.
Маркузе
.
Другое
дело
,
что
,
имея
возможность
ознакомиться
с
оригинальными
,
переведенными
на
русский
язык
работами
ряда
психоаналитиков
,
поколение
студентов
90-
х
годов
и
всех
тех
,
кто
проявляет
сегодня
особый
интерес
к
психоанализу
,
совершенно
незнакомы
с
теми
публикациями
,
которые
имели
место
в
десятилетия
так
называемого
застоя
.
Должен
сказать
,
что
в
70-
е
годы
было
непросто
опубликовать
статью
и
тем
более
книгу
о
психоанализе
.
Переведенные
на
русский
язык
в
20-
е
годы
работы
зарубежных
психоаналитиков
были
библиографической
редкостью
,
и
желающим
познакомиться
с
психоаналитическими
идеями
,
но
не
в
достаточной
степени
владеющим
иностранными
языками
,
приходилось
черпать
информацию
из
тех
немногих
публикаций
,
которые
с
большим
трудом
выходили
в
свет
.
Это
сегодня
подрастающее
поколение
психоаналитически
ориентированных
психологов
и
терапевтов
может
изощряться
в
искусстве
толкования
сексуальной
символики
в
мифах
,
сказках
или
сновидениях
.
В
то
время
приходилось
изощряться
в
искусстве
подачи
материала
в
таком
виде
,
чтобы
,
несмотря
на
недремлющее
око
идеологической
цензуры
,
психоаналитические
идеи
и
концепции
могли
дойти
до
читателя
.
Вспоминаю
,
как
в
середине
70-
х
годов
,
когда
написанная
мною
рукопись
«
Психоанализ
и
философия
неофрейдизма
»
готовилась
к
выходу
в
свет
в
издательстве
политической
литературы
,
мне
неоднократно
говорили
о
том
,
что
необходимо
сделать
ссылку
на
материалы
очередного
съезда
КПСС
.
И
это
требование
не
было
прихотью
редакторов
.
От
того
,
будет
ли
в
вышедшей
в
свет
книге
ссылка
на
партийные
документы
,
часто
зависела
дальнейшая
судьба
редактора
и
директора
издательства
,
тем
более
такого
,
как
Политиздат
.
104
Как
автору
,
мне
претила
идеологическая
установка
на
подобную
практику
.
Но
я
не
мог
занять
максималистскую
позицию
,
открыто
заявив
редактору
о
том
,
что
не
собираюсь
делать
каких
-
либо
ссылок
на
партийные
документы
.
Поступить
так
и
принципиально
отстаивать
свои
взгляды
в
то
время
означало
—
закрыть
доступ
к
публикации
рукописи
и
в
дальнейшем
писать
только
«
в
стол
».
Тогда
мне
не
представлялась
подобная
стратегия
лучшим
выходом
из
положения
,
поскольку
при
дефиците
информации
о
психоанализе
важно
было
хотя
бы
в
ущемленном
виде
,
но
все
же
донести
до
читателя
идеи
З
.
Фрейда
,
А
.
Адлера
,
К
.
Г
.
Юнга
,
В
.
Райха
,
К
.
Хорни
,
Г
.
С
.
Салливена
,
Э
.
Фромма
.
Пришлось
прибегнуть
к
хитрости
,
сделать
вид
,
что
я
только
тем
и
занят
,
что
ищу
красивую
,
подходящую
(
в
то
время
это
означало
зубодробительную
)
цитату
из
партийных
документов
.
Тянул
до
последнего
момента
,
пока
рукопись
не
попала
в
жесткий
график
расписанного
по
дням
выхода
в
свет
.
До
сих
пор
удивляюсь
тому
,
что
,
в
конечном
счете
,
в
1977
г
.
удалось
опубликовать
работу
без
ссылки
на
партийные
документы
,
хотя
и
не
обошлось
без
идеологических
штампов
и
соответствующих
цитат
из
трудов
тех
,
кого
называли
классиками
марксизма
-
ленинизма
.
В
то
время
без
использования
соответствующих
цитат
не
могла
выйти
в
свет
ни
одна
книга
по
зарубежным
философским
и
психологическим
течениям
,
тем
более
по
психоанализу
.
Возможно
,
сегодня
все
это
трудно
понять
подрастающему
поколению
,
опьяненному
духом
свободомыслия
или
воспринимающему
свободу
слова
как
нечто
обыденное
и
само
собой
разумеющееся
.
Но
в
70-
е
годы
приходилось
наступать
на
горло
собственной
песни
,
чтобы
дать
читателю
возможность
познакомиться
с
психоаналитическими
идеями
.
При
этом
важно
было
сохранить
собственное
достоинство
и
не
впасть
в
соблазн
войти
в
число
тех
авторов
,
которые
ради
публикации
,
соответствующего
гонорара
и
сомнительного
престижа
готовы
были
,
что
называется
,
разнести
в
пух
и
прах
любое
,
не
отвечающее
духу
марксизма
-
ленинизма
,
учение
.
Вышеизложенное
не
является
попыткой
оправдания
в
глазах
тех
,
кто
с
позиций
сегодняшнего
дня
может
пренебрежительно
отнестись
к
предшествующим
отечественным
публикациям
,
авторы
которых
шли
на
допустимые
компромиссы
и
тем
самым
готовили
почву
для
возрождения
психоанализа
в
России
.
Хотелось
лишь
показать
,
что
идеологические
барьеры
прошлого
так
или
иначе
сопряжены
с
концептуальными
трудностями
настоящего
,
затрудняющими
адекватное
восприятие
истории
психоанализа
в
России
.
В
поисковом
плане
имеются
трудности
,
связанные
с
освоением
архивных
материалов
.
Далеко
не
все
удалось
«
выудить
»
из
государственных
архивов
.
Немало
ценных
материалов
содержится
в
личных
архивах
,
которые
,
к
сожалению
,
во
многом
остаются
незадействованными
и
скрытыми
от
глаз
исследователей
.
В
частности
,
переписка
З
.
Фрейда
с
А
.
Лурия
,
Л
.
Даркшевичем
и
другими
отечественными
учеными
представляет
105
значительную
ценность
с
точки
зрения
восполнения
«
белых
пятен
»
истории
не
только
психоанализа
в
России
,
но
и
психоаналитического
движения
в
целом
.
Часть
архивных
материалов
,
являющихся
достоянием
отечественной
культуры
,
находится
за
рубежом
.
Речь
идет
о
неопубликованных
работах
,
письмах
и
дневниках
эмигрировавших
из
России
видных
психоаналитиков
,
включая
М
.
Вульфа
и
Н
.
Осипова
,
внесших
значительный
вклад
в
развитие
психоанализа
.
Это
в
равной
степени
относится
и
к
С
.
Шпильрейн
,
возвратившейся
в
Россию
,
но
оставившей
свое
предшествующее
эпистолярное
наследие
за
пределами
отечества
.
В
условиях
,
когда
финансирование
исследовательской
деятельности
сведено
до
минимума
,
зарубежные
поездки
с
целью
ознакомления
с
архивными
документами
связаны
с
непреодолимыми
трудностями
.
В
терминологическом
отношении
также
наблюдаются
определенные
трудности
.
Во
всяком
случае
,
не
все
так
просто
и
очевидно
,
как
это
может
показаться
на
первый
взгляд
.
Так
,
возникает
вопрос
,
можно
ли
говорить
о
русском
,
российском
,
украинском
и
других
«
направлениях
»
психоанализа
?
Или
насколько
оправданы
названия
таких
организаций
как
«
Русское
психоаналитическое
общество
», «
Российская
психоаналитическая
ассоциация
»?
На
заре
распространения
психоаналитических
идей
в
России
существовали
различные
психоаналитические
группы
,
осуществлявшие
свою
деятельность
в
Казани
,
Москве
,
Одессе
,
Ростове
-
на
-
Дону
,
Санкт
-
Петербурге
,
Харькове
.
И
хотя
между
членами
этих
групп
возникали
отдельные
разногласия
,
тем
не
менее
объединяющим
центром
их
было
Русское
психоаналитическое
общество
.
С
распадом
Советского
Союза
статус
самостоятельности
обрели
Российская
Федерация
,
Украина
,
Татарстан
и
другие
бывшие
республики
.
И
если
в
начале
90-
х
годов
исследователи
истории
психоанализа
в
России
не
придавали
значения
тому
,
что
называется
«
национальным
признаком
»,
то
сегодня
этот
вопрос
встал
на
повестку
дня
.
Так
,
в
1996
г
.
вышла
в
свет
публикация
«
Развитие
психоанализа
в
Украине
»,
в
которой
содержатся
материалы
по
истории
«
украинского
психоанализа
»
и
предлагается
говорить
не
о
русскости
,
а
о
«
российскости
»
Фрейда
.
Должен
признать
,
что
я
сам
невольно
способствовал
терминологическому
нововведению
,
связанному
с
рассмотрением
истории
психоанализа
в
России
.
В
названии
одной
из
работ
(«
Русскость
Фрейда
»,
1994)
я
использовал
термин
«
русскость
»,
который
,
как
оказалось
,
вызвал
неприятие
у
некоторых
редакторов
и
издателей
.
Так
,
приняв
к
публикации
статью
о
русских
истоках
психоаналитических
идей
,
в
одном
из
центральных
журналов
мне
предложили
исключить
из
названия
и
текста
термин
«
русскость
».
Я
не
пошел
на
компромисс
,
в
результате
чего
статья
не
была
опубликована
.
Что
я
понимал
под
русскостью
Фрейда
?
Какой
смысл
вкладывал
в
это
понятие
?