Сон персонажа или лирического героя тоже может быть объектом детализации во вставной конструкции, которая не только конкретизирует создаваемый образ, но и переводит его в метафорический план восприятия: Я засыпал. (Стремительные мысли / Какими-то спиралями неслись; / Приоткрывалась в сознающем смысле / Сознанию неявленная высь). (Дух) [Белый, 1990б].
Вставная конструкция может отсылать читателя к определенной ситуации, связанной с описываемым персонажем. При этом наблюдается переключение временного плана, которое может сопровождаться эмоциональным авторским комментарием или оценкой: О.М., жена его, - мой друг, / Художница - / - (в глухую осень / Я с ней… Позвольте - да: лет восемь / По вечерам делил досуг). (Первое свидание) [Белый, 1990б].
Оценка, характеризующая определенное действие, может быть усилена с помощью актуализации его результативности: Сердит, убит и возмущен / Тем, что природа не воскресла, / Что сеют те же господа / Атомистические бредни, / Что декаденты - да, да, да! - / Свершают черные обедни / (Они пустое решето: /Козлят не с Музой - с сатирессой, / И увенчает их за то / Патриотическая пресса). (Первое свидание) [Белый, 1990б].
Для прозы переключение временного плана является достаточно характерным явлением. В некоторых случаях, конкретизируя ситуацию или определенного персонажа, повествователь намеренно не называет их, заставляя читателя самостоятельно вспомнить предтекст: - Между тем: до. до. до. до «того» (того самого). (Крещеный китаец) [Белый, 1990а].
Последовательно представлено и переключение с помощью вставок временных регистров с плана настоящего повествования в основном предложении на план реального или моделируемого будущего во вставке: И вот - бирюза от кольца отлетела (кольцо будет отдано в чинку к Распопову, мастеру дел золотых, - на Арбат) (Крещеный китаец) [Белый, 1990а]. Так кричать не умеет младенец (так кричать будет после он) (Котик Летаев) [Белый, 1990а].
Указание на следствие также может служить формальным показателем временной модификации. При этом в основном предложении обычно представлено определенное событие в жизни персонажа (или повествователя), а вставка актуализирует привычку (или чувство), оставшуюся от данного события: И освящает обряд водопи - тия бегами мудрого слова (так: у меня уваженье к воде)… (Крещеный китаец) [Белый, 1990а].
Подобное указание на следствие может проявляться и как мотивировка определенной детали, представленной в основном контексте. В этом случае в основном предложении обычно подчеркивается деталь, связанная с изменением во внешности или одежде персонажа, а вставная конструкция мотивирует ее, актуализируя следствие действия, с которым связано это внешнее изменение: Папочка, громко отшаркав, сажает меня на колени; он - в форменном фраке (сорвется на лекцию)… (Крещеный китаец) [Белый, 1990а].
В лирическом тексте создаваемые образы времени могут приобретать самостоятельную художественную ценность: Невзрачно / Сложимся под пологом окна, / Над Майей месячной, над брошенною брызнью,-/ Всего на миг один - / - (А ночь длинна -/Длинна!) - / Всего на миг один: / Сияющею жизнью (Бессонница) [Белый, 19906].
Кроме того, временное перемещение может быть подчеркнуто метафорическим: Ты мне давно, давно знаком - / (Знаком, быть может, до рожденья) - / Янтарно-розовым лицом, / Власы колеблющим перстом… (Вячеславу Иванову) [Белый, 1990б].
В других случаях может одновременно наблюдаться и изменение плана восприятия: И - длиннополым сюртуком / (Добычей, вероятно, моли) - / Знаком до ужаса, до боли! (Вячеславу Иванову) [Белый, 1990б].
Временная организация текста тесно связана с организацией пространственной. В частности, повествование в предложении со вставкой может быть связано с одним или разными пространственными планами. Вставные конструкции регулярно используются для переключения пространственных планов или укрупнения одного из них.
Характерным для вставных конструкций является укрупнение пространственного плана. В этом случае можно говорить о формальном приближении к рассматриваемому объекту с целью обратить внимание на его детали: Мамочка свои руки разведет (с полотенцем - одна и с флаконом - другая); и - кланяется головою в колени. (Крещеный китаец) [Белый, 1990а].
Вставные конструкции в тексте художественного произведения могут выступать и в качестве конкретизаторов, характеризующих степень заполненности пространства. При этом одновременно наблюдается изменение направленности восприятия, укрупнение зрительного плана и переход в «воображаемое пространство»: Закусается после надолго квартира (и здесь муравейчик, и там муравейчик). (Крещеный китаец) [Белый, 1990а].
Достаточно типичным для лирического текста является присутствие во вставных конструкциях эмоционально-оценочной информации. Чаще всего вставки передают авторские восклицания по поводу информации, представленной в основном контексте: Душа, Ты - свет. / Другие - (нет и нет!) - /В стихиях лет: /Поминовенья света. / Другие - нет. Потерянный поэт, /Найди Ее, потерянную где-то (Ты - тень теней) [Белый, 1990б].
При этом характерным способом усиления эмоциональности является повтор лексемы во вставке: Так это ты (ужель, ужель!), / Моя серебряная дева / (Меня лизнувшая метель / В волнах воздушного напева). (Я это знал) [Белый, 1990б].
В качестве характеризующего элемента может употребляться и традиционная фразеологическая конструкция: Не терпится кокетке / (Семь бед - один ответ). / Пришпилила к жилетке / Ему ромашкин цвет (Поповна) [Белый, 1990б].
Эмоциональная информация, представленная во вставке, может характеризоваться синкретич - ностью, соединяя в себе оценку автора и персонажа: Детишки бьются в школе / Без книжек (где их взять!): / С семьей прожить легко ли /Рублей на двадцать пять. (Телеграфист) [Белый, 1990б].
В прозе информация эмоциональноэкспрессивного характера представлена во вставках также достаточно последовательно. Наиболее распространенной здесь является собственно оценочная информация: Но тетя долдонит с достоинством (гордая девушка!) (Крещеный китаец) [Белый, 1990а].
При этом повествователь в рамках оценки может сопрягать разные элементы прямой речи, осуществляя тем самым взаимодействие субъектно-речевых планов: Всего более это «свое» («вот такое вот», жуткое) - в папочке… (Крещеный китаец) [Белый, 1990а].
Характерной функцией вставных конструкций является организация сравнения: Угрюмая, она / Сошла в угрюмой нощи: / Она, беспомощно / Склоняясь на мшистый пень,-/ Внемля волненью волн / (Как ропщут, взропщут рощи),-/ В приливе тьмы молчит: / Следит, как меркнет день (Прости) [Белый, 1990б].
При этом в лирическом тексте большую значимость приобретает созвучие сопоставляемых лексем: И ночь встает: тенит, / И тенью лижет ближе, / Потоком (током лет) / Замоет свет. Прости! / Замоет током лет / В пути тебя. Прости же - / Прости! (Прости) [Белый, 1990б].
В качестве актуализирующего средства могут использоваться синтаксический параллелизм и анафора: И Благородное собранье,-/ Как мир - родной (как мир весной), / Как старой драмы замиранье. (Первое свидание) [Белый, 1990б].
Интересно отметить, что в лирике А. Белого встречаются вставные конструкции, включающие несколько сравнений и выстраивающие их в цепочку развернутых метафорических образов: Вы, сестры - / - (Ты, Любовь - как роза, / Ты, Вера, - трепетный восторг, / Надежда - лепетные слезы, / София - горний Сведенборг!)… (Первое свидание) [Белый, 19906]. Традиционно вставки организуют переход от информативного плана восприятия к метафорическому. В прозе такие переходы представлены достаточно последовательно: Переполнен зверями рот папы (и я - озве - рючился)… (Крещеный китаец) [Белый, 1990а].
В других случаях вставка может детализировать метафорический о6раз, представленный в основном контексте: Вот носороги идут коридором (буфет задубасил стопами: подпрыгнули бюстики); то из дверей - голованится папа… (Крещеный китаец) [Белый, 1990а].
В лирическом тексте гораздо чаще может на6людаться взаимодействие различных метафорических планов, представленных в основной части высказывания и во вставке: Так это ты (ужель, ужель!), / Моя серебряная дева / (Меня лизнувшая метель / В волнах воздушного напева)… (Я это знал) [Белый, 1990б].
Типичной для вставок является уточняющая функция. Уточнение в рамках вставных конструкций может 6 ыть организовано как перечисление составных компонентов определенного понятия. Появление подо6ного уточнения во вставке о6ычно мотивируется о6о6щающим характером, а6страктностью или неопределенностью значения одного из понятий основного контекста:.В книгу стремясь, забегают знакомые наши - все, все (Берендеевы, Береневы, Бурневы, Бернилины, Берничи, Берповы, Берши, Берсеевы - многие сотни их!). (Крещеный китаец) [Белый, 1990а].
Характерная для прозы функция уточнения в лирическом тексте представлена менее последовательно: Что над Россией - тайный враг / (Чума, монголы, эфиопы), / Что земли портящий овраг/ Грызет юго-восток Европы. (Первое свидание) [Белый, 19906].
При этом уточнение в лирике часто носит метафорический характер: Душа. Метет душа, - / Взметает душный полог, / Воздушный (полог дней / Над тайной тайн дневных). (Прости) [Белый, 1990б].
Вставная конструкция может выполнять и функцию замещения незначимого в рамках текста зрительного о6раза: Да, - и опора в детской вере, / И Провидения рука - / На этой вычищенной двери / Литая, медная доска: /Михал Сергеич Соловьев / (С таких-то до таких часов) (Первое свидание) [Белый, 19906].
В некоторых случаях автор может о6ратить внимание на речевое оформление высказывания: Трех лет, ну право же-с, ей-богу-с,-/ Трех лет (скажу без лишних слов), / Трех лет ему открылся Логос, / Шести - Григорий Богослов… (Первое свидание) [Белый, 19906].
Следует отметить, что в лирическом тексте автор большее внимание уделяет фонетической организации вставки. В частности, значительно чаще используется повтор внутри вставной конструкции: Не упадет на ваши бельма / (Где жизни нет - где жизни нет!) - / Не упадет огонь Сент-Эльма / И не обдаст Дамасский свет (Первое свидание) [Белый, 1990б].
Кроме того, может быть использован и сквозной повтор: Плыву туда - за дымку дней, - зову, / За дымкой дней, - нет, не Тебя: былое,-/Которое я рву / (в который раз), / Которое, - в который / Раз восходит. (Ты - тень теней) [Белый, 19906].
Подобное тесное взаимодействие вставной конструкции с основным контекстом последовательно наблюдается и в прозе А. Белого (например, взаимодействие омонимов или многозначных слов):… И явственно слышится звук белендрясов, строчимых на швейной машинке (строчится экспромт: маскарадный костюм) (Крещеный китаец) [Белый, 1990а].
Заключение
вставка литература авторский ирония
Таким образом, проведенный анализ показал, что использование вставных конструкций является важной особенностью индивидуально - авторского стиля А. Белого. Наиболее характерными функциями вставок в лирике и прозе А. Белого являются детализация портрета персонажа, переключение пространственных и временных регистров, организация сравнения, уточнение, передача эмоционально-оценочной информации.
Библиографический список
1. Акимова Г.Н. Новое в синтаксисе современного русского языка. Москва: Высшая школа, 1990. 166 с.
2. Антонова В.В. О лингвокультурологическом потенциале синтаксических конструкций русского языка (на примере парентезы) // Вестник Российского университета дружбы народов. Серия Русский и иностранные языки и методика их преподавания. 2014. №4. С. 12-16.
3. Антонова В.В. О текстообразующем потенциале парентезы в современном русском языке // Вестник Российского университета дружбы народов. Серия Русский и иностранные языки и методика их преподавания. 2012. №2. С. 30-34.
4. Арзямова О.В. Динамические тенденции в синтаксисе русской художественной прозы начала XXI века // Известия Воронежского государственного педагогического университета. Гуманитарные науки. 2015. №2 (267). С. 156-159.
5. Арзямова О.В. Функционально-смысловая роль парантезы в романе Г.Ш. Яхиной «Дети мои» // Известия Воронежского государственного педагогического университета. Гуманитарные науки. 2020. №3 (288). С. 183-186.
6. Белый А. Котик Летаев // Серебряный голубь. Москва: Современник, 1990а. С. 307-460.
7. Белый А. Крещеный китаец // Серебряный голубь. Москва: Современник, 1990а. С. 461-604.
8. Белый А. Московский чудак // Москва. Москва: Советская Россия, 1989. С. 17-192.
9. Белый А. Серебряный голубь // Серебряный голубь. Москва: Современник, 1990а. С. 31-306.
10. Белый А. Сочинения. В 2-х т. Москва: Художественная литература, 1990б.
11. Булатая Е.В. Вставные конструкции как маркер актуализации иронии в произведениях Н.В. Гоголя: прагматический аспект // Вестник Балтийского федерального университета им. И. Канта. Сер.: Филология, педагогика, психология. 2020. №1. С. 25-32.
12. Дундукова А.М. Вставные и ремарочные конструкции в «Избранных сказках Ф.Н. Свиньина» // Притяжение Севера: язык, литература, социум. Петрозаводск: Издательство ПетрГУ, 2018. С. 602-607.
13. Клепикова В.И. Вставные конструкции в произведениях Д. Рубиной: специфика функционирования // Актуальные проблемы филологии. 2017. №14. С. 84-91.
14. Князева Н.В., Королькова Е.Е. Парантеза как способ актуализации информации в художественном тексте // Тенденции развития науки и образования. 2020. №61-8. С. 44-48.
15. Кулаковский М.Н. Вставные конструкции в современном художественном тексте: традиции и новые тенденции функционирования // Ярославский педагогический вестник. 2013. №2. Том I (Гуманитарные науки). С. 138-142.
16. Кулаковский М.Н. Функции вставных конструкций в художественном тексте // Ярославский педагогический вестник. 2014. №1. Том I (Гуманитарные науки). С. 88-92.