Материал: Kolotov(ed)-Evraz-duga

Восточная и Южная Азия

что храмовый комплекс был якобы посвящен Сарасвати, но зато соответствует пропаганде воинствующего индуизма, сделавшего Ханумана одним из своих главных символов. В результате на выборах в законодательное собрание Мадхья Прадеш победила БДП, и Ума Бхарати стала главным министром штата, что очень обрадовало сторонников возвращения Бходжшалы индусской общине. Возле комплекса был возведен временный навес, куда был принесен священный огонь из храма Деви из г. Майхар, который должен был символизировать присутствие там Сарасвати. В очередной раз подобные провокации никого не возмутили. Все ожидали скорейшего прибытия статуи божества из Лондона (которая, надо сказать, так и не была возвращена). Однако в 2011 г. на последних выборах в законодательное собрание Мадхья Прадеш победила партия ИНК, провозглашающая секуляризм неотъемлемой частью своей политики. Политики ИНК немного остудили пыл националистов, и с 2011 г. в Дхаре радикальные группы стали проводить менее агрессивную политику, однако хрупкий мир, установившийся наконец в Бходжшале, может нарушить любая провокация.

Безусловно толчком к конфликту в Дхаре, как и переразделу других религиозных святынь стали события в Айодхье. Теоретически,разрушениеодноймечетимоглобыинеиметьтакихсерьезных последствий. Особенно если учитывать то, что мечеть Бабура не имела большой архитектурной ценности, и, из-за постоянных индусско-мусульманских противоречий, уже почти сорок лет до момента разрушения не использовалась как место поклонения. Однако надо учитывать, что за многие годы Бабри Масджид стала символом защиты прав мусульман и поддержки их интересов со стороны правительства, а также основой индийской традиции толерантности и мирных отношений между различными религиями. Самые выдающиеся могольские правители придавали большое значение политике религиозного умиротворения для поддержания спокойствия в стране. Также и все лидеры независимой Индии понимали, что демократический строй невозможен без религиозной толерантности.

Тем не менее, в разгоревшемся религиозном конфликте виноваты не только индусские коммуналисты. Если обратиться к истории конфликта, то в конце XIX — начале XX вв. многие мусульмане встали на путь религиозной нетерпимости к индусам

395

Евразийская дуга нестабильности и проблемы региональной безопасности

исикхам и придерживались линии фундаментализма. Мусульманские лидеры тогда поддержали теорию «двух наций», подразумевающую,чторелигияможетбытьосновойдляопределениянации,

ичто индусы и мусульмане должны жить в разных государствах. После разделения Британской Индии на два доминиона по конфессиональному признаку и приобретения Индией независимости мусульмане составляют меньшинство во всех субъектах Индийской республики, однако даже сейчас некоторые политические лидеры не отказались от враждебной риторики и периодически слышны призывы о создании в Индии мусульманских территорий. Хотя, конечно, в современных условиях это можно рассматривать

икак защитную реакцию мусульман на дискриминацию, попытку защитить свое культурное «я».

Нужно отметить, что жертвами религиозных конфликтов становятся прежде всего простые люди, средние слои населения страны. Зачастую эти конфликты провоцируют индусские политики, стремясь отвлечь внимание людей от внутриполитических кризисов: безработицы, проблем в сфере образования и здравоохранения. К тому же, как пишет Омар Халиди, уделивший большое внимание причинам и предпосылкам индусско-мусульманских погромов, «внимательное изучение крупнейших столкновений показывает, что они тщательно спланированы соперниками в бизнесе, политиками или криминальными группировками, в зависимости от того, кто должен получить выгоду от этих столкновений»3. Нередко под видом антимусульманской политики идет расправа

сконкурентами в бизнесе. Во время погромов уничтожаются магазины, офисы и ремесленные производства, принадлежащие прежде всего мусульманам. Нельзя забывать, что после раздела Британской Индии на территории Индийской республики остались те мусульмане, которым было что терять.

Для усиления индусско-мусульманской розни сегодня используются различные методы, и борьба за контроль над спорными святынями — лишь один из них. Самым эффективным средством религиозной и политической пропаганды оказались СМИ, сыгравшую очень важную роль в разжигании конфликта в Айодхье. Те-

3Khalidi O. ASI: Hindutva’s Handmaiden // The Milli Gazette. — 16.11.2010 — 30.11.2010. P. 26.

396

Восточная и Южная Азия

левидение в первую очередь сформировало необходимый для РСС

иБДП взгляд простого индусского населения на национальные идеалы, связав их с величием индуизма и стремлением очистить его от влияния других религий. Пресса 80–90-х гг. также постоянно навязывала стереотипы, описывая мусульман как группу воинствующих фанатиков.

Сейчасименномусульманеявляютсяоднойизсамыхуязвимых групп населения. Политика индусских радикалов вынуждает мусульман ощущать себя в Индии не лучшее, чем евреи в фашистской Германии. Конечно же, не такого положения они для себя хотели, оставаясь в Индии после 1947 г. Сегодня мусульмане уже не имеют таких больших требований, как во время национальноосвободительной борьбы. Они хотят, чтобы их жизнь и интересы защищало правительство, хотят жить в соответствии со своей религией и не бояться заявлять о своей конфессиональной принадлежности. Сейчас для них главная задача — найти верную тактику борьбы за свои права в условиях потери политической власти, поскольку, будучи лишенными ее, мусульмане остаются беспомощными наблюдателями постоянных притеснений, погромов, проблем, связанных с образованием, сложностей в развитии бизнеса, уничтожения исламской культуры. Даже секуляристский взгляд на государственность, рассматривающий религию как «личное дело» каждого человека, расходится с исламским восприятием. Для мусульман религия — божественный закон, набор ценностей

инорм поведения, регулирующих всю жизнь человека. Зачастую мусульмане Индии считают, что стремления индийских секуляристовииндусскихнационалистовтождественны,посколькупервые требуют, чтобы ислам был реформирован и модернизирован в соответствии с новыми условиями. Мусульманское меньшинство, опасаясь потери своей идентичности, считает эти требования недопустимыми.Они стремятсясохранитьсвоюкультуру,настаивая на конституционных и легальных решениях вопроса сосуществования в многоконфессиональном и полиэтничном государстве.

Надопризнать,чтосейчасумусульмануженеттогостереотипа мусульманской нации, который был сформирован к моменту раздела страны. Сегодня нельзя говорить о консолидированной мусульманской общине в Индии: существует скорее особая община мусульманского меньшинства, от имени которой выступают ис-

397

Евразийская дуга нестабильности и проблемы региональной безопасности

ламские политические лидеры. Эта группа населения Индии очень неоднородна и распадается на множество мусульманских братств и религиозных группировок, чьи позиции могут очень сильно отличаться. У мусульман Индии даже нет единого политического органа, объединяющего их партии. Тем не менее, у них есть общее понимание проблем религиозно-культурного характера, а значит, можно говорить о религиозной идентичности.

Несмотря на то, что официальная идеология страны является светской, на сегодняшний день сильное влияние религии на политику остается одной из важнейших черт индийской государственности. В массовом сознании эта связь релиии и политики еще глубже, и «во многих аспектах общественного бытия главную роль играют средневековые социальные и политические духовные стереотипы»4. Это нередко используется лидерами и идеологами партий в различных целях. И поскольку «в индийском общественномсознанииглубокоукоренилосьпредставлениеотом,чтоименно индуизм генетически определял целостность индийской культуры и ее преемственность5, наиболее влиятельные организации

всвоих лозунгах делают ставку на индусские идеалы и традицию. Более того, «парадокс политической жизни Индии заключается

втом, что при господстве в стране светских норм жизни регулировать политическое поведение масс, полностью отказавшись от религии и ориентируясь исключительно на секуляризацию, очень трудно»6.

Взаимосвязь религии и политики имеет давнюю историю в Индии. Еще со времени реформации в индуизме и исламе «религия воспринимается как неотъемлемая часть политической культуры, политической идеологии и политического поведения, а религиозные интересы выступают как интересы политические»7. Существуют два пути развития этого взаимодействия. Один в них —

«гандистский», направленный на поиск нравственного идеа-

4Полонская Л. Р. Религия в политической культуре Индии // Индия: религия в политике и общественном сознании / отв. ред. Б. И. Клюев, А. Д. Литман. —

М.: Наука, 1991. — С. 6.

398

Восточная и Южная Азия

ла в политике, стремящийся к религиозной терпимости и опирающийся на религию как на источник гуманистических идей. Другой — коммуналистский, противопоставляющий различные религиозные общины, расслаивающий общество, стремящийся найти ценностные различия конфессий, а не их сходство в общечеловеческих морально-этических нормах. Коммуналисты опираются в своей политике на понятие «хиндутвы» — единение

иобособление всего индуистского общества в стране. Однако уже в 1980-х гг. многие авторы в своих публикациях начали говорить о том, что религиозность и коммунализм не тождественны. Как пишет Рашидудин-хан, профессор центра политических исследований при Университете Джавахарлала Неру, «неправильно утверждать, что коммуналисты — религиозные люди в подлинном смысле слова <...> Коммунализм — превращение религии из моральной категории в организацию для удовлетворения сиюминутных интересов, из веры — в избирательную тактику, из стратегии жизни — в политическую тактику, из конечной цели — в средство»8. В своей деятельности коммуналисты не руководствуются учением о морали, которое проповедуют их религии — они используют свои конфессиональные различия для защиты интересов нескольких группировок элиты индийского общества, формируя поддержку народных масс благодаря успешному использованию религии в качестве средства мобилизации. Это приводит к тому, что в стране вспыхивают различные религиозные и политические движения, деятельность которых осложняет социальную ситуацию в стране и обостряет конфликты с сопредельными исламскими государствами.

Сегодня индусские националисты заявляют, что хиндутва — это неотъемлемая часть индуизма. Однако после событий в Айодхье идеологи концепции хиндутвы разделили ее на «мягкую»

и«жесткую». К сторонникам первой относятся политики БДП. Они стремятся к вовлечению мусульман и христиан в индусскую культуру. Хиндутва, по их мнению, не должна приравниваться

крелигиозному индусскому фундаментализму. Позицию жесткой хиндутвы представляют члены ВХП, сторонники радикальных взглядов Саваркара, главного идеолога коммунализма.

8Цит. по: Полонская Л. Р. Указ. соч. — С. 27.

399