Уральский юридический институт МВД России
Технические и электронные средства в уголовном судопроизводстве: понятие, место и роль
Литвин Илья Ильич
В настоящее время процессуальные нормы, регламентирующие порядок применения технических средств, не образуют единую целостную систему, а рассредоточены по тексту УПК РФ. Более того, в уголовно-процессуальном законе предусмотрены различные цели применения технических средств, тогда как значение понятия «технические средства» отсутствует. Такое неоднородное понимание в совокупности с отсутствием соответствующего регламентирования сдерживает эффективное применение технических средств на практике.
В то же время, применение технических средств в уголовном судопроизводстве обусловлено их возможностью объективно фиксировать и сохранять сведения, необходимые для разрешения дела по существу. При этом в связи с постоянным совершенствованием технологий возникают новые разновидности технических средств, которые нуждаются в осмыслении и практических решениях. С точки зрения доказательственной ценности, сведения, полученные с помощью них, должны соответствовать требованиям относимости, допустимости и достоверности, предъявляемым к доказательствам уголовно-процессуальным законодательством. Именно поэтому для полноценного использования в доказывании сведений, полученных с помощью технических средств, необходима соответствующая регламентация оснований и порядка применения технических средств.
Изначально представляется важным выделить из широкого круга методов и приемов использования технических средств только те, что направлены на познание действительных обстоятельств общественно опасного деяния. Так, согласно части 6 статьи 164 УПК РФ законодатель предусмотрел при осуществлении следственного действия применение технических средств для обнаружения, фиксации и изъятия следов преступления и вещественных доказательств. В данном случае речь идет о, так называемой, криминалистической технике, к которой традиционно относятся физические и химические средства выявления следов, оптические, световые и измерительные приборы, криминалистическая фотография и др. Результаты их применения вносятся в протокол следственного действия, либо являются приложением к нему. В последующем они могут быть признаны вещественными доказательствами.
В части 3 статьи 170 УПК РФ указано, что в случае производства следственного действия без участия понятых применяются технические средства фиксации его хода и результатов. К таким средствам фиксации относится аудио- и видеозапись, результаты которой по завершении следственного действия прилагаются к протоколу в качестве приложения.
Также, согласно части 6 статьи 186 УПК РФ для осмотра и прослушивания записи переговоров следователю передается фонограмма в опечатанном виде с сопроводительным письмом, в котором должны быть указаны краткие характеристики использованных при этом технических средств. Однако следователь непосредственного участия в технической деятельности не принимает либо участвует как наблюдатель, поэтому процесс использования технических средств в данном случае нормами уголовно-процессуального права не регламентируется [1, с. 33]. Тем не менее, результаты технической деятельности заносятся в протокол и в дальнейшем могут являться доказательствами по уголовному делу.
Отдельно законодатель выделяет возможность привлечения специалиста к участию в следственных действиях для применения технических средств в исследовании материалов уголовного дела (ч. 1 ст.58 УПК РФ). В этом случае специалист оказывает содействие следователю в исследовании материалов. Его участие носит вспомогательный характер и направлено на оказание технической помощи, результаты которой заносятся следователем в протокол.
Следует так же упомянуть ряд случаев, когда законодатель рассматривает технические средства с позиции их полезных свойств за рамками доказывания. Например, для возможности осуществления контроля над исполнением меры пресечения в виде домашнего ареста (ч. 10 ст. 107 УПК РФ), либо осуществления видеоконференц-связи во время судебного разбирательства (ч. 6.1 ст. 241 УПК РФ) и т.д. Однако необходимо заметить, что в подобных случаях законодатель не прибегает к термину «технические средства», хотя те и являются таковыми в привычном для нас понимании.
Если обратиться к научной литературе, то можно сделать также вывод о неоднозначности взглядов на понимание сущности технических средств. Так, в криминалистике еще с советского времени выделяют категорию «технико-криминалистическое средство», под которым Р.С. Белкин понимал устройство, приспособление или материал, используемый для собирания и исследования доказательств или для создания условий, затрудняющих совершение преступлений [2, с. 232]. Так же в научной литературе широко распространен термин «научно-технические средства», который по своему методологическому значению уже, чем технические средства, так как характеризует только те средства, чье использование в уголовном судопроизводстве научно обосновано, и не включает ряд технико-криминалистических средств (например, щуп, фонарик, линейка). Это объясняется, прежде всего, тем, что научно-технические средства являются не вспомогательными средствами, а играют более существенную роль, так как по своему содержанию ориентированы исключительно на цели раскрытия и расследования преступлений [3, с. 34].
В контексте современного представления о технических средствах в юридической литературе выделяется категория «технические средства коммуникации», под которыми понимаются средства технического обеспечения процессов сбора, хранения, передачи, проверки и использования сведений, полученных из различных источников информации [4, с. 37]. В данном случае акцент сдвигается в сторону коммуникативной функции технических средств, что обусловлено развитием коммуникационных технологий в современных условиях.
Однако все указанные выше понятия являются научными и не имеют законодательного закрепления, что в свою очередь приводит к отсутствию единого понимания сущности технических средств, применяемых в сфере уголовного судопроизводства, неопределенности их правового статуса и порядка использования в уголовно-процессуальной деятельности. В данном случае следует согласиться с точкой зрения А.Е. Федюнина полагающего, что отсутствие законодательно закрепленного понятия технических средств не только влечет за собой неясность нормативно-правовых формулировок, но и негативно сказывается на качестве дознания, предварительного следствия и судебного разбирательства уголовных дел [5, с. 36].
Следует также согласиться с мнением И.В. Казначей о том, что доминирующим признаком технических средств является их конструктивное предназначение для работы с информацией [4, с. 29]. В то же время невозможно отрицать и тот факт, что в уголовном судопроизводстве технические средства, прежде всего, ориентированы на расследование преступлений. Поэтому наиболее разумным кажется сохранение используемой в УПК РФ терминологии, при этом под техническими средствами предлагается понимать любые средства обнаружения, фиксации и исследования информации, используемые в ходе предварительного расследования.
Возвращаясь к информационной составляющей технических средств, нельзя не отметить то факт, что современные технологии не ограничиваются традиционными формами хранения информации. Наряду с письменной формой фиксации сведений, активно используется хранение и передача информации в электронном виде, в связи с чем становится необходимым разграничить по формату данных технические средства на традиционные и электронные.
В-первую очередь, это связано с переходом большинства технологий на электронный стандарт обработки информации, что затронуло и технические средства, используемые в уголовном судопроизводстве (цифровой стандарт фотографии, аудио- и видеозаписи, фонограмм записи разговора, видеоконференц-связи и др.).
Во-вторых, не менее важен факт признания законодателем доказательственного значения электронных сведений, которые могут быть закреплены в качестве вещественных доказательств в виде электронных носителей информации (ст. 82 УПК РФ) или в качестве иных документов в виде фотоматериалов, аудио- и видеозаписей, а так же иных носителей информации (ст. 84 УПК РФ).
В данном контексте представляется возможным выделить особый вид технических средств - электронные средства. При этом основным критерием, отличающим их от остальной массы технических средств, является результат их применения (формат данных) - электронная информация. Данный критерий позволяет более четко провести границу между электронными средствами и иными техническими средствами, к которым применим электронный метод фиксации, о котором ранее уже писали в криминалистической науке [6, с. 57]. Сущность этого метода состоит в том, что изображение запечатлеваемого объекта трансформируется в электрический сигнал, который записывается на магнитном носителе. Сигнал не нуждается в какой-либо обработке, а чтобы изображение возникло на мониторе, необходимо лишь электронно-оптическое преобразование [7, с. 56]. Так, например, «аналоговая» видеокамера применяющая электронный метод фиксации, не будет являться электронным средством в силу того что в конечном счете не формирует «электронные» доказательства. Подобное разграничение можно провести между всеми техническими средствами, имеющими более современный аналог с возможностью фиксации информации в электронном виде.
Таким образом, именно возможность получения электронной информации, которую в последующем можно использовать в доказывании, и является важным фактором разграничения технических и электронных средств. С данной точки зрения, наиболее перспективными результатами применения электронных средств являются фотография, аудио- и видеозапись.
Однако в настоящий момент фото-, аудио- и видеоматериалы, полученные в рамках следственных действий - это приложение к протоколу следственного действия. В силу положений статьи 74 УПК РФ доказательством по делу является именно протокол следственного действия [8]. уголовный процессуальный законодательство технический
Придерживаясь подобного мнения, ряд авторов полагает, что роль технических средств при проведении следственных действий сведена к получению иллюстративного материала, который не имеет самостоятельного доказательного значения [9, с. 368].
Такое положение вещей не соответствует техническим возможностям аудио- и видеозаписи, как наиболее объективной форме фиксации. А.А. Давлетов обоснованно указывает, что одна письменно-протокольная форма не может обеспечить точность и полноту закрепления сведений, полученных в ходе следственных действий. Применение видео-, аудиозаписи и иных технических средств значительно повышает информативность следственных действий [10, с. 169]. В то же время В.А. Семенцов, предлагает придать результатам применения технических средств самостоятельное доказательственное значение [11, с. 44]. Данный шаг позволит обогатить доказывание по уголовному делу не просто «иллюстративным материалом», а объективными сведениями, что положительно скажется на качестве предварительного расследования.
Учитывая указанные обстоятельства, представляется разумным выделить в уголовно-процессуальной науке категорию «электронные средства» и отнести к ним любые технические средства, результатом применения которых является информация в электронном виде. При этом понятие «электронные средства» объединяет и учитывает все особенности технических средств на основе единой категории - информации, существующей в той в форме, использование которой наиболее актуально на современном этапе развития общества.
Таким образом, назрела необходимость дальнейшего совершенствования уголовно-процессуального законодательства с точки зрения оптимизации процесса использования информации, полученной в ходе применения технических и электронных средств.
Библиография
1. Стельмах В.Ю. Получение информации о соединениях между абонентами и (или) абонентскими устройствами как следственное действие: монография / В. Ю. Стельмах. - Екатеринбург: Уральский юридический институт МВД России, 2014. С. 33.
2. Белкин Р.С. Курс криминалистики: Учебное пособие для вузов в 3-х томах. 3-е изд., дополненное, 2001. Т.1. С. 232.
3. Цомая С.Д. Правовое регулирование и доказательственное значение применения научно-технических средств в уголовном судопроизводстве: дис. ... канд. юрид. наук. М., 2007. С. 34.
4. Казначей И.В. Использование технических средств коммуникации в уголовном судопроизводстве (пути совершенствования): дис. … канд. юрид. наук. Волгоград, 2014. С. 29, 37.
5. Федюнин А.Е. Правовое регулирование технических средств в уголовном процессе: автореф. дис. … д-ра юрид. наук. Саратов: СЮИ МВД России, 2008. С. 36.
6. Еникеев З.Д. Механизм уголовного преследования: Учебное пособие / Изд-е Башкирск. ун-та. Уфа, 2002. С. 57.