вероятные повороты в политике новых иранских лидеров, а также обозначить возможные пути сотрудничества с этими лидерами. Одновременно встал вопрос о необходимости исследования просматривающихся контуров нового исламского возрождения [2].
Но каковы бы ни были мотивы и причины возрастания интереса к изучению ислама, они вызвали ощутимый прорыв в области исламоведческих и исламо-шиитских исследований. Это произошло прежде всего в таких странах, где в этой области был накоплен серьезный научный потенциал. Ирановедческая литература обогатилась изданием ценных первоисточников и по истории имамитского шиизма. Заметно расширился объем знаний о шиитском исламе, об общественно-политической деятельности представителей имамитского шиизма в Иране и Ираке за последние два столетия [3].
Смена политической системы в стране открыла в целом новые горизонты для развития исторической литературы в Иране. В результате снятия существовавших при шахском режиме запретов и ограничений стало возможным обнародование документальных материалов, касающихся восхождения к верховной власти Реза хана. Новые иранские власти, движимые желанием изобличить антинародную, диктаторскую и «антиисламскую» сущность шахского режима и деятельность придворных правящих слоев, всячески содействовали публикациям секретных материалов, извлеченных из государственных и ведомственных архивов (тайной полиции, жандармерии). Широкой общественности стали доступны документы и свидетельства, дающие возможность получить представление о моральном и политическом облике крупнейших деятелей эпохи правления Мохаммеда-Резы Пехлеви (1941-1979 гг.).
Уже одно это обстоятельство могло стать побудительной причиной для написания новой истории Ирана XX столетия. Большое количество архивных и документальных материалов разнообразных по тематике, еще в недавнем прошлом недоступных, ныне стало открыто для использования. При этом некоторые из этих фондов содержат материалы, имеющие исключительную ценность и для изучения ряда вопросов, которые относятся к внешнеполитической истории страны. К ним, в частности, относятся секретные документы из посольства США в Тегеране. Большинство из них были опубликованы относительно недавно. Эти документы оказались в руках иранских студентов, «сторонников
политической линии Хомейни», когда в 1979 г. они захватили здание американского посольства.
За последние годы в ИРИ появился ряд центров по изучению современной истории. Сотрудники этих центров систематизировали и опубликовали солидные тематические документальные сборники, касающиеся истории страны XX в. Большую и полезную работу в данной области осуществляет Институт по исследованию современной истории Ирана. Институт выпускает журнал «Тарих-е моасер-е Иран» («Современная история Ирана»). Журнал регулярно печатает документальные материалы (включая фотографии, мемуары, беседы с бывшими политическими и государственными деятелями).
Начал работать целый ряд общественных и частных фондов, занятых публикациями представляющих историческую ценность рукописей, хроник, писем и т. д.
Значительную ценность представляет мемуарная литература, принадлежащая перу иранских государственных и политических деятелей. Впервые ггакие издания осуществляются не только на английском, но и на персидском языке как в Западной Европе, так и в США.
Послереволюционные годы в целом оказались временем бурного расцвета иранской (персидской) историографии. Еще никогда за столь короткий период не было издано такого количества книг и статей по истории страны. Характерно, что большая часть опубликованных книг касается истории XIX-XX вв. Среди них наибольший интерес вызывают работы по социально-политичес- ким проблемам и издания, представляющие собой документальные расследования отдельных малоизученных явлений и событий иранской истории ушедшего века.
Следует принять во внимание, что в течение последних семивосьми лет не только книги по истории, но и публикации, относящиеся к другим областям знаний, выдержали пять-десять изданий. Этот иранский феномен связан, конечно, со значительным увеличением численности читателей и ростом их интереса к прошлому своей страны и современным проблемам. Впервые в Иране книга стала товаром, приносящим издательствам значительную прибыль.
Своей содержательностью и богатством ранее не привлеченных документальных материалов отличаются исследования Хома
г |
11 |
Натег, Хосрова Мо'тазеда и доктора Багера Агели. Для понимания некоторых недостаточно изученных обстоятельств первых пятидесяти лет иранской истории XX столетия особую ценность представляют книги Б. Агели, посвященные жизни и деятельности трех, в некотором смысле, загадочных, но, несомненно, выдающихся фигур иранской политической сцены: А. Теймурташа, Носрет од-Доуле Фируз Мирзы и Ахмед хана Кавам ос-Салтане. Заметный вклад в изучение истории иранского общества внесли известные исследователи Рахим Ранения, Эттехадийе Мансуре, Каве Баят и другие. Вышли интересные монографии по темам, которые при шахском режиме были запрещены, например по этно-национальному вопросу в Иране, по истории иранской коммунистической партии, о полукочевых племенах Фарса, Хорасана, о курдах, бахтиарах и т. д.
Заметную научно-литературную активность проявляют иранские мигранты в США и западноевропейских странах. В число опубликованных ими мемуаров, исследований по истории и экономике входят такие работы, без учета которых невозможно нарисовать полноценную картину истории общественно-полити- ческого и экономического развития Ирана.
Прежде всего речь идет о двух монографиях Мохаммед-Али Катузиана. Одна из них посвящена политической деятельности доктора М. Мосаддыка. Большой интерес вызывает вторая монография «Политическая экономика современного Ирана. Деспотизм и псевдомодернизм (1926-1979)». Обе они первоначально были опубликованы на английском языке, а потом - на персидском. Немало ценных научных исследований по истории финансов и экономики, по вопросам иранской нефти опубликовал Джахангир Амузегар - бывший министр шахского правительства и высокопоставленный сотрудник МВФ. Его монографии «Движущие силы (или динамика) иранской революции» (1991 г.) и, особенно, - «Иранская экономика под властью исламской республики» (1997 г.) являются фундаментальными исследованиями по современным проблемам Ирана.
Крах прозападной монархии, избрание клерикалами республиканской системы правления, сочетающейся с шиитско-ислам- скими идеями о власти, и другие парадоксы и зигзаги Ирана привели к значительному развитию иранистики на Западе, и особенно в США. В ряде стран Западной Европы и Северной Аме-
рики открылись университетские кафедры и исследовательские центры по изучению ислама, Ирана и Среднего Востока. Иранистика обогатилась новыми именами, внесшими в изучение истории иранского общества и иранской культуры заметный вклад.
К расширению документальной базы исторических исследований иранской истории XX в. привели и события конца прошлого века в Советском Союзе.
Большое значение для позитивных сдвигов в области исторических исследований имели демократические процессы, происходившие в Российской Федерации, а также обретение суверенитета бывшими союзными социалистическими республиками. Была отменена политическая цензура, сняты ограничения и запреты на исследование определенных тем. Кардинальные изменения произошли в области статуса государственных и ведомственных архивов, специальных книжных хранилищ и т. д. Был либерализован допуск к архивам, секретным фондам и пр. Однако перестройка в этой области временами встречала серьезное сопротивление со стороны чиновников. В то же время многие отрицательные советские традиции, препятствующие углублению процесса демократизации, были отменены или изжиты. Со стороны властей прекратилось грубое давление и вмешательство в работу исследовательских учреждений в области общественных наук и издательств.
В советскую эпоху почти все более или менее значительные монографии и сборники статей по истории, подготовленные к публикации, кроме обычной цензуры, фактически должны были иметь также санкцию представителя соответствующего отдела ЦК КПСС и МИД СССР. Случаи преднамеренного искажения истории дипломатических отношений, которые существовали у советского правительства с иностранными государствами, стали достоянием гласности благодаря открытию многих секретных архивных фондов СССР, в частности тех, которые находились под эгидой ЦК КПСС. Такая историческая фальсификация оказалась возможной вследствие сокрытия важнейших документов и целых фондов. Это касалось, в частности, некоторых, остававшихся до недавнего времени тайными, сторон деятельности советских лидеров в годы, которые предшествовали заключению советско-иранского договора 1921 г., периода советско-иранского кризиса 1946-1947 гг., вызванного экспансионистскими притяза-
ниями правительства СССР в отношении Ирана, и другие. В секретных фондах оказалось большое количество документов об участии российских большевиков в образовании Советской республики в Гиляне, о прямом вмешательстве руководителей советского правительства и КПСС во внутренние дела Ирана до и после Второй мировой войны и т. д.
Введенные в научный оборот рассекреченные документальные материалы дают возможность по-новому осветить ряд важных страниц иранской истории 20-х годов прошлого века.
Заметным импульсом, подтолкнувшим автора к написанию общественно-политической истории Ирана в прошлом столетии, стало и желание вновь (с учетом появившихся за последнее время публикаций) осмыслить события и явления, связанные с заключительным периодом правления шахского режима и с революцией 1978-1979 гг.
В результате антишахской революции, политическим и экономическим интересам США и их союзникам в Западной Европе был нанесен существенный урон. Отсюда - стремление ведущих западных средств массовой информации (СМИ) интерпретировать иранскую революцию преимущественно как реакцию консервативного шиитского духовенства на осуществляемую шахским режимом политику «модернизации».
До сих пор в некоторых научных изданиях подобному одностороннему объяснению причин иранской революции придается первостепенное значение. В то же время еще лет двадцать тому назад среди западных востоковедов были ученые, в том числе и американские, решительно отвергавшие такой односторонний подход к причинам революции 1978-1979 гг. Американский профессор Никки Кедди объясняла такую характеристику причин революции недостаточной информированностью некоторых западных авторов. Касаясь сущности шахских реформ, она подчеркивала, что шахская модернизация осуществлялась в интересах монархистски настроенной иранской элиты и «новой буржуазии» и в то же время вела к ухудшению материального и социального положения большей части иранского общества.
Уникальность и своеобразие иранской революции прослеживается в том, что институт монархии, уходящий по своему происхождению к глубокой древности, уступил верховенство оппозиции, возглавляемой шиитскими религиозно-политическими