Материал: Kolotov(ed)-Evraz-duga

Евразийская дуга нестабильности и проблемы региональной безопасности

блоков и стран мира и других статистических данных. Транспортная геополитика России должна быть направлена в ХХI в. на всемерное развитие матричной транспортной сети, где меридиональную составляющую обеспечит речной и морской флот и автомобильный транспорт, а широтную — железная дорога. Роль транспортных узлов этой сети возьмут на себя уже существующие речные и морские порты и железнодорожные терминалы (рис. 7).

Рис. 7. Международные транспортные коридоры (МТК) России-Евразии (2010)

Развитый речной и морской флот России дает доступ к любому транспортному узлу европейской и азиатской частей страны, а Северный морской путь и Волго-Балт связывают ее речные пути с мировыми океаническими линиями. Уже сейчас существуют перспективные проекты мультимодального коридора Сибирь — Берингов пролив — Аляска. Сложившуюся геополитическую карту мира можно характеризовать следующим соотношением:

110

Глобальные аспекты безопасности в Евразии

А + В + С = Д,

где:

Д — валовой национальный продукт (ВНП); А — часть ВНП, потребляемая внутри региона;

В — часть ВНП, ориентированная на мировой товарообмен (бартер); С — часть ВНП, предназначенная на приобретение продукции

других регионов.

Тогда А/Д + В/Д + С/Д = 1.

Или: α + β + γ = 1, где

α, β, γ, — весовые коэффициенты ВНП.

Нетрудно прийти к следующим выводам:

1.При α= 1 (β = 0, γ = 0) регион в своем развитии полностью замкнут на себя, экономически и политически независим от мировых хозяйственных связей.

2.При β = 1 (α = 0, γ = 0) регион во всех экономических и политических действиях частично зависим от других полюсов.

3.При γ = 1 (α = 0, β = 0) регион полностью зависим от других геополитических образований.

Впервом случае регион не заинтересован в развитии международных мультимодальных коридоров и сетей, его инвестиции

исвободный капитал направляются на совершенствование собственной политранспортной системы. Такая политранспортная политика была характерна для СССР, начиная с 20-х гг. Во втором случае важную роль играют политические, экономические договоры и торговые соглашения между государствами, создающие предпосылки для совместного проектирования, развития и совершенствования политранспортной системы. В конечном итоге, такая система является одним из ключевых условий формирования Евразийского союза как одного из полюсов полицентричного мира. В заключение данного раздела считаем вполне уместным привести слова Л. Г. Ивашова, которые в полной мере созвучны идеям нашей статьи: «Шанс выжить имеют сегодня не государ-

111

Евразийская дуга нестабильности и проблемы региональной безопасности

ства,ацивилизации.<…>Пытаясьостаться“всеголишь”государством, а не цивилизацией, мы будем уничтожены. <…> Прежде всего — быть цивилизацией. Русской цивилизацией или евроазиатской цивилизацией — этот вопрос для нас сегодня сложный и болезненный, и его нужно решить в первую очередь. Без восстановления геополитической субъектности проблему нашей безопасности не решить»16. Глобальная геополитика, обогащенная математическим аппаратом и системной методологией, будет способна, надо полагать, выработать оптимальный путь развития цивилизаций в полицентричном мире.

Конвергенция национальных интересов в межгосударственных союзах

Статус России как великой державы. Многим хорошо из-

вестны слова адмирала флота Советского Союза С. Г. Горшкова о морской мощи государства как совокупности средств освоения Мирового океана и средств защиты государственных интересов при рациональном их сочетании. Морская мощь предстает как система, для которой «характерно не только наличие связей между ее компонентами (военный, транспортный, промысловый, научно-исследовательский флоты и т.д.), но и неразрывное единство со средой — океаном, во взаимоотношениях с которым система выражает свою целостность»17. Прежде чем обратиться к анализу морской (и не только) мощи России и Евразийского союза, следует, во-первых, определить состояние геополитических интересов стран мира в Арктике и, вовторых, выяснить, каковы критерии признания статуса России как великой державы.

Начало XXI в. совпало с обострением геополитических противоречий ряда стран мира (в первую очередь приарктических государств) в Арктике. Поэтому вряд ли следует согласиться с мнением И. И. Мазура: «Если раньше в арктической геопо-

16Ивашов Л. Г. Быть цивилизацией! О геополитических угрозах для России в XXI веке // Завтра. 2013. № 4 (Интервью с А. Нагорным).

17Горшков С. Г. Морская мощь государства. — М.: Воениздат, 1976. — С. 3–4.

112

Глобальные аспекты безопасности в Евразии

литике доминировали вопросы национальной безопасности, военные и оборонные аспекты, то ныне на первый план выдвинулись экономические и гуманитарные проблемы. Подобная тенденция выражается в сотрудничестве по охране окружающей среды, делам коренных народов, а также в научных исследованиях и др.»18. Впрочем, этот же автор далее утверждает нечто обратное: «… главный вопрос для приарктических государств, а также для всех потенциальных участников освоения природных ресурсов Арктики — это обеспечение национальных интересов»19. Схватка за Арктику, за ее природные ресурсы и возможности транспортной логистики обостряется. Так, арктическая политика Евросоюза, который считает себя непосредственным ее участником благодаря арктическому статусу Дании, Финляндии, Швеции и Норвегии, направлена на решение проблем, связанных с предотвращением глобальной экологической катастрофы — губительного для Европы изменения климата. Страны Евросоюза располагают уникальным потенциалом в области морской торговли. Их гавани являются начальными и конечными точками многих важнейших торговых маршрутов. Различные компании этих стран осуществляют более трети общего объема морских контейнерных перевозок в мире. Улучшение условий судоходства в Арктике может быть с успехом использовано для повышения эффективности торгового флота ЕС. В конце 2008 г. Еврокомиссия сформулировала, а годом позже Совет министров иностранных дел Евросоюза одобрил три основные цели ЕС в Арктике:

—сохранение природной среды и автохтонного населения;

—обеспечение добычи ресурсов, не наносящей ущерб окружающей среде;

—участие в многостороннем управлении делами региона. Масштабные мероприятия по усилению военного присут-

ствия России в Арктике, направлены на укрепление ее позиций в регионе, на природные ресурсы которого начинают претендовать не только государства, примыкающие к арктической зоне,

18Мазур И. И. Арктика — точка бифуркации в развитии глобального мира // Век глобализации. 2010. Вып. № 2 (6). — С. 94.

19Там же. С. 102–103.

113

Евразийская дуга нестабильности и проблемы региональной безопасности

но весьма далекие от нее. Так, по мнению ряда китайских аналитиков, разработка стратегически важных сырьевых ресурсов

иразвитие новых морских путей в Арктике имеют для Китая геополитическое и — особенно в перспективе — военно-стра- тегическое значение. Ход рассуждений здесь довольно простой: во-первых, «Арктика — основной регион, где формируется погода Северного полушария, в том числе на территории Китая», а во-вторых, между стихийными бедствиями в КНР и «устойчивым повышением глобальной температуры может быть связь,

итаяние арктических льдов играет критическую роль в этом процессе». Поэтому «Большая стратегия Китая» предполагает превращение его к 2020 г. в крупнейшую экономическую державу мира, увеличение в 4 раза ВВП по сравнению с 2000 г. и — как следствие — превращение его из «региональной державы с глобальным влиянием в глобальную державу»20. Значимость транспортно-логистических интересов Китая в Арктике возрастает по мере наращивания экспортного потенциала китайской экономики (в 2010 г. Китай стал главной экспортной державой мира). Использование российского Севморпути позволит сократить расстояние между Китаем и Западной Европой вдвое по сравнению с нынешними южными маршрутами.

Значительный интерес к Арктике начинает проявлять и Индия, политическое руководство которой сформулировало ряд приоритетных задач:

—расширение экономического, научного и политико-стра- тегического сотрудничества со странами Арктического региона на двусторонней основе;

— широкомасштабное изучение политической обстановки в Арктике и выработка специальной индийской «арктической стратегии»;

—снижение конфронтации в регионе;

—объявление Арктики регионом, свободным от ядерного оружия21.

20Карлусов В. Арктический вектор глобализации Китая // [URL]: http:// russiancouncil.ru/inner/?id_4=244#top (дата обращения: 12.03.2012).

21Sakhujar V. The Arctic Council: Is There a Case for India. New Delhi. Indian Council of WorldAffairs, 2011. — P. 4.

114