Каменец-Подольский национальный университет
имени Ивана Огиенко
Экспрессивные дериваты в "Дневнике" Тараса Шевченко
Белоусова Тетяна д-р. филол. наук, проф.,
Экспрессивное словообразование как продукт оценочной деятельности сознания позволяет лучше понять процесс восприятия художником реального мира, изучить его ценностные предпочтения, способы выражения разнообразных чувств.
Производное слово - своего рода модель знаний о мире. Экспрессивное производное слово не только называет, но и характеризует предмет, явление, действие, признак. Употребленное в контексте такого исповедального жанра, как дневниковые записи, экспрессивное производное слово наилучшим образом выражает мировоззренческую позицию автора.
Дневник, который вел Тарас Шевченко в период с 12 июня 1857 по 13 июля 1858 г., является ценным мемуарно-публицистическим произведением: в нем описаны значительные и повседневные события, изложены глубокие личные переживания, наблюдения, философские обобщения автора. "Запишем всё виденное и слышанное и всё, что сердце продиктует" [5], - провозгласил он в одной из первых записей и последовательно осуществлял задуманное, ожидая освобождения из Новопетровского укрепления, плывя по Волге, проживая в Астрахани и Нижнем Новгороде, Москве и Петербурге.
Богатый, эмоционально насыщенный слог этой "памятной книги" отмечен разнообразными языковыми особенностями, значительное место среди них занимают экспрессивные дериваты.
Цель статьи - проанализировать экспрессивные дериваты в дневниковых записях Тараса Шевченко и выявить их прагматическую функцию. Дериватом по традиции называем слово, созданное в результате деривации, т. е. аффиксальным, безаффиксным способом или путем комбинации слова с другими словами [3, с. 129].
Объектом нашего исследования стали широко и разнообразно представленные в дневниковых записях дериваты- существительные, прилагательные и наречия, имеющие аффиксальные показатели экспрессивности. Привлечение, помимо именного, еще и адвербиального материала продиктовано сходством экспрессивного словообразования у признаковых слов (ср.: милый - миленький и мило - миленько), а также множественностью словообразовательной структуры экспрессивного наречия, производящим для которого может быть не только прилагательное, уже содержащее экспрессивный аффикс (миленький ^ миленько), но и наречие (мило - миленько).
Исследование базируется на "широком" понимании экспрессивности как изобразительно-выразительного качества языкового знака, совокупности семантико-стилистических признаков, которые обеспечивают ему возможность выступать в коммуникативном акте средством выражения субъективного отношения говорящего к содержанию или адресату речи [3, с. 591]. Мы разделяем мнение ученых, считающих экспрессивность двуплановым явлением. Во-первых, это "семантическое свойство словообразовательных морфем и словообразовательных типов, наделяющее соответствующие дериваты эмоционально-оценочной и функционально-стилистической маркировкой (языковая экспрессивность)"; во-вторых - "функционально-прагматическое использование деривационных единиц, которые приобретают экспрессивные наслоения в конкретных условиях и обстоятельствах коммуникации (речевая экспрессивность)" [1, с. 3]. Компонентами экспрессивности, или ее микрозначениями, являются эмоциональная оценка, интенсивность и образность.
Теоретической основой анализа языкового материала послужили труды по экспрессивной лингвистике (Н. Арутюнова, А. Вежбицкая, Н. Лукьянова, В. Телия, В. Харченко и др.); работы, посвященные экспрессивным возможностям словообразовательных средств и приемов в языке художественных произведений (В. Виноградова, А. Лыков, Р. Намитокова, В. Санников и др.); исследования языковых особенностей произведений Тараса Шевченко (О. Безпояско, Б. Кобылянский, К. Ленец, П. Тимошенко и др.).
По общему признанию, экспрессивность характерна, прежде всего, для именной деривации, особенно в той области, которую принято называть субъективно-оценочной. Разделяя мнение ряда ученых о словообразовательном характере субъективно-оценочных аффиксов (см. труды В. Виноградова, Р. Аванесова, В. Сидорова, Ф. Филина, Н. Арутюновой и др.), заметим, что использование суффиксов -ек-, -ец-, -ик-, -иц-, -к-, -ок-, -онк-, -онок-, -оньк-, -еньк-, -ишк- (-ышк-), -ушк- (-юшк-), -чик- относится к числу излюбленных авторских способов экспрессивизации повествования. экспрессивный шевченко дневниковый запись
Характер эмоциональной оценки, передаваемой аффиксами, зависит от контекста, в частности от той эмоции, которой он окрашен [4, с. 52]. "Эмоциональный тон высказывания" (выражение Н. Лукьяновой) не только определяет выбор языковых средств выражения внеязыкового содержания, но и придает свою эмоциональную "окраску" экспрессивному деривату, употребленному в данном контексте.
Поэтому одно и то же средство может функционировать в речи с разной эмоциональной оценкой: одобрительной, ласкательной, пренебрежительной, презрительной, неодобрительной, шутливой, иронической, насмешливой и т. п.
Так, слова с суффиксами, передающими уменьшительное значение в сочетании с экспрессией ласкательности, одобрения, Тарас Шевченко использовал для описания детей. Деминутивы образованы от нарицательных и собственных существительных, качественных прилагательных: У нее (комендантши) двое миленьких детей, Наташенька и Наденька (16.06.57); Я часто как живописец любовался его темнобронзовой усатой физиономией, когда она нежно льнула к розовой щечке младенца (29.07.57); Прехорошенькие и резвые дети... На девочках были какие-то коротенькие легонькие дырявые мантильки... Ручонки нагие, и почти босиком (30.09.57); ср. также: детская курточка, зеленые платьица, белые пелеринки и т. д.
Суффиксы субъективной оценки - наряду со словами, определяющими позитивный эмоциональный тон высказываний, - помогают автору выразить разнообразные чувства и отношения:
1) нежно-трепетное отношение к природе: мелкий тихий дождик( 9.07.57); Утро ясное, тихое, с морозцем (8.09.57); Тучки разошлися, солнышко приветливо осветило город (20.09.57);
2) приязненное отношение к окружающим людям: миленькая старушка Анна Яковлевна Петрова (11.04.58); хорошенькие зрительницы (2.05.58), молодая немочка (28.09.57), внучок А.А. Сапожников (18.09.57);
3) слегка ироническое, но одобрительное отношение к своим и чужим творениям: премиленький водевильчик (16.06.57), миленькая эпиграмма Щербины (23.03.58), легонький очерк камышинской пристани (29.08.57) .
Эти же суффиксы кодируют уменьшительность в сочетании с экспрессией уничижительности, пренебрежительности, презрительности; характер оценки выявляет контекст: самый ничтожный городишка Оренбургской губернии (8.08.57); такое ничтожное пятнышко на драгоценной ткани (17.06.57); мелкая душонка не вынесла и этого всемилостивейшего наказания (7.01.58).
Резко неодобрительно отзывается Шевченко о тепленьком месте службы, пустых хвастунишках, дерзких лгунишках; горький сарказм звучит в его признании: На сердце страшная тоска, а я себя шуточками спотешаю (29.06.57). Своеобразное "экспрессивное согласование", наблюдаем в сочетаниях типа глупейшая оперетка Доницетти, беленькое пятнушко и под., где прилагательные с экспрессивными суффиксами "обостряют и усиливают эмоциональную окраску определяемого предмета" [2, с. 203].
Значение суффиксов может ограничиваться "чистой" уменьшительностью, без эмоционально-оценочных наслоений: В лавках, даже в лавочках не оказалось такого товару (6.09.57); Показался Симбирск, то есть несколько белых пятнышек неопределенной формы (9.09.57); встречается и эмоциональная оценка, не связанная с градуальной характеристикой: деревянное маслице, затейливая вещица, медный чайничек, новенький пароход, чистенький экземпляр, частенько приношу, вздремнуть полчасика и т. д.
Экспрессивный заряд в тексте "Дневника" несут аффиксы- интенсификаторы признака.
Так, на высшую степень проявления указывает префикс пре-, соединяемый с основами прилагательных и наречий: прехорошенькие дети, прескверный ножик, претолстая и прескучная тетрадь, пренаивные посетители, премиленький водевильчик, пренаивно ответит и т. д. Шутливоироническую окраску получает префиксальный дериват в записи о посещении автором Казанского собора, где картина Брюллова так умно, удачно поставлена премудрыми попами, что и кошачьими глазами видеть ее невозможно (30.04.58).
На превосходство качества в одном предмете по сравнению с группой однородных указывают суффиксы -ейш- и -айш-. Обычно экспрессивные дериваты с такими аффиксами употребляются в сочетании с предложно-падежными структурами, указывающими на объекты сравнения. Подобные примеры находим и в тексте "Дневника": милейший из людей, радостнейший из дней, веселейший толстяк на свете, огромнейшая пристань на Волге, огромнейшее государство в мире, счастливейший человек в мире, древнейшая церковь в Нижнем и др. Таким образом выражается качественное превосходство лица или предмета над той категорией, из которой они выделяются.
Значение относительной степени качества может не иметь грамматического выражения, но вытекать из смысла высказывания - как, например, в отрывках: И ко всему этому мне еще запрещено рисовать. Отнята благороднейшая часть моего бедного существования! (19.07.57), ср.: самая благородная часть существования; Вернейшие слуги и лучшие работники здесь суть калмыки (10.06.57), ср.: самые верные слуги. Так же: новейшие приемы гравюры акватинты, ближайшие родственники, ближайшие начальники, вернейший дружбометр и др.
Эти же суффиксы передают элятивное значение (высшей степени качества данного лица или предмета вне сопоставления с другими лицами или предметами), которое может наслаиваться на ярко выраженную оценочную семантику производящего и усиливать ее.
Так, стихотворение П. Лаврова Шевченко называет превосходнейшим (18.09.57), знакомство с произведением великолепнейшего Гюдена - прекраснейшей нечаянностью (2.12.57). Ср. также: высокоблагороднейший человек, благороднейший друг, искреннейший друг, почтеннейший автор, достойнейшая женщина, милейшая миледи, приятнейшее знакомство, отличнейший трактат, блаженнейшее счастье, изящнейшая сатира в лицах, счастливейшие дни, роскошнейший будуар, величайшее удовольствие и др.
Доказательством элятивности ряда дериватов может служить тот факт, что автор применил их по отношению ко множеству людей. Например, почтеннейшим он назвал В. Григоровича (5.07.57), М. Максимовича (12.03.58); любезнейшим - г. Якоби, В.П. Лапу, Н.А. Брылкина; милейшей - баронессу Медем, актриссу К. Пиунову, милейшим - виртуоза-виолончелиста Весловского, К. Шрейдерса, М. Попова, Е. Козаченко.
Предельную или безотносительно большую степень признака неживых предметов и явлений выражают некоторые прилагательные, часто повторяющиеся в тексте, и среди них - слово малейший. Так, свое состояние перед батальонным командиром солдат Шевченко описал выражением ниже малейшей тени (25.06.57); из "Дневника" узнаем об отсутствии малейшей гармонии в праздновании Пасхи, малейшей желчи в повествовании Волконского о его ссылке, малейшей охоты к труду в период собственной ссылки, малейших украшений в рассказе поляка о его подвигах и неудачах, малейшего следа в душе от унижений и поруганий и т. д.
Следуя коммуникативной традиции того времени, Т. Шевченко нередко использует фразеологизированные выражения с позитивнооценочными элятивами типа к величайшему удовольствию, глубочайшее почтение, всемилостивейшее наказание, высочайший владыка, строжайше запретить и под.
Указанные суффиксы привлекаются для усиления резко отрицательной оценки безобразнейшей вакханалии, отвратительнейшего надворного советника, грязнейших стихов, однообразнейших дней, колоссальнейшего пьянства, безобразнейшей и негоднейшей тряпки и подлеца Кириевского и т. д.
Автор дополнительно акцентирует выразительность экспрессивных дериватов, располагая их в близком контексте, вводя в него синонимы, антонимы, однокоренные слова. Эмоциональный тон высказывания подчеркивает как позитивное, так и негативное отношение к изображаемому: Прекраснейшее, благороднейшее призвание гравера. Сколько изящнейших произведений, доступных только богачам, коптилось бы в мрачных галереях без твоего чудотворного резца?
Божественное призвание гравера! (26.06.57); так же: прекраснейший, благороднейший труд (17.06.57), чистейшая, угоднейшая молитва (26.07.57), счастливейшая и благороднейшая мать прекраснейшего сына (31.08.57), милейшее письмо от милейшего Сергея Тимофеевича Аксакова (18.04.58); глупейшее и длиннейшее наставление (20.06.57), грязнейшие и глупейшие стихи (9.07.57), однообразное записывание однообразнейших, бесконечных дней (18.07.57), стихи будут отвратительно дико петы пьяными цыганками перед сбором пьянейших ремонтеров (20.07.57).