9 мая этого года Владивосток вновь собрался для того, чтобы отметить День Победы и вспомнить людей, павших в боях за Родину.
Я сказал: Владивосток собрался! И это не метафора. Вот как это выглядело.
Сзади, за спиной, бухта и корабли — военные и гражданские, торговые и рыболовные, стоящие на якорях и у причалов. Впереди перед глазами площадь. А дальше, за ней, поднимающийся амфитеатром город, лучами расходящиеся вверх улицы Владивостока, полные народу.
На площади, перед небольшой трибуной, построены квадратами сводные роты моряков, пограничников и сводный отряд офицеров — ветеранов Великой Отечественной войны.
Сводные роты являют привычное глазу строгое единообразие форм: черные ленточки бескозырок, зеленые фуражки пограничников.
Сводный отряд ветеранов выглядит непривычно. Среди морских фуражек — шляпы и кепки; среди морских кителей — штатские пиджаки. В сводном отряде стоят рядом и те, кто служит по сей день, и те, кто отслужил свое и ушел на «гражданку», на пенсию...
В этом непривычном на первый взгляд строю есть и что-то глубоко значительное и справедливое. В нем стоят рядом и те, что продолжают командовать и сейчас, и те, что уже перестали командовать, но в свое время входили во главе своих частей в Берлин и Кенигсберг, в Варшаву и Прагу, в Мукден и Порт-Артур. Одним словом, бывалые.
Глядишь на этот сомкнутый военно-штатский строй и невольно думаешь о том, сколько их повсюду, во всех уголках страны, этих людей в штатском, в пиджаках и ватниках, в комбинезонах и полушубках, в мосторговских пальто и в летних рубашках навыпуск, бывших комвзводов и комбатов, подводников и артиллеристов, саперов и летчиков, отдавших свою молодость войне и вернувшихся к гражданским делам навсегда, безотказно, на черный час оставаясь в запасе у Родины.
На митинге перед микрофоном берут короткое слово партийные работники, комсомольцы, рабочие. Затем речь командующего флотом и рапорт о том, что сводные части построены.
Солдаты и матросы, стоящие в строю сводных рот, называют имена тех, кого сейчас нет рядом с ними в