Материал: Kriminologia_A_I_Dolgova

Глава 8. Криминологическое изучение общества 

291 

рой лежало стяжательство. Он существовал на фоне получения 

частью населения доходов в результате деятельности вне сферы 

общественного производства, превращения личного подсобного 

хозяйства в товарное, необеспеченности новых потребностей на­

селения в развитии инфраструктуры стихийно складывающегося 

широкого рынка товаров и услуг, решения проблем несбаланси­

рованного планирования, просчетов в социальном управлении, 

за счет взяток и поборов с использованием преступных и иных 

теневых доходов, усиления различий в материальной обеспечен­

ности разных социальных групп населения, расширения ориен­

тации населения на частнопредпринимательскую деятельность, 

усиления частнособственнических настроений. 

Были регионы и переходного типа. Но можно полагать, что в 

южных регионах благоприятные природные условия, позволяю­

щие получать большие доходы от личных подсобных хозяйств, 

сдачи внаем помещений, обслуживания отдыхающих, при про­

счетах налоговой политики, равнодушном отношении органов 

управления к данным явлениям приводили к отмечавшимся вы­

ше процессам. В южных регионах у определенных контингентов 

населения оседала часть «северных» денег (вырученных от прода­

жи сельскохозяйственной продукции, сдачи внаем помещений 

и т. п.) со всеми вытекавшими из этого социально-экономиче­

скими и социально-психологическими последствиями. 

Существенно то, что указанные выше процессы касались не 

южных регионов в целом, а отдельных контингентов проживаю­

щего там населения. В результате именно там была более ощути­

ма напряженность во взаимоотношениях между группами, живу­

щими исключительно на доходы, полученные на основе закона, 

и деятелями теневой экономики. Именно в южных регионах на­

чали получать распространение акции бандитизма, вымогатель­

ства, совершавшиеся в отношении владельцев крупных теневых, 

в том числе криминальных, капиталов. То есть уже тогда проис­

ходило криминальное перераспределение криминальных дохо­

дов

1

. 

Интересно, что Монтескье в своей книге «О духе законов» 

писал, что по мере приближения к экватору увеличивается пре­

ступность, а по мере приближения к полюсам — пьянство. Пре­

обладание имущественных преступлений в структуре преступно­

сти в южных районах Франции по сравнению с северными в 

1825—1830 гг. отмечал Герри Шампнеф. В то же время, упоминая 

о «термическом законе преступности», Майо Смит писал, наобо-

1

 См. подробнее: Территориальные различия преступности и их при­

чины. М., 1988. 

292 Раздел III. Детерминация и причинность преступности 

рот, что имущественные преступления больше распространены в 

зонах холодного климата, а ближе к экватору больше совершает­

ся насильственных преступлений

1

. Здесь, очевидно, имелись в 

виду только наиболее очевидные общеуголовные преступления и 

не учитывались высоколатентные экономические. Судя по на­

шим данным, для южных регионов более характерны, чем для се­

верных, именно экономические корыстные преступления или 

связанные с ними опасные общеуголовные корыстные преступ­

ления, совершаемые с применением физического или психиче­

ского насилия. Характерная для южных регионов криминологи­

ческая картина отмечается также в столичных городах, где сосре­

доточены органы государственной власти, банковские и другие 

учреждения, проживают многие владельцы крупных состояний. 

Чем более централизовано управление государством, тем больше 

криминальная ситуация в регионах определяется центром и тем ме­

нее разнообразны ее региональные характеристики.

 Так, в годы ре­

форм в России расширялась область принятия регионами само­

стоятельных решений. Различия в коэффициентах преступности 

также усиливались. Если в 1985 г. по числу зарегистрированных 

преступлений на 100 тыс. жителей регионы различались более 

чем в четыре раза, то в 1995 г. — более чем в семь раз, в 1999 г. — 

более чем в восемь раз. 

Существует и более дробная классификация регионов: город и 

сельская местность, разные районы городов: центральные, слу­

жащие местом совершения многих преступлений, «спальные», 

где проживают лица, совершающие преступления, а также про­

межуточные. 

Среда среднего уровня

 —

 это, как уже отмечалось, и социально-

групповая среда. Представители разных социальных групп характе­

ризуются различной криминальной активностью. Беспрецедентно 

высока она среди лиц без определенных занятий и источников дохо­

дов, без определенного места жительства. 

Социально-классовые, социально-групповые различия, осно­

ванные на социально-экономических критериях, всегда были 

важны для криминологов. 

При криминологической классификации регионов немало за­

рубежных авторов выделяли регионы повышенной делинквент-

ности, которые оказывались районами бедности и нищеты. Там 

были распространены общеуголовные преступления или «обыч­

ные», по классификации таких исследователей. 

Однако это не означало меньшей криминогенное™ особо 

обеспеченных слоев, получивших доступ к власти. Для них, по 

См.:

 Mayo-Smith R.

 Statistics and Sociology. Cambridge, 1907. 

Глава 8. Криминологическое изучение общества 

293 

замечанию все большего числа авторов, характерно совершение 

должностных преступлений, экологических, такого масштаба 

экономических преступных махинаций, разоблачение и наказа­

ние которых не обеспечивается обществом, в котором получают 

власть эти лица. 

«Беловоротничковой» преступностью Э. Сатерленд назвал пре­

ступления лиц, занимающих высокое общественное положение, и 

совершаемые ими в процессе своей профессиональной деятельно­

сти

1

. Э. Шур писал: «Бизнес как бизнес, без сомнения, скрывает в 

себе широчайший спектр укоренившихся «беловоротничковых» 

преступлений»

2

. 

Шур выделяет «респектабельную преступность» в связи с по­

казом фактического неравенства перед уголовным законом лиц, 

характеризующихся разным социальным положением: подозре­

ваемые или обвиняемые представители среднего класса оказыва­

ются под защитой существующей системы по той причине, что 

они-де вовсе не являются «преступными элементами». Для тако­

го рода «респектабельных преступников» характерны служебные 

и другие «беловоротничковые» преступления, а также так назы­

ваемые пограничные уголовные преступления, связанные с «ле­

гализацией порока» (наркоманией и т. п.). Данная проблема ак­

туальна для многих стран, включая Россию. Действительно, не­

редко, когда говорят об усилении борьбы с преступностью, 

имеют в виду именно

 преступность общеуголовную,

 продуцируе­

мую в основном выходцами из малообеспеченных, малообразо­

ванных и деморализованных семей. Между тем «респектабельная 

преступность» по своей общественной опасности может конку­

рировать с преступностью общеуголовной. Даже наиболее тяж­

кие насильственные преступления нередко провоцируются или 

даже «заказываются» «респектабельными гражданами». 

В отечественной криминологии исследовались преимуществен­

но социально-демографические аспекты преступности (М. М. Ба­

баев, Э. В. Кузнецова, М. М. Королева и другие авторы). Наибо­

лее глубокое криминологическое исследование социально-груп­

пового фактора было предпринято В. П. Мурашовым. Этот автор 

выделил так называемые криминогенные группы, которые, по 

его мнению, относятся к «условным социатьным группам» по­

добно, например, группе мигрантов и других лиц, между которы­

ми нет непосредственных взаимосвязей. Такие группы выде­

ляются по определенной направленности их деятельности, уже 

' См.:

 Сатерленд Э. X.

 Являются ли преступления людей в белых во­

ротничках преступлениями? // Социология преступности. М., 1966. 

2

 Шур Э. М.

 Наше преступное общество. С. 224. 

294 Раздел

 III.

 Детерминация и причинность преступности 

допущенным нарушениям закона и грубым нарушениям мораль­

ных норм

1

. Криминогенные группы не совпадают с группами, 

выделяемыми на основании социально-экономических, социаль­

но-демографических и других критериев. Связь таких кримино­

генных групп и указанных выше если и обнаруживается, то но­

сит, как правило, не причинный, а функциональный или иной 

характер. Например, в основе крайней нищеты и преступного 

поведения некоторых групп населения лежит крайняя деморали­

зация личности, связанная с пьянством. Нежелание работать, 

конфликты между собутыльниками находятся между собой не в 

причинной, а в иной зависимости. Но аморальный образ жизни 

и преступное поведение связаны причинно через определенные 

взаимодействия, в которых значимы состояние социального кон­

троля в обществе, программы помощи алкоголикам, наркоманам 

и т. п. 

Поэтому криминологами выделяются такие специфические 

характеристики населения, как степень его «криминальной зара­

женности» (распространенность в нем лиц, совершающих или 

ранее совершавших преступления) и «социальная запущенность» 

(распространенность лиц, допускающих иные отрицательные от­

клонения в поведении непреступного характера: наркотизм в 

разных его проявлениях, проституция, бродяжничество, нищен­

ство и другие формы социального паразитизма). 

Криминальная и аморальная среда могут представлять собой 

специфическую социально-групповую среду, в которой существуют 

свои нормы, стандарты поведения, идеалы и т. п.

 Лиц, принадле­

жащих к этой среде, нельзя отнести к какой-то из традиционно 

выделяемых экономистами и социологами социально-экономи­

ческих, иных социальных групп. К. Маркс в «Капитале», анали­

зируя пауперизм (паупер — человек, лишенный всяких средств к 

существованию), писал следующее: «Если оставить в стороне 

бродяг, преступников и живущих проституцией, короче говоря, 

весь люмпен-пролетариат в собственном смысле этого слова, то 

этот слой общества состоит из трех категорий...» Выделенные 

группы — продукт такого функционирования общества, при ко­

тором оно продуцирует негативные социальные отклонения и в 

процессе движения к продуцированию преступности или пре­

ступности в более опасных проявлениях порождает специфиче­

ские социальные группы. Их иногда называют маргинальными. 

1

 См.:

 Мурашов В. П.

 Влияние некоторых криминологически значи­

мых характеристик населения на территориальные различия преступно­

сти // Территориальные различия преступности и их причины. М., 1988. 

С. 73-83. 

Глава 8. Криминологическое изучение общества 

295 

Криминологически значима и этническая среда, не совпадающая 

с региональной.

 Например, это может быть русская, армянская, 

татарская, чеченская, еврейская или другая диаспора. Отказ от 

реализации идеи культурно-национальной автономии и призна­

ние территориально-национальной автономии находились в рус­

ле решения вопроса, что считать первичным в конкуренции тер­

ритории и этноса, народа, нации. 

Часть преступности как раз бывает связана с нерешенностью 

проблем учета характеристик населения, состоящего из предста­

вителей разных национальностей, но находящегося в условиях 

одного региона с его социально-экономическими и политиче­

скими условиями. С другой стороны, нередко за такими явле­

ниями, как призывы к учету «национальной специфики» и 

стремление к самоопределению, скрываются чисто корыстные и 

властные устремления определенной части той или иной народ­

ности, попытки уйти из-под социального контроля федеральной 

государственной власти и власти закона. 

Взаимодействия социально-групповой среды и региональной 

среды бывают весьма сложными. Например, не совпадают соци­

альная среда Чеченской Республики как субъекта Федерации с ее 

многонациональным населением и социальная среда чеченцев, 

многие из которых живут вне пределов Чечни. На примерах Кир­

гизии, Тувы можно было видеть грубые просчеты в оценках про­

цессов взаимодействия этих двух типов социальной среды. Они 

приводили к росту числа очень серьезных преступлений, обост­

ряли криминальную ситуацию в регионе. 

Значительно большее внимание этническому фактору тради­

ционно уделяли зарубежные криминологи. В частности, они ис­

следовали влияние на преступность расы, национальности. 

И практически почти всегда приходили к выводу, что такое влия­

ние опосредуется другими, социально-экономическими фактора­

ми. Например, бедностью, миграцией. 

Японский криминолог Кан Уэда среди факторов сдерживания 

роста преступности в Японии выделяет так называемый естествен­

ный фактор: преимущественно однородную этническую структуру 

населения, островное положение государства и единство языка, 

недопущение в политических и экономических целях в течение 

длительного времени систематического притока представителей 

других народов. Он пишет: «В США и странах Западной Европы 

иммигранты, приезжающие на заработки, составляют дискрими­

нируемые низшие слои общества. В каждой из указанных стран 

высокий уровень преступности среди этих слоев влияет на повы­

шение коэффициента преступности в целом. Кроме того, само по 

себе наличие на одной территории представителей различных на-