образование в европейских странах. Некоторые из них имели близкие отношения с каджарским двором и контакты с правительствами иностранных держав.
Политические устремления лидеров «Таджаддода», нашедшие свое выражение в публицистических выступлениях и программных заявлениях, по своему содержанию и характеру были неоднозначными. Некоторые из них, например, идея о необходимости создания регулярных войск, развитие светской судебной системы, введение прогрессивной налоговой системы, развитие национального капитала и промышленного строительства, расширение светской системы образования, отделение религии от политики, отмена капитуляционного режима, создание национального банка и другие, в принципе, соответствовали интересам дальнейшего развития иранского общества [22].
В то же время лидеры и сторонники «Таджаддода» вели пропаганду тезиса о возрождении величия древнего Ирана, в этих целях призывая к упрочению основ монархии и персификации всех иранцед. Они активно поддерживали законодательные акты, направленные на упрочение позиций крупных частных собственников и помещиков, а позже также начатую Реза шахом борьбу против леводемократических сил и карательных походов против племен. При этом некоторые из лидеров, ссылаясь на пример Муссолини, содействовав в Иране личной диктатуры шаха. Другие - призывали народ к освобождению от оков суеверия и влияния реакционного духовенства [23].
Многие из программных предложений «обновленцев» легли восновупроводимого Реза шахом политического курса. Особен-
но ему по душе оказалась идея о сильной власти. Став главой новой династии, он не упустил шанса, позволившего ему стать полноправным диктатором. Он уже не нуждался ни в поддержке партий, ни членов меджлиса. Некоторые из тех, кто помогал прокладывать Реза хану дорогу к личной диктатуре, впоследствии стали ее жертвами.
В 20-х и особенно в 30-х годах в экономическом и общест- венно-политическом развитии Ирана наблюдались явные позитивные перемены. В эти годы был осуществлен переход на светскую систему просвещения, проведены буржуазные реформы в области судопроизводства - приняты гражданский кодекс и коммерческий закон, организованы на буржуазных началах государ-
ственные финансы и стабилизировано денежное обращение. Были предприняты некоторые шаги для улучшения социального положения иранской женщины. В 1933 состоялось открытие Тегеранского университета. В 1928 г. был учрежден Национальный банк Ирана, который с 1932 г. стал выполнять функции центрального государственного эмиссионного банка. Шахиншахский банк был лишен права выпускать банкноты. С 1931 г. правящая верхушка приступила к созданию государственного сектора в промышленности, что было одним из основных проявлений политики госкапитализма, осуществлявшейся в Иране со второй половины 20-х годов. В 1927 г. началось строительство трансиранской железной дороги (от Персидского залива до побережья Каспийского моря) протяженностью 1394 км. В конце 1927 г. был ликвидирован режим капитуляций и принят закон об автономном таможенном тарифе, имевшем для Ирана важное позитивное значение.
Как справедливо замечает видный исследователь Ирана В. Флоор, обычно авторы, давая общую оценку периоду правления Реза шаха часто склонны выявлять и подчеркивать его отрицательные черты [24]. Слов нет, в социальном и политическом планах это было тяжелое время для большинства иранцев. Но в то же время, было бы несправедливо считать «реакционной» сущность проводимой в этот период экономической политики [25]. И в исследованиях зарубежных авторов (В. Флоора, Ш. Иззави, А. Банани, К. Грюнвальда, Дж. О. Роналла) и советских, прежде всего
З.З.Абдуллаева, и ряда других - 1925-1941 гг. рассматриваются как новая фаза в социально-экономическом развитии Ирана. Действительно, в эти годы удалось построить без иностранного займа трансиранскую железную дорогу, на которую было потрачено 50 млн! ф. ст. Эта дорога оказала огромное позитивное воздействие на развитие торговли, сельскохозяйственного и промышленного производства. В течение 1930-1941 гг. в строительство промышленных предприятий был вложен капитал, составлявший 260 млн. долларов. В 1928 г. по всей стране электричество имелось только в пяти городах - Тегеране, Бушире, Тебризе, Реште и Энзели. К 1931 г. были запущены еще 19 новых электростанций. Основанный в 1925 г. Национальный банк, посредством предоставления займов и выдачи кредитов частному сектору, оказал заметное содействие в строительстве промышленных предприятий.
К главным из них, большинство которых приступили к деятельности в 30-х годах, относились сахарные и цементные заводы, текстильные фабрики по производству хлопчатобумажных и шерстяных материалов, спичечные, кожевенно-дубильные фабрики. При этом следует учесть, что в 30-е годы более 50% иранского импорта составляли сахар, текстиль, чай и цемент. Наиболее значительной отраслью в стране была текстильная. Между 1931 г. и 1938 г. в стране государственным и частным капиталом были воздвигнуты не менее 29 крупных текстильных фабрик. С 1931 г. по 1940 г. численность промышленных компаний возросла с 38 до 460. В 1938 г. между представителями иранского правительства и германским консорциумом «Крупп» было достигнуто соглашение о строительстве в районе Кереджа двух доменных печей с ежедневным производством 150 т чугуна. В 1941 г. от 10 до 20% ВНП страны формировалось в промышленном секторе. В 1940 г. из 4,9 млн. самодеятельного населения 3,75 млн. были заняты в области сельского хозяйства, а 1,2 млн. человек - в промышленности [26].
В целом в течение 30-х годов в Иране были заложены основы частного и государственного секторов современной иранской промышленности. Заметные сдвиги наблюдались и в области сельскохозяйственного производства. Реза шах намеревался добиваться дальнейшего упрочения позиций Ирана в регионе. С этой целью он стремился урегулировать конфликт с АПНК и обрести контроль над территориями, принадлежавшими в прошлом иранскому государству.
В начале 30-х годов Иран официально поднял вопрос об «исконных»иранских территориях в зоне Персидского залива. В нотах от 19 и 22 сентября 1932 г. иранское правительство заявило, что оно не признает британского протектората над Бахрейнскими островами и требует полной эвакуации английских войск из Хенджана. Одновременно Иран выдвинул территориальные притязания на о-ва Малый и Большой Томб, а также на о-в Абу-Муса. Хотя под давлением Великобритании Иран 25 апреля 1929 г. признал Ирак, вопрос о южных границах между этими странами к началу 30-х годов приобрел конфликтный характер. Роль Великобритании в зарождении и развитии ирано-турецкого пограничного конфликта в районе реки Шатт-эль-Араб (до 1915 г.) обстоятельно рассматривается в книге Фируза Мансури [27].
Опубликованные иракским ученым Мустафой Абд аль-Кадером Наджджаром, а также рядом иранских и иракских авторов документальные архивные материалы свидетельствуют о том, что, желая как можно дольше сохранить свою экономическую автономию, руководство АПНК и английские власти фактически препятствовали урегулированию ирано-иракского пограничного спора, намереваясь воспользоваться их неразрешенностью для оказания давления на иранское правительство [28]. По «настоянию» правительства Ирака Англия принимала в 1932 г. непосредственное участие в ирано-иракских переговорах по пограничным вопросам. Однако представители Великобритании мало содействовали успешному ходу переговоров. Незадолго до своего смещения Теймурташ даже обвинил Англию в их преднамеренном затягивании. Эти переговоры были завершены лишь в июле 1937 г., когда в Тегеране был подписан ирано-иракский договор по пограничным вопросам. Иранская сторона, однако, не была удовлетворена его условиями, особенно пограничной линией в зоне реки Шатт-эль-Араб [29].
Великобритания активно противодействовала усилению позиций Ирана в зоне Персидского залива и в районе деятельности АПНК. Как раз во время нефтяного конфликта в Лондоне и Индии обсуждался вопрос о притязаниях Ирана на Бахрейнские острова. В октябре 1932 г. Форин офис представил свои предложения о политической линии в отношении Ирана. В этом документе подчеркивалась особая роль зоны Персидского залива для Британской империи. Его авторы отмечали, что промышленная и коммерческая деятельность АПНК имеет «огромное значение для империи». Вместе с тем они считали возможным передать вопрос о Бахрейнских островах на рассмотрение Международного суда. Однако государственный секретарь правительства Британской Индии Сэмюэл Гое энергично возражал против этого предложения. Гое, подобно многим его коллегам, был приверженцем концепции Керзона, состоявшей в том, что преобладание в зоне Персидского залива и в Иране имеет первостепенное значение для сохранения английского господства в Индии. Исходя из этой концепции, он настойчиво выступал за последовательно жесткий курс в отношении Ирана с тем, чтобы не допустить изменения статус-кво в регионе. 2 ноября 1932 г. английский кабинет принял это положение в качестве основы для дальнейших действий [30].
Одновременно английское правительство и руководство АПНК предприняли шаги для координации своих действий в отношении Ирана. Как заявил 19 октября 1932 г. председатель правления компании Дж. Кэдмен, он «опасается», что руководству АПНК придется попросить правительство Великобритании о помощи и вмешательстве в конфликт компании с иранским правительством. Первоначально было решено, что правительство в ходе спора будет оставаться «в тени». Однако было решено, что если Иран предпримет «акты насилия» в отношении АПНК и ее сотрудников, то политика «невмешательства» будет отброшена. Таким образом, еще до денонсации иранским правительством действующего концессионного соглашения английское правительство и АПНК, осведомленные о намерениях Теймурташа, разрабатывали совместный план противодействия Ирану и фактически шли на нагнетание напряженности [31].
3.3.Денонсация концессии, выданной д'Арси,
изаключение нового соглашения. Значение доходов от нефти
27 ноября 1932 г. министерство финансов Ирана направило представителю АПНК в Тегеране ноту, в которой сообщалось о денонсации иранским правительством выданной в 1901 г. д'Арси концессии [32].
30 ноября английский кабинет обсуждал политику в отношении Ирана. Все члены кабинета поддержали прежнее решение о проведении жесткого курса. 2 декабря министерству иностранных дел Ирана была направлена нота с резким протестом по поводу денонсации концессии д'Арси. Нота содержала открытую угрозу. В ней говорилось, что правительство Великобритании «примет все необходимые законные меры» для защиты английских интересов в Иране. Английское правительство, подчеркивалось в ноте, не потерпит никаких действий, наносящих ущерб имуществу АПНК [33]. В ответной ноте иранский министр иностранных дел Мохаммед Али хан Форуги еще раз напомнил, что иранское правительство считает себя вправе аннулировать концессию.
8 декабря 1932 г. министру иностранных дел Ирана была вручена новая английская нота. В ней правительство Великобритании