Почтовую гоньбу в Путивль через Калугу первоначально держали разных чинов придворные люди. В 1661 г. приказ Большого дворца определил освободить их от почты.
Рекомендовалось для почтовой гоньбы в Калугу и на близлежащие станы нарядить посадских жителей. О своем решении приказ послал две памяти: одну - в Ямской приказ с сообщением о том, что им отправлена в Калугу грамота о выборе новых почтарей, другую - во Владимирскую четь, чтобы она послала послушную грамоту подчиненному ей калужскому воеводе. Три приказа были в курсе происшедших изменений. В полном неведении оставался только Разряд, для нужд которого была создана скорая гоньба в Путивль. Да ему и не нужно было знать о смене состава калужского яма: он только пересылал корреспонденцию, а прогоны оплачивал Ямской приказ.
Взаимоотношения Ямского приказа с другими органами государственного управления были весьма сложны. Казалось бы, что тот приказ, который строил ям, должен был им ведать, но в таких случаях возникали те несообразности, о которых мы уже говорили. Поэтому постепенно все ямы европейской части России передавались в подчинение Ямского приказа. Исключение составляла только Сибирь. До первой четверти XVIII в. в двойном подчинении находились почтовые станы: в административном - от московского почтмейстера или соответствующего приказа, в финансовом - от Ямского приказа.
Все дела в Ямском приказе вершили судьи, так тогда называли управляющих приказом. Иногда один назначался первому «в товарищи». Глава приказа подписывал и представлял царю «сказки» (доклады). Его помощники дьяки (первоначально их было два, а в конце XVII-начале XVIII вв.- четыре или пять) составляли памяти городским воеводам и в другие управления. В подчинении дьяков состоял целый ряд подьячих, приставов и сторожей. Подьячие делились на верстанных и неверстанных. Первые получали жалованье от 1 до 24 руб. в год, вторые работали без жалованья, довольствуясь «доброхотными подарками» посетителей. Всех подьячих насчитывалось человек 20.
Приставы получали рублей восемь и меньше, их было 3-6 человек. 15 человек сторожей, выполняли полицейские функции - наказывали московских ямщиков, сажали их в тюрьму при приказе. За это сторожам платили, например, в 1675 г. по восьми рублей. Весь расход Ямского приказа в 1680 г. составил: на жалованье-150 руб., на бумагу, чернила, перья и на «приказный всякий расход» - 49 руб. В 1687г. расходы были соответственно - 273 руб. 13 алтын и 75 руб.
До начала XVII в. круг вопросов, находившихся в ведении каждого из подьячих, ничем не ограничивался. Затем они стали заниматься каждый какой-нибудь четью: принимали от нее ямские деньги, выплачивали жалованье гонщикам. С 1671 г. назначаются сначала один, а затем два подьячих, которые рассчитывались только с почтарями. Деньги на жалованье им выделяли их сослуживцы из своих коробьев.
Во главе Ямского приказа стояли многие выдающиеся государственные деятели, имена некоторых мы уже упоминали. Дважды, в 1618-1619 и 1625-1628 гг., судьей приказа состоял знаменитый военачальник Дмитрий Михайлович Пожарский. По его рекомендации был выпущен известный читателю указ об освобождении ямщиков от «городового строения». Под его руководством разработали единые положения о ямском земельном наделе. Пожарский беспощадно боролся с анархией, царившей при выдаче подвод духовенству и служилым людям. Результатом его трудов стал указ Михаила Федоровича от 8 марта 1627 г., в котором он велел «давати подводы... по своему государскому уложению». Текст распоряжения занимает длинный столбец. Это своего рода роспись иерархии той поры. Не имеет смысла цитировать указ целиком, приведем только некоторые данные: все подводы давались с проводником. Митрополиты и бояре получали двадцать подвод, окольничьи - 15, думные дьяки, - 10, дьяки из приказов - 6. московские дети боярские - 4, а городовые - 2, псари конные - 2, а пешие - 1, трубники - 2, целовальники - 1.
Судьями Ямского приказа были составлены два пункта главы «О мытах и о перевозах и о мостах», в Соборном уложении 1649 г., в которых излагаются правила проезда гонцов по территории России. В ту далекую эпоху всякий ехавший по дороге обязан был платить пошлины. До 1649 г. не освобождались от этого и гонцы. Новое уложение определило, чтобы «с гонцов никто нигде мыту и перевозу и мостовщины не имал». А если это нарушается, то вестники должны «бити челом государю. И по тем их сказкам на тех мытчиках и на перевозшиках и на мостовщиках мыто и перевоз и мостовщину доправити втрое, и отдати тем людем, у кого взято будет, да тем же мытчикам и перевозщикам и мостовщикам учини-ти наказание, бити кнутом».
До 1670 г. Ямской приказ помещался в Кремле. Но «палаты, где были приказы, обветшали гораздо и порушились во многих местах, и сидеть в них за тем опасно». Поэтому 14 марта издали указ «дела перенести» на двор Ивана Андреевича Милославского, бывшего некогда судьей Ямского приказа. По данным исследователя истории Москвы И. М. Снегирева двор боярина находился в Замоскворечье 1771.
Заключение
Что же сказать о характере русской почты и о ее работе?
Почта складывалась долгое время, ее система непрерывно совершенствовалась, пока не наступил момент, когда ее существование стало очевидным. Никакие документы не подтверждают наличие почты в XI-XII вв., в период расцвета Киевской Руси. Но это вовсе не значит, что тогда не существовало никаких средств связи.
Деятельность отечественной службы связи делится на три периода.
В глубокой древности возникла потребность отправлять вестников с сообщениями о нашествии врагов, о призыве княжеских вассалов на борьбу с неприятелем. Но эти посылки носили случайный характер, еще не была создана система доставки вестей и не всегда отправитель был уверен, что его послание вовремя будет доставлено в нужное место - гонца могли убить враги, растерзать дикие звери, в конце концов, он мог заблудиться или погибнуть от голода. Вестник был предоставлен самому себе. Питался только тем, что взял с собой или добыл по дороге. Двигался в основном по рекам или вдоль них - другие пути еще не были известны.
Второй период развития русской почты начинается на границе X-XI вв., когда в Киевской Руси возникает особый вид повинности, повоз, которая уже, возможно, в то время предусматривала доставку княжеских посыльных. Однако прошло почти 200 лет прежде чем повоз стал одним из основных атрибутов почты. С этого момента, со второй половины XII в., можно говорить о русской почте как о системе доставки писем. Теперь мы видим более или менее удовлетворительные проезжие дороги, на дорогах - постоялые дворы, а при княжеских дворах - штат посыльных. Гонец мог уже не беспокоиться ни о пище, ни о ночлеге - он знал, что на пути его ждет и то и другое. К середине XIII в. на Руси возникает ямская гоньба, которая первоначально, по-видимому, мало чем отличалась от повоза. При создании в конце XV в. централизованного Русского государства большое внимание было уделено и почте: ямы и подводы поставили по важнейшим дорогам страны. Существовавшая система связи была приспособлена в основном для нужд правящего класса и высшего духовенства. До нас не дошло никаких официальных документов, подтверждавших, что почтой могли пользоваться и другие лица, хотя пересылка грамоток, по-видимому, могла осуществляться с молчаливого согласия властей.
Используемая литература
Вигилев А.Н. История отечественной почты. - М.: Радио и связь, 1990. - 312 с.
Гоголь А.А., Никодимов И.Ю. Очерки истории развития связи в России. СПб., 1999. С. 3-12.
История информационной политики России в документах: от Соборного Уложения 1649 г. до октября 1917 г.: Сборник. М., Хроникер, 2009. - 454 с.
Островский А.В. История отечественной связи: учебное пособие - СПб., Изд-во Теледом, 2009. -- С. 6-12.
Семенов О.В. Система ямской гоньбы в конце XVI-XVII вв.: качество функционирования / Россия и мир: панорама исторического развития: Сб. науч. статей. Екатеринбург, Изд-во Урал. Ун-та, 2008. - С. 535-537.
Торбасаева Н., Чекулаева О. Почта Тувы: история и современность / Почтовая связь. Техника и технологии. 2010, № 2. - С. 22-25.
Шамин, С. Письма, грамотки, куранты: первые регулярные почты в России // Родина. - 2001. - № 12. - C. 10-15