О ты, гордящийся престолом и счастливый могуществом!
О достойный владетель трона и раскинутых ковров!
Равен ли Джамшиду обликом или Солнцу красотой,
Прекрасен ли твой лик, как Зухра (Венера), или сияешь ты, как Луна...
Получил ли ты во владение всю землю, как Фаридун,
Или наполнил сто тысяч сокровищниц, подобно Каруну,
Или во всем ты сходен с Шаддадом -- не огражден ты от смерти.
Никто не сказал тебе, что пребудешь ты во веки веков18 [20, с. 104].
Мастер стихотворной проповеди, современник Ансари исмаилит Насир-и Хусрав (1002-1088) в своих дидактических касыдах использует образ Джамшида в качестве одного из назидательных примеров, показывающих преходящую, иллюзорную природу вещного мира.
Вот несколько отрывков из его касыд:
Если нет иных советов, достаточно того,
Что для тебя советом будет отец, а ты -- советом для сына.
Не привязывайся сердцем к этому миру, ведь он вырвал с корнем Джама, который заселил [город] Биканд [21, с. 206].
В комментарии к этому бейту сказано, что Биканд -- это город, построенный Джамом. После смерти Джама его превратил в свою столицу враждебный Ирану царь туранцев Афрасйаб. Возможно, этот мотив восходит к сообщению «Бунда- шихна» о том, что Джам застроил селениями и городами целую долину близ горы Бакуир [2, с. 176].
Насир-и Хусрав, так же как `Абдаллах Ансари, упоминает город Джама в контексте одного из устойчивых тематических клише жанра дидактико-аскетической поэзии (зухдиййат), а именно круга традиционных мотивов «строителя дворцов высоких», восходящих к творчеству мастера этого жанра -- арабского поэта Абу-л- `Атахиййи (748-826) (об этом см.: [22, с. 139-141], утверждая, что накопленные при жизни богатства могут после смерти владельца достаться врагу.
Насир-и Хусраву принадлежат и такие строки:
Поскольку дары и потери в этом мире преходящи,
Стоит ли надеяться на дары и печалиться о потерях?
Нищим странником ушел из этого мира Джамшид,
И ты уйдешь нищим, будь ты хоть прославленный Джам [21, с. 485].
Оригинально мотив потери Джамшидом власти обыгран Насир-и Хусравом в рамках осенней календарной темы:
Осень похитила краски у цветника,
Жестоко увела красоту из этого мира.
По неопытности и безумию возложил Нарцисс себе на макушку венец Джама.
Таков всегда был обычай вещного мира (гйтй),
В его радости -- печаль, в его сладости -- отрава [21, с. 342].
Поэт-дидактик рисует осень как частное проявление извечного закона бренности и иллюзорности вещного мира (гйтй), хозяином и защитником которого был мифологический Йима. Расцветший по осени нарцисс в стихах Насир-и Хусрава -- символ легкомысленного и неискушенного юноши, который не ведает о горькой судьбе великого царя, потерявшего и престол, и венец.
Сходные мотивы, воплощавшие идею быстротечности земной жизни, но уже в контексте пиршественной лирики (хамриййат), независимо от их интерпретации в буквальном или символическом ключе, транспонировались в иной стилистический регистр. Они были выражением «анакреонтического» призыва «Лови мгновение!». Осознание непостоянства судьбы и краткости земной жизнь должно лишь обострить радость бытия. Вот, к примеру, четверостишие, приписываемое `Омару Хаййаму:
Виночерпий, твой лик «Чаши Джамшида» прекрасней!
Смерть у ног твоих вечной жизни прекрасней!
Пыль под твоими стопами, от которой ясны мои глаза Пыль под ногами красавца-виночерпия, как и под ногами возлюбленной, традиционно сравнивается с сурьмой, считавшейся средством для улучшения зрения.,
Каждой частичкой ста тысячи солнц прекрасней [23, с. 17].
А это вариация мотива близкого тематического спектра в газели Хафиза:
В песне, что звучала на пиршестве Джамшида, были такие слова:
«Неси чашу вина, ведь Джам не пребудет вечно!» [19, с. 241].
джама поэзия мифологический
Предпринятый анализ показывает, что нарративные интерпретации мифологических сказаний о Джаме (Джамшиде) в эпосе, а также набор связанных с этим персонажем конвенциональных мотивов в лироэпической и лирической поэзии сохранили в своей семантике рудименты древних представлений о его функциях хранителя земного мира, культурного героя, устроителя природного и социального порядка. За Джамшидом в поэтическом каноне закрепилась и «маска» правителя, повелевавшего всей Вселенной, но в одночасье лишившегося власти.
Можно наметить три основные группы мотивов, которые сложились вокруг имени Джама в лироэпической (касыда) и лирической (газель, руба`и) поэзии: 1) царство Джама как пример величия, воплощением которого служит «Трон Джамшида»; 2) «Чаша Джама» как символ мудрости правителя или тайнознания мистика; 3) крушение царства Джамшида как подтверждение преходящей природы земных благ -- власти, величия, славы, богатства. В зависимости от жанрового контекста (панегирического, дидактического, мистико-аллегорического, пиршественного) на первый план выходят мотивы одной из выделенных групп.
Уже в рамках зороастрийской религиозно-мифологической системы Йиме, который управлял лишь тварным миром (гетик), стали противопоставлять Зара- туштру, пророка, ведающего тайны высшего, духовного, мира (меног). Двойственность, присущая Джамшиду, сохранилась и в классической поэзии мусульманской эпохи -- его образ воплощает и мудрого правителя, обладателя чаши всеведения, и жертву непреложных законов земного мира, ибо его грех -- в несоблюдении законов мира божественного.
Литература
Jamsid // Encyclopedia Iranica. URL: http://www.iramcaonline.org/artides/jamsid-i (дата обращения: 10.01.2020).
Авеста в русских переводах (1861-1996) / сост., общ. ред., примеч. и справочный раздел И. В. Рака. СПб.: Журнал «Нева»; Изд-во Русского Христианского гуманитарного института, 1997. 477 с.
Рейснер М. Л. Образ идеального города -- города «золотого века» в персидской поэзии // Образы времени и исторические представления: Россия -- Восток -- Запад. М.: Кругъ, 2010. С. 538-557.
Фирдоуси. Шах-наме. Критический текст / под ред. А. Нушина. М.: Наука, 1965. Т. 3. 266 с.
Рейснер М.Л. Символика природной катастрофы в классической персидской касыде (XXII вв.) // Символика природных стихий в восточной словесности. М.: ИМЛИ РАН, 2010. С. 284-319.
Нафиси Саид. Ахвал ва аш`ар-е Джа`фар Абдаллах бен Мохаммад Рудаки Самарканди. Тегеран, 1310 (1932). Т. 2. 690 с. (На перс. яз.)
Зороастрийские тексты. Суждение Духа разума (Дадестан-и меног-и храд). Сотворение основы (Бундахишн) и другие тексты / изд. подгот. О. М. Чунаковой. М.: Восточная литература РАН, 1997. 452 с.
Бируни А. Памятники минувших поколений // Бируни А. Избранные произведения. Ташкент: Изд-во АН Узбекской ССР, 1957. Т. 1. 486 с.
Гаты Заратуштры / пер. с авест., вступит. статьи, коммент. и прил. И. М. Стеблин-Каменского. СПб.: Петербургское Востоковедение, 2009. 210 с.
Фирдоуси. Шах-наме. Критический текст / под ред. Е. Э. Бертельса. М.: Наука, 1966. Т. 1. 311 с.
Низами Ганджави. Хусрав ва Ширин / изд. Б. Зенджани. Тегеран: Моассэсэ-йе энтешарат ва чап-е данешгах-е Техран, 1376 (1998). 1153 с. (На перс. яз.)
Лахути Л. Г. Иранский национальный эпос между суфийской традицией и доисламским прошлым Ирана // Письменные памятники Востока. Проблемы перевода и интерпретации. Избранные доклады. М.: Институт востоковедения РАН, 2017. С. 138-156. (Труды Института востоковедения РАН. Вып. II).
Фаррухи Систани. Диван / ред. Д. Сийаки. 4-е изд. Тегеран: Кетабфоруши-йе Зоввар, 1371 (199з). 523 с. (На перс. яз.)
Анвари Аухад ад-Дин. Диван / ред. М. Т. М. Разави. 4-е изд. Тегеран: Шаркат-е энтешарат-е `элми ва фарханги, 1372 (1994). Т. 1. 512 с. (На перс. яз.)
Коран / пер. с араб. и коммент. М.-Н. О. Османова. М.; СПб.: Диля, 2013. 575 с.
Рейснер М. Л. Персидская лироэпическая поэзия X -- начала XIII века. Генезис и эволюция классической касыды. М.: Наталис, 2006. 424 с.
Санаи Газнави Абу-п-Маджд Мадждуд. Диван / ред. М. Разави. Тегеран: Кетабхане-йе Ибн Сина, 1341 (1963). 1232 с. (На перс. яз.)
Хакани Ширвани. Диван / ред. М. Д. Казази. Тегеран: Нашр-е Марказ, 1375 (1997). Т. 2. 537 с. (На перс. яз.)
Хафиз Ширази. Диван-е газалийат / ред. Х. Х. Рахбар. Тегеран: Энтешарат-е данешгах-е Тех- ран, 1375 (1997). 731 с. (На перс. яз.)
Жуковский В. А. Песни Хератского старца // Восточные заметки. СПб.: тип. Императорской академии наук, 1895. С. 79-96.
Насир-и Хусрав Кубадийани. Диван-и аш`ар / сост. Н. Такави, предисл. Х. Таки-зада, ред. М. Минуви. Тегеран: Энтешарат-е Му`ин, 1380 (2002). 734 с. (На перс. яз.)
Рейснер М. Л. Трансформация традиционных мотивов в поэтических произведениях Абдал- лаха Ансари (XI в.) // Поэтика средневековых литератур Востока. Традиция и творческая индивидуальность. М.: Наследие, 1994. С. 137-170.
`Омар Хаййам. Руба`ййат / подгот. текста, пер. и предисл. Р. М. Алиева и М.-Н. О. Османова; под ред. Е. Э. Бертельса. М.: Изд-во восточной литературы, 1959. Ч. 2. 181 с.
References
Jamsid. Encyclopedia Iranica. Available at: http://www.iranicaonline.org/articles/jamsid-i (accessed: 10.01.2020).
Avesta in Russian translation (1861-1996), ed. I. V Rak. St. Petersburg, Journal «Neva» Publ., Russkii Khristianskii gumanitarnii institut Publ., 1997. 477 p. (In Russian)
Reysner M. L. Image of ideal town -- town of golden age in Persian poetry. Obrazy vremeni i istoriche- skiepredstavleniya: Rossiya -- Vostok -- Zapad. Moscow, Krug Publ., 2010, pp. 538-557. (In Russian)
Firdousi. Shakh-name. Critical text, ed. A. Nushina. Vol. 3. Moscow, Nauka Publ., 1965. 266 p. (In Russian)
Reysner M. L. Symbolism of natural catastrophe in Classic Persian Qasida of X-XII cc. Simvolika prirodnykh stikhiy v vostochnoy slovesnosti. Moscow, IMLI RAN Publ., 2010, pp. 284-319. (In Russian)
Nafisi Said. Akhval va ash'ar-e Dzhafar Abdallakh ben Mokhammad Rudaki Samarkandi. Vol. 2. Teheran, 1310 (1932). 690 p. (In Persian)
Zoroastrian texts. Judgements of the Spirit of Wsdom (Dadestan-i menog-i khrad). Creation of the Beginning (Bundakhishn) and other texts, ed. O. M. Chunakova. Moscow, Vostochnaya literatura RAN Publ., 1997. 452 p. (In Russian)
Biruni A. The Memorials of Past. Biruni A. Izbrannye proizvedeniya. Vol. 1. Tashkent, AN Uzbekskoy SSR Publ., 1957. 486 p. (In Russian)
Gathas of Zarathustra. Transl. I. M. Steblin-Kamenskii. St. Petersburg, Peterburgskoe Vostokovedenie Publ., 2009. 210 p. (In Russian)
Firdousi. Shakh-name. Critical text, ed. E. E. Bertel's. Vol. 1. Moscow, Nauka, Glavnaya redaktsiya vostochnoy literatury Publ., 1966. 311 p. (In Russian)
Nizami Gandzhavi. Khusrav va Shirin, publ. by B. Zendzhani. Tegeran, Moassese-ye entesharat va chap-e daneshgakh-e Tekhran, 1376 (1998). 1153 p. (In Persian)
Lakhuti L. G. Iranian national epos between Sufi tradition and Per-Islamic past of Iran. Pis'men- nye pamyatniki Vostoka. Problemy perevoda i interpretatsii. Izbrannye doklady. Moscow, 2017, pp. 138-156. (Trudy Instituta vostokovedeniya RAN. Vypusk II). (In Russian)
Farrukhi Sistani. Collection of Poems, ed. D. Siyaki. Teheran, Ketabforushi-ye Zovvar, 1371 (1993). 523 p. (In Persian)
Anvari Aukhad ad-Din. Collection of Poems, ed. M. T. M. Razavi. Vol. 1. Teheran, Sharkat-e ente- sharat-e `elmi va farkhangi, 1372 (1994). 512 p. (In Persian)
Koran, transl. M.-N. O. Osmanov. Moscow, St. Petersburg, Dilya Publ., 2013. 575 p. (In Russian)
Reysner M. L. Persian lyric-epic poetry of X -- beginning of XIII century: Genesis and evolution of Classic Qasida. Moscow, Natalis Publ., 2006. 424 p. (In Russian)
Sanai Gaznavi Abu-l-Madzhd Madzhdud. Divan, ed. M. Razavi. Tegeran, Ketabkhane-ye Ibn Sina, 1341 (1963). 1232 p. (In Persian)
Khakani Shirvani. Collection of Poems, ed. M. D. Kazazi. Vol. 2. Teheran, Nashr-e Markaz, 1375 (1997), vol. 2. 537 p. (In Persian)
Khafiz Shirazi. Collection of ghazals, ed. Kh. Kh. Rakhbar. Teheran, Entesharat-e daneshgah-e Tekhran, 1375 (1997). 731 p. (In Persian)
Zhukovskiy V. A. Songs of Kherat kingdom . Vostochnye zametki. St. Petersburg, Tipografiya Impera- torskoy akademii nauk Publ., 1895, pp. 79-96.
Nasir-i Khusrav Kubadiyani. Collection of Poems, ed. M. Minuvi. Teheran, Entesharat-e Mu`in, 1380 (2002). 734 p. (In Persian)
Reysner M. L. Transformation of traditional motifs in the poetic works of Abdallakh Ansari (XI c.). Poetika srednevekovykh literatur Vostoka. Traditsiya i tvorcheskaya individual'nost'. Moscow, Nasledie Publ., 1994, pp. 137-170. (In Russian)
`Omar Khayyam. Rubai, transl. R. M. Aliev, M.-N. O. Osmanov. Moscow, Vostochnaya literatura Publ., 1959. 181 p. (In Russian)