Статья: Уровень террористической угрозы в контексте моделирования влияния макроэкономических показателей

Научно-исследовательский институт Университета прокуратуры

Уровень террористической угрозы в контексте моделирования влияния макроэкономических показателей

В.В. Меркурьев

М.В. Ульянов

Е.П. Горшечникова

Ключевые слова

Терроризм; преступность;

миграционная политика; линейная зависимость; распространенность угроз; география преступности; факторы

Аннотация

Отмечая глобальную угрозу терроризма, авторы указывают на необходимость изучения этого негативного явления на основе эмпирических данных с учетом региональных особенностей. С использованием методов кластерного анализа (программа SPSS Statistics) статистических данных о количестве преступлений террористической направленности авторами анализируется распространенность террористической угрозы на территории Российской Федерации. Выявлены три центра террористической напряженности: Северо-Кавказский федеральный округ, Москва и Республика Татарстан. Кроме того, авторы попытались установить линейную зависимость между динамикой террористической преступности и такими факторами, как социально-экономическое положение и миграция. Произведенные расчеты показали отсутствие причинно-следственной связи между имущественным положением и терроризмом. Социально-экономическое положение не является основным фактором, формирующим состояние террористической угрозы, несмотря на его существенное воздействие. Это справедливо и применительно к указанным центрам напряженности. Аналогичные выводы имеются и в зарубежных исследованиях по данной тематике. Кроме того, не удалось подтвердить и зависимость между миграционным коэффициентом (приростом на 100 тыс. населения региона) и уровнем террористических преступлений. При этом отмечено, что недостаточно контролируемые внешние и внутренние миграционные процессы влияют на распространение экстремистской идеологии. В подтверждение этому приведены сведения Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации, в соответствии с которыми за последние годы количество иностранных граждан, совершивших преступления террористической направленности, постоянно увеличивалось, причем ими совершались практически все виды преступлений террористической направленности. Таким образом, невозможно выделить единственный основной фактор терроризма. Система детерминации террористической преступности представляет собой сложную взаимосвязь негативных процессов во всех сферах общественной жизни (экономической, социальной, управленческой, идеологической, криминальной), что отражается на психологическом состоянии социума в целом. Целесообразно уделить особое внимание анализу личности террористов, а также лиц, вовлекаемых в террористическую деятельность.

TERRORISM THREAT LEVEL IN THE CONTEXT OF MODELING THE IMPACT OF MACROECONOMIC INDICATORS

Victor V. Merkuryev1, Mikhail V. Ulyanov1, Elena P. Gorshechnikova2

Research Institute of University of Prosecutor's Office of the Russian Federation, Moscow, the Russian Federation

University of Prosecutor's Office of the Russian Federation, Moscow, the Russian Federation

Abstract

The authors call terrorism a global threat and point out the necessity of studying this negative phenomenon on the basis of empirical data while taking into consideration regional specifics. They use the methodology of cluster analysis (SPSS Statistics software) of statistical data on the number of terrorism crimes to analyze the spread of this threat on the territory of the Russian Federation. Three centers of terrorism tensions have been identified: North Caucasian Federal District, Moscow and the Republic of Tatarstan. Besides, the authors attempted to establish a linear dependence between the dynamics of terrorism crimes and such factors as socio-economic situation and migration. The calculations showed that there is no cause-and-effect link between material status and terrorism. The socio-economic situation is not the key factor that creates the condition of terrorism threat, although its impact is considerate. This is equally just for the above-mentioned centers of tensions. Foreign researcher of this problem come to similar conclusions. Besides, the correlation between the migration coefficient (increase per 100 th. inhabitants) and the level of terrorism crimes has not been proven. At the same time, it is mentioned that the insufficiently external and internal migration processes influence the spread of extremism ideology. To prove this, the authors present information from the Court Department of the Supreme Court of the Russian Federation, according to which in recent years the number of foreign citizens who commit terrorism crimes has been steadily growing, and they have been involved in practically all types of terrorism crimes. It is thus impossible to identify a single key factor of terrorism. The system determining terrorism crimes consists of a complex interaction of negative processes in all spheres of public life (economic, social, governance, ideological, criminal), which is reflected in the psychological state of society as a whole. It is expedient to pay special attention to the analysis of the personality of terrorists as well as persons who get involved in terrorism activities.

Keywords

Terrorism; crime; migration policy; linear correlation; threat spread; crime geography; factors

Превратившись в глобальную угрозу международной безопасности, терроризм характеризуется ростом масштабов преступной деятельности международных террористических организаций. Это подтверждают и данные Глобального рейтинга терроризма 2018 г., составленного Британским институтом экономики и мира Global Terrorism Index 2018: Measuring the impact of terrorism. Institute for Economics and Peace, Sydney. 2020. August 19. URL: https://www.economicsandpeace. org/report/global-terrorism-index-2018.. В соответствии с ними, несмотря на снижение количества жертв терроризма в период 2014-2017 гг., число террористических атак почти в каждом регионе мира за последние 15 лет в среднем возросло.

В 2017 г. 84 % погибших от терроризма приходилось на десять стран: Афганистан (25 %), Ирак (23 %), Нигерию (8 %), Сомали (8 %), Сирию (6 %), Пакистан (5 %), Египет (3 %), Конго (3 %), ЦАР (2 %) и Индию (2 %). В условном рейтинге распространения террористических угроз Российская Федерация находится на 34-м месте из 138.

Как в отечественных [1-3], так и в зарубежных [4; 5] исследованиях самое пристальное внимание уделяется изучению феномена терроризма на основе эмпирических данных с учетом региональных особенностей, а также анализу влияния отдельных факторов на террористическую преступность.

Изучение региональных особенностей террористической преступности показывает, что в период 2006-2018 гг. наибольшее количество преступлений террористической направленности было зарегистрировано в Северо-Кавказском, Приволжском и Центральном федеральных округах (табл. 1). Вместе с тем следует учитывать, что с 2013 г. более половины зарегистрированных преступлений этой категории совершены за пределами территории Российской Федерации и связаны с участием в незаконных вооруженных формированиях, террористических сообществах и организациях.

Таблица 1 / Table 1

Динамика количества преступлений террористической направленности, зарегистрированных в 2006-2019 гг. в федеральных округах*

Dynamics of the number of terrorism crimes registered in Federal Districts in 2006-2009

* Составлена по данным статистической формы «Антитеррор» «О преступлениях террористического характера и экстремистской направленности» за 2006-2019 гг.

террористический макроэкономический имущественный

По числу преступлений террористической направленности доминировал Северо-Кавказский регион. При этом очевидно, что резонансные террористические посягательства и инфраструктура терроризма постепенно вышли за пределы республик Северо-Кавказского федерального округа, распространились на другие регионы страны. Угрозы экстремистского и террористического характера стали наблюдаться в тех регионах, для которых подобные проявления были большой редкостью (например, Дальневосточный, Сибирский и Уральский федеральные округа).

Тенденция «расползания» террористической угрозы по всей территории Российской Федерации сохранилась и в 2019 г. Сложившаяся ситуация прежде всего связана со сменой стратегии и тактики преступной деятельности международных террористических организаций. Распространенный характер приобрела тактика использования террористов-одиночек в сочетании с созданием так называемых спящих ячеек, объединяющих пособников террористической деятельности в региональные сетевые структуры по всей России [6, с. 127]. Так, если в 2006 г. преступления, предусмотренные ст. 205 «Террористический акт» УК РФ, регистрировались лишь в трех округах, то в 2019 г. -- почти во всех округах Российской Федерации (рис. 1).

Наглядно данная тенденция прослеживается на примере сравнения географии выявленных преступлений террористической направленности в периоды с 2011 по 2013 г. и с 2014 по 2016 г. с применением методов кластерного анализа (рис. 2 и 3).

Группировка по кластерам значений показателя «выявленные преступления террористической направленности» в период с 2011 по 2013 г. позволяет выделить две группы субъектов Российской Федерации. Первая группа (кластер) объединяет 40 субъектов, в которых было совершено от 1 до 6 преступлений за три года. Во вторую группу вошли три субъекта, в которых совершено от 14 до 33 преступлений, -- Ставропольский край (14), Республика Татарстан (18), Москва (33).

Намного выше, чем в иных субъектах, значения рассматриваемого показателя в республиках Дагестан, Ингушетия, Чеченской, Кабардино-Балкарской и Карачаево-Черкесской, что не позволяет объединить их в отдельный кластер.

Иная картина наблюдается в период с 2014 по 2016 г. Прежде всего отмечается существенный рост значений рассматриваемого показателя практически во всех регионах страны. Одновременно снизилось количество регионов, в которых не выявлялись преступления террористического характера. Если в предыдущий период субъектов с нулевыми значениями показателя было 39, то в 2014-2016 г. -- лишь 8. Такое выравнивание значений показателя террористической преступности позволило выделить четыре группы.

Первая группа с низкими значениями показателя объединила 57 субъектов, в которых совершено от 2 до 24 преступлений.

Рис. 1. Количество преступлений, предусмотренных ст. 205 УК РФ, по федеральным округам

Fig. 1. Number of crimes under Art. 205 of the CC of the RF, by Federal District

Рис. 2. Картография выявленных преступлений террористической направленности в период с 2011 по 2013 г. (распределение по кластерам получено с использованием программного обеспечения -- пакета SPSS)

Fig. 2. A map of registered terrorism crimes in 2011-2013 (SPSS package used for the distribution into clasters)

Рис. 3. Картография выявленных преступлений террористической направленности в период с 2014 по 2016 г.

Fig. 3. A map of registered terrorism crimes in 2014-2016

В отдельную группу выделилось 13 регионов (республики Северная Осетия -- Алания и Башкортостан, Краснодарский и Красноярский края, Астраханская, Волгоградская, Ростовская, Оренбургская, Саратовская, Ульяновская, Свердловская, Тюменская, Челябинская области). Здесь в анализируемый период с 2014 по 2016 г. было совершено от 26 до 69 преступлений.

В третью группу вошло три региона (от 109 до 128) -- Ставропольский край (109), Республика Татарстан (120), Москва (128). Данные субъекты сохранили свое положение в качестве отдельного кластера, как и в предыдущем периоде.

Четвертая группа включает Карачаево-Черкесскую Республику (200) и Республику Ингушетия (223). Отдельно выделяются республики Дагестан, Чеченская и Кабардино-Балкарская с учетом их высоких значений показателя.

Исходя из представленных данных можно выделить три центра напряженности -- СевероКавказский федеральный округ, Москву и Республику Татарстан.

Жителями регионов Северо-Кавказского федерального округа ежегодно совершается свыше 60 % всех регистрируемых в России преступлений террористической направленности. Здесь по-прежнему высока внутренняя террористическая угроза, действуют вооруженные группировки, совершающие нападения на сотрудников правоохранительных органов. Кроме того, с 2013 г. Северо-Кавказский федеральный округ является основным поставщиком участников террористической деятельности в Сирийской Арабской Республике.

В числе основных причин разрастания террористических угроз традиционно называют социально-экономическое положение. Тем не менее в зарубежных исследованиях, в которых моделируется влияние макроэкономических показателей на распространенность террористической угрозы, не приводится убедительных доводов о том, что в бедных государствах уровень терроризма выше, чем в странах с высоким уровнем дохода. То же самое относится и к конкретным регионам внутри государств. Изучение личности отдельных участников террористической деятельности также не выявляет причинно-следственную связь между бедностью, неравенством и терроризмом [7-9].