в конце 70-х годов это давало возможность получить больше доходов с единицы экспортируемой нефти. Продажная цена иранской (легкой) нефти с 13,45 долл. за баррель в январе 1979 г. возросла до 31 долл. в феврале 1980 г. [51].
Новая иранская политика в области сбыта нефти вызвала противодействие крупнейших нефтяных монополий и правительств Запада, прежде всего американской администрации. Принимая во внимание, что поступления от экспорта нефти оставались жизненно важной и наиболее значительной статьей государственных доходов страны, монополистические круги США приложили немало усилий для того, чтобы создать серьезные трудности для сбыта иранской нефти. Подобную цель преследовал президент Картер, который, использовав как повод вопрос об американских заложниках, 7 апреля 1980 г. объявил о решении порвать дипломатические отношения с Исламской Республикой Иран. Одновременно он ввел против Ирана широкие экономические и политические санкции. Еще раньше Картер наложил запрет на импорт иранской нефти и принял решение о замораживании иранских активов (оценивавшихся в 12 млрд. долл.), хранившихся в американских банках. В апреле 1980 г. он дал указание провести их «ревизию». Политическая линия президента США была направлена на то, чтобы создать видимость правовой базы для конфискации принадлежавшей Ирану собственности в том случае, если иранское правительство откажется рассматривать иски американских монополий. Картеру удалось убедить своих союзников в основных вопросах следовать враждебному курсу в отношении Ирана. Европейское экономическое сообщество последовало примеру США, введя в мае 1980 г. торгово-экономические санкции против Ирана. Но не все члены сообщества наложили запрет на импорт иранской нефти. Цель американского руководства была ясна: посредством жестких санкций, в том числе блокированием иранских валютных запасов в Америке, активно содействовать ухудшению экономического положения в Иране и тем самым, ослабить позиции неугодного Вашингтону правительства, заставить ИРИ смягчить свой курс в отношении Запада, пойти на компромисс.
Однако расчеты вашингтонской администрации не оправдались. Американские санкции в политическом плане оказались на руку иранским лидерам, которым удалось под флагом борьбы про-
тив «сатаны номер один» сплотить вокруг себя большинство населения. Неудачей закончилась и предпринятая американцами в ночь с 24 на 25 апреля 1980 г. военно-диверсионная операция против Ирана с целью освобождения заложников. На основе договоренности, достигнутой между Ираном и США, американские дипло- маты-заложники покинули Тегеран лишь в январе 1981 г. Тем не менее США под разными предлогами уклонялись от окончательного решения вопроса, связанного со взаимными финансовыми претензиями. Он был в известной мере урегулирован лишь в 1983 г.
Одним из важнейших факторов экономического характера, позволившим новому иранскому режиму частично нейтрализовать отрицательные в экономическом и финансовом плане последствия американской блокады, были доходы от нефти. (Правда, американская блокада не была снята и после освобождения заложников.) Во-первых, благодаря нефтяным поступлениям Иран сумел обеспечить, разумеется не полностью, необходимый для удовлетворения внутреннего спроса импорт продовольствия, сырья, полуфабрикатов, промышленного оборудования и запасных частей. Во-вторых, являясь главной статьей государственных доходов, нефтяные поступления позволили иранскому руководству повысить заработную плату рабочим, служащим и некоторым другим социальным категориям. В-третьих, нефтяные доходы позволили властям приступить к осуществлению программы благоустройства сельских районов (строительство школ, бань, домов, сооружение оросительных систем и т. д.), расширению старых и возведению новых промышленных предприятий и строительству производственной инфраструктуры.
Ирако-иранская война (1980-1988 гг.) с самого начала оказала негативное воздействие на переживавшую спад иранскую экономику, в частности - на нефтегазовую промышленность. В первые же недели вышли из строя крупнейший нефтеперерабатывающий завод страны в Абадане, нефтехимические и другие крупные индустриальные объекты в Хузестане, порты, нефтепроводы, насосные станции, нефтехранилища. В результате резко упали добыча нефти и производство нефтепродуктов, тогда как чрезвычайно возросшие военные расходы требовали увеличения экспорта нефти. Во второй половине 1982 г., после того как иракские войска были в основном оттеснены за пределы иранской территории, Ирану удалось восстановить довоенный уровень добычи
нефти. За один год ее добыча увеличилась на 45% (с 65 млн. т в 1981 г. до 100 млн. т в 1982 г.). Экспорт нефти в 1982 г. равнялся примерно 75 млн. т. В конце 1983 г. ежесуточная добыча нефти в стране составляла 2,3-2,6 млн. баррелей, из них 1,8-2,0 млн. экспортировалось.
Вследствие выхода из строя Абаданского НПЗ нефтеперерабатывающие мощности Ирана (1 млн. баррелей в сутки) сократились на 60%. Однако применяемые властями меры для расширения действоваших предприятий дали возможность увеличить их общую мощность до 600 тыс. баррелей в сутки. Производство нефтепродуктов на нефтеперерабатывающих заводах Тегерана, Исфахана (вступил в строй в сентябре 1980 г.), Тебриза и Шираза оценивалось в 17-19 млн. т. В 1983 г. началась эксплуатация крупного газового месторождения в Серахсе (Северо-Восточный Иран). Хангиранский газоочистительный завод, построенный для переработки серахского газа при участии итальянских специалистов, стал крупнейшим иранским предприятием подобного рода: его мощность составляет 21 млн. куб. м газа в сутки. Основным потребителем этого газа стала электростанция в Нека (Мазендаран).
Нефтегазовая промышленность благодаря переходу занятых в ней рабочих на сторону антимонархических сил стала одним из важнейших факторов, вызвавших крах шахского режима. Лишь после этого события впервые стала возможной ликвидация ее связей с иностранными монополиями, в той или иной степени ущемляющими полный суверенитет Ирана над своими естественными богатствами.
В прошлом, в период борьбы против шахской диктатуры, аятолла Хомейни и его соратники резко осуждали Мохаммед-Резу за его нефтяную политику. Они заявляли, что резкое увеличение добычи нефти и ее экспорта служит интересам ведущих капиталистических стран. Но, когда после революции и начала становления ИРИ экономика и финансы пришли в упадок, новые иранские руководители полностью осознали исключительное значение для страны нефтяного сектора.
Для повышения эффективности работы в этой области активная деятельность был развернута министерством нефти. В годы войны с Ираком (1980-1988) вопросы размещения НПЗ, тепловых электростанций, нефтяных и продуктопроводов, строительство новых портов для экспорта нефти в зоне залива и т. д. занимали
большое место в деятельности этого министерства. После окончания войны усилия правительства, связанные с добычей, переработкой и экспортом углеводородов, были направлены на восстановление и модернизацию этой отрасли хозяйства и приобрели еще более значимый характер. Дня нефтяного сектора был разработан и осуществлен ряд проектов. Подробное их рассмотрение было проведено видным экспертом в области иранской экономики и нефти Дж. Амузегаром [52].
Сохранение чрезвычайного значения нефтегазовой отрасли для дальнейшего экономического и социально-политического развития ИРИ подчеркивалось и многими другими авторитетными экспертами. Так опытные прогнозисты Энтони X. Кордесмен и Ахмед С. Хашеми в обширном исследовании по Ирану (1997 г.) писали: «Успех или неудачи Ирана в поддержании и расширении производства нефта и газа будут главным фактором в формировании его экономического будущего и политической стабильности. Иран остается с экономикой, в которой доминирует нефтяной сектор». [53]
ГЛАВА VIII
ВОЙНА С ИРАКОМ. УПРОЧЕНИЕ ИСЛАМСКОГО РЕЖИМА
И НОВЫЕ ПРОБЛЕМЫ
Все усилия США, направленные на то, чтобы предотвратить полное отстранение командного состава шахской армии из вооруженных сил нового государства, потерпели крах. Позже, когда либеральные деятели (М. Базарган и др.) попытались вовлечь некоторых генералов или офицеров высокого ранга шахских времен во вновь создаваемые военные структуры, то эти действия вызвали резкое недовольство младших офицеров. Так, один генерал, назначенный командующим ВВС временным правительством, был вынужден уйти в отставку через три дня. Другой бывший генерал шахской армии, утвержденный на этот же пост премьером М. Базарганом, продержался всего десять дней. Попытка премьера воспользоваться условиями ирано-американского соглашения 1959 г. о военном сотрудничестве для приобретения вооружения, вызвала резко отрицательную реакцию среди религиознополитических руководителей ИРИ [1].
Лидеры хомейнистов в мае 1979 г. создали Корпус стражей исламской революции (КСИР). Они требовали, чтобы чистка шахской армии касалась подавляющего большинства офицерского состава. В этом вопросе между М. Базарганом и первым командующим Корпуса Абу Шарифом (Аббасом Замани) возник острый конфликт. Премьер безуспешно добивался, чтобы отстранение от армии, т. е. чистка, проводилась только среди генералов [2].
Уже в течение первых нескольких недель после образования ИРИ новые власти казнили и репрессировали сотни генералов и старших офицеров шахской армии. По словам министра обороны