обнажившееся дно, глубоко рассеченное взрывом. В траншее кучами лежали водоросли и трепещущая рыба. Проходили секунды, десятки секунд, а вода, разогнанная взрывом, все не возвращалась на свое место. Наконец она с шумом замкнулась, закрыв собою дно.
Люди на сопке пришли в движение, кричали и хлопали в ладоши, хотя и не знали пока результатов взрыва.
Еще летали в воздухе куски земли и льда, когда Ковшов подхватил под руку Кузьму Кузьмича и побежал с горы. Сметая снег, вниз устремилась и возбужденная толпа строителей.
На берегу—как после бури: скалистые уступы залиты водой, обломки льда, комья илистой земли, водоросли и мертвая рыба. Серую однообразную ширь пролива пересекала громадная рваная рана проруби.
Ковшов и Тополев подбежали к майне, в которой только что скрылся шарообразный скафандр водолаза.
— Траншея есть! Ровнехонькая! Видел собственными глазами! — крикнул им Некрасов.
Батманов и Беридзе, сдерживая нетерпение, не торопясь шли к проливу, все их обгоняли. Батманов говорил, что слишком долго он задержался на участке и пора возвращаться в Новинск. Беридзе слушал рассеянно — ему не терпелось узнать, какие результаты дал взрыв.
—Ночью мне передали, что Писарев справлялся, здесь ли я и сколько времени задержусь, — продолжал Батманов. — Означает ли это, что я должен спешить в управление или, наоборот, надо задержаться? Не думает ли он приехать сюда?
—Хорошо, если приедет. На месте покажем и расскажем о всех наших нуждах, — сказал Беридзе.
В разговоре Батманов и Беридзе не сразу заметили Тополева, бежавшего к ним навстречу. Кузьма Кузьмич спотыкался, один раз упал... Они рванулись к нему.
—Бедный старик, что-то стряслось. Неужели не получилось с траншеей? — забеспокоился Батманов.
Тополев почти свалился на руки Беридзе. Он не мог говорить, хрип и свист вырывались из его груди.
—Не надо так, Кузьма Кузьмич, дорогой, — мягко сказал Батманов, поддерживая Тополева под руку. — Не надо вам бегать, даже если что и случилось. Всегда найдется человек помоложе.
—Надо... Именно самому!.. — с трудом и напористо
выговорил Тополев. — Некрасов видел... |
Траншея |
390
есть! Выкопана, как лопаткой... Ровная! Вот... обрадовался... рапортую... Не подвел я вас!..
— Спасибо вам, Кузьма Кузьмич! — с чувством поблагодарил Батманов.■ — Теперь задача пролива, можно сказать, решена.
Гулко сморкаясь в платок, старик гудел:
— Хотел продолжать взрывы, чтобы все сразу. Но на каждый надо не меньше трех-четырех дней. Вечер уже подступает, хорошо, хоть сегодня успели.
Батманов с удивлением огляделся:
— Так быстро прошел день!
Начальник строительства, окруженный инженерами и рабочими, осторожно ходил вдоль широкой, в несколько метров, проруби. От нее бежали в разные стороны змеистые трещины. Пар клубами выкатывался из проруби и стлался по льду.
—Выгода от взрыва еще и в том, что для погружения трубопровода не надо долбить лед: майна готова,— рассуждал главный инженер.
К нему подошел Умара Магомет и тронул его за плечо:
—Товарищ Беридзе, хватит смотреть, пойдем, я трубы начну варить.
Накануне Беридзе обещал Умаре начать одновременно со взрывами и сварку. Но электросварочное оборудование не успели подготовить, да и хлопоты с первым взрывом поглотили все внимание инженеров — про Умару Магомета забыли.
— Трансформаторы сварочные надо еще проверить,— сказал Беридзе. — Вот подготовим все как следует, тогда и начнем.
— Хорошо, электросварка потом начнем. А газосварка? Почему нельзя? — не отступал Умара.-—Карбид есть, кислород есть, все готово у меня.
— Поздно уже, дорогой. Вечер наступает. Потерпи до завтра.
— Завтра? — испугался Умара. — Я давно ждал! Несколько месяц огонь в руке не держал! Весь замерз, душа замерз! Ночи не спал — думал, как начну варить...
Беридзе переглянулся с Батмановым, Тополевым и Ковшовым — они улыбались захолодевшими губами.
— Надо позволить, Георгий Давыдович, — не выдержал Тополев. — Раз уж решили сегодня начинать сварку, откладывать не стоит.
391
— Хорошо, уговорили. Действуй, Умара.
— Спасибо, начальник! Большое спасибо! Подарок сделаю за это! — крикнул сварщик и побежал к берегу.
На огромной сварочной площадке были уложены на деревянных подкладках три длиннейшие нити труб, в стык одна к другой. Возле одной из нитей стоял газосварочный агрегат Умары Магомета. Бригада его — высокий веселый здоровяк Вяткин, подручный Умары, да еще трое рабочих-—ждала своего старшого.
Умара с ходупрокричал команду. Подсобные рабо- чие-центровщики принялись вагами ровнять первые две трубы. Старшой внимательно осмотрел уже зачищенные до блеска края труб и взял из рук напарника сварочную горелку — от нее к агрегату тянулись два шланга. Сварщик опустил сопло горелки к лежавшей на земле металлической банке, где тлели смоченные маслом «концы». Вспыхнул зыбкий язычок синеватого пламени. Умара включил кислород, сильная струя огня с оглушительным звуком, похожим на выстрел, вырвалась из наконечника и затрепетала в руках Умары. Он закричал от восторга и, перебрасывая горелку из руки в руку, поиграл ревущим огнем.
Лицо Умары вмиг сделалось серьезным: шутки в сторону, начинается работа. Он отрегулировал пламя, легким движением левой руки опустил на лицо маску, взял у напарника железный прут и приступил к сварке.
Под струей пламени на металле появилось красное пятно, оно вскоре побелело. Сварщик подставил под огонь прут, и расплавленный металл заполнил в одной точке пробел между трубами. После этого Умара сделал еще две такие «точки» по окружности шва — этим он связал трубы. Затем сварщик медленно повел горелку снизу вверх по боковой стороне стыка. Пройдя четверть окружности, Умара перешагнул через трубы и продолжал сварку с другого бока.
Теперь оставались несваренными верх и низ стыка. Умара только поглядел на подручных, и они тотчас начали поворачивать трубы: сваренные места оказались наверху и внизу, несваренные — по бокам.
— Бот, Василий Максимович, мы и дождались: Умара Магомет ведет поворотную сварку на проливе,— сказал Беридзе.
— Первый стык, — взволнованно отозвался началь-
ник строительства. — Начало...
Вокруг Умары стояла толпа, освещенная в сумерках резким синим светом. Люди пристально смотрели на
392
маленького коренастого сварщика. Им, до костей промерзшим за день, теплее становилось возле этого человека, словно горевшего таким же огнем, какой шумел у него в руках.
Наконец Умара отпрянул от трубы и небрежно откинул кверху маску. Весело глянул на Батманова, на Беридзе и пошел вдоль линии труб.
— Василь Максимович! — крикнул он, спохватившись. — Последний стык тоже я буду варить. Слово давай!
— Идет. Даю слово!
Рабочие подгоняли следующую трубу. Сварщик все посматривал на Батманова и Беридзе, посмеивался. Когда труба была подготовлена, он закрыл лицо щитком и принялся варить второй стык.
Алексей с фонариком в руке тщательно осматривал сваренные Умарой трубы. Переводя заблестевшие глаза на сварщика, он жестом подозвал к себе Батманова, Беридзе и остальных. Водя пальцем по окружности трубы, Алексей громко прочитал:
— «Да здравствует Москва! Слава партии! Мы победим! Январь 1942 года».
Этими словами, навек вписанными огнем на металле первого стыка, сварщик Умара Магомет положил начало дальневосточному нефтепроводу.
ПЕТР КОМАРОВ
АМУРСТАЛЬ
Ты выйдешь на сопку И медленным взглядов
Окинешь знакомую даль, И цехи завода Поднимутся рядом — Вот это и есть Амурсталь!
Ты многое вспомнишь, И сердце забьется, В груди застучит горячей. Кому еще столько Не спать доведется
Суровых амурских ночей?
393
И подвиг товарищей В памяти будет,
Его позабудешь едва ль. Советские люди, Бесстрашные люди — Вот это и есть Амурсталь!
Бессонные ночи. Недели тревоги.
Над сопками — первый дымок. Сегодня сошлись На военной дороге
И Запад и Дальний Восток.
Ты многое вспомнишь: Декабрьские бури, И снежный, морозный февраль, И линию фронта На самом Амуре —
Вот это и есть Амурсталь!
Февраль 1942 г.
А. М. ВАСИЛЕВСКИЙ. Маршал Советского Союза
ФИНАЛ
В августе 1945 года Советские Вооруженные Силы на Дальнем Востоке осуществили одну из блестящих кампаний завершающего этапа второй мировой войны. Воины дальневосточных фронтов совместно с пограничниками, а также с частями Монгольской Народной Республики и Народно-освободительной армии Китая, в тесном взаимодействии с Тихоокеанским флотом и Краснознаменной Амурской флотилией, выполняя стратегический план советского Верховного Главнокомандования, нанесли сокрушительный удар по отборной ударной силе японского империализма — Квантунской армии, в которой вместе с марионеточной армией Мань- чжоу-Го, войсками Внутренней Монголии и Суйсеньской армейской группой насчитывалось до 1 200 000 человек. Разгром Квантунской армии лишил милитаристскую Японию реальных сил и возможностей продолжать войну.
_______
Печатается в сокращении. |
394 |