Материал: Antonyan_Yu_M__Psikhologia_prestupnika_i_rassledovania_prestupleniy
женщин
испытывают
отрицательные
эмоции
,
говорят
о
них
пренебрежительно
,
считают
безнравственными
.
Исследование
показало
,
что
подобные
насильники
занимают
по
отношению
к
женщине
подчиненную
,
пассивную
позицию
,
женщина
доминирует
над
мужчиной
и
направляет
его
.
Как
правило
,
у
них
нарушена
аутоидентификация
с
мужской
ролью
при
мощном
напряжении
сексуальной
потребности
,
фиксации
на
половых
отношениях
,
сводящихся
лишь
к
половым
актам
вне
нравственно
-
психологической
близости
.
Установлено
также
,
что
подобные
лица
имели
в
детстве
властную
,
доминирующую
мать
и
безвольного
,
подчиненного
отца
.
Создавая
собственную
семью
,
они
психологически
воссоздавали
свою
раннесемейную
ситуацию
,
образно
говоря
,
занимали
место
отца
и
выбирали
в
качестве
жены
женщину
,
похожую
по
своим
психологическим
чертам
и
поведению
на
мать
.
Иными
словами
, “
охотники
”
эмоционально
прочно
слиты
с
матерью
,
испытывая
потребность
постоянно
воссоздавать
психологические
контакты
с
ней
,
т
.
е
.
у
них
как
бы
не
произошло
психологического
рождения
в
качестве
самостоятельной
личности
.
“
Охотники
”
зависимы
не
только
от
матери
и
жены
,
но
и
от
женщин
вообще
,
так
как
отношения
с
ними
строятся
на
материнско
-
детской
базе
.
Разумеется
,
все
эти
психологические
установки
и
контакты
в
подавляющем
большинстве
случаев
полностью
бессознательны
,
в
том
числе
и
то
,
что
такие
мужчины
фактически
не
воспринимают
себя
в
автономной
мужской
роли
.
Поэтому
в
качестве
мотива
изнасилования
у
этой
категории
преступников
выступает
стремление
к
преодолению
преимущественно
психологического
доминирования
женщин
вообще
,
а
не
конкретных
лиц
.
Психологическая
задача
,
которая
решается
в
акте
внезапного
сексуального
насилия
, -
это
попытка
резко
идентифицироваться
с
мужской
половой
ролью
,
доминировать
,
обрести
личностно
-
эмоциональную
автономию
,
самостоятельную
адаптацию
,
осуществить
свое
психологическое
“
рождение
”
за
счет
уничтожения
зависимости
от
женщин
,
которые
по
отношению
к
нему
(
с
его
позиции
)
осуществляют
материнскую
функцию
.
Однако
подобная
попытка
остается
не
более
чем
попыткой
,
поскольку
сохраняющаяся
патологическая
психологическая
структура
препятствует
действительной
автономии
личности
.
Именно
по
этой
причине
неожиданные
и
яростные
нападения
на
женщин
носят
“
серийный
”
характер
,
иногда
преступник
совершает
такие
действия
несколько
десятков
раз
.
Иначе
говоря
,
даже
в
тех
случаях
,
когда
он
действует
внешне
“
успешно
”,
психологического
удовлетворения
тем
не
менее
не
наступает
,
доминирующую
позицию
в
отношениях
с
женщинами
он
занять
не
в
состоянии
.
Поэтому
“
охотник
”
может
вновь
решиться
на
подобный
поступок
.
Думается
,
что
попытка
избавиться
от
психологического
диктата
женщины
, “
навязанного
”
в
детстве
матерью
,
лежит
в
основе
большинства
изнасилований
женщин
старческого
возраста
.
Во
всяком
случае
изученные
нами
подобные
факты
говорят
именно
об
этом
.
Попытаемся
объяснить
совершение
некоторых
имущественных
преступлений
,
прежде
всего
краж
,
в
связи
с
раннесемейными
условиями
формирования
личности
будущих
правонарушителей
.
Установление
причин
имущественных
преступлений
(
краж
,
хищений
,
взяточничества
,
спекуляции
т
.
д
.)
на
первый
взгляд
не
представляет
особой
сложности
:
они
совершаются
ради
удовлетворения
материальных
потребностей
,
для
приобретения
одежды
,
продуктов
питания
,
спиртных
напитков
,
ведения
образа
жизни
,
связанного
со
свободной
тратой
денег
,
и
т
.
д
.
Однако
при
таком
подходе
остаются
неясными
субъективные
причины
выбора
именно
преступного
поведения
в
качестве
способа
решения
важных
жизненных
проблем
.
Непонятно
также
,
почему
человек
совершает
преступление
,
если
он
не
испытывает
материальной
нужды
.
Поэтому
,
чтобы
вскрыть
подлинные
личностные
причины
совершения
названных
преступлений
,
необходимо
обратиться
к
анализу
жизненного
пути
преступников
,
условий
их
социализации
,
особенно
в
детстве
.
Такой
анализ
,
не
затрагивая
вопроса
о
выборе
уголовно
наказуемого
способа
приобретения
материальных
благ
,
необходимо
связать
с
тем
, "
что
в
психологическом
плане
“
выигрывает
”
личность
,
приобретая
материальные
блага
.
Можно
предположить
,
что
обладание
ими
придает
человеку
уверенность
,
снижает
беспокойство
по
поводу
своей
социальной
определенности
,
устраняет
,
часто
лишь
временно
,
чувство
зависти
;
он
способен
испытывать
удовольствие
и
удовлетворение
,
особенно
если
с
помощью
похищенного
может
приобрести
престижные
вещи
,
изменить
свой
образ
жизни
,
войти
в
состав
эталонной
группы
,
завоевать
внимание
интересующих
его
лиц
.
Есть
основание
выдвинуть
гипотезу
о
том
,
что
и
корыстные
мотивы
связаны
с
психической
депривацией
в
детстве
,
а
именно
дефицит
эмоционального
общения
,
в
первую
очередь
с
матерью
,
а
затем
с
отцом
,
отвергание
ими
ребенка
,
невключение
его
в
стойкие
эмоциональные
контакты
формируют
общую
неуверенность
индивида
в
жизни
,
неопределенность
его
социальных
статусов
,
тревожные
ожидания
негативного
воздействия
среды
.
Эти
особенности
закрепляются
в
нем
и
оказывают
существенное
влияние
на
его
поведение
.
Можно
предположить
,
что
совершение
имущественных
преступлений
является
своеобразной
компенсацией
эмоционального
дефицита
,
психологического
отчуждения
в
детстве
,
поскольку
такие
преступления
предоставляют
субъекту
материальные
средства
для
того
,
чтобы
прочнее
и
увереннее
ощутить
свое
место
в
жизни
и
тем
самым
преодолеть
состояние
неуверенности
и
неудовлетворенности
,
порожденное
указанными
неблагоприятными
условиями
.
Однако
,
как
и
в
других
подобных
случаях
,
отчуждение
в
детстве
не
может
напрямую
приводить
к
совершению
корыстных
преступлений
,
равно
как
не
может
и
выступать
их
непосредственным
мотивом
.
Между
неблагоприятным
детством
и
преступным
поведением
лежит
жизненный
опыт
индивида
.
К
тому
же
высказанные
предположения
еще
не
полностью
раскрывают
причины
того
,
почему
общая
неуверенность
преодолевается
именно
с
помощью
совершения
краж
или
других
имущественных
преступлений
.
Видимо
,
здесь
необходимо
иметь
в
виду
другие
обстоятельства
.
Криминологические
исследования
показывают
,
что
в
очень
редких
случаях
родители
непосредственно
втягивают
детей
в
преступную
деятельность
,
советуют
им
совершать
преступления
и
т
.
д
.
Их
негативное
влияние
обычно
проявляется
в
том
,
что
они
подают
пример
отрицательного
отношения
к
законам
и
моральным
запретам
,
ведут
антиобщественный
образ
жизни
,
совершая
правонарушения
.
Все
это
не
остается
секретом
для
ребенка
.
Однако
очень
часто
родители
будущего
правонарушителя
вообще
не
совершают
никаких
аморальных
действий
.
Напротив
,
они
предпринимают
необходимые
усилия
для
нравственного
воспитания
своих
детей
или
как
минимум
пытаются
добиться
внешне
нравственно
послушного
(
законопослушного
)
поведения
.
Но
усилия
их
обычно
не
достигают
цели
потому
,
что
они
исходят
от
лиц
,
с
которыми
у
ребенка
нет
или
существенно
ослаблены
эмоциональные
контакты
.
Иначе
говоря
,
он
слушает
их
,
но
не
слышит
,
так
как
не
воспринимает
именно
от
них
нравственные
нормы
и
стандарты
.
Здесь
уместна
аналогия
с
воспитанием
и
обучением
в
школе
:
если
учитель
вызывает
негативные
чувства
,
ученик
остается
глух
к
его
нравственным
поучениям
и
даже
будет
плохо
усваивать
преподаваемый
им
материал
.
Зачастую
ребенок
видит
у
других
детей
,
в
магазине
или
иных
местах
вещи
,
которыми
ему
хотелось
бы
обладать
,
но
по
той
или
иной
причине
этого
сделать
нельзя
,
поэтому
у
него
может
появиться
чувство
зависти
.
Закрепление
такого
чувства
при
отсутствии
надлежащего
нравственного
воспитания
способно
спровоцировать
в
последующем
желание
совершить
кражи
и
другие
имущественные
преступления
.
Иными
словами
,
содержанием
корыстной
мотивации
в
данном
случае
является
стремление
иметь
в
своем
распоряжении
вещи
,
приносящие
удовлетворение
или
удовольствие
.
На
основании
сказанного
,
казалось
бы
,
можно
сделать
вывод
,
что
все
(
или
большинство
)
те
,
кто
вырос
в
необеспеченных
или
малообеспеченных
семьях
,
должны
совершать
корыстные
преступления
.
Однако
,
как
известно
,
это
совсем
не
так
.
Нам
представляется
,
что
если
ребенок
переживает
по
поводу
отсутствия
у
него
понравившейся
,
престижной
для
него
вещи
,
то
соответствующее
поведение
матери
или
отца
по
данному
поводу
может
компенсировать
негативные
переживания
и
“
снять
”
их
.
Если
родители
не
предпримут
необходимых
действий
,
возникшее
чувство
зависти
может
сохраниться
и
приобрести
криминогенную
окраску
,
переплетаясь
с
ощущениями
собственной
неуверенности
и
беспокойства
.
Зависть
может
быть
нейтрализована
в
процессе
школьного
воспитания
.
Однако
нейтрализация
может
запоздать
,
если
чувство
зависти
и
сопутствующие
ему
переживания
стабилизируются
в
психике
.
Отсутствие
необходимых
психологических
контактов
в
семье
чаще
всего
компенсируется
в
малых
неформальных
группах
.
Если
последние
придерживаются
антиобщественных
ориентации
,
то
при
стремлении
к
членству
в
них
их
нормы
и
ценности
сравнительно
быстро
и
“
легко
”
аккумулируются
личностью
.
Чем
слабее
связи
несовершеннолетнего
с
семьей
,
тем
прочнее
они
с
неформальным
окружением
вне
семьи
,
которое
может
оказывать
негативное
влияние
на
подростка
,
стимулировать
его
антиобщественное
поведение
.
Явно
недостаточны
у
них
контакты
со
школой
и
другими
учреждениями
и
группами
,
которые
могли
бы
оказать
благотворное
воздействие
.
Так
,
исследования
криминолога
С
.
А
.
Тарарухина
показывают
,
что
правонарушения
совершаются
тогда
,
когда
утрачивается
психологический
контакт
со
взрослыми
наставниками
и
воспитателями
.
Среди
несовершеннолетних
.
правонарушителей
высказали
положительное
отношение
к
отцам
только
30%,
к
матерям
- 42%.
Они
,
как
правило
,
не
могут
точно
сказать
,
где
и
кем
работают
родители
,
не
могут
вспомнить
их
привычки
,
любимые
книги
,
интересы
и
т
.
д
В
отношении
учителей
60%
опрошенных
ответили
,
что
любимых
учителей
у
них
не
было
, 12%
заявили
,
что
любимые
учителя
у
них
были
,
но
их
ответы
носили
общий
характер
,
остальные
от
ответа
уклонились
.
Отмечая
попадание
индивида
в
психологическую
зависимость
от
группы
,
нужно
остановиться
на
таком
важном
обстоятельстве
.
Психологическое
изучение
лиц
,
виновных
в
совершении
краж
,
показывает
,
что
причиной
включения
их
в
антиобщественные
группы
во
многом
послужило
либо
отсутствие
отцов
,
либо
отсутствие
доверительных
,
близких
отношений
с
ними
.
Иными
словами
,
взрослый
мужчина
,
призванный
сыграть
роль
отца
,
не
выполнял
этой
роли
,
необходимой
для
всесторонней
социализации
личности
мальчика
или
подростка
.
Между
тем
,
как
уже
отмечалось
выше
,
роль
отца
в
воспитании
ребенка
трудно
переоценить
.
Образующийся
эмоциональный
вакуум
из
-
за
депривации
в
семье
заполняется
отношениями
не
просто
в
неформальной
группе
сверстников
,
а
в
группе
,
где
функционируют
лица
старших
возрастов
.
Поскольку
потребность
в
идентификации
с
группой
велика
,
ее
нормы
и
стандарты
активно
усваиваются
и
начинают
стимулировать
противоправное
поведение
.
Можно
сказать
,
что
в
такой
группе
человек
пытается
получить
то
,
что
“
недополучил
”
от
отца
.
Поэтому
,
как
показывают
клинические
исследования
многих
преступников
,
в
юности
они
тяготели
к
группам
,
в
которых
доминировали
лица
старших
возрастов
,
демонстрирующие
свою
физическую
силу
,
ловкость
,
уверенность
,
сообразительность
,
умение
преодолевать
трудности
и
т
.
д
.
С
ними
подростки
начинают
совершать
вначале
мелкие
,
а
затем
все
более
опасные
правонарушения
.
Не
исключено
,
что
в
такой
группе
они
видят
“
коллективного
”
отца
.
Для
иллюстрации
приведем
следующий
пример
.
М
., 25
лет
,
образование
10
классов
,
холост
.
Родился
в
семье
служащих
.
В
первый
раз
в
1979
г
.
совместно
с
другими
лицами
совершил
ряд
квартирных
краж
,
за
что
был
осужден
на
четыре
года
лишения
свободы
.
После
освобождения
вновь
совершил
несколько
краж
из
квартир
.
М
.
весьма
положительно
характеризует
своих
родителей
(
он
был
единственным
ребенком
),
отмечает
их
заботливое
отношение
к
себе
,
достаточно
доверительные
контакты
с
ними
,
особенно
с
матерью
.
Обучаясь
в
радиомонтажном
училище
,
М
.
познакомился
с
группой
молодых
людей
,
которые
“
весело
”
проводили
время
,
посещали
рестораны
,
дискотеки
,
хорошо
одевались
,
при
этом
располагая
свободными
деньгами
.
Как
он
выяснил
впоследствии
,
они
занимались
спекуляцией
и
совершали
квартирные
кражи
.
Общение
с
ними
было
для
М
.
лестным
.
Он
стремился
к
постоянному
членству
в
группе
,
поэтому
они
постепенно
втянули
его
в
занятия
спекуляцией
,
а
затем
и
в
совершение
краж
из
квартир
.
По
первому
впечатлению
причиной
преступного
поведения
М
.
является
антиобщественное
влияние
названной
группы
.
Однако
такое
объяснение
является
совершенно
недостаточным
и
неполным
,
не
раскрывает
субъективных
причин
уголовно
наказуемых
действий
М
.,
их
личностного
смысла
.
Как
показало
психологическое
изучение
,
положительная
оценка
М
.
его
отношений
с
родителями
не
соответствовала
действительности
.
Он
,
как
и
многие
люди
,
оказался
неспособным
вскрыть
те
реальные
связи
,
которые
существовали
между
ним
и
родителями
,
сосредоточивая
внимание
на
внешних
обстоятельствах
,
в
первую
очередь
на
том
,
что
родители
постоянно
контролировали
его
поведение
и
особенно
учебу
.
Высказывания
самого
М
.,
которым
он
не
придавал
значения
,
говорят
о
том
,
что
необходимых
психологических
контактов
у
него
с
родителями
не
было
,
т
.
е
.
его
отвергание
родителями
носило
скрытый
характер
.
Так
,
о
матери
он
сказал
,
что
хотя
она
его
физически
не
наказывала
,
но
была
категорична
,
резка
,
постоянно
пыталась
в
чем
-
либо
разоблачить
.
В
этом
нельзя
не
видеть
жесткий
,
психотравмирующий
контроль
со
стороны
матери
.
Не
удивительно
,
что
на
самом
деле
он
не
доверял
ей
: “
Я
обманывал
ее
,
чтобы
скрыть
плохое
.
Я
подхалтуривал
в
оркестрах
,
занимался
мелкой
спекуляцией
,
чтобы
выглядеть
лучше
,
хорошо
одеваться
”.
С
отцом
отношения
были
еще
менее
доверительны
.
Особенно
красноречиво
рисуют
отношения
М
.
с
родителями
его
рассказы
по
методике
ТАТ
.
Например
,
по
картинке
№
6
он
пояснил
: “
Сын
и
мать
,
мне
бы
так
хотелось
.
У
них
был
серьезный
разговор
.
Он
собирается
уходить
и
сказал
ей
об
этом
.
Она
поражена
,
что
останется
одна
.
Я
бы
назвал
эту
картину
“
Сын
уходит
”.
Он
уйдет
медленно
,
не
может
не
уйти
,
такие
у
него
обстоятельства
.
Очень
грустная
картина
,
впечатляющая
”.
Как
мы
видим
,
здесь
отчетливо
видна
проекция
на
его
отношения
с
матерью
.
Однако
дефицит
эмоциональных
отношений
с
матерью
не
восполняется
контактами
с
отцом
.
В
рассказе
по
картинке
№
7
М
.
пояснил
: “
Отец
с
сыном
.
Сын
похож
на
предыдущего
.
Они
в
очень
хороших
отношениях
.
Отец
снисходительно
смотрит
на
своего
отпрыска
.
Сын
ему
что
-
то
доверил
.
Отец
анализирует
рассказ
сына
,
а
сын
ждет
.
Эту
картину
можно
соединить
с
предыдущей
.
Отец
посоветует
сыну
поступать
так
,
как
тому
велит
трезвый
разум
”.
Таким
образом
,
М
.
не
находит
удовлетворения
и
в
отношениях
с
отцом
,
поддержки
у
него
.
Отец
не
дает
никаких
советов
сыну
,
не
помогает
ему
,
а
лишь
призывает
поступать
так
, “
как
велит
трезвый
разум
”,
следовательно
,
переносит
тяжесть
жизненных
решений
с
себя
на
сына
.
Характерно
,
что
рассказы
по
картинкам
№
6
и
7 -
в
сущности
единый
рассказ
об
одной
и
той
же
семье
,
т
.
е
.
проекция
на
собственную
родительскую
семью
.
В
ней
отношения
строятся
по
схеме
:
уход
от
матери
-
обращение
к
помощи
отца
-
его
отказ
.
Психологическое
отчуждение
М
.
в
детстве
от
родителей
во
многом
обусловливает
его
слабую
включенность
в
межличностные
отношения
,
тревожность
,
сверхобостренную
чувствительность
к
внешним
воздействиям
,
постоянные
ожидания
угрозы
.
Связанные
с
этим
переживания
порождают
множество
конфликтов
с
окружающими
.
Так
,
о
М
.
известно
,
что
его
несколько
раз
жестоко
избивали
другие
преступники
.
Тестирование
М
.
с
помощью
“
Методики
многостороннего
исследования
личности
” (
ММИЛ
)
показало
следующее
:
чрезвычайно
чувствителен
ко
всему
,
что
имеет
к
нему
отношение
,
особенно
в
сфере
межличностных
контактов
.
Обидчив
,
подозрителен
.
Считает
,
что
против
него
постоянно
что
-
то
замышляют
.
Обнаруживает
упорство
в
отстаивании
своего
мнения
,
его
трудно
переубедить
.
Агрессия
направлена
на
окружение
,
которое
он
считает
недоброжелательным
по
отношению
к
себе
.
Черты
импульсивности
проявляются
во
внезапных
,
необдуманных
поступках
.
Низкий
интеллектуальный
контроль
поведения
,
плохо
разбирается
в
социальных
нормах
и
требованиях
.
Испытывает
сильное
внутреннее
психологическое
напряжение
,
дискомфорт
,
тревожность
;
нарушена
адаптация
.
При
оценке
окружения
обнаруживает
“
свою
логику
”,
интерпретирует
все
в
рамках
имеющихся
у
него
аффективных
установок
,
которые
не
соответствуют
реальности
,
преувеличены
.
Считает
,
что
его
недостаточно
объективно
оценивают
окружающие
,
всячески
ущемляют
его
права
,
стремятся
унизить
.
Жесткий
контроль
над
М
.
в
детстве
при
отсутствии
эмоциональных
контактов
с
родителями
привел
к
потере
контакта
с
ними
.
М
.
дезадаптирован
и
в
сфере
межполовых
отношений
.
Хотя
любовь
к
женщине
считает
наивысшей
ценностью
,
устойчивых
связей
с
женщинами
у
него
никогда
не
было
.
Касаясь
этой
темы
,
М
.
в
беседе
пояснил
,
что
наконец
-
то
встретил
женщину
,
отвечающую
его
желаниям
во
всех
отношениях
.
Она
его
идеал
,
он
будет
с
ней
до
конца
жизни
.
Однако
выяснилось
,
что
он
ее
видел
только
на
фотокарточке
,
переписывается
с
ней
,
поскольку
она
тоже
отбывает
уголовное
наказание
.
На
наш
вопрос
,
не
разочаруется
ли
он
в
ней
при
встрече
,
М
.
после
некоторого
замешательства
ответил
,
что
это
вполне
возможно
.
Отношения
М
.
в
группе
соучастников
носят
в
целом
подчиненный
,
пассивный
характер
,
что
в
значительной
степени
определяется
его
общей
дезадаптацией
,
при
которой
ограничены
возможности
выбора
.
Группа
является
для
него
эталонной
,
поэтому
он
достаточно
легко
подпадает
под
ее
влияние
,
быстро
усваивает
ее
стандарты
и
ценности
,
совершает
в
ее
составе
преступления
.
Влияние
группы
является
устойчивым
,
поскольку
М
.
дорожит
членством
в
ней
.
Таким
образом
,
совершение
М
.
первых
краж
мотивируется
потребностью
преодоления
своего
социального
и
психологического
отчуждения
,
желанием
обрести
членство
в
группе
.
Затем
все
более
четко
начинают
проявляться
мотивы
корысти
,
и
кражи
становятся
главным
источником
получения
средств
к
существованию
.
Криминолого
-
психологические
исследования
показывают
,
что
отчуждение
в
детстве
от
родителей
относительно
редко
компенсируется
другими
факторами
или
благоприятными
жизненными
ситуациями
.
В
подтверждение
этого
приведем
следующий
пример
. :
Д
., 30
лет
,
образование
среднее
техническое
.
Родители
расстались
,
Г
когда
ему
было
около
трех
лет
.
Отца
не
помнит
.
Со
слов
матери
знает
,
что
он
спился
,
его
лишили
отцовства
,
отбывал
уголовное
наказание
.
Жив
он
сейчас
или
нет
,
не
знает
.
Никогда
не
пытался
его
найти
и
чувствует
,
что
повторил
его
судьбу
.
Мать
относилась
к
Д
.
хорошо
,
и
,
хотя
была
властной
,
с
характером
,
он
ее
не
боялся
. “
Мать
отбила
у
меня
в
детстве
самостоятельность
своей
строгостью
,
и
я
думал
,
что
к
своему
ребенку
не
буду
так
строг
”.
Семьей
руководил
отчим
,
но
с
ним
Д
.
не
мог
общаться
,
так
как
тот
был
строгим
и
замкнутым
,
иногда
физически
наказывал
пасынка
.
Отчим
считал
,
раз
у
него
нет
своих
детей
,
то
Д
.
и
его
сестра
должны
стать
такими
,
чтобы
его
никто
не
мог
ни
в
чем
упрекнуть
,
а
поэтому
“
требовал
от
нас
хорошую
учебу
.
Я
его
в
детстве
очень
не
любил
,
потом
мне
его
стало
жалко
,
так
как
все
его
попытки
были
безуспешными
.
Можно
всего
было
достичь
добротой
.
Он
и
сестру
замучил
”.
В
последние
годы
,
считает
Д
.,
он
чувствовал
,
что
мать
как
бы
упрекает
себя
.
Д
.
учился
в
техникуме
,
служил
в
армии
.
После
армии
заочно
поступил
в
институт
,
работал
,
оклад
составлял
110
рублей
.
Так
как
в
связи
с
женитьбой
денег
не
хватало
,
подрабатывал
в
магазине
,
на
фабрике
.
Жена
не
работала
в
связи
с
рождением
ребенка
.
Он
не
мог
удовлетворить
ее
запросы
в
вещах
,
она
была
недовольна
им
,
хотя
вначале
и
не
упрекала
.
Пошел
на
мыловаренный
завод
рабочим
,
стал
получать
больше
,
но
стал
чаще
выпивать
из
-
за
углубления
конфликтов
с
женой
,
которая
постоянно
была
недовольна
материальным
положением
.
В
1976
г
.
украл
в
такси
деньги
и
был
на
месте
задержан
.
Жена
узнала
,
что
он
совершил
кражу
,
однако
тогда
от
него
не
ушла
.
Но
все
-
таки
потом
из
-
за
постоянной
нехватки
денег
она
уехала
к
матери
в
Рязань
.
В
этот
период
он
уже
“
здорово
пил
”.
Еще
когда
жили
вместе
,
Д
.
подозревал
,
что
она
ему
изменяет
,
поэтому
пил
,
чтобы
отомстить
за
ее
“
гулянки
”.
Решил
ей
тоже
изменять
.
Жена
,
со
слов
Д
., “
с
характером
”,
как
и
его
мать
.
Трижды
ездил
в
Рязань
,
но
она
не
соглашалась
вернуться
.
Стал
пить
систематически
. “
Пить
-
выход
из
положения
,
чтобы
ни
о
чем
не
думать
.
Я
мучился
около
года
оттого
,
что
она
меня
бросила
.
Даже
попал
в
психиатрическую
больницу
с
диагнозом
“
депрессия
”.
Стал
часто
менять
место
работы
,
совершал
мелкие
кражи
,
в
основном
из
магазинов
.
Однажды
в
столовой
украл
портфель
-
дипломат
,
и
меня
задержали
на
месте
”.
Был
осужден
на
четыре
года
лишения
свободы
.
После
освобождения
вернулся
в
Москву
.
Не
мог
устроиться
на
работу
в
течение
двух
месяцев
.
Пил
не
очень
много
,
не
воровал
,
продавал
свои
книги
.
Потом
совершил
кражу
портфеля
и
был
задержан
.
Осужден
на
четыре
года
лишения
свободы
.
У
Д
.
диагноз
:
алкоголизм
второй
стадии
.
Д
. -
отчужденная
,
дезадаптивная
личность
.
Основы
ее
дезадаптации
заложены
в
детстве
путем
эмоционального
отчуждения
от
родителей
.
Они
были
ориентированы
на
внешний
успех
,
которого
пытались
достичь
с
помощью
запретов
и
строгости
в
ущерб
внутренним
контактам
между
членами
семьи
.
Этим
объясняется
,
что
Д
.
в
первую
очередь
с
помощью
строгих
мер
пытались
заставить
хорошо
учиться
.
Семье
нужно
было
в
основном
внешнее
подчинение
,
а
не
подлинная
близость
.
Необходимо
подчеркнуть
,
что
у
Д
.
не
было
близких
эмоциональных
контактов
с
матерью
на
ранних
этапах
жизни
,
что
положило
начало
дезадаптации
.
По
его
рассказам
видно
,
что
он
чувствует
ее
вину
перед
собой
.
Он
говорит
об
этом
прямо
: “
Мать
отбила
у
меня
самостоятельность
в
детстве
своей
строгостью
,
и
я
думал
,
что
к
своему
ребенку
не
буду
так
строг
” -
и
косвенно
: “
В
последнее
время
я
чувствовал
,
что
мать
как
бы
упрекает
себя
”.
Однако
Д
.
ощущает
сильную
психологическую
зависимость
от
матери
и
ее
решающую
роль
в
его
жизни
,
что
достаточно
четко
проявилось
при
его
обследовании
с
помощью
ТАТ
.
В
целом
у
него
сохранились
тягостные
воспоминания
о
детстве
,
неудовлетворенность
им
.
Отчим
усугубил
его
отчуждение
.
Д
.
боялся
его
,
в
том
числе
физических
расправ
,
и
даже
убегал
из
дома
.
Такие
отношения
с
отчимом
помешали
формированию
“
мужских
”
черт
в
характере
Д
.,
во
многом
предопределив
его
слабоволие
,
инертность
,
подчиняемость
обстоятельствам
,
желание
“
плыть
по
течению
”,
столь
характерные
для
преступников
асоциального
типа
.
Мать
не
стала
для
него
основным
адаптирующим
фактором
.
Логично
,
что
эту
роль
могла
бы
сыграть
другая
женщина
,
поскольку
его
социализация
,
хотя
и
неудовлетворительная
,
главным
образом
шла
все
-
таки
через
мать
.
Однако
жена
,
на
которую
он
бессознательно
возложил
эту
функцию
,
достаточно
быстро
отказалась
от
него
.
Следует
заметить
,
что
до
этого
он
совершил
кражу
денег
в
такси
,
чтобы
обеспечить
материальные
потребности
жены
,
что
еще
раз
подтверждает
его
психологическую
зависимость
от
нее
.
Жена
ушла
от
Д
.,
не
поддаваясь
уговорам
.
Он
бессознательно
ощущал
свою
зависимость
от
жены
и
предвидел
“
бедствия
”,
которые
его
ждут
в
случае
окончательного
разрыва
с
ней
.
Поэтому
он
трижды
едет
к
ней
в
Рязань
,
но
ничего
добиться
не
может
.
Дезадаптация
(
и
деградация
)
Д
.
обострилась
тогда
,
когда
он
оказался
несостоятельным
в
обеспечении
запросов
жены
.
Именно
в
этот
период
и
по
этой
причине
он
начал
выпивать
и
совершил
новую
кражу
.
Окончательный
,
после
длительных
конфликтов
,
уход
жены
углубил
его
отчужденность
:
он
стал
постоянно
пить
,
часто
менял
место
работы
,
подолгу
не
работал
,
продавал
из
дома
вещи
,
совершал
кражи
.
Употребление
алкоголя
снимало
состояние
тревоги
,
но
в
то
же
время
активно
способствовало
его
десоциализации
.
Уход
жены
был
для
Д
.
настолько
травмирующим
,
что
он
заболел
депрессией
.
Отметим
и
такую
важную
деталь
,
характеризующую
его
общую
дезадаптацию
и
свидетельствующую
о
стремлении
к
пассивному
уходу
из
психотравмирующей
ситуации
:
у
него