Дипломная (вкр): Виды доказательств (средства доказывания)

.1 ПОКАЗАНИЯ ПОДОЗРЕВАЕМОГО

Статья 76 УПК РФ определяет показания подозреваемого как сведения, сообщенные им на допросе, проведенном в ходе досудебного производства в соответствии с требованиями статей 187-190 УПК РФ. То есть, показания

подозреваемого - это устное сообщение о ходе досудебного производства по уголовному делу о подлежащих доказыванию обстоятельствах, данное им на допросе, проведенном в соответствии с требованиями вышеуказанных статей.

Подозреваемый вправе изложить свои показания в протоколе собственноручно, но лишь после их дачи в устной форме. Показаниями не считаются сведения, хотя и имеющие значение для уголовного дела, но сообщенные подозреваемым вне допроса (в ходатайствах, жалобах, объяснениях, заявлениях). При устной форме дачи показаний обеспечивается их непосредственное восприятие в ходе допроса, при этом снижается вероятность искажения содержащихся в них относимых к делу данных.

Показания подозреваемого, как и показания обвиняемого, имеют двойственную природу, являясь, с одной стороны, источником доказательственной информации, а с другой - средством защиты его интересов1.

Источником доказательства применительно к показаниям подозреваемого является лицо, привлеченное по уголовному делу в качестве подозреваемого.

Не допускается допрашивать подозреваемого в качестве свидетеля, так как это связано с прямым ограничением его права на защиту, искажает уголовно-процессуальную природу исходящих от него показаний2, противоречит положению ст. 51 Конституции РФ. Недопустимыми будут и показания лица, хотя и привлеченного в качестве подозреваемого, но без достаточных к тому оснований3.

Дача показаний - это эффективный способ защиты подозреваемого и не является его обязанностью. Возложение на подозреваемого обязанности давать показания означало бы отказ от презумпции невиновности и переложения на него бремени доказывания. За отказ и уклонение от дачи показаний и за дачу заведомо ложных показаний подозреваемый не несет ответственности. Кроме того, отказ от дачи показаний, дача заведомо ложных показаний не являются доказательством виновности подозреваемого. В то же время решение подозреваемого отказаться от дачи показаний не освобождает его от обязанности явиться по вызову органы расследования, прокурора или суда.

В показаниях подозреваемого могут отражаться не только сведения о фактах и обстоятельствах, подлежащих доказыванию, но и его мнение и предположения. То есть подозреваемый может в своих показаниях давать личную трактовку событий, объяснять мотивы своих действий, выдвигать версии, оспаривать имеющиеся в деле доказательства1. Мнение и предположения подозреваемого, сообщенные на допросе, являются неотъемлемой частью его показаний и подлежат обязательной проверке.

Чаще всего предмет показаний подозреваемого ограничен обстоятельствами, связанными с привлечением данного лица в качестве подозреваемого: возбуждением в отношении него уголовного дела, основаниями его задержания, основаниями избрания в отношении него меры пресечения до предъявления обвинения (ч. 1 ст. 46). Однако в предмет показаний подозреваемого могут входить и любые другие обстоятельства, подлежащие доказыванию по уголовному делу, в том числе и сведения о взаимоотношениях подозреваемого с другими участниками уголовного процесса, об обстоятельствах, имеющих значение для правильной проверки и оценки его показаний, других доказательств, собранных по его делу.

Подозреваемый, давая показания, может признать или отрицать возникшее в отношении него подозрение, сообщить о совершении преступления другими лицами. Не является доказательством голословное признание или отрицание подозреваемым возникшего в отношении него подозрения, если они не сопровождаются сообщением фактических данных в их подтверждение.

Способом получения показаний подозреваемого является его допрос, который осуществляется по правилам, предусмотренным ч. 2 ст. ст. 46, 187-190 УПК РФ. В начале допроса подозреваемому должно быть разъяснено его право не свидетельствовать против себя самого, регламентированное ст. 51 Конституции РФ. Если подозреваемому при производстве дознания или на предварительном следствии не было разъяснено указанное конституционное положение, показания этого лица должны признаваться судом полученными с нарушением закона (и не могущими являться доказательствами виновности подозреваемого, доказанности его вины и учитываться в качестве обстоятельства, отрицательно характеризующего личность подсудимого, при назначении ему вида и размера наказания).

Встречаются факты, когда следователь, получив от подозреваемого (обвиняемого) отказ давать показания, требует объяснения причин и мотивов такого отказа, надеясь, видимо, что допрашиваемый заявит примерно следующее: «Показания давать не желаю, так как хотя я данное преступление и совершил, но мне стыдно в этом сознаться». В этой связи необходимо подчеркнуть, что право не свидетельствовать против себя не требует необходимости в каких-либо объяснениях. Равным образом, согласно ст. 37 Конституции РФ каждый имеет право на социальное обеспечение по возрасту, и перед реализацией этого права гражданин не обязан никому объяснять и мотивировать, зачем ему это понадобилось.

Не изжиты в судебно-следственной практике случаи, когда при отсутствии достаточных доказательств виновности обвиняемых в совершении преступлений в качестве свидетелей допрашиваются оперативные сотрудники, проводившие задержание и оперативные мероприятия с подозреваемым (обвиняемым), об обстоятельствах, ставших им известными в ходе непроцессуального общения с подозреваемым, перед которым положения ст. 51 Конституции РФ ему не разъяснялись. По смыслу рассматриваемой правовой нормы право не свидетельствовать против себя самого должно разъясняться не только следователем и судом, но и иным органом, осуществляющим уголовное преследование, с момента фактического задержания и доставления в ОВД.1

Я считаю, что в целях недопущения фактов нарушения конституционных прав гражданин не свидетельствовать против себя самого, своего супруга и близких родственников необходимо при наличии оснований возбуждать уголовные дела в отношении следователей и лиц, производящих дознание, по ст. 302 УК РФ.

Законодатель устанавливает обязательность допроса лица в качестве подозреваемого не позднее двадцати четырех часов с момента его фактического задержания (или вынесения постановления о возбуждении уголовного дела - ч. 2 ст. 46 УПК РФ). Лицо, в отношении которого избрана мера пресечения, должно быть допрошено немедленно.

Показания подозреваемого фиксируются в протоколе. Стенографирование, киносъемка, аудио- и видеозапись, которые могут применяться при производстве допроса подозреваемого, являются факультативными средствами сохранения показаний подозреваемого и при отсутствии протокола допроса процессуального значения не имеют.

Показания подозреваемого сохраняют свое доказательственное значение и после предъявления лицу обвинения и его допроса в качестве обвиняемого. При допросе обвиняемого необходимо допросить вновь лицо и в случае противоречий с ранее данными показаниями необходимо выявить их причины и в зависимости от этого решить вопрос об их достоверности.

.2 ПОКАЗАНИЯ ОБВИНЯЕМОГО

Показания обвиняемого определены в УПК РФ следующим образом - это сведения, сообщенные им на допросе, проведенном в ходе досудебного производства по уголовному делу или в суде в соответствии с требованиями статей 173, 174, 187-190 и 275 УПК. Кроме того, ч. 2 ст. 77 говорит о том, что признание обвиняемым своей вины в совершении преступления может быть положено в основу обвинения лишь при подтверждении совокупностью имеющихся по уголовному делу доказательств.

Таким образом, показания обвиняемого представляют собой устное сообщение лица, привлеченного в качестве обвиняемого, о подлежащих доказыванию обстоятельствах, данное им на допросе в соответствии с

требованиями вышеуказанных статей. Устное сообщение обвиняемого и является источником фактических данных. Те сведения, которые изложены обвиняемым в ходатайствах, жалобах, заявлениях, объяснениях, последнем слове, нельзя рассматривать как доказательства, а только лишь в качестве оснований для допроса обвиняемого, производства других следственных действий, направленных на собирание доказательств, выдвижение версий по делу. доказательство уголовный подозреваемый обвиняемый

Дача показаний является для обвиняемого его правом, а не обязанностью. В противном случае это ущемляло бы его права на защиту, нарушало принцип презумпции невиновности и перенесение бремени доказывания на обвиняемого.

Обвиняемый не несет никакой ответственности за дачу заведомо ложных показаний или за отказ от дачи показаний и данный отказ не рассматривается как доказательство его вины или обстоятельства, отрицательно характеризующие его личность1. Но при этом, обязанность явиться по вызову органы расследования, прокурора или суда для дачи показаний у обвиняемого остается.

Показания обвиняемого содержат его мнения и предположения. А сообщенные в ходе допроса и содержащие фактические данные - неотъемлемая часть его показаний. Обвиняемый, если он признается в совершении преступления, не только излагает ход событий, но и как их непосредственный участник и лицо, заинтересованное в ходе дела, дает им объяснение, свою интерпретацию, в частности излагает мотивы своих действий, их причину. Он может изложить какую-либо свою версию событий, какое-то иное объяснение, может привести какие-то смягчающие или оправдывающие обстоятельства. Кроме того, обвиняемый вправе давать в своих показаниях оценку имеющихся в деле доказательств, может отвергать их или ставить под сомнение, приводить контраргументы, которые подлежат тщательной и всесторонней проверке2.

Как правило, предмет показаний обвиняемого связан с выдвинутым против него обвинением, но он может выходить и за эти пределы. Обвиняемый вправе дать показания о любых фактах и обстоятельствах, имеющих значение для уголовного дела. Показания обвиняемого делятся на три группы: 1) признание своей вины;

) отрицание своей вины; 3)показания в отношении других лиц. Нет, пожалуй, в теории доказательств вопроса более тесно связанного с гарантиями прав граждан и вообще с положением личности в обществе, чем проблема значения признания обвиняемым своей вины. Нет также и вопроса, который не получал бы в различные исторические эпохи столь неодинаковых, порой диаметрально противоположных решений. На протяжении длительного времени признание обвиняемым своей вины считалось «царицей доказательств». Особенно это характерно для инквизиционного процесса. Постулировалось, что человек не обвиняемый признавал себя виновным, необходимость в других доказательствах отпадала. Естественно, все усилия следователей были направлены на добывание такого признания, причем в средствах для достижения такой «святой» цели они не ограничивались. Известно, какие совершенные орудия пыток были созданы в будет признаваться в преступлении, если он его не совершал. Поэтому, если период средневековья. В результате почти все обвиняемые признавали себя виновными в самых немыслимых преступлениях.

К сожалению, и в настоящее время имеют место случаи, когда под воздействием незаконных методов расследования люди признают себя виновными в преступлениях, которые не совершали.

Однако не только порочные методы расследования могут повлечь самооговор обвиняемого. Практике известно немало случаев такого самооговора, сделанного из самых различных побуждений: с целью взять на себя вину близкого человека, скрыть совершение другого, более тяжкого преступления, из-за боязни выдать подлинных виновников и др. Так, обвиняемый, совершивший десяток краж, может признаться еще в одной краже, совершенной фактически другим лицом, поскольку это на его судьбу существенно не повлияет; несовершеннолетний обвиняемый может принять на себя вину взрослого соучастника в убийстве, поскольку к нему не может быть применена смертная казнь и т.п. Таким образом, само по себе признание обвиняемым своей вины, взятое изолированно, еще ничего не означает. Вместе с тем нельзя недооценивать значения правдивых показаний обвиняемого.

Как указывалось, они могут быть очень ценным источником доказательственной информации. Получение их значительно облегчает установление истины, способствует быстрому раскрытию преступления, всестороннему изучению всех обстоятельств дела.

Признание обвиняемым вины будет являться доказательством, когда на допросе, признав себя виновным в предъявленном обвинении, он сообщает сведения о фактах и обстоятельствах своей преступной деятельности. Голословное признание обвиняемым своей вины (от которого он, кстати, может в любой момент отказаться) без приведения каких-либо конкретных фактов не может рассматриваться как доказательство. Например, если обвиняемый заявляет, что он не оспаривает своей вины, но об обстоятельствах совершения преступления ничего не помнит ввиду сильного опьянения, то эти показания никакого доказательного значения иметь не могут. Доказательством могут служить лишь сведения о конкретных обстоятельствах совершения преступления.

Признание обвиняемым своей вины должно подтверждаться совокупностью собранных по делу доказательств. Только в этом случае эти сведения могут быть положены в основу обвинения. Такое требование прямо закреплено в уголовно-процессуальном законе (ч. 2 ст. 77 УПК) и судебная практика придерживается этой же позиции.

Таким образом, доказательством является не факт признания обвиняемым своей вины, а сообщаемые сведения, свидетельствующие о совершении им преступления и объективно подтверждаемые в ходе проверки.

Вторая группа - отрицание обвиняемым своей вины. Такие показания тоже подлежат тщательной и всесторонней проверке, и все доводы обвиняемого должны быть либо опровергнуты, либо подтверждены. Если же ни того, ни другого не удалось, и остались сомнения в наличии (отсутствии) каких-либо обстоятельств, то они толкуются в пользу обвиняемого.

Голословное отрицание обвиняемым своей вины не будет считаться

оправдательным доказательством, так как оно не содержит относимых к делу сведений, образующих содержание любого доказательства.

Отрицание обвиняемым своей вины само по себе не является оправдательным доказательством, так как не содержит каких-либо конкретных фактических данных, свидетельствующих о его невиновности. Если же обвиняемый, отрицая свою вину, ссылается на определенные обстоятельства, сообщает о каких-либо фактах, - обязанность по установлению, соответствуют ли они действительности, лежит на дознавателе, следователе, прокуроре и суде. В таких случаях вывод о виновности обвиняемого может быть сделан, если его показания опровергнуты, а вина доказана бесспорными доказательствами. В силу принципа презумпции невиновности и правила об обязанности доказывания тот факт, что обвиняемый, отрицая свою вину, не приводит никаких данных в свое оправдание, не может расцениваться как обвинительное доказательство.

Показания обвиняемого, отрицающего свою вину, должны быть проверены объективно, без предвзятого и одностороннего к ним подхода. Обвинительный уклон в расследовании и рассмотрении дела проявляется чаще всего в недоверии к показаниям обвиняемого, отрицающего свою вину, непринятии должных мер к их проверке.

Третья группа - показания обвиняемого в отношении других лиц будет доказательством, если он на допросе сообщит о деятельности других лиц, связанных с преступлением, в совершении которого он обвиняется.

Показания одного обвиняемого в отношении другого обвиняемого должны тщательно проверяться, особенно если имеются основания полагать, что они даны в целях избежать ответственности или скрыть действительных соучастников преступления. Судебная практика признает приговор необоснованным, если в его основу положены противоречивые, недостоверные показания одного обвиняемого в отношении другого обвиняемого. Недопустимо основывать обвинение на одних лишь показаниях заинтересованного в ходе дела обвиняемого в отношении другого обвиняемого, если эти показания не подкреплены другими доказательствами.

Если обвиняемый дает показания, которые содержат сведения о фактах и обстоятельствах, не связанных с его делом, а подлежащих доказыванию по другому уголовному делу, то их надо рассматривать как показания свидетеля. И обвиняемый допрашивается в качестве свидетеля, но уже по другому уголовному делу.

Доказательственное значение признания обвиняемым своей вины, отрицания им своей вины, а также его показания в отношении других лиц зависят от конкретности, полноты, непротиворечивости содержащихся в показаниях относимых к делу сведений, их соответствия другими собранными по уголовному делу доказательствам.

Если обвиняемый на допросе изменил ранее данные им показания, необходимо выяснить причины такого изменения, проверить их. По результатам проверки в качестве достоверных будут считаться те показания обвиняемого, содержание которых найдет подтверждение в других доказательствах. Отказ от проведения данной проверки на практике может закончиться отменой приговора2. Способом собирания показаний обвиняемого является допрос, который должен осуществляться в соответствии с требованиями ст. ст. 173-174, 187-191, 275 УПК. Исходя из того, что допрос обвиняемого является средством его защиты от предъявления обвинения и проверки обоснованности предъявленного обвинения, закон требует немедленного его проведения после предъявления обвинения (ч. 1 ст. 173 УПК).

В ходе получения показаний обвиняемого должны строго соблюдаться ст. 51 Конституции РФ и правила ч. 2 ст. 46, п. 6 ч. 4 ст. 47 УПК. Все эти нормы направлены на ограждение допрашиваемого от самооговора, признания вины в результате применения к нему физического или психического насилия. Эти нормы предупреждают от нарушения свидетельского иммунитета, предусмотренного Конституцией РФ.

В практике фиксируются показания обвиняемого в протоколе допроса. А стенографирование, киносъемка, аудио- и видеозапись, которые могут применяться при производстве допроса обвиняемого, являются факультативными средствами сохранения его показаний и при отсутствии протокола допроса процессуального значения не имеют.

В показаниях обвиняемого могут содержаться данные о целях и мотивах преступления, о планировавшихся и реализованных действиях соучастников. Эти данные должны обязательно проверяться.

Прежде чем лечь в основу выводов по уголовному делу показания обвиняемого должны быть проверены. А полученные на предварительном следствии показания, от которых он впоследствии отказался, не подкрепленные другими доказательствами, не могут быть положены в основу обвинения.

.4 ПОКАЗАНИЯ ПОТЕРПЕВШЕГО

Показания потерпевшего - сведения, сообщенные им на допросе, проведенном в ходе досудебного производства по уголовному делу или в суде в соответствии с требованиями статей 187-191 и 277 УПК РФ. Потерпевший может быть допрошен о любых обстоятельствах, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу, в том числе о своих взаимоотношениях с подозреваемым, обвиняемым (ч. 1 и ч. 2 ст. 78 УПК).

Показания потерпевшего - это одно из средств установления обстоятельств, подлежащих доказыванию; с их помощью можно осуществлять проверку других доказательств, собранных по уголовному делу; это также средство отстаивания потерпевшим своих процессуальных интересов в уголовном судопроизводстве.

Показания потерпевшего, как и показания свидетеля, относятся к показаниям лиц, не привлеченных к уголовной ответственности.

Источником фактических данных является устное сообщение потерпевшего.

Источником доказательства выступает потерпевший, который появляется в деле после признания его таковым соответствующим постановлением (ч. 1 ст. 42 УПК). Потерпевший, как лицо, пострадавшее от преступления, обладает целым комплексом прав, обеспечивающих защиту его интересов (ст. 42 УПК). Показания потерпевшего, с одной стороны, являются источником доказательной информации, а с другой - средством защиты его интересов. Для потерпевшего дача показаний является не только обязанностью, но и правом: это означает, что следователь (суд) не вправе отказать ему в даче показаний, если он изъявит такое желание. Потерпевший в силу требований ст. 51 Конституции РФ не обязан свидетельствовать против своих близких родственников (если, например, обвиняемый является таковым). Потерпевший обязан явиться по вызову на допрос, в противном случае, при отсутствии уважительных причин, потерпевший может быть доставлен приводом. За отказ от дачи показаний и за дачу заведомо ложных показаний он несет ответственность в соответствии со ст.ст. 307 и 308 УК РФ.

Допрашивается потерпевший о любых обстоятельствах, которые подлежат доказыванию по уголовному делу, а также и о своих взаимоотношениях с подозреваемым, обвиняемым.

Показания потерпевшего чаще всего связаны с обстоятельствами преступного посягательства (местом, временем, способом совершения преступления, лицом, его совершившим, насильственными действиями в отношении потерпевшего и т.д.). Кроме того, на допросе потерпевший может высказывать мнения и предположения, которые фиксируются в протоколе допроса и подлежат обязательной проверке в процессе доказывания.

Допрос является способом собирания показаний потерпевшего, и он должен проводиться в соответствии с требованиями ст.ст. 187-190, 277 УПК. При этом допрос необходимо рассматривать как эффективное средство отстаивания потерпевшим своих интересов в деле.

Фиксируются показания потерпевшего в соответствующем протоколе допроса, другие средства фиксации носят факультативный характер и при отсутствии протокола допроса процессуального значения не имеют.

Потерпевший, как правило, заинтересован в исходе дела. Это обстоятельство может отразиться и на объективности его показаний об обстоятельствах совершенного преступления. Так, потерпевшие нередко склонны к преувеличению грозящей им опасности, причиненного ущерба, к сокрытию собственных неблагоприятных поступков, способствующих совершению преступления (например, приглашение случайных знакомых в свою квартиру). На достоверность исходящих от потерпевшего показаний влияет состояние возбуждения, испуг, подавленность и другие факторы, как следствие от преступного посягательства. Все это необходимо учитывать в процессе собирания, проверки и оценки показаний потерпевшего.

В последнее время, в связи с ростов преступности, особенно организованной, получили распространение угрозы и факты насилия по отношению к потерпевшим и свидетелям. В результате участились случаи отказа потерпевших и свидетелей от ранее данных показаний, что значительно затрудняет раскрытие преступлений, позволяет преступникам, особенно опасным, уходить от справедливой ответственности. В связи с этим ч. 3 ст. 11 УПК РФ предусматривает возможность обеспечения необходимыми мерами безопасности потерпевших (свидетелей), да и то, при наличии достаточных данных, но предусмотреть всего невозможно и поэтому «шансы» осуществления угроз и насилия остаются.

Показания потерпевшего, прежде чем они будут использованы в промежуточных и конечных выводах по делу, обязательно проверяются. Показания потерпевшего оцениваются в совокупности со всеми собранными доказательствами.

2.5 ПОКАЗАНИЯ СВИДЕТЕЛЯ

Статья 79 УПК РФ следующим образом определяет показания свидетеля - это сведения, сообщенные им на допросе, проведенном в ходе досудебного производства по уголовному делу или в суде в соответствии с требованиями статей 187-191 и 278 УПК. Свидетель допрашивается о любых относящихся к уголовному делу обстоятельствах, в том числе о личности обвиняемого, потерпевшего в своих взаимоотношениях с ними и другими свидетелями.

При производстве предварительного и судебного следствия по уголовным делам важное доказательственное значение имеют показания свидетелей - тех субъектов уголовно-процессуальной деятельности, которые располагают воспринятой ими информацией об обстоятельствах преступного события и способны адекватно отразить ее в своем рассказе следователю или суду при допросе. Восприятие обстоятельств преступления должно быть личным, и, как правило, непосредственным. Однако уголовно-процессуальный закон не содержит требования о том, чтобы свидетель был обязательно непосредственным очевидцем преступления. В соответствии с ч. 1 ст. 56 УПК РФ свидетелем является лицо, которому могут быть известны какие-либо обстоятельства, имеющие значение для расследования и разрешения уголовного дела. Таким образом, с правовой точки зрения, не столь важно, наблюдал ли свидетель относящиеся к преступлению определенные обстоятельства лично либо получил информацию о них от других лиц или от других источников. Главным критерием допустимости его показаний в любом случае должен выступать официально установленный источник осведомленности (п. 2 ч. 2 ст. 75 УПК). Кроме того, немаловажными факторами являются также способность и возможность дачи показаний во время допроса.

Источником фактических данных является устное сообщение свидетеля. И такая форма дачи показаний способствует непосредственному восприятию исходящих от него сведений, снижает вероятность их искажений. Свидетель вправе собственноручно изложить показания, но только после их дачи в устной форме. Не будут являться доказательствами те сведения, исходящие от свидетеля, которые он излагает в объяснениях, жалобах, заявлениях, их прямое назначение - вступить лишь в качестве основания для вызова и допроса свидетеля.

Источником данного доказательства является свидетель - лицо, не привлеченное по уголовному делу к уголовной ответственности.

В соответствии со ст. 51 Конституции РФ свидетель вправе отказаться свидетельствовать против самого себя, супруга (супруги) и других близких родственников, круг которых определяется Федеральным законом (п. 4 ст. 5 УПК РФ).

Допрос свидетеля по обстоятельствам, изобличающим его в совершении преступления, - грубое нарушение требований ст. 51 Конституции РФ.

В качестве свидетеля правомерно вызывать любое лицо, которому могут быть известны какие-либо обстоятельства, имеющие значение для уголовного дела.

Закон определяет круг лиц, которые не могут допрашиваться в качестве свидетелей:

. судья, присяжный заседатель - об обстоятельствах уголовного дела, которые стали им известны в связи с участием в производстве по данному делу;

. защитник подозреваемого, обвиняемого - об обстоятельствах, которые стали ему известны в связи с участием в производстве по уголовному делу;

. адвокат об обстоятельствах, которые стали ему известны в связи с оказанием юридической помощи;

. священнослужитель - об обстоятельствах, ставших ему известными из исповеди (ч. 3 ст. 56 УПК РФ).

Мне кажется, что включение судьи и присяжного заседателя в этот список является очень ценным правилом, но недостаточным. Аналогичную позицию высказала В. Будникова1 о том, что не должны подлежать допросу в качестве свидетелей и другие должностные лица, создающие надлежащие процессуальные условия для обеспечения правосудия, - следователь, дознаватель, прокурор. Ведь равно, как судьи и присяжные заседатели, сведения об обстоятельствах уголовного дела они узнают именно в связи с участием в производстве по данному делу.

А между тем, случаи допросов указанных должностных лиц в качестве свидетелей весьма распространены. Очень часто следователи, проводившие уголовное расследование по уголовному делу, допрашиваются в судебных заседаниях в качестве свидетелей по причине отказа подсудимых от признания своей вины по мотивам принудительного воздействия на них в досудебном производстве. В большинстве подобных случаев «следователи- свидетели» отрицают указываемые подсудимыми факты и их допросы завершаются, по сути, ничем, поскольку логически невозможно проверить достоверность заявлений подсудимого показаниями следователя - т.е. того самого лица, на незаконные действия которого и жалуется подсудимый. Помимо того, что такие «свидетели», по своей сути, не соответствуют своему процессуальному положению, суды, проводящие их допросы, прямо нарушают закон, необоснованно расширяя пределы судебного разбирательства. В соответствии с ч. 1 ст. 252 УПК судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявляемому ему обвинению.

Нередки случаи допросов следователей и прокуроров с целью так называемого закрепления доказательств по тем уголовным делам, где собранная совокупность доказательств явно недостаточна для принятия того или иного процессуального решения. Думается, что прокурор, следователь и дознаватель должны быть включены, наряду с судьей и присяжным заседателем, в перечень лиц, не подлежащих допросу в качестве свидетелей (п. 1 ч. 3 ст. 56 УПК), а их показания, если паче чаяния, они допрошены, следует признавать недопустимыми доказательствами (ст. 75 УПК), субъект доказывания не может быть свидетелем.

Основная обязанность свидетеля - явиться на допрос, давать правдивые показания и ответить на поставленные вопросы. Две последние обязанности связаны с тем, что свидетель не имеет личной заинтересованности в уголовном деле.

Свидетель вправе явиться на допрос с адвокатом, приглашаемым им для оказания юридической помощи. В процессе допроса адвокат не вправе задавать вопросы свидетелю и комментировать его ответы. По окончании допроса адвокат вправе делать замечание о нарушениях прав и законных интересов свидетелей, которые обязательно заносятся в протокол допроса (п. 6 ч. 4 ст. 56, ч. 5 ст. 189 УПК).

При неявке без уважительных причин на допрос свидетель может быть подвергнут приводу.

За отказ или уклонение от дачи показаний, а также за дачу заведомо ложных показаний свидетель привлекается к ответственности по ст. 307 и 308 УК РФ.

Свидетель может быть предупрежден о недопустимости разглашения данных предварительного расследования, и он обязан это соблюдать. В противном случае, наступает ответственность по ст. 310 УК РФ.

Свидетель на допросе сообщает сведения о фактах и обстоятельствах, воспринятых им лично или со слов других лиц. Если свидетель сообщил сведения, относящиеся к уголовному делу, но при этом не может указать источник своей осведомленности, либо они не отражают время, место и другие обстоятельства события, то такие сведения не будут являться доказательством.

Предмет показаний свидетеля определен в ч. 2 ст. 79 УПК: любые относящиеся к уголовному делу обстоятельства, в том числе связанные с личностью обвиняемого, потерпевшего, а также взаимоотношениями допрашиваемого с ними и другими свидетелями. На мой взгляд, он определен несколько шире предмета доказывания по уголовному делу, поскольку обстоятельства, характеризующие взаимоотношения допрашиваемого свидетеля с другими участниками процесса, не входят в перечень подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу (ст. 73 УПК). Но, с другой стороны характеристика взаимоотношений обязательно должна учитываться при проверке полученных следователем или судом доказательств (ст. 87 УПК). В содержание показаний свидетеля, таким образом, могут включаться не только сведения об обстоятельствах преступления, но и собственные суждения и выводы относительно них допрашиваемого, а также тех участников процесса, с которыми у него имелись взаимные отношения до и после совершения преступления, а также во время предварительного расследования и судебного разбирательства. Эти сведения могут указывать, в частности, на противоправное воздействие на свидетеля со стороны других лиц с целью сообщения им при допросе выгодной для них информации по делу. В любом случае сообщаемая свидетелем фактическая информация об обстоятельствах уголовного дела способна при ее соответствии юридическим свойствам доказательства устанавливать факты и события, по поводу и в отношении которых осуществляется предварительное или судебное следствие.

В протоколе допроса фиксируются показания свидетелей. Стенографирование, киносъемка, аудио- и видеозапись, разрешенные законом для закрепления показаний свидетеля, рассматриваются как факультативные средства и при отсутствии протокола допроса самостоятельного процессуального значения не имеют.

Прежде чем использовать в качестве основы для выводов по уголовному делу, показания свидетеля должны быть всесторонне проверены.

Для определения критериев достоверности свидетельских показаний думается, что необходимо учитывать, во-первых, возможность умышленного искажения информации, дачи заведомо ложных сведений. Поэтому проверяется заинтересованность свидетеля в исходе дела (не является ли он родственником кого-либо из проходящих по делу лиц), а также его моральные и психофизиологические качества (честность, склонность к лжи, фантазированию и т.п.) Особенно осторожно следует подходить к показаниям малолетних свидетелей, поскольку дети, как известно, весьма склонны к фантазированию, внушению.

Во-вторых, необходимо учитывать возможность неумышленного искажения информации, добросовестного заблуждения или ошибки. Процесс формирования свидетельских показаний включает в себя три стадии: восприятие, запоминание и воспроизведение. Ошибки и искажения возможны на каждой из них. При восприятии события они могут быть обусловлены состоянием здоровья, личными психофизиологическими качествами свидетеля (например, значительная потеря зрения, наблюдательность или, напротив, рассеянность), его состоянием в момент восприятия (например, состояние алкогольного опьянения или усталость), условиями восприятия (время суток, освещенность, погода и др.). Точность запоминания тоже зависит от личных качеств свидетеля, а также от промежутка времени, прошедшего с момента наблюдения события до момента допроса. И, наконец, различные искажения возможны при воспроизведении воспринятого. Далеко не каждый человек способен грамотно, четко и ясно изложить увиденное или услышанное. В любом случае при допросе нужно уточнять, конкретизировать все недостаточно определенные, нечеткие выражения. Например, если свидетель говорит, что обвиняемый вел себя «неприлично», то нужно выяснить, в чем конкретно это выразилось, какие именно действия он совершил - то ли это были грубые, циничные действия, то ли просто невежливость, невоспитанность, неумение держать себя в обществе. Всегда должны быть разъяснены диалектизмы и жаргонные выражения, которые употребил свидетель.

Общепризнано, что в свидетельских показаниях доказательственное значение имеют только сведения о воспринятых фактах, а не выводы умозаключения свидетеля. Такие умозаключения на основе конкретных фактов могут делать только следователь и суд. Однако при этом нужно учитывать следующее. Во-первых, в показаниях свидетеля, как и в любой речи, возможны и неизбежные оценочные суждения (например, «высокий-низкий», «темный-светлый»), а также характеристики чего-либо (например, характеристика обвиняемого как человека жадного или жестокого). Такого рода оценки тоже имеют доказательственное значение, если свидетель может указать фактические данные, которые привели его к таким выводам, оценкам. Во-вторых, сведения могут быть получены от так называемых сведущих свидетелей, то есть лиц, обладающих какими-то специальными познаниями (например, лечащий врач погибшего или профессиональный водитель, оказавшийся очевидцем дорожно-транспортного происшествия). Выводы таких лиц, сделанные на основе воспринятого, могут иметь доказательственное значение (разумеется, после соответствующей проверки и оценки), например, диагноз, сделанный врачом, оказавшим первую помощь пострадавшему.

Приговор суда подлежит отмене, если объективность свидетельских показаний, положенных в его основу, вызывает сомнение.

.6 ЗАКЛЮЧЕНИЕ И ПОКАЗАНИЯ ЭКСПЕРТА

В уголовно-процессуальном законодательстве одним из доказательств по уголовным делам, устанавливающих наличие или отсутствие общественно опасного деяния, виновность лица, совершившего это деяние, и иные обстоятельства, имеющие значение для разрешения дела, является заключение эксперта, которое подлежит исследованию наряду с другими доказательствами.

Закон определил заключение эксперта как представленное в письменном виде содержание исследования и выводы по вопросам, поставленным перед экспертом лицом, ведущим производство по уголовному делу, или сторонами (ч. 1 ст. 80 УПК РФ). Заключение эксперта считается самостоятельным видом доказательств, представляющим собой мотивированный вывод, содержащий фактические данные по вопросам, поставленным перед экспертом дознавателем, следователем, прокурором или судом, даваемый экспертом в письменной форме на основе проведенного им исследования с использованием его специальных познаний. Сейчас трудно представить процесс доказывания по уголовным делам без участия специалистов, в том числе экспертов. Безусловно, основная форма использования специальных научных познаний в расследовании и судебном рассмотрении уголовных дел - это судебная экспертиза. Все процессуальные действия, содержанием которых является применение специальных познаний, связаны с этим институтом.

Экспертиза назначается в случаях, когда при производстве по уголовному делу необходимы специальные познания в области науки, техники, искусства или ремесла. Специальными являются знания, выходящие за рамки общеобразовательной подготовки, житейского опыта и требующие особой подготовки, профессиональных навыков. Специальные познания могут относиться к любой сфере человеческой деятельности: науке, технике, искусству, ремеслу. Исключение составляют правовые познания, которыми должны в достаточной мере обладать сами следователь и судьи. Поэтому решение правовых вопросов (например, о виновности или невиновности, о квалификации преступления) образует исключительную компетенцию органов предварительного расследования и суда. Эксперт не вправе вдаваться в решение вопросов правового характера (например, имело место убийство или самоубийство, является ли недостача результатом хищения или халатности и т.п.), даже если они перед ним поставлены, а если он их все-таки решал, то его ответы не могут иметь какого-либо доказательственного значения. Согласно разъяснениям, содержащимся в Постановлении Пленума Верховного Суда СССР от 16 марта 1971 г. «О судебной экспертизе по уголовным делам», действующем до сего времени, «суды не должны допускать постановку перед экспертом правовых вопросов, как не входящих в его компетенцию». Эксперт вправе решать лишь вопросы специального характера, например, причинено данное ранение собственной или посторонней рукой, явилось ли оно причиной смерти и т.п., а вопрос, имело ли место убийство или самоубийство, на основе выводов эксперта и совокупности других, собранных по делу доказательств решают органы расследования и суд. Вместе с тем, признается правомерным назначение экспертизы о соблюдении каких-либо технических или иных специальных правил, поскольку их трактовка нередко требует специальной подготовки и практических навыков, например, строительных правил, правил бухгалтерского учета, некоторых наиболее сложных правил дорожного движения (в частности, правил обгона) и др.

Экспертиза нередко выступает в качестве эффективного средства установления обстоятельства дела. Она позволяет использовать в процессе расследования и судебного разбирательства уголовных дел весь арсенал современных научно-технических средств и является основным каналом внедрения в судебно-следственную практику достижений научно-технической революции.

В соответствии со ст. 196 УПК РФ назначение и производство судебной экспертизы обязательно для установления характера и степени вреда, причиненного здоровью человека. Практически медицинское заключение требуется и для констатации отсутствия телесных повреждений в тех случаях, когда это входит в предмет доказывания. Заключение эксперта в таких случаях умещается на трети страницы с выводом: при судебно-медицинской экспертизе каких-либо повреждений не обнаружено. Приемы оценки экспертного заключения здесь не требуются, по содержанию документ представляет собой акт освидетельствования. Данная статья устанавливает и случаи обязательного назначения судебной экспертизы. На практике признается обязательным проведение экспертизы и в иных случаях. Так в частности, она назначается для решения следующих вопросов: о причислении предмета к холодному или огнестрельному оружию; о принадлежности предметов и веществ к ядам, боеприпасам, радиоактивным или взрывчатым веществам, не принадлежат ли к растениям, содержащим наркотические вещества. Отсутствие при рассмотрении и разрешении уголовных дел заключений экспертов, подмена их справкой специалиста свидетельствует о неполноте проведенного доказывания.

На практике в качестве основания к отмене приговора и направлению дела на новое рассмотрение признается неназначение экспертизы в случаях, когда ее проведение по закону обязательно.

Закон допускает возможность производства экспертизы несколькими специалистами. В этом случае речь может идти о производстве комиссионной или комплексной экспертиз.

Для производства комиссионной экспертизы привлекаются несколько лиц одной специальности (ст. 200 УПК). Если по результатам проведенных исследований выводы экспертов по поставленным вопросам совпадают, то они составляют общее заключение. В случае расхождения выводов каждый из экспертов, участвующих в производстве экспертизы, составляет отдельное заключение по вопросам, вызывающим разногласие.

Когда для установления обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела, требуются познания из разных отраслей знаний, назначается комплексная экспертиза. К ее производству привлекаются специалисты разных профилей.

На практике обычно назначаются комплексные психолого-психиатрические, искусствоведческо-нумизматические экспертизы. В заключении комплексной экспертизы указывается, какие исследования, и в каком объеме провел каждый из экспертов, какие факты он установил и к каким выводам пришел. Каждый из экспертов, участвующих в производстве экспертизы, подписывает ту часть заключения, которая отражает ход и результаты исследований, проведенных им лично, и несет за них ответственность.

Заключение эксперта представляется в письменном виде.

Обычно заключение эксперта оформляется в форме акта. Он состоит из вводной, описательной и заключительной (резолютивной) части, однако доказательством по делу будет не сам акт экспертизы, а сведения о фактах, выводы эксперта, содержащиеся в нем.

Само заключение, как и содержащиеся в нем сведения о фактах, должно отвечать требованиям допустимости и относимости.

Заключение и содержащиеся в нем доказательства следует считать отвечающими этим требованиям, если: соблюден процессуальный порядок назначения и проведения экспертизы; экспертиза назначена и проведена уполномоченными на то лицами; представленные в распоряжение эксперта объекты, предметы, сравнительные образцы изъяты с соблюдением уголовно-процессуального закона; при назначении, проведении и приобщении данных экспертизы к материалам дела не ущемлены права подозреваемого, обвиняемого, подсудимого; специалист, привлеченный в качестве эксперта, предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения; акт экспертизы содержит все необходимые реквизиты, научные обоснования выводов, которые не выходят за рамки компетенции экспертов; содержание описательной части и имеющиеся в ней выводы соответствуют выводам заключительной части.

Источником доказательства в заключение эксперта выступает сам эксперт. Его правовое положение характеризуется совокупностью прав, обязанностей и ответственности, установленных законом в целях получения от него доброкачественного доказательства - заключения эксперта (ст. 57 УПК). Если эксперт не предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, то судебная практика признает это основание для признания заключения недопустимым.

В качестве эксперта привлекается любое лицо, обладающее специальными познаниями, необходимыми для установления обстоятельств и фактов, имеющих значение для уголовного дела. Лицо не может быть привлечено в качестве эксперта, если оно является свидетелем по уголовному делу, независимо от того, было ли оно допрошено по уголовному делу.

В случае, если заключение эксперта базируется на предположениях, а не специальных познаниях в науке, технике, искусстве или ремесле, то такое заключение не может быть положено в основу обвинения.

Выводы эксперта должны быть конкретными и категоричными, тогда они отвечают требованию допустимости доказательств и пригодны для обоснования выводов по делу. Например, не будет считаться обоснованием выводы о квалификации действий виновного, если они основаны на предположительном заключении эксперта о причинах смерти потерпевшего. Так, в постановлении пленума Верховного Суда СССР «О судебной экспертизе по уголовным делам» от 16 марта 1971 г. обращалось внимание на то, что заключение эксперта нельзя рассматривать «как доказательство, обладающее преимуществом перед другими доказательствами, не подвергая его тщательной проверке и должной оценке.

Иногда приговоры основываются на предположительных выводах эксперта».

Эксперт обязан руководствоваться, применять, а также указывать в своем заключении ведомственные нормативно-правовые акты, регламентирующие перечень обязательных действий, методику и способы исследования, обязательные для эксперта, для того чтобы на практике не возникало сомнений в полноте и достоверности выводов эксперта.

Производство экспертизы не может быть заменено использованием в следственных и судебных действиях специалиста для оказания содействия в обнаружении, закреплении и изъятии предметов и документов, применении технических средств (ст. 58 УПК). Содержащиеся в справке дополнительные

материалы, представляемые в кассационную и надзорную инстанцию и ставящие под сомнение заключение эксперта, могут быть положены в основу определения об отмене приговора, но заменить заключение эксперта не могут.

Так как заключение эксперта связано с обвинением, то оно бывает как оправдательным, так и обвинительным доказательством. Кроме того, заключение эксперта, как правило, относится к числу косвенных доказательств.

Для разъяснения или уточнения заключения эксперта он может быть допрошен (ч. 2 ст. 80, ст. 205 УПК). Показания эксперта не могут заменить заключение эксперта, их получение обусловлено только целью разъяснения или уточнения данного экспертом заключения и вне связи с ним самостоятельного доказательственного значения не имеют. Поэтому недопустима замена заключения эксперта протоколом его допроса. Примером может служить следующий случай из следственной практики.

Следователь пригласил компетентное лицо и допросил в качестве эксперта. В ходе расследования разбойного нападения выяснилось, что один из нападающих нанес потерпевшему удары ногами в живот. От ударов, по показаниям потерпевшего, имелись кровоподтеки. В медицинские учреждения он не обращался, судебно-медицинскую экспертизу не проходил. От повреждений каких-либо вредных последствий не наступило. Следователь задал допрашиваемому специалисту вопрос: «Могли ли данные повреждения повлечь какой-либо вред здоровью потерпевшего, каков механизм их причинения? В протоколе зафиксирован ответ эксперта: принимая во внимание, по материалам дела, характер повреждений, а именно - кровоподтеки на теле потерпевшего, могу предположить, что данные повреждения не влекут за собой расстройство здоровья. По механизму образования повреждений могу пояснить, что они могли возникнуть от действия тупых предметов.

Описанный порядок получения доказательств недопустим сразу по нескольким основаниям.

Во-первых, утрачена возможность своевременного непосредственного

обследования тела потерпевшего, т.е. отсутствуют необходимые исходные данные для обследования.

Во-вторых, не предусмотрен законом и вообще не имеет смысла допрос лица в качестве «эксперта», когда экспертиза не производилась.

В-третьих, для установления характера и степени вреда, причиненному здоровью человека, проведение судебно-медицинской экспертизы обязательно в соответствии с п. 2 ст. 196 УПК РФ. Закон не различает «важных исследований, заканчивающихся составлением заключения, и «неважных», позволяющих ограничиться справкой или иным документом. Поэтому по результатам патологоанатомического вскрытия, например, трупа собаки, выявившего причину ее гибели, произведенного ветеринаром по заданию следователя, а также по результатам исследования растений на предмет того, являются ли они сырьем для получения наркотических средств, в соответствии с уголовно-процессуальным законом должно быть дано заключение эксперта, а не справка.

Действующим УПК регламентирован допрос эксперта для разъяснения и дополнения его собственного заключения. По смыслу закона, письменное заключение эксперта может быть дополнено устными пояснениями следователю, суду и всем участникам судебного разбирательства. Описание методов исследования и обоснование их применения часто приводится в сокращенном виде, что также может быть восполнено в ходе допроса эксперта. Практически обязателен допрос экспертов из комиссии, мнения в которой разделились.

Основания допроса иного сведущего лица для разъяснения чужого заключения лишь частично совпадают с перечисленными. Конечно, если речь идет о разъяснении значения термина или об источниках, в которых описан примененный метод исследования, то, возможно, достаточно и разъяснений другого лица. Но обосновать выбор примененных им методов может только сам эксперт, давший заключение. В практике сведущее лицо дает полную критическую характеристику экспертного заключения в форме отдельного документа «мнение специалиста», представленного стороной защиты.

В УПК РФ, как и в УПК РСФСР, закреплены только правила допроса эксперта, давшего заключение, а не иного специалиста для разъяснения чужого заключения. Более того, новый УПК в качестве самостоятельного источника доказательств рассматривает показания эксперта, чем предусмотрена его возможность сообщить органу предварительного расследования и суду новые данные об обстоятельствах, подлежащих доказыванию по делу, если будет задан вопрос, не решавшийся в заключении, но доступный для решения экспертом, который провел исследование. Например, мог ли потерпевший передвигаться после полученного ранения, какое расстояние он мог преодолеть и т.п.

В соответствии со ст. 282 УПК РФ суд вправе допросить эксперта, давшего заключение в ходе предварительного расследования, что, как представляется, очень удачно решает проблему статуса лиц, давших экспертное заключение в ходе предварительного расследования и допрашиваемых в практике специалистов или свидетелей.

Полученные при допросе эксперта, хотя бы и относимые к делу, сведения, не являющиеся разъяснением или уточнением данного им заключения, не могут рассматриваться как доказательство и, в частности, как свидетельские показания. Не имеют самостоятельного доказательственного значения и образцы, полученные для сравнительного исследования в связи с назначением экспертизы.

Если неполноту или неясность заключения эксперта невозможно устранить путем допроса эксперта, назначается дополнительная экспертиза. Об этом прописано в постановлении Пленума Верховного Суда СССР от 06 марта 1971 г. Из этого можно сделать вывод, что если эксперт может устранить недостаточную ясность или полноту заключения, не прибегая к новым исследованиям, он может дать ответы на вопросы следователя, которые и составят заключительную часть протокола допроса. Если же эксперту необходимо провести дополнительное исследование с использованием специальных познаний для ответа на эти вопросы, то необходимо вынести постановление о назначении дополнительной экспертизы и сформулировать в нем вопросы, а затем провести дополнительную экспертизу.

Уголовно-процессуальный закон предусматривает возможность проведения дополнительной и повторной экспертизы (ст. 207 УПК), но о дополнительной экспертизе излагается немного шире, чем в вышеупомянутом постановлении: дополнительная экспертиза назначается при недостаточной ясности или неполноте заключения эксперта, а также при возникновении новых вопросов по обстоятельствам уголовного дела, в отношении которых ранее уже проводилась экспертиза. Ее производство может быть поручено тому же или другому эксперту.

Повторная экспертиза назначается в случаях возникновения сомнений в обоснованности полученного заключения эксперта или наличия в нем противоречий. Ее производство поручается другому эксперту.

Вот примеры из практики. При рассмотрении уголовного дела по обвинению гр-на П. и гр-на И. в разбое одним из доказательств, обосновывающих их вину в инкриминируемом преступлении, являлось заключение судебно-медицинского эксперта, из выводов которого следовало, что «… у гр-на И. в августе 2002 года были установлены повреждения: ушибленные раны теменной и затылочной областей, кровоподтеки на веках глаз, перелом костей носа, ушиб мягких тканей грудной клетки.

Все указанные повреждения причинены в результате неоднократных воздействий тупых, твердых предметов. По степени тяжести кровоподтеки относятся к легким телесным повреждениям, не повлекшим за собой кратковременного расстройства здоровья. Перелом костей носа обычно вызывает расстройство здоровья свыше 6 дней, но не более 3 недель, что является признаком легких телесных повреждений, повлекших за собой кратковременное расстройство здоровья». При исследовании заключения эксперта в суде возникли сомнения в объективности выводов эксперта, так как из описательной части было видно, что эксперт медицинское обследование потерпевшего не проводил и сделал свои выводы на основании справки медпункта вокзала, откуда потерпевший был доставлен работниками милиции. В справке отмечалось, что у потерпевшего были «ушибленные раны теменной и затылочной области, ушиб переносицы, гематома левого глаза». В выписке из журнала автодорожных происшествий приемного отделения областной клинической больницы указывалось, что гр-н И.

был избит двумя неизвестными на вокзале и поставлен диагноз: «травматолог: ушиб мягких тканей головы. Амбулаторно. НХО: ушиб грудной клетки. Алкогольное опьянение. Амбулаторно». Но в этих документах не сказано, что у потерпевшего был перелом костей носа. При проведении повторной экспертизы вывод эксперта о переломе костей носа не подтвердился1.

При обвинении гр-на С. в нарушении правил безопасности движения, повлекшем причинение телесных повреждений гр-ну Т., в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого и в обвинительном заключении при описании повреждений гр-на Т. указывалось и на закрытый перелом правой ключицы, и он подтверждался судебно-медицинской экспертизой.

В судебном заседании потерпевший Т. показал, что у него был перелом левой ключицы, и именно по этому поводу он лечился.

Учитывая, что экспертиза проводилась без медицинского обследования потерпевшего, суд назначил повторную экспертизу, которая подтвердила, что действительно, у потерпевшего в результате ДТП был перелом плечевого конца левой ключицы, а вывод эксперта о наличии и гр-на Т. Закрытого перелома правой ключицы» базировался на ошибочных данных, зафиксированных в представленном ему для экспертизы медицинском документе - медицинской карте».

В этих примерах допущены ошибки: в ходе предварительного следствия следователи недостаточно критично подошли к оценке выводов эксперта, хотя они вызывали сомнение в объективности; по делу не были назначены повторные экспертизы. При объективном анализе заключений указанных экспертиз ошибки экспертов были очевидны.

Не менее важно при оценке заключений эксперта помнить, что эксперт должен делать выводы в соответствии с его специальными знаниями, в противном случае, это приводит к дополнительным экспертизам.

В качестве примера можно привести рассмотренное уголовное дело по обвинению гр-на Б. по ч. 1 ст. 264 УК РФ.

В качестве одного из доказательств в обвинительном заключении было приведено заключение дополнительной судебно-медицинской экспертизы, в соответствии с выводами которой у потерпевшей при контрольном рентгенологическом обследовании в диагностическом центре были выявлены «костные нарушения в виде перелома ребра» справа и поперечного отростка третьего поясничного позвонка слева» и эти переломы - «результат воздействий тупых, твердых предметов и реализация их возможна от действий выступающих частей движущего автомобиля».

Первоначально этот же эксперт при проведении судебно-медицинской экспертизы указывал, что в представленных медицинских документах не выявлено сведений о наличии телесных повреждений, и обращению за медицинской помощью способствовало имеющееся у потерпевшей заболевание - спондилоартроз и деформирующий спондилез поясничного отдела позвоночника. При проведении экспертизы, как указано в описательной части, эксперт использовал консультации эксперта - рентгенолога Ч.

В последующем по делу была назначена дополнительная экспертиза, и этот же эксперт указал, что «при дополнительном рентгенологическом исследовании выявлены перелом ребра справа, а также закрытый перелом поперечного отростка третьего поясничного позвонка слева… экспертом использована консультация рентгенолога М».

Как видно, по делу трижды один и тот же эксперт давал заключения, причем со взаимоисключающими выводами, и при назначении судом комиссионной экспертизы судебно-медицинская комиссия пришла к выводу, что в условиях дорожно-транспортного происшествия потерпевшей «были причинены телесные повреждения в виде ушиба задней поверхности туловища» и «ушиб вызвал обостренное заболевание и продолжительное проявление ранее существовавшего хронического заболевания, ни в коей мере не являясь первопричиной его образования1.

Этот пример показывает, насколько важны были знания по прочтению

рентгеновских снимков и обращению эксперта за консультациями специалистов.

Исследование вновь обнаруженных объектов, которые не были предметом предыдущих экспертиз, назначается по общим правилам и не является ни дополнительной, ни повторной экспертизой1. Прежде чем заключение эксперта будет использовано для обоснования промежуточных и конечных выводов по уголовному делу, его необходимо проверить и оценить, устранить все противоречия, немотивированность, несоответствия требованиям закона. Принимаются во внимание такие сведения о личности эксперта, его специальности и компетентности, наличие оснований для отвода.

.6 ВЕЩЕСТВЕННЫЕ ДОКАЗАТЕЛЬСТВА

В самом общем виде их можно определить как материальные следы (последствия) преступления или иного расследуемого деяния.

В качестве вещественных доказательств выступают предметы материального мира (вещи), которые подвергались в результате исследуемого события какому-то видоизменению, перемещению или были созданы преступными действиями.

Доказательственное значение имеют их физические свойства (например, размер и конфигурация следа), местонахождение (например, похищенная вещь, обнаруженная у обвиняемого) либо факт их создания (изготовления) или видоизменение (например, фальшивая монета, поддельный документ и т.п.). Таким образом, вещественные доказательства в силу сохранившихся признаков или свойств являются носителями доказательственной информации2.

Вещественными доказательствами признаются: 1) любые предметы, которые служили орудиями преступления или сохранили на себе следы преступления; 2) на которые были направлены преступные действия; 3) иные предметы и документы, которые могут служить средством к обнаружению преступления и установлению фактических обстоятельств уголовного дела (ст. 81 УПК РФ). Вещественные доказательства могут использоваться для устранения любых обстоятельств, предусмотренных ст. 73 УПК.

В качестве вещественных доказательств, являющихся орудиями совершения преступления, признаются орудия убийства (нож, пистолет и др.) или предметы, посредством которых совершалось хищение (отмычка, лом, которым взламывается сейф, топор, дубина и т.п.).

Согласно разъяснению, данному Президиумом Верховного Совета РСФСР в Постановлении от 07 августа 1961 г., транспортные средства, использованные как орудия преступления, являются вещественными доказательствами и подлежат конфискации. Однако при этом нужно иметь в виду, что для признания автомашины вещественным доказательством надо установить, что транспортное средство использовалось именно как орудие совершения преступления (например, при совершении убийства или хищения, когда на машины вывозилась большая партия похищенных товаров), а не просто как средство передвижения. Так, Пленум Верховного Суда СССР отменил приговор в отношении гр-на Г. В части конфискации, принадлежащей ему автомашины, поскольку браконьерство, за которое он осужден, было свершено без использования этой автомашины. Незаконный лов рыбы, производился им только удочками, автомобиль же использовался только как средство передвижения.

Предметы, которые сохранили на себе следы преступления (п. 1 ч. 1 ст. 81). К таким предметам относятся, например, одежда со следами крови или с разрывами, предметы с огнестрельными повреждениями, взломанный сейф и т.п.

Предметы, которые были объектами преступных действий. К ним относятся предметы, на которые направлено преступное посягательство (п. 2 ч. 1 ст. 81), например, похищенные деньги и вещи. В п. 3 ч. 1 ст. 81 УПК, в котором речь идет об иных предметах и документах, могущих служить средствами к обнаружению преступления и установлению фактических обстоятельств уголовного дела, входят деньги и иные ценности, нажитые преступным путем, т.е. нажитые, приобретенные в результате совершения преступления (например, при занятии запрещенным промыслом), а также предметы, оброненные преступником на месте совершения преступления (расческа, зажигалка и т.п.), дневники обвиняемого с записями его преступных намерений и др.

Следователь и другие лица, осуществляющие производство по делу, при осмотре предмета воспринимают непосредственно его свойства и состояния, связанные с обстоятельствами, имеющими значение для дела, и сведения об этом они отражают в протоколе осмотра, так как сведение о фактах - это всегда вещественное доказательство.

Связь свойств и состояний предметов с обстоятельствами, имеющими значение для уголовного дела, делает их относимыми. Сведения о фактах и обстоятельствах, составляющих содержание вещественного доказательства, формируются в рамках процессуального осмотра предмета. Именно при этом участники осмотра выделяют те свойства и состояния предмета, в которых отразились обстоятельства, имеющие значение для уголовного дела, и сведения о них фиксируются в протоколе осмотра.

Вещественные доказательства осматриваются, признаются таковыми и приобщаются к уголовному делу, о чем выносится соответствующее постановление (ч. 2 ст. 81 УПК РФ). Порядок хранения вещественных доказательств устанавливается ст. 81, ст. 82 УПК.

В уголовном деле обязательно должны находиться данные о происхождении предмета, устанавливающие его связь с преступлением, что свидетельствует об относимости будущего вещественного доказательства. Эти данные, касающиеся места, времени, условий обнаружения, его названия, отличительных признаков, отражаются в протоколе осмотра следственного действия, при производстве которого был обнаружен предмет. В ходе осмотра могут применяться различные технические свойства и привлекаться специалист. Фотографирование и видеосъемка применяются в том случае, если изъять предмет не представляется возможным с места происшествия в силу его громоздкости. Если сделанные фотографии, видеосъемка отразили и запечатлели на них свойства и состояние предмета, имеющие значение для уголовного дела, то они признаются производными вещественными доказательствами и приобщаются к делу.

Из сказанного можно сделать вывод о том, что вещественные доказательства могут быть первоначальными и производными. Первоначальные вещественные доказательства - это предметы-подлинники, оригиналы (например, орудие преступления, предмет со следами преступления). Производные вещественные доказательства - это различного рода их материальные модели (копии вещественных доказательств, например, слепки и оттиски различных следов; предметы-аналоги, которые обычно используются взамен вещественного доказательства-оригинала, когда последний не обнаружен, например, вместо необнаруженного ножа - орудия убийства - на экспертизу направляется нож такого же типа; к производным вещественным доказательствам нередко относят образцы для сравнительного исследования (правда, вопрос об их процессуальной природе является спорным).

Заключительным этапом формирования вещественного доказательства является признание предмета таковым и его приобщение к уголовному делу. Решение об этом принимается в форме мотивированного постановления (определения).

Для того чтобы признать предмет вещественным доказательством, необходимо установить его вероятную связь с обстоятельствами, имеющими значение для уголовного дела, которая устанавливается при осмотре. Если же в дальнейшем указанная связь не подтверждается, то данный предмет исключается из числа вещественных доказательств мотивированным постановлением.

Согласно ч. 3 ст. 81 УПК РФ при вынесении приговора (определения, постановления) о прекращении уголовного дела, должен быть решен вопрос о вещественных доказательствах. При этом:

орудия преступления, принадлежащие обвиняемому, подлежат конфискации или передаются в соответствующие учреждения, или уничтожаются;

предметы, запрещенные к обращению, передаются в соответствующие учреждения или уничтожаются;

предметы, не представляющие ценности и не истребованные стороной, - уничтожаются, а в случае ходатайства заинтересованных лиц (учреждений) могут быть переданы им;

деньги и иные ценности, нажитые преступным путем, по приговору суда обращаются в доход государства;

документы, являющиеся вещественными доказательствами, остаются при уголовном деле в течение всего срока хранения последнего либо передаются заинтересованным лицам по их ходатайству;

остальные предметы передаются законным владельцам, а при неустановлении последних переходят в собственность государства. Споры о принадлежности вещественных доказательств разрешаются в порядке гражданского судопроизводства.

В приговоре (определении, постановлении) о прекращении уголовного дела необходимо приводить перечень конфискуемых, передаваемых или уничтожаемых вещественных доказательств. Пленум Верховного Суда РСФСР в своем постановлении от 1963 г. указывал, что принадлежащие осужденному предметы, признанные вещественными доказательствами, конфискуются лишь в случае умышленного использования их в качестве орудий преступления, для достижения преступного результата самим осужденным либо его участниками.

К предметам, запрещенным к обращению, относятся: взрывчатые и радиоактивные вещества, оружие, боеприпасы, радиопередатчики, сильнодействующие ядовитые вещества и наркотические средства, хранимые без специального разрешения или с нарушением правил; золото, серебро, платина и металлы платиновой группы в необработанном виде; иные предметы, для которых установлены особые правила приобретения и хранения.

После разрешения дела по существу в соответствие с Инструкцией «О порядке изъятия, учета, хранения и передачи вещественных доказательств по уголовным делам, ценностей и иного имущества, органами предварительного следствия, дознания и судами «оружие, гильзы и патроны со следами оружия, признанные вещественными доказательствами, направляются в соответствующий орган внутренних дел. Данный орган принимает решение об их уничтожении или реализации, о чем составляется соответствующий акт, который направляется в суд.

Поддельные деньги и ценные бумаги, признанные доказательствами виновности обвиняемого, остаются в деле в течение всего срока хранения последнего.

Личные документы осужденных к лишению свободы при вступлении приговора в законную силу направляются в учреждение, их выдавшее, о чем в уголовном деле должна быть копия препроводительного письма.

Предметы, изъятые в ходе досудебного производства, но не признанные вещественными доказательствами, возвращаются лицам, у которых они были изъяты, о чем составляется соответствующий акт (ч. 4 ст. 81 УПК РФ).

.7 ПРОТОКОЛЫ СЛЕДСТВЕННЫХ ДЕЙСТВИЙ И СУДЕБНОГО ЗАСЕДАНИЯ

Протоколы следственных действий и протоколы судебных заседателей допускаются в качестве доказательств, если они соответствуют требованиям, установленным уголовно-процессуальным кодексом (ст. 83 УПК РФ).

Протоколами следственных действий и протоколами судебного заседания называются процессуальные документы (письменные акты), составленные в соответствии с требованиями закона, в которых дознаватель, следователь (в присутствии понятых), судья (в присутствии других участников судебного разбирательства) в установленном законом порядке, на основании непосредственного восприятия и наблюдения зафиксировали сведения об обстоятельствах и фактах, имеющих значение для уголовного дела.

Особое место среди протоколов занимает протокол судебного заседания, в котором фиксируются все проводимые в суде действия (за исключением экспертного исследования, которое оформляется отдельным документом - заключением эксперта).

Порядок проведения и процессуального оформления следственных и судебных действий подробно регламентирован законом. Установленные правила их производства являются важной гарантией достоверности зафиксированных в протоколе сведений. Поэтому нарушения этих правил могут повлечь недопустимость - в целом или в части - протокола как доказательства (например, отсутствие подписей понятых, предъявление для опознания объекта в единственном числе). Должны неукоснительно соблюдаться права и обязанности всех лиц, участвующих в производстве следственных (судебных) действий. В противном случае это негативно сказывается на содержании формируемых доказательств, ставит под вопрос их допустимость (например, неразъяснение понятым их прав и обязанностей лишает протокол следственного действия, в котором они участвовали, доказательственного значения). Суд тоже должен разъяснять участникам процесса их право на ознакомление с протоколом судебного заседания и обеспечить такую возможность. Протоколы могут служить доказательством различных фактов. Доказательственное значение протокола зависит от того факта, который устанавливается в ходе данного действия. Так, при осмотре места происшествия, в протоколе фиксируются обстановка этого места, имеющиеся на нем следы. Факт опознания, зафиксированный в протоколе, позволяет идентифицировать объект (человека или вещь), подтверждает достоверность ранее данных показаний опознающего. В ходе следственного эксперимента устанавливается возможность или невозможность какого-либо события, совершения каких-либо действий в определенной обстановке или конкретным лицом. Установление такой возможности может иметь важное доказательственное значение (например, способность лица изготовить фальшивую купюру). Отрицательный результат эксперимента однозначно свидетельствует, что данное событие, действие не могло иметь место в действительности (например, устанавливается, что вещь через указанный обвиняемым проем пронести невозможно), и таким образом, опровергает

показания обвиняемого.

В ходе следственных и судебных действий могут применяться различные научно-технические средства и изготавливаться иные, помимо протокола, источники доказательственной информации. Кроме различного вида копий вещественных доказательств (слепков, оттисков) при производстве следственных и судебных действий могут производиться стенографирование, фотографирование, киносъемка, аудио- и видеозапись (ст. 166 УПК).

Как источникам фактических данных, протоколам следственных действий и судебного заседания присуща письменность. Фотографирование, киносъемка, видеозапись служат как факультативные средства фиксации сведений о фактах и обстоятельствах, имеющих значение для уголовного дела, воспринятых в условиях производства соответствующих следственных и судебных действий. В качестве замены протоколов они не допускаются и сами по себе доказательственного значения не имеют. Планы, схемы, план-схемы, которые составляются, к примеру, в ходе производства осмотра, обыска, являются составной частью данного вида доказательства в том случае, если в них отражаются обстоятельства и факты, имеющие значение для уголовного дела, и зафиксированы сведения, дополняющие (уточняющие) содержание протоколов осмотра, обыска.

Особенность содержания протоколов следственных действий и судебного заседания состоит в том, что их образуют сведения о тех фактах и обстоятельствах, имеющих значение для уголовного дела, которые доступны для непосредственного восприятия при их обнаружении только в условиях производства именно данных следственных и судебных действий. Поэтому к данному виду доказательств не относятся протоколы допросов, поскольку они фиксируют другой вид доказательств - показания свидетеля, потерпевшего, обвиняемого или подозреваемого. Доказательственную силу имеют показания допрошенных лиц, зафиксированные в протоколе допроса, а не сами протоколы.

В протоколах следственных и судебных действий фиксируются ход и результаты таких следственных действий, как осмотр, освидетельствование, выемка, обыск, задержание, предъявление для опознания, следственный эксперимент и аналогические действия, производство которых возможно в условиях судебного разбирательства. В протоколе, например, в протоколе осмотра места происшествия, необходимо также отражать, где и какие значимые для дела предметы, следы были обнаружены. Несоблюдение данного требования рассматривается как поверхностное проведение осмотра и является основанием для отмены приговора. Или, к примеру, не будет иметь доказательственного значения протокол предъявления для опознания, в котором в общей форме зафиксировано, что потерпевший опознает обвиняемого по возрасту и внешности, а описание возраста и внешности представленных на опознание лиц в протоколе отсутствуют, хотя разница в их возрасте была значительна2.

В случае возникновения сомнений в правильности отражения в протоколах следственных действий о фактах и обстоятельствах, имеющих значение для дела, допускается допрос в качестве свидетелей участвующих в них понятых.

Если будет установлено, что приговор основывается на доказательствах, содержание которого отсутствует или противоречит содержанию данных, зафиксированных в протоколе судебного заседания, то такое неотражение действительного хода судебного заседания расценивается судебной практикой как основание для отмены приговора3.

.8 ИНЫЕ ДОКУМЕНТЫ

Уголовно-процессуальный закон (ч. 1 ст. 84) устанавливает, что иные документы допускаются в качестве доказательств, если изложенные в них сведения имеют значение для установления обстоятельств, подлежащих доказыванию.

Иные документы являются доказательствами, если обстоятельства и факты,удостоверенные или изложенные учреждениями, предприятиями, организациями,

должностными лицами и гражданами, имеют значение для уголовного дела и относятся к предмету доказывания либо побочным фактам.

Документ в правовой практике призван устанавливать и удостоверять юридические факты и под ним понимается зафиксированная на материальном носителе информация (сведения о лице, предметах, фактах, событиях, явлениях и процессах) с реквизитами, позволяющими ее идентифицировать.

С помощью иных документов собираются новые доказательства, проверяются уже собранные доказательства по уголовным делам. Этот вид документов обладает особенностями, которые заключаются во времени, способах и формах получения и приобщения указанных документов. Иные документы, к которым относятся различные справки, акты ревизий, доверенности, характеристики, объяснения очевидцев и другие, могут появляться до возбуждения уголовного дела, возникать в процессе его производства и даже после вынесения приговора и вступления его в законную силу. Способом собирания документов являются их истребование и представление (ст. 86 УПК). Документы могут быть получены для производства сравнительного исследования (ст. 202 УПК). Об изъятии образцов почерка составляется протокол с соблюдением ст.ст. 166 и 167 УПК. Документы могут быть также обнаружены при производстве следственных действий.

К иным документам также относятся: заявления, письма граждан, сообщения профсоюзных и иных общественных организаций, заметки в печати, которые являются поводом к возбуждению уголовного дела; объяснения лиц, полученные при проверке сообщений в стадии возбуждения уголовного дела; дополнительные материалы, представляемые в суд второй инстанции. К этому виду документов относятся образцы почерка, полученные для сравнительного исследования, так как в них содержаться фактические данные, позволяющие при помощи специальных знаний устанавливать наличие или отсутствие интересующих следствие и суд фактов. К иным документам можно отнести материалы, полученные вне процесса с применением научно-технических средств, если в них содержатся сведения,могущие иметь значение для дела (фонограмма переговоров диспетчера аэропорта с экипажем самолета, потерпевшего аварию). Закон не устанавливает какую-либо определенную форму изложения сведений в иных документах. Если они носят официальный характер (приказы, протоколы собраний), то наличие установленных реквизитов для таких документов обязательно. Если речь идет о личных документах (письма, дневники), то форма изложения сведений о фактах может быть произвольной1.

Согласно ч. 2 ст. 84 УПК иные документы могут содержать сведения, зафиксированные как в письменной, так и в иной форме, в частности, посредством фото- и киносъемки, аудио- и видеозаписи и с помощью иных носителей информации. В последнее время в качестве доказательств на практике все больше используется информация, добытая при помощи аудио - и видеосредств. Это обусловлено объективными причинами - с помощью магнитофонов, видеокамер, стали фиксироваться различные события в науке, технике. Особенностью аудио- и видеозаписи является отражение каких-либо событий объективно и всесторонне.

Именно эту возможность используют работники правоохранительных органов для раскрытия преступлений. Наибольшее применение аудио- и видеозаписи находят при доказывании таких видов преступлений, как взяточничество и вымогательство.

Для того, чтобы всеми правильно понималось содержание информации, чтобы она однозначно выражалась и воспринималась, - необходимо сведения, содержащиеся в документах, излагать в письменной форме.

Документы делятся на официальные и неофициальные. Первые исходят от государственных органов, учреждений, организаций, авторами вторых являются граждане. Компетенция автора официального документа ограничена пределами выполняемых им функций. Неофициальные документы обычно связаны с реализацией гражданами своих прав и обязанностей. Не является иным доказательством документ, исходящий от некомпетентного органа, должностного лица, от ненадлежащего гражданина.

Иные документы должны быть подписаны авторами и датированы. В зависимости от вида документа его обязательными реквизитами могут являться изложение текста на определенном бланке, наличие печати, порядок расположения текста, регистрационный номер. Отсутствие какого-либо из реквизитов порождает сомнения в допустимости документа.

В случаях, когда иные документы обладают признаками, предусмотренными в ст. 81 УПК, они признаются вещественными доказательствами, и на них распространяется процессуальный режим для формирования и использования в уголовном процессе в качестве вещественных доказательств.

Истребование иных документов осуществляют субъекты уголовного процесса, в производстве которых находится уголовное дело. В запросе соответствующего документа должна содержаться информация, необходимая для определения объема и содержания истребуемых сведений.

Представление иного документа осуществляется по инициативе учреждений, организаций или граждан, а также обвиняемым, подозреваемым, защитником, потерпевшим, гражданским истцом, гражданским ответчиком, или их законными представителями.

Согласно ст. 285 УПК приобщенные к уголовному делу или представленные в судебном заседании документы могут быть на основании определения (постановления) суда оглашены, если в них изложены (удостоверены) обстоятельства, имеющие значение для уголовного дела. Прилагаемым к иным документам фото-, кино-, видеоматериалы при оглашении документов в суде должны быть представлены для ознакомления участникам судебного разбирательства.

Приобщенные к уголовному делу иные документы хранятся в нем в течение всего срока его хранения. Оригинал документа или его копия по ходатайству их законного владельца передается ему и об этом в конце уголовного дела делается отметка.

Иные документы обязательно должны иметь связь с обстоятельствами, имеющими значение для уголовного дела, не должно быть внутренних

противоречий сведений, сведения обязаны соответствовать содержанию других имеющихся в деле документов, если необходимо уточнение или разъяснение содержания, то вызывается и допрашивается его автор.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

С принятием Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации явно и четко определилась цель российского уголовного процесса и правосудия. Отныне она состоит в первоочередной защите личности и ее законных прав.

Доказательства - это так называемый «толчок», который приводит в действие весь «механизм» производства по уголовному делу. Без них невозможно установить обстоятельства преступления как сведений прошлого по отношению к моменту их расследования и рассмотрения. А не будет их - не будут и защищены права личности, осуществлено правосудие, изобличен и наказан виновный.

Использование доказательств в процессуальном аспекте осуществляется по следующим трем направлениям:

. С целью принятия различных промежуточных процессуальных решений, включая решения о производстве следственных действий;

. Как предусмотренный УПК элемент процессуального порядка проведения тех следственных действий (предъявленные для опознания, очная ставка, осмотр предметов, изъятых при производстве обыска, выемки, осмотра места происшествия и т.д.), производство которых обусловлено необходимостью исследования ранее собранных по делу доказательств;

. Для принятия и обоснования итоговых процессуальных решений по расследуемому уголовному делу.

В тактическом плане доказательства используются в целях выдвижения и проверки версий, принятия различных тактических решений и, наконец, как важнейший элемент тактики производства допросов и очных ставок, где они предъявляются для получения полных, всесторонних и объективных показаний.

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

Конституция Российской Федерации. М.: Юридическая литература, 1993.

Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации. М.: Юрайт, 2002.

Уголовный кодекс Российской Федерации. М.: Юрайт, 2001.

Сборник постановлений Пленумов по уголовным делам. Спарк.

Постановление пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 2003 г. № 10 // Сборник постановлений Пленумов по уголовным делам. Спарк.

Закон «Об информации, информатизации и защите информации» // СЗ РФ. 2005. № 8.

Научно-практический комментарий к уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / Под ред. В.М. Лебедева, В.П. Божьева. М. : Спарк. 2002.

Лупинская П.А. Доказательства и доказывание в новом уголовном процессе. // Российская юстиция. 2002. № 7.

Попов В. Типичные ошибки при определении судом допустимости доказательств // Российская юстиция. 2001. № 7.

Лупинская П.А. Основания и порядок принятия решений о допустимости доказательств // Российская юстиция. 2004. № 11.

Лобанов А., Чувилов А. О порядке признания судом недопустимости доказательств по уголовному делу // Российская юстиция. 2006. № 11.

Гаспарян Н. Праву не свидетельствовать против себя нужны дополнительные гарантии // Российская юстиция. 2000. № 12.

Будников В. Субъект доказывания не может быть свидетелем по уголовному делу // Российская юстиция. 2002. № 8.

Великий Д. Процессульное значение допроса эксперта // Российская юстиция. 2000. № 9.

Францифоров Ю.В., Лубнин В.Н., Громов Н.А. О дискуссионных вопросах в теории доказательств // Государство и право. 2008. № 5.

Шейфер С.А. Проблемы допустимости доказательств требуют дальнейшей разработки // Государство и право. 2001. № 10.

Шейфер С.А. Использование непроцессуальных познавательных мероприятий в доказывании по уголовному делу // Государство и право. 2007. № 9.

Победкин А.В., Гавриков В.А. О некоторых проблемах определения допустимости доказательств в уголовном процессе // Государство и право. 2009. № 7.

Постановление по делу гр-на Ш. // Обзор законодательства и судебной практики Верховного Суда РФ. 2002.

Семина К. Формы применения специальных познаний в уголовном процессе // Законность. 2002. № 5.

Балашкин В. Заключение эксперта как средство доказывания по уголовному делу // Законность. 2009. № 11.

Савченко А. Оценка заключения судебно-медицинского эксперта // Законность. 2001. № 2.

Парнеева Л.М. Развитие основных понятий теории доказательств в советском уголовном процессе // Соц.законность. 2008. № 2.

Мотовиловкер Я. О. О гарантиях интересов личности и правосудия // Сов. Государство и право. 2004. № 6.

Строгович М.С. Признание обвиняемым своей вины в качестве судебного доказательства // Сов. Государство и право. 2004. № 4.

Гамаюнов И. Метастазы /Литературная газета. 2008. 2 марта.

Менькин И.В. О доказательственном значении аудио- и видеозаписей в уголовном процессе // Журнал Российского права. 2000. № 9.

Следственная практика // Журнал «Следователь». 2002. № 10.

Алексеев Н.С., Даев В.Г., Нокорев Л.Д. Очерк развития науки советского уголовного процесса. 2000.

Теория доказательств в советском уголовном процессе. 2-е изд., /Отв.ред. Н.В. Жогин. 2006.

Голунский С.А. Вопросы доказательственного права в Основах уголовного судопроизводства Союза ССР и союзных республик. - В кн.: Вопросы судопроизводства и судоустройства в новом законодательстве СССР. М., 1959.

Строгович М.С. Курс советского уголовного процесса. М., 2008. т. 1

Чельцов М.А. Советский уголовный процесс. М., 2002.

Кузнецов Н.П., Панюшкин В.А. О некоторых понятиях уголовно-процессуального доказывания и развитие его процессуальной формы. - В кн. : Развитие и совершенствование уголовно- процессуальной формы. 2009.

Горский Г.Ф., Кокорев Л.Д., Элькинд П.С. Проблемы доказательств в советском уголовном процессе. 2000.

Никитин Е.П. Метод познания прошлого // Вопросы философии. 2006. № 8.

Лупинская П.А. Уголовно-процессуальное право. 2007.

Фостен Э. Уголовный процесс /преступность. Т. 3. 1863.

Владимиров Л.Е. Суд присяжных. Х. 1873.

Ожегов С.И., Шведова И.Ю. Толковый словарь русского языка. М., 2004.

Смирнов Л.В. Вероятность и достоверность как гносеологические характеристики знания /Сб.вопросы гносеологии, логики и методологии научного исследования. Л., 2002. вып. 3.

Смирнов А.В. Состязательный процесс. 2001

Теория доказательств в советском уголовном процессе. М., 2003.

Гуценко К.Ф. Уголовный процесс. 2007.

Божьев В.П. Уголовный процесс. Спарк. 2000.

Соловьев А.Б. Доказывания в досудебных стадиях уголовного процесса. 2002.

Собрание доказательств в советском уголовном процессе. С., 2006.

Савицкий В.М., Ларин А.М. Уголовный процесс. Словарь-справочник. 2009.

Петрухин И.Л. Уголовный процесс. 2001

Советский уголовный процесс. Л., ЛГУ, 2009.

Строгович М.С. Избранные труды. Т. 3. Теория судебных доказательств. М., 2001.

Кипнис Н.М. Доказывание в уголовном процессе. Традиции и современность. 2000.

Мухин И.Н. Объективная истина и некоторые вопросы оценки судебных доказательств при осуществлении правосудия. Л., 2001.

Якуб М.Л. Проблемы оценки доказательств в советском уголовном процессе. Вестник МГУ. 2004. № 6

Химичева О.В., Данилова Р.В. Допустимость доказательств в уголовном процессе. 2008.

Перлов И.Д. Надзорное производство в уголовном процессе. М., 2004.

Дремов В.Г. Показание несовершеннолетнего обвиняемого в советском уголовном процессе. М., 2000.

Порубов Н.И. Допрос в советском Уголовном судопроизводстве. М., 2003

Стецовский Ю.И., Ларин А.М. Конституционный принцип обеспечения обвиняемому права на защиту. М.,2008.

Шейфер С.А. Доказательства и доказывание по уголовным делам: проблемы теории и правового регулирования. 2001

Безлепкин Б.Т. Проблемы уголовно-процессуального доказывания. Доказательства. 2009.

Хмыров А.А. Косвенные доказательства. М., 2004.

Савицкий В.М., Ларин А.М. Уголовный процесс. М., 2009.

Кореневский Ю.В., Токарева М.Е. Использование результатов оперативно-розыскной деятельности в доказывании по уголовным делам. 2000.

Белоусов А.В. Процессуальное закрепление доказательств при расследовании преступлений. 2001.

Лупинская П.А. Уголовно-процессуальное право РФ. 2009.

Карнеева Л.М. Доказательства и доказывание в уголовном процессе. 2002.

Поташкин Д.П. Проблемы криминалистики / Вестник Моск. Ун-та. Сер. 11. Право. 2000. № 3.

Белкин Р.С., Винберг А.И. Криминалистика и доказательства. 2000.

Ларин А.М. Работа следователя с доказательствами / От следственной версии с истине. 2009.

Бюллетень Верховного Суда РСФСР. 2004. № 1

Бюллетень Верховного Суда РФ. 2008. № 1