Помимо международных правовых актов, отношения в сфере интеллектуальной собственности регулируются нормами национального законодательства.
В первую очередь охрана интеллектуальной собственности гарантируется нормами Конституции Российской Федерации. Согласно статье 44 Конституции Российской Федерации: "Каждому гарантируется свобода литературного, художественного, научного, технического и других видов творчества... Интеллектуальная собственность охраняется законом".
Законодательство об интеллектуальной собственности входит в сферу исключительной компетенции Российской Федерации
Общие положения о закреплении исключительных прав на объекты интеллектуальной собственности за физическим или юридическим лицом содержатся в ГК РФ.
Нормы, детально регулирующие правоотношения, связанные с интеллектуальной собственностью, содержатся в специальных законах, определяющих виды объектов и условия охраны, права на такие объекты. Такими законами, в частности, являлись: Патентный закон Российской Федерации от 23 сентября 1992 года N 3517-1 ; Закон Российской Федерации от 23 сентября 1992 года N 3520-1 "О товарных знаках, знаках обслуживания и наименованиях мест происхождения товаров" ; Закон Российской Федерации от 9 июля 1993 года N 5351-1 "Об авторском праве и смежных правах" ; Закон Российской Федерации от 6 августа 1993 года N 5605-1 "О селекционных достижениях" ; Закон Российской Федерации от 23 сентября 1992 года N 3523-1 "О правовой охране программ для электронных вычислительных машин и баз данных" ; Закон Российской Федерации от 23 сентября 1992 года N 3526-1 "О правовой охране топологий интегральных микросхем" ;
- Федеральный закон от 26 июля 2006 года N 135-ФЗ "О защите конкуренции"
Кроме того, положения об ответственности за нарушение исключительных прав на объекты интеллектуальной собственности содержатся в Уголовном кодексе Российской Федерации и Кодексе Российской Федерации об административных правонарушениях .
Таким образом, можно прийти к выводу, что нормы, регулирующие вопросы охраны интеллектуальной собственности, разбросаны по различным нормативно-правовым актам. В целях повышения эффективности правового регулирования интеллектуальной собственности целесообразно было бы систематизировать эти нормы в одном документе. На сегодняшний день правовое регулирование интеллектуальной собственности осуществляется на основе части 4 Гражданского кодекса Российской Федерации.
1.3 Классификация объектов интеллектуальной собственности
Объекты интеллектуальной собственности неоднородны по своему составу, по характеру использования в процессе производства, по степени влияния на финансовое состояние и результаты хозяйственной деятельности. Поэтому необходима классификация, которая может быть произведена по ряду признаков:
- в зависимости от использования в производстве объекты интеллектуальной собственности можно разделить на функционирующие (работающие) объекты, применение которых приносит доход в настоящий период; нефункционирующие (неработающие) объекты, которые не используются по каким-либо причинам, но могут применяться в будущем;
- по степени влияния на финансовые результаты выделяются объекты интеллектуальной собственности, способные приносить доход прямо за счет внедрения их в эксплуатацию, и объекты, опосредованно влияющие на финансовые результаты;
- по признаку получения результата интеллектуальной деятельности различают гуманитарные, технические, научные;
- в зависимости от степени правовой защищенности одна часть объектов интеллектуальной собственности относится к защищаемым охранными документами (авторскими правами), другая - к разряду не защищенных охранными документами (авторскими правами).
Результаты интеллектуальной деятельности (интеллектуальная собственность) включают в себя три вида объектов, имеющих различный правовой режим: 1) результаты творческой деятельности, охраняемые патентным правом (изобретения, полезные модели, промышленные образцы); 2) средства индивидуализации юридического лица, продукции, выполняемых работ или услуг (фирменное наименование, товарный знак, знак обслуживания, наименование места происхождения товара); 3) результаты творческой деятельности, охраняемые авторским правом (произведения науки, литературы и искусства, программы для электронных вычислительных машин, базы данных, топологии интегральных микросхем и тому подобное). Все указанные объекты обладают общими признаками: являются результатом творческой (мыслительной, интеллектуальной) деятельности; являются совокупностью имущественных и неимущественных прав; используются в течение длительного периода времени; могут служить источником получения дохода.
Вместе с тем между этими объектами есть существенные отличия - они имеют различный правовой режим. Одна часть объектов (промышленная собственность и средства индивидуализации юридического лица) регулируется патентным правом, другая (произведения науки, литературы и искусства и другие) - авторским. Различие в том, что авторское право направлено на охрану формы объекта (произведения), а патентное - охраняет содержание произведения.
Для охраны изобретения, полезных моделей, промышленных образцов, фирменных наименований, товарных знаков, знаков обслуживания требуется их регистрация по определенной процедуре в соответствующих органах, а для объекта авторского права не требуется никакой регистрации. Автору необходимо лишь выразить свое произведение в любой объективной форме, позволяющей воспроизводить указанный объект. Отсюда следует второе отличие: перечень объектов, охраняемых патентным правом, исчерпывающий, а перечень объектов авторского права - примерный и может быть расширен за счет создания новых произведений.
2. Система объектов интеллектуальной собственности: тенденции развития российской модели
2.1 Российская модель интеллектуальной собственности
Результаты интеллектуальной деятельности пользуются в Российской Федерации разносторонней правовой охраной. Конституционное, административное, налоговое, бюджетное, трудовое и уголовное законодательство включают их в предмет своего воздействия.
То, что сегодня именуют правом интеллектуальной собственности, не является монопольным предметом гражданского законодательства, хотя гражданско-правовые конструкции, несомненно, образуют центральную его часть. Кодификация гражданского законодательства об интеллектуальной собственности, воплощением которой является четвертая часть Гражданского кодекса российской Федерации, должна была, следовательно, либо сознательно довольствоваться известной неполнотой, остановившись перед чертой, отделяющей гражданско-правовые отношения от административных, финансовых, трудовых и т.д., либо в очередной раз пожертвовать принципом гомогенности гражданского законодательства по утилитарным соображениям .
Данное обстоятельство, а не возраст гражданских кодексов сам по себе, например, до сих пор служит одним из препятствий к унификации законодательства о правах на интеллектуальные продукты и их обороте в странах континентальной Европы. Критический взгляд на попытки сконструировать синтетическое понятие защиты прав на нематериальные блага активно культивируется в германском правоведении. Поскольку все те права, которые пытаются подвести под единое понятие интеллектуальной собственности, значительно отличаются друг от друга, то предлагается всегда, когда это возможно, вести речь о конкретных правах, например о правах из патентов, авторском праве, правах на (торговые) марки, географических обозначениях, промышленных и художественных образцах, защите растениеводства и т.д.
Четвертая часть Гражданского кодекса Российской Федерации представляет собой с этой точки зрения не что иное, как компромисс, поскольку разработчики пришли к выводу, что: "единственно верный вариант - это полная кодификация всех законодательных норм об интеллектуальной собственности, включая и некоторые административные по природе нормы о регистрации изобретений, регистрации товарных знаков и т.п., поскольку они не имеют другого назначения, кроме как обслуживание гражданско-правового регулирования соответствующих отношений" . При этом они не исключили ни сохранения норм об интеллектуальной собственности в смежных ("пограничных") законах (таких, например, как Кодекс об административных правонарушениях Российской Федерации, Уголовный кодекс Российской Федерации и др.), ни необходимости принятия в дальнейшем специальных гражданских законов по отдельным видам интеллектуальных продуктов . Более того, В.Ф. Яковлев, анализируя гетерогенный характер гл. 69 Гражданского кодекса Российской Федерации, делает далекоидущее признание, которое едва ли оставит спокойным кого-либо из ортодоксальных цивилистов: "Публичное и частное право в некоторых институтах неразрывны, образуют единую конструкцию, в которой публичные акты (регистрация) являются юридическими фактами, порождающими право. Без публичного акта не может появиться частное право (изобретательское право, право на фирменное наименование, на товарный знак)". После такого многозначительного заявления оговорка о том, что "Публично-правовые элементы присутствуют в Гражданском кодексе Российской Федерации в весьма ограниченном виде - в той мере, в какой это необходимо для полноценного функционирования частноправовых институтов", уже никого не введет в заблуждение. Ведь гораздо важнее оказывается то обстоятельство, что "ни одна сфера отношений не может быть эффективно урегулирована нормами только одной отрасли права. В комментируемых правоотношениях комплексное воздействие многих отраслей права особенно важно. Должны быть использованы многие отрасли права - гражданское, административное, уголовное, антимонопольное, налоговое (патентные пошлины) и т.д." .
Гражданское законодательство закрепляет общие условия охраноспособности (юридической значимости) результатов интеллектуальной деятельности, правовые конструкции различных степеней гражданской свободы в пользовании ими , предоставляет механизм доступа к этим неимущественным благам в распоряжение лиц, проявляющих к ним тот или иной интерес, а также собственные (внутренние) материально-правовые средства, призванные поддерживать весь этот комплекс правовых норм в рабочем состоянии, предотвращая закрепляемый им механизм правового регулирования от распада, вызываемого актами деструктивного поведения.
На уровне объективированной информации результаты интеллектуальной деятельности оказываются юридически совместимы в гражданском обороте со средствами индивидуализации лиц и продуктов их деятельности. Обнаруживающееся между ними сходство в воздействии на экономические результаты участия в гражданском обороте (связь технического решения и качества, качества и имени, имени и цены) и очевидная прямая зависимость между экономической ценностью такого блага и личностью, которая своим талантом перевела его в реальный мир из мира грез и фантазий, позволяют и те и другие юридически рассматривать неимущественными благами одного рода и дают надежду на возможность общего решения задачи правового регулирования оборота таких благ.
Во Всемирной декларации по интеллектуальной собственности от 26 июня 2000 г. сформулирован как раз такой общий подход к пониманию интеллектуальной собственности как совокупности абсолютных прав человека на блага, признаваемые интеллектуальными по характеру и заслуживающие охраны, включая, но не ограничиваясь научными и техническими изобретениями, литературными или художественными произведениями, товарными знаками и указателями деловых предприятий, промышленными образцами и географическими указаниями. При этом термин "права интеллектуальной собственности" означает по существу права, закрепленные в ст. 27 Всеобщей декларации прав человека, принятой ООН в 1948 г., гарантирующей право на свободное участие в культурной жизни общества, наслаждаться искусством, участвовать в научном прогрессе и пользоваться его благами и право на защиту его моральных и материальных интересов, являющихся результатом научных, литературных или художественных трудов, автором которых он является. В действительности же права человека, вероятнее всего, служат удачным моральным оправданием защиты доходов, доставляемых вовлечением в общественное производство и оборот нематериальных продуктов человеческой деятельности: "Территориальная природа интеллектуальной собственности не могла устроить тех правообладателей, чьи произведения, изобретения и бренды готовы были перешагнуть национальные границы" ; "приравнивание авторских и патентных прав к праву собственности было бы неверным связывать лишь с теорией естественного права. В своей глубинной основе подобный подход был продиктован потребностями развития капиталистических отношений" .
До сих пор во всем мире задача эта не имела такого решения . Правовые системы всех стран следовали исторически сложившемуся принципу специализации законодательства, постепенно закреплявшего статус различных групп интеллектуальных продуктов по мере их вовлечения в экономический оборот и в зависимости от той роли, которую они начинали играть в таком обороте (авторское право после появления книгопечатания, смежные права после появления грамзаписи и радио и т.д.). При этом для каждой взаимосвязанной группы интеллектуальных продуктов разрабатывались и совершенствовались свои законы, отчетливо различавшие среди них те, чьим приложением оказывалась целиком или почти исключительно область экономической деятельности (промышленная собственность), и те интеллектуальные продукты, для которых эта область оказывалась только средством, обеспечивающим пользование ими (авторское право, смежные права). Однако при этом всегда сохранялся различный подход к пониманию охраноспособных признаков таких продуктов, их классификации и типа правовой охраны.