Хотя, как упоминалось выше, аятолла Хомейни резко обличал антинародную сущность паниранистической политики Мохаммед Резы Пехлеви.
Отказ признать национальную идентичность и права крупных этнических общностей в известных случаях может дестабилизировать внутриполитическую обстановку в стране. Недаром опытный американский политик и теоретик международных отношений Збигнев Бжезинский, указывая на «уязвимость» ИРИ с точки зрения вероятности «межэтнических конфликтов», делает вывод: «За исключением курдов и азербайджанцев, в настоящее время другие народности не представляют опасности для национальной целостности Ирана, в частности учитывая высокую степень национального и имперского самосознания персов. Однако такая ситуация могла бы быстро измениться, особенно в случае нового кризиса в политической жизни Ирана». [2]
За последние годы в некоторых областях иранские власти сделали определенные шаги в сторону признания национальных или этнических прав неперсидских народностей. Однако в целом национально-демократические устремления азербайджанских тюрок и курдов Ирана игнорируются.
Стремление ряда шиитских авторитетов охарактеризовать националистическое течение на мусульманском Востоке интригами западных держав носит абсурдный характер. Эта концепция лишена научной основы. Тем более что в соседних с ИРИ странах признание курдов самобытной этно-национальной общностью является общепризнанным фактом.
Что касается «национализма», то известно, что в эру классического ислама в халифате зародилось культурно-политическое течение «шу'убийе». Его идеологами явились мусульмане-адже- ми, т. е. «неарабы», выступающие за равноправие всех мусульман. При этом большую часть шу'убитов составляли исламизированные персы (иранцы).
Наиболее важной проблемой, препятствующей ИРИ продолжать свое стабильное политическое и экономическое развитие, по всей видимости, может стать несочетаемость теократических и светских (республиканских) институтов ее политической системы. Поскольку теократические институты, по статусу доминирующие над республиканскими, укомплектованы религиозными авторитетами, то все попытки президента, направленные на проведение
реформ, на повышение роли и значения светских учреждений, соответствующих требованиям современной цивилизации, встречают ожесточенное сопротивление и в конечном счете рушатся.
Важнейшим политическим инструментом для консерваторов при этом служит судебная власть. За годы существования ИРИ она полностью исламизирована. Научные разработки свидетельствуют, что в эпоху Сефевидов, когда имамитский шиизм был провозглашен государственной верой Ирана, продолжали функционировать светские суды.
Поправки, внесенные в 1989 г. в текст конституции ИРИ, устанавливают, что высшим органом судебной власти в стране являются ее Председатель, назначаемый на пять лет Руководителем страны (статья 157). Председатель судебной власти назначает Председателя Верховного суда, формирует его состав, утверждает Генерального прокурора республики и предлагает президенту кандидатуру на пост министра юстиции.
Разрешение нынешнего кризиса - противостояние между консервативной частью нынешней политической элиты и продемократически настроенными силами - мирными средствами, прежде всего взаимными уступками, представляется пока маловероятным. Но если лидеры соперничающих сторон придут к согласию относительно радикальной конституционной реформы, касающейся расширения властных полномочий президента и демократизации судебной власти, путь к взаимопониманию будет открыт.
Источники и примечания по главам
Введение
1.Об этом обстоятельно говорится в книге Мохаммеда Резы Пехлеви «К великой цивилизации». См.: главу VI данной работы.
2.Поскольку одной из наиболее отчетливых проявлений революции 1978-1979 гг. явился антиамериканизм, то рассмотрение вопросов о вероятных перспективах выживания Исламской Республики Иран и ее политики в отношении к западным державам уделялось большое внимание не только со стороны администрации США, но и академических кругов. В этом плане известный интерес вызывают записи научной конференции, организованной по инициативе проф. Никки Р. Кедди в Международном центре в США. См.: «The Iranian Revolution and the Islamic Republic». Proceedings of a Conference (May 21-22, 1982). Editor Nikki R. Keddie. Erik Hoogland. Printed in the US by the Middle East Institute. 1982.
3.Помимо «Societas Iranologica Europaea», который систематически проводит международные (европейские) конференции по иранским исследованиям, подобные научные форумы осуществляются в рамках отдельных стран. Так, в 2002 г. в Великобритании состоялась специальная встреча иранистов. Она была посвящена проблемам
изучения истории и культуры Ирана в вузах Великобритании и подготовке иранистов.
4. Иранская революция 1978-1979 гг. Причины и уроки. М., 1989. В предисловии этой коллективной работы ответственный редактор (А. 3. Арабаджян) утверждает, что «каждая конкретная революция не является фатально неизбежной» (с. 5). К этому вопросу автор вновь возвращается в заключении: «Равным образом, - пишет он, - революция не была и фатально неизбежной, хотя и оказалась закономерным результатом тех условий, в которых протекал процесс развития капитализма в этой стране...» (с. 450-451). Сомнительными представляются также тезисы автора о шахских реформах. Он пишет: «С точки зрения обеспечения условий, необходимых для ...
долгого существования дома Пехлеви,... революция 1978-1979 гг., несомненно, означала полный провал «белой революции» (т. е. реформ. - С.А.). Однако рассмотренный с широкой исторической точки зрения революционный взрыв 1978-1979 гг. отнюдь не означал провала «белой революции» (с. 450). Шахские реформы, включая самую значительную из них, носили половинчатый характер. А как известно из истории, подобные реформы оказывались не в
состоянии предотвратить революцию. Часто они скорее содействовали формированию революционной ситуации. Что касается ускорения капиталистических отношений в Иране, то оно, главным образом, было вызвано многократным увеличением поступлений от нефти. Характерно, что затронутые здесь вопросы в основной части книги не рассмотрены.
К числу крупных недостатков, допущенных в книге «Иранская революция <...> Причины и Уроки», относится также и тезис о пассивном отношении крестьянства к антишахской революции. Вопервых, как свидетельствуют авторы предварительных аналитических записок (дипломаты и сотрудники спецслужб), самыми активными участниками уже первых городских восстаний в Куме, Тебризе и т. д. явились низшие слои больших гродов. Главным образом это быи молодые люди, прибывшие в город из деревень в поисках работы. Во-вторых, крестьянское движение в полном смысле этого понятия развернулось в Иране (Туркменсахре, Курдистане и т. д.) на последнем этапе и продолжалось после побега шаха и прихода к власти хомейнистов.
5.Halliday F. Iran: Dictatorship and Development. Penguin Books. 1979, p. 8.
6.Алиев C.M. Современное исламское возрождение и его особенности (на примере Афганистана, Ирана и Турции). В кн. Ислам и политика. М., 2001, с. 7.
Общие сведения об Иране
1.Iran. Statistical center digest 1378 (1999). Tehran, 2001; Ср. Iran Almanac. Fifth Edition. Tehran, 1966, p. 120. Здесь указана протяженность границ Ирана с Ираком - 1155 км, с Турцией - 410 км, с Пакистаном - 905 км., с Афганистаном - 855 км; см. также: Iran: Dilemmas of Dyal Containment (Anthony H. Cordesman and Ahmed S. Hashim). 1997, Westview Press. Boulder, Colorado and Oxford (UK), pp. 126-127. Здесь протяженность границ ИРИ с Ираком - 1448 км, с Турцией -
499 км, с Арменией - 35 км, с Азербайджаном - 432+179 км?, с Туркменистаном - 992 км, с Афганистаном - 936 км, с Пакистаном
-909 км. 740 км - по береговой линии Каспийского моря?
2.История Древнего мира. Древний Восток. А. Н. Бадак, И. Е. Войнич, Н. М. Волчек и др. Минск, Харвест. 1999, с. 668; Roberts J.M. Shorter History of the World. Oxford. Helicon. 1996, pp. 97, 99.
3.А. И. Колесников. Денежное хозяйство в Иране в VII веке. Восточная литература. РАН. М., 1998, с. 61.
4.Данное положение отчасти является исправленным и дополненным вариантом утверждения Л. Н. Гумилева. См.: Гумилев Л.Н. Этногенез и биосфера земли. Изд. 2-е. Ленинград, 1989, с. 152.
35 Зак. 65
5.Особый интерес вызывает история арабов-шиитов, мигрировавших в район нынешнего иранского города Кум. См.: Drechlser Andreas - Die Geschichte der Stadt Qom im Mittelalter (650-1350)... Berlin, 1999.
6.Frye Richard N. The Golden Age of Persia. The Arabs in the East. (In: Chapter 11. Turkish Ascendancy, pp. 213-230). N.Y. 1975.
7.См.: Aliev, Saleh Muhammedoglu. Azerbaycan Turklerinin Menseine dair uc ana Gorusun Elestirisi (XII. Turk tarih kongresi. 11 cilt, Ankara, 1991, pp. 293-308.
8.Согласно видному турецкому ученому, профессору Ф. Сумеру, распространение шиизма при шахе Исмаиле I (1501-1524) осуществлялось насильственными средствами. Это утверждение нам представляется неверным, поскольку образование государства Сефевидов произошло в результате массового религиозно-политического движения, развернувшегося под флагом имамитского шиизма. Sumer Faruk. Safevi Devletinin kurulusu ve gelismesinde Anadolu Turklerinin Rolu. Ankara, 1976, p. 69.
9.Iran Today, p. 24.
10.Izady Mehrdad. The Kurds: a Concise Handbook. «Taylor and Francis». Washington, 1992, p. 119.
11.The Economist. L., December, 2000, №51, p. 60.
12.Mc Dowall David. A Modern History of the Kurds. «1.В. Tauris». London. New York. 1996, pp. 445-449.
13.Izady Mehrdad. Op. cit, pp. 78-79.
14.Iran at Clance. Printing and Publishing Organization Ministry of Culture and Islamic Guidance. Tehran, 1998, p. 16.
15.Данные, касающиеся современного состояния экономики, взяты из официальных иранских изданий и из книги Дж. Амузегара: Amuzegar Jahangir. Iran Economy under Islamic Republic. «I.В. Tauris». London, New York, 1993.
Глава I
1.Каджары мигрировали в Иран и Азербайджан из Сирии и Анатолии
вXV в. Faruk Summer. Oguzlar (Turkmenler). Istanbul, 1992, p. 131132, 355.
2.Алиев C.M. Междоусобные войны и борьба за верховную власть в Иране после распада империи Надир шаха. Иран. Москва, 1980,
с.27-66. Многие плодородные «коронные земли» («халисе»), захваченные или приобретенные основателем каджарского государства находились к северу от Тегерана, в Мазердаране. Город был торговым центром и расположен недалеко от дороги, соединявшей север страны с Центральным Ираном.
3.Faruk Consolidated Treaty Series, ed. C.Pany, N.-Y. 1969, IV, pp. 455-447.