Юридическая техника норм, регламентирующих основания отказа в возбуждении уголовного дела и основания прекращения уголовного дела
Елена Сергеевна Алексеева
Андрей Сергеевич Виноградов
Аннотация
В статье анализируются уголовно-процессуальные проблемы, связанные с правовой регламентацией оснований отказа в возбуждении уголовного дела и оснований для прекращения уголовного дела. Авторы отмечают, что в настоящее время подход законодателя к их систематизации, а также содержание отдельно взятых оснований являются причиной ряда проблем, возникающих в правоприменительной деятельности. В связи с этим констатируется необходимость совершенствования данных уголовно-процессуальных институтов. Целью исследования является выявление проблем правового регулирования оснований отказа в возбуждении уголовного дела и оснований прекращения уголовного дела и предложение возможных путей их решения. Для достижения указанной цели были использованы методы анализа, синтеза, а также формально-логический, формально-юридический, сравнительно-правовой методы исследования. В работе, исходя из юридико-технических соображений, предлагается разделить основания для отказа в возбуждении уголовного дела и основания для его прекращения, закрепив их в отдельных статьях уголовно процессуального закона. Также приводятся аргументы в пользу разграничения таких оснований как отсутствие события преступления и отсутствие в деянии состава преступления. На основании проведенного анализа предлагается авторский перечень оснований как для отказа в возбуждении дела, так и оснований для его прекращения. Сделаны выводы о том, что внесённые предложения будут способствовать совершенствованию юридической техники изложения этих оснований в уголовно-процессуальном законе и, как следствие, повышению эффективности правоприменительной деятельности, направленной на реализацию некарательного аспекта назначения уголовного судопроизводства.
Ключевые слова: уголовный процесс, уголовное судопроизводство, возбуждение уголовного дела, прекращение уголовного дела, событие преступления, состав преступления уголовный правовой отказ
Elena S. Alekseeva
Andrey S. Vinogradov
Legal technique of the norms regulating the grounds for refusal to initiate a criminal procedure and the grounds for termination of a criminal procedure
The article analyzes the criminal procedural problems associated with the legal regulation of the grounds for refusing to initiate a criminal case and the grounds for terminating a criminal case. The authors note that at present the legislator's approach to their systematization, as well as the content of individual grounds, are the cause of a number of problems that arise in law enforcement. In this regard, the need to improve these criminal procedure institutions is stated. The purpose of the study is to identify the problems of legal regulation of the grounds for refusing to initiate a criminal case and the grounds for terminating a criminal case and suggesting possible ways to solve them. To achieve this goal, methods of analysis, synthesis, as well as formal-logical, formal-legal, comparative-legal research methods were used. In the work, based on legal and technical considerations, it is proposed to separate the grounds for refusing to initiate a criminal case and the grounds for its termination, fixing them in separate articles of the criminal procedure law. Arguments are also given in favor of distinguishing between such grounds as the absence of an event of a crime and the absence of corpus delicti in an act. Based on the analysis, the author proposes a list of grounds for both refusal to initiate a case and grounds for its termination. Conclusions are drawn that the proposals made will contribute to the improvement of the legal technique for presenting these grounds in the criminal procedure law and, as a result, to increase the efficiency of law enforcement activities aimed at implementing the non-punitive aspect of the appointment of criminal proceedings.
Keywords: criminal procedure, criminal justice process, initiation of criminal procedure, termination of criminal procedure, event of crime, elements of crime
В соответствии со ст. 6 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации назначением уголовного судопроизводства, помимо защиты прав и законных интересов потерпевших, является защита личности от незаконного и необоснованного обвинения, осуждения, ограничения её прав и свобод. Во многом реализации данного направления деятельности органов, осуществляющих уголовное судопроизводство, служат институты отказа в возбуждении уголовного дела и прекращения уголовного дела. Их применение связано с полным отказом стороны обвинения от процессуальной деятельности, направленной на привлечение лиц к уголовной ответственности по тем событиям, сообщение о которых стало поводом для начала этой процессуальной деятельности.
В настоящее время основания отказа в возбуждении уголовного дела и прекращения уголовного дела представляют собой единый перечень, закрепленный в ч. 1 ст. 24 УПК РФ (при этом в ст. 25-28.1 УПК РФ предусмотрены дополнительные основания для прекращения уголовного дела и уголовного преследования). Подобный подход законодателя представляется не совсем удачным по ряду причин.
Во-первых, основания для отказа в возбуждении уголовного дела и прекращения уголовного дела логически не могут быть охвачены едиными формулировками, иначе прямая трактовка отдельных из них приводит к процессуальной бессмыслице. Так, основание, предусмотренное пунктом четвертым части первой ст. 24 УПК РФ и связанное со смертью подозреваемого и обвиняемого, никак не может быть одновременно и основанием для отказа в возбуждении уголовного дела, так как упомянутых участников ни при каких условиях на первой стадии уголовного процесса не существует. Таким образом, налицо нелогичность унификации перечня оснований для принятия двух разных видов процессуальных решений, наличествующих на разных этапах производства по уголовному делу. Более того, такой участник, как подозреваемый, может не появиться и на стадии предварительного расследования. Подобная ситуация может сложиться, например, в случае смерти лица вследствие совершения деяния, обладающего признаками преступления (например, предусмотренного ст. 264 УК РФ). В этой ситуации закон не предусматривает каких-либо механизмов наделения его статусом подозреваемого, вследствие чего некорректно говорить о прекращении уголовного дела по причине его смерти.
Анализ зарубежного уголовно-процессуального законодательства, в первую очередь стран постсоветского пространства, показал, что законодатели большинства государств в данном вопросе пошли отличным от России путем, указав, что уголовное дело не может быть возбуждено, а возбужденное уголовное дело подлежит прекращению в отношении умершего, за исключением случаев, когда производство по уголовному делу необходимо для реабилитации умершего (УПК Республики Беларусь, Кыргызстана, Таджикистана и др.). Данный подход видится нам более логичным, в связи с чем целесообразно рассмотреть вопрос о корректировании формулировки основания, предусмотренного п. 4 ч. 1 ст. 24 УПК РФ.
Вторая причина обусловливается требованиями такой правовой категории, как "законодательная техника", правила которой устанавливают, что изложение норм закона должно быть ясным, понятным, а также исключающим неоднозначность, домысливание и аналогии со стороны правоприменителя. Именно соблюдение данных требований является одним из слагаемых эффективной реализации правовых норм. Вместе с тем следует констатировать, что нормы главы 29 УПК РФ, регламентирующие основания и порядок прекращения уголовного дела, а именно, ст. 212 УПК РФ, перечисленным выше требованиям практически не соответствуют. Так, упомянутая ст. 212 УПК РФ по сути дублирует отдельные положения главы третьей, в связи с чем содержит множество отсылочных норм, что делает ее весьма сложной для восприятия и практически нечитаемой. В свою очередь, указанное обстоятельство в значительной степени затрудняет правоприменительную деятельность по реализации этих норм.
Исходя из ряда юридико-технических соображений, считаем целесообразным разделить основания для отказа в возбуждении уголовного дела и основания для его прекращения, закрепив их в разных статьях уголовно-процессуального закона.
Вызывает вопросы и место расположения оснований для отказа в возбуждении уголовного дела и прекращения уголовного дела в УПК РФ. Логика законодателя, закрепившего их вслед за уголовно-процессуальными принципами, вполне понятна - тем самым была подчеркнута важность восстановительного аспекта реализации назначения уголовного судопроизводства. Однако в последующих разделах УПК РФ имеются специальные главы, посвященные вопросам как процессуальной деятельности по отказу в возбуждении уголовного дела (например, ст. 148), так и вопросам прекращения дела (например, ст. 212). Таким образом, в целях удобства правоприменения предлагаем рассмотреть вопрос о возможности переноса перечня оснований для отказа в возбуждении уголовного дела и оснований для прекращения уголовного дела в главы 20 и 29 УПК РФ соответственно. Кроме того, в статью 212 следует перенести и другие основания для прекращения уголовного дела, которые на сегодняшний день содержатся в статьях 25 и 25.1. В перспективе эту тенденцию можно распространить и на основания прекращения уголовного преследования (статьи 27-28.1 УПК РФ), переместив их в главу 29.
Безусловно, "перекраивание" уголовнопроцессуального закона с переносом содержания одних статей в другие реализовать достаточно сложно. Это может привести к тому, что отдельные статьи окажутся пустыми, и их необходимо будет признавать утратившими силу. Но в качестве возможного направления совершенствования будущих редакций УПК РФ считаем возможным рассмотреть вопрос о переносе оснований для отказа в возбуждении уголовного дела и оснований для прекращения дела в соответствующие главы УПК РФ.
Следующей заслуживающей внимания проблемой является соотношение первых двух оснований, закрепленных в части первой статьи 24 УПК РФ, - отсутствие события преступления и отсутствие его состава. Следует отметить, что разграничение события и состава произошло несколько десятилетий назад и стало итогом разработок советской уголовно-процессуальной науки. На законодательном уровне впервые данное обстоятельство нашло отражение в УПК РСФСР 1960 года. Предыдущие уголовно-процессуальные законы (1922 и 1923 года) говорили лишь об отсутствии состава преступления. Интересно, что после распада СССР УПК большинства стран сохранили подобный подход (Беларусь, Таджикистан, Кыргызстан, Армения и др.). Вместе с тем некоторые государства пошли иным путем. Так, небезынтересным видится опыт Эстонии, УПК которой в ч. 2 ст. 194 закрепляет норму, аналогичную УПК РФ (ч. 2 ст. 140): основанием для уголовного производства является установление признаков преступления в поводе для уголовного производства. При этом одним из обстоятельств, исключающих уголовное производство, является отсутствие основания для уголовного производства (п. 1 ч. 1 ст. 199 УПК Эстонии) без какой-либо конкретизации. Подразумевается, что подобный подход охватывает случаи отсутствия как состава, так и события преступления.
Отметим, что и в отечественной уголовно процессуальной науке в последнее время периодически возникают дискуссии о целесообразности одновременного присутствия в законе данных оснований. Так, например, высказывается точка зрения о том, что состав преступления охватывает собой событие, являющееся выражением объективной стороны состава [1]. Во избежание неопределенности при выборе конкретного основания прекращения уголовного дела обосновывается необходимость уточнения такой законодательной формулировки, как "отсутствие события преступления". В качестве одного из вариантов предлагается понятие "отсутствие преступного деяния" [2].
Как уже было отмечено, на практике при принятии решении об отказе в возбуждении уголовного дела или о прекращении уголовного дела зачастую возникают проблемы выбора между двумя этими основаниями. Это обусловлено тем, что закон не раскрывает значения каждого из оснований. Разумеется, в юридической науке существует немало работ по данному вопросу, однако каких-либо официальных критериев разграничения отсутствия состава и отсутствия события преступления в настоящее время не имеется. Ранее некоторые разъяснения на этот счёт содержались в постановлении Пленума Верховного Суда СССР от 30 июня 1969 г. № 4 "О судебном приговоре", где указывалось, в каких случаях выносился оправдательный приговор в связи с отсутствием состава преступления, а в каких - события. Однако в настоящее время этот документ утратил силу (хотя содержащиеся в нём разъяснения могут иметь определенное ориентирующее значение и сегодня).
С предложениями о включении понятия "событие преступления" в понятие "состав преступления" можно согласиться лишь частично, поскольку, как видится, различия между этими основаниями как с теоретической, так и с практической точек зрения все же есть.
Если допустить исключение такого основания, как отсутствие события преступления, это негативно отразится на всей системе уголовно процессуального доказывания, которое имеет сквозной характер. Событие преступления - это фрагмент объективной реальности, имеющий пространственно-временные координаты, а состав преступления - его соответствие категориям уголовного права. В предмет доказывания, в соответствии со статьей 73 УПК РФ, то есть в направленность, в цель познавательно-удостоверительной деятельности, входит именно событие преступления. Что касается вывода о наличии или отсутствии состава преступления, то это является результатом юридической оценки фактических обстоятельств, которая лежит за пределами уголовно-процессуального доказывания. К примеру, именно в силу этого разделена компетенция между судьёй и коллегией присяжных заседателей: на вопрос о доказанности события ответ дают присяжные, а на вопрос о том, содержит ли оно состав преступления - профессиональный судья. Аналогично событие (деяние) и состав преступления четко разграничены и в статье 299 уголовно-процессуального закона, где содержатся вопросы, разрешаемые судьёй при постановлении приговора.
Позиции о целесообразности разграничения рассматриваемых оснований придерживаются многие авторы, при этом некоторые акцентируют внимание на необходимости дополнительного уточнения данных формулировок [3; 4]. На важность разделения события и состава преступления при решении вопроса об отказе от осуществления уголовно-процессуальной деятельности указывает и Конституционный Суд РФ в своем постановлении от 13 мая 2021 года. Так, высший российский орган конституционного правосудия указал, что по делам частного обвинения неявка в суд потерпевшего обусловливает прекращение уголовного дела не по причине отсутствия состава, как это предусмотрено действующей редакцией статьи 249 УПК РФ, а в силу отсутствия события преступления.
Вопросу отграничения отсутствия события преступления от состава посвящено и ещё одно решение - постановление Конституционного Суда РФ от 15 июня 2021 г. № 28-ППо делу о проверке конституционности п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в связи с жалобой гражданина Д.К. Михайлова: постановление Конституционного Суда РФ от 15 июня 2021 г. № 28-П [Электронный ресурс] // сПс "Кон- сультантПлюс". - URL: https://www.consultant.ru/document/ cons_doc_LAW_387518/ (дата обращения - 28.02.2022).. В этом постановлении Суд пояснил, что если нет достаточных данных, которые бы указывали на совершение деяния, запрещенного Особенной частью уголовного закона, то отказывать в возбуждении дела (или прекращать уголовное дело) следует за отсутствием события преступления. Принятие такого решения в связи с отсутствием состава повлечет за собой подмену понятий: при недостаточности данных о совершении преступления. По факту тем не менее полагается, что заподозренное лицо причастно именно к совершению общественно опасного деяния. Неопределенность в содержании этих двух оснований ставит под сомнение правомерность поведения субъекта.