Институт федерального вмешательства в дела субъекта
- режим осуществления федеральными органами власти спец мер принуждения по отношению к региональным органам власти в порядке и пределах, определенным фз в случае нарушения суб федерации основ КС, целостности РФ, превышения закрепленных в крф пределов ведения суб.
Основания для установления мер федерального воздействия:
- целостность и неприкосновенность тер-й
- президент и правительство обязаны обеспечить осуществление власти в России и на всей ее территории.
- президент может приостановить действия актов органов власти субъекта
- введение военного/ЧС положение.
Меры федерального вмешательства:
1) Объявление в стране военного/чс положения
2) Право ксрф признать неконституционным закон суб в рамках совместного ведения.
3) Право президента приостановить действия актов суб.
4) Право президента назначать и отстранять от должности глав суб.
5) Право президента распустить законодательный орган суб
6) Введение временной финансовой администрации
7) Вооруженное вмешательство в дела суб(чеченское дело)
8) Федеральное воздействие
9) Федеральная интервенция: введение войск насильственное вмешательство (массовые беспорядки, восстания).
Институт федерального воздействия и чп не имеют сходства т.к чп вводится в случае природных катаклизмов и решений национального вопроса. Институт федерального воздействия меры превентивного, политического, экономического хр-а.
Конституционная форма «внутренние воды», содержащаяся в ч.4 ст.67 К РФ, означает только внутренние морские воды, поскольку внутренние неморские воды охватываются понятием «территория субъекта РФ». Именно в таком ключе можно истолковать специальное регулирование федеральным законодателем внутренних морских вод как особой составляющей государственной территории, не включаемой в территории субъектов РФ, а не внутренних вод вообще.
ФЗ «О внутренних морских водах» создает специальный правовой режим, действующий в пространстве внутренних морских вод. Назначение этого режима – урегулирование особенностей, отличающих внутренние морские воды от иных элементов государственной территории, к которым относятся территории субъектов РФ. К тому же в российском законодательстве отсутствует какое-либо специальное регулирование внутренних неморских вод как отдельного элемента состава государственной территории. (Гончаров М.В. Российский юридический журнал 2007 год).
Изменение конституционно-правового статуса субъекта Российской Федерации имеет все же ограничительный по способам своего осуществления характер. Можно выделить следующие такие способы:
– изменение «титула» (из области – в край, из автономного округа – в республику и т.д.);
– изменение территории и прав (прекращение существования субъекта РФ и передача его территории другим субъектам Федерации);
– изменение положения в составе Федерации (вхождение «напрямую» в состав РФ или другого субъекта РФ);
– существенное изменение объема прав и обязанностей субъекта РФ без изменения территории. Последний способ относится к разряду аморфных, и, как свидетельствует развитие взаимоотношений Архангельской
– области и Ненецкого автономного округа, не имеет «жестко» завершенного плана.
Конституционное положение об изменении конституционно-правового статуса субъекта РФ означает его трансформацию, затрагивающую структурные элементы статуса, в результате которой обретаются новые качества в системе правовых отношений с Федерацией, иными субъектами права. К такого рода изменениям, как показывает практика, не относится изменение индивидуального наименования субъекта РФ, производимое в соответствии с ч. 2 ст. 137 Конституции России. Изменение конституционно-правового статуса должно происходить с соблюдением двух обязательных условий: во-первых, при достижении согласия с Федерацией; во-вторых, на основе конституционно-правового регулирования с соблюдением принципов действующей Конституции РФ.
Проблема изменения статуса сопряжена с разрешением принципиального вопроса о принятии федерального конституционного закона о процедуре изменения конституционно-правового статуса субъекта Российской Федерации. Обязанность принятия такого закона лежит на федеральном законодателе в силу положений Конституции РФ (ч. 5 ст. 66, ст. 137).
Регулирование изменения статуса субъекта Российской Федерации должно осуществляться на основе федерального конституционного закона. Принятие его предусматривается Конституцией Российской Федерации. В этом акте, полагаем, следует сформулировать основания для постановки вопроса об изменении субъектом Федерации своего статуса и процедуру рассмотрения соответствующих вопросов. В нем должны предусматриваться: обязательное предварительное решение данного вопроса субъектом Федерации; возможность проведения регионального консультативного референдума; порядок рассмотрения в федеральном парламенте; способы разрешения разногласий и порядок обжалования в Конституционный Суд РФ в случае отказа в положительном решении вопроса.
По мнению Суда, положения Конституции о разделении и объединении субъектов РФ распространяются на такие территориальные преобразования, которые влекут за собой изменение состава Российской Федерации, появление в результате разделения или объединения существующих субъектов Федерации новых субъектов. Конституционный Суд подчеркнул, что территориальные изменения, являющиеся следствием выхода автономного округа из состава края или области и не влекущие изменения его границ, не могут быть предметом территориального спора между краем (областью) и автономным округом. Конституционный Суд РФ признал правомерность выхода Чукотского автономного округа из состава Магаданского края на основании Закона Российской Федерации, принятого с учетом волеизъявления органов государственной власти Чукотского автономного округа. Позиция Конституционного Суда в полной мере сохраняет юридическое значение и не противоречит действующей Конституции РФ.
Выход из состава, как и вхождение, не относятся к политико-территориальным преобразованиям состава субъектов Российской Федерации; процедура «выхода» не требует получения согласия области, в состав которой входит округ, но сопряжена с обязательным согласованием этого вопроса с федеральной властью; статусные изменения должны осуществляться на основании федерального конституционного закона.
Как справедливо отмечает С.А. Авакьян, «даже сам по себе выход автономного округа из состава края, области уже является изменением конституционно-правового статуса данного округа, потому как:
– территория автономного округа перестает быть частью территории края, области;
– если ранее в силу согласия сторон на территорию округов распространялось действие законодательства края, области, производились выборы губернатора края, области и депутатов законодательного (представительного) органа власти края, области, то всему этому приходит конец; следовательно, не только край, область утрачивают каналы влияния на округ, но и округ не может впредь влиять на государственную жизнь края, области, а это ведь было частью его статуса;
– автономный округ и край, область, куда он входил, теряют право на специальный, предусмотренный ч. 4 ст. 66 Конституции РФ договор между их органами государственной власти (об основах взаимоотношений автономного округа и края, области, о разграничении предметов ведения и полномочий между органами государственной власти автономного округа и края, области); между ними сохраняются обычные «соседские» отношения и могут заключаться в таких целях просто договоры сотрудничества;
– из устава автономного округа и из уставов соответствующих края, области подлежат исключению главы о вхождении округа в край, область, об их специальных взаимоотношениях и т.п.;
– если все автономные округа выйдут из состава соответствующих края, областей, то придется вносить коррективы в ст. 66 Конституции РФ, которая предусматривает существование федерального законам об основах отношений названных субъектов, поскольку он уже не понадобится»
Часть вторая статьи 70 Конституции Российской Федерации устанавливает, что территории субъектов Федерации, в том числе автономных округов, образуют единую территорию Российской Федерации, а часть вторая статьи 71 Конституции, содержащей перечень субъектов Федерации, не указывает на территориальную принадлежность автономных округов к краям и областям.
Таким образом, нахождение автономного округа в крае или области, равно как и выход, не влияет на его конституционно - правой статус, закрепленный Основным Законом и Федеративным договором, а также на национально-государственное устройство и состав Российской Федерации.
Норма части третьей статьи 70 Конституции Российской Федерации, являющаяся основным аргументом ходатайствующей стороны, устанавливает, что разделение и объединение субъектов Федерации, в том числе автономных округов, могут быть осуществлены только на основе волеизъявления большинства избирателей, проживающих в них, с последующим утверждением Съездом народных депутатов Российской Федерации.
Однако данное конституционное положение распространяется на такие территориальные преобразования, которые влекут за собой изменение состава Российской Федерации, появление в результате разделения или объединения существующих субъектов Федерации новых субъектов. Понятия "вхождение" автономного округа в край или область либо "выход" его из края или области не совпадают с понятиями "разделение" и "объединение". Следовательно, указанное положение части третьей статьи 70 Конституции не распространяется на разрешение рассматриваемого конституционного спора.
Отсутствие в настоящее время нормативной базы местного референдума затрудняет использование данной формы выявления воли избирателей. Но это не может служить основанием для непризнания юридической силы акта, принятого окружным Советом народных депутатов, поскольку последний действовал в пределах своих полномочий.
1. Вхождение автономного округа в состав края, области по смыслу ч.4 ст.66 К РФ означает такое конституционно - правовое состояние, при котором автономный округ, будучи равноправным субъектом РФ, одновременно составляет часть другого субъекта РФ - края или области. Это состояние определяет особенности статуса как автономного округа, так и края, области, в состав которых он входит. Их взаимоотношения отличаются от их отношений с другими субъектами РФ: "вхождение" предопределяет обязанность органов государственной власти обоих равноправных субъектов РФ обеспечивать сохранение территориальной целостности и единства в интересах населения края, области.
3. Вхождение автономного округа в состав края, области не изменяет их конституционно - правовой природы как субъектов РФ и не означает, что автономный округ утрачивает элементы своего статуса - территорию, население, систему государственных органов, устав, законодательство и т.п. "Вхождение" не умаляет статуса автономного округа как равноправного субъекта РФ, поскольку он вправе по своему усмотрению распоряжаться тем объемом полномочий, которые предоставлены ему К РФ.
Равноправие и самостоятельность автономного округа в отношении своей территории и объема полномочий обеспечиваются, наряду с другими конституционными гарантиями, тем, что для изменения его статуса в соответствии со ч.5 ст.66 К РФ не требуется согласия или предварительного разрешения края, области.
4. Вхождение автономного округа в состав края, области означает наличие у края, области единых территории и населения, составными частями которых являются территория и население автономного округа, а также органов государственной власти, полномочия которых распространяются на территорию автономных округов в случаях и в пределах, предусмотренных федеральным законом, уставами соответствующих субъектов РФ и договором между их органами государственной власти.
Вне пределов ведения РФ и полномочий РФ по предметам совместного ведения РФ и субъектов РФ край, область, автономный округ как самостоятельные и равноправные субъекты РФ обладают всей полнотой государственной власти. Они вправе передавать осуществление части своих полномочий друг другу на добровольной основе, по договору между соответствующими органами государственной власти либо в иной форме, в том числе путем принятия закона края, области или автономного округа.
В сфере совместного ведения РФ и субъектов РФ полномочия органов государственной власти края, области на территории автономного округа осуществляются в рамках, определенных федеральным законом и договором между соответствующими органами государственной власти, которые обязаны принять все меры для достижения согласия. Отсутствие договора не может служить препятствием для распространения юрисдикции органов государственной власти края, области на автономный округ. Во всяком случае федеральному законодателю в целях обеспечения конституционного порядка следует принять федеральный закон, который должен гарантировать права и интересы как РФ, так и ее субъектов, в том числе автономного округа и края, области, в состав которых он входит.
ПКС от 10.12.97
Оспариваемое заявителем положение "депутат Думы обладает на территории области неприкосновенностью в течение всего срока его полномочий" нельзя интерпретировать как установление общего принципа, исключающего ответственность депутатов областной Думы. Напротив, данное положение в целом не связано с какими-либо изъятиями для депутатов при привлечении их к уголовной и административной ответственности, установленной федеральным законом, не вторгается в сферу ведения и полномочий Российской Федерации и, следовательно, не может оцениваться как противоречащее Конституции Российской Федерации.
Участие областной Думы в формировании органа исполнительной власти области само по себе не противоречит основам конституционного строя, так как в соответствии с Уставом области она не наделяется правом освобождать от должности указанных в оспариваемых положениях лиц. Такое участие укладывается в систему сдержек и противовесов. Предварительное согласование с областной Думой назначения на должность главой Администрации области первых заместителей главы Администрации области, как оно закреплено в оспариваемых нормах, не противоречит принципу разделения властей в Российской Федерации и самостоятельности органов законодательной и исполнительной власти. Подписание закона председателем областной Думы непосредственно не влечет обнародования и вступления в силу принятого областной Думой закона. По смыслу Устава, подписание принятого закона есть не право председателя областной Думы, а его обязанность. Оно имеет значение удостоверения подлинности текста закона и является свидетельством принятия его областным законодательным органом. Подписанный председателем областной Думы закон обретает силу правового акта единой государственной власти лишь при условии его промульгации (подписания и обнародования) главой Администрации области. Таким образом, порядок подписания законов, предусмотренный Уставом области, не исключает исполнительную власть из законодательного процесса. действующее федеральное законодательство не устанавливает ограничений в зависимости от места жительства применительно к возможности занятия гражданином Российской Федерации должности главы администрации субъекта Российской Федерации и исполнения им соответствующих полномочий. Тем более их не вправе ввести законодатель субъекта Российской Федерации. Если ненадлежащее исполнение главой администрации своих обязанностей зависит от выбранного им места жительства, то именно ненадлежащее исполнение обязанностей, а не место жительства как таковое, должно служить законным основанием для наступления ответственности, в частности для решения вопроса о прекращении полномочий. Таким образом, устанавливая в качестве основания для досрочного прекращения полномочий главы Администрации области выезд на постоянное место жительства за пределы области, областной законодатель вводит ограничение, не согласующееся с КРФ. Обязанность исполнительной власти отчитываться по определенным вопросам перед представительной властью вытекает из природы исполнительной власти как власти, исполняющей закон. Однако при этом недопустимо неограниченное расширение полномочий областной Думы, в том числе в определении форм контроля, поскольку оно приводило бы к утрате самостоятельности исполнительного органа власти, что несовместимо с принципом разделения властей.