Проблемы энергетического сотрудничества между Россией и Азербайджаном, а также реализация подписанного в 1996 г. соглашения о транспортировке нефти по Северному маршруту обсуждались во время официального визита Гейдара Алиева в Россию 2-4 июля 1997 г. В ходе этого визита, помимо договора о дружбе, сотрудничестве и взаимной безопасности между Россией и Азербайджаном, были подписаны соглашения о сотрудничестве в области добычи нефти. Большое значение имело также подписание соглашения между ГНКАР и российскими компаниями «ЛУКОЙЛ» и «Роснефть» о разработке месторождения Кепаз, расположенного в азербайджанском секторе Каспийского моря Ibid. S. 536-539.. Однако и другие российские компании стали привлекаться к уже заключенным контрактам в нефтяной сфере. Азербайджан активно вел переговоры с этими компаниями [Агаки- шиев 2019, с. 35].
июля 1997 г. в Баку прибыла совместная российско-чеченская делегация во главе с первым заместителем премьер-министра Российской Федерации Борисом Немцовым и заместителем премьер-министра Ичкерии Ахмедом Закаевым. Целью делегации было подписание трехстороннего соглашения. Встреча не была запланирована и, как отметил Гейдар Алиев, стала неожиданной для азербайджанской стороны. Спор между сторонами, вероятно, затянулся бы надолго, но выход из этой ситуации нашел президент Азербайджана. По его предложению трехстороннее соглашение должны были подписать не правительства (как того хотела Ичкерия), а экономические структуры сторон - ГНКАР, «Транснефть» и «Юнко» [Агакишиев 2018, с. 348-360].
11 июля 1997 г. договор о транспортировке азербайджанской нефти по трубопроводу Баку - Грозный - Тихорецк - Новороссийск был подписан главой ГНКАР Натиком Алиевым, главой «ЮНКО» Хож-Ахмедом Ярихановым и первым вице-премьером правительства РФ, министром топлива и энергетики Борисом Немцовым dliyev И.Э. Mustaqilliyimiz abadidir: 46 cildda. C.10 [Наша независимость вечна: В 46 т. Т 10]. Baki: Azarna§r, 2002. S. 373.. По условиям договора, компания «Юнко» обязалась обеспечить транспортировку азербайджанской нефти по нефтепроводу Баку - Грозный - Тихорецк - Новороссийск через территорию Чеченской Республики. Этот проект должен был приносить Чечне ежегодно 24 млн долл. дохода с 2002 г. Азербайджан же планировал ежегодно увеличивать экспорт нефти через Россию и обеспечить к 2003 г. транзит ежегодно 5 млн т нефти [Агакишиев 2018, с. 360].
После подписания трехстороннего соглашения Гейдар Алиев заявил:
Надеюсь, что дальше не будет препятствий, и российская компания «Транснефть» немедленно приступит к налаживанию трубопровода на территории Чеченской Республики Ичкерия, что, как они заявили, сделают в течение 20 дней, после чего мы сможем уже транспортировать нефть. Известно, что трубопровод на территории Азербайджана до границы России готов и заполнен нефтью. Мы готовы хоть завтра транспортировать нефть по этому трубопроводу. Надеюсь, что в течение месяца все это будет возможно9.
Российская сторона пообещала, что трубопровод будет введен в эксплуатацию к 1 октября 1997 г. Согласно договору, на территории Азербайджана должна была действовать Азербайджанская международная операционная компания (АМОК), а российская компания «Транснефть» несла ответственность за все части трубопровода, проходящие через территорию Российской Федерации10.
Однако 15 сентября 1997 г. правительство России приняло окончательное решение о прокладке трубопровода в обход Чечни. Такой вариант был выгоден центральным властям по двум причинам: во-первых, Чечня таким образом лишалась средств давления на Москву, а во-вторых, Россия обеспечивала транспортировку нефти по безопасному маршруту [Агакишиев 2018, с. 361].
Трубопровод Баку - Новороссийск был введен в эксплуатацию 25 октября 1997 г. и имел исключительное значение для ранних поставок нефти в Европу. Подписанные документы способствовали развитию промышленной инфраструктуры как Азербайджана, так и России и обеспечили приток инвестиций в Азербайджан. Так, к январю 1998 г. структуры «ЛУКОЙЛа» инвестировали в экономику Азербайджана около 145 млн долл. В 1997 г. в бюджет Азербайджана от налогов «ЛУКОЙЛа» поступило 24 млрд манатов. Азербайджанский бюджет компании на 1998 г. составлял 90 млн долл.11
Отметим, что проводимая Гейдаром Алиевым политика открытых дверей в отношении иностранных инвестиций неоднократно подвергалась критике внутри страны. Оппозиция активно критиковала низкую долю Азербайджана в контрактах в го- 9 Алиев Г.А. Азербайджанская нефть... 5-я книга. С. 223.
10 Там же. 4-я книга. С. 352. Агакишиев И.А. История бакинской нефтяной промышленности.сударственном нефтяном секторе («ЛУКОЙЛ» имел 10% долю в «Контракте века», а иранская нефтяная компания участвовала в разработке месторождения Шахдениз), «указывала на политический подтекст, имевшийся при разработке азербайджанской нефти компаниями из России и Ирана» [Агакишиев 2019, c. 35] и неоднократно заявляла, что пересмотрит условия этих соглашений, если придет к власти.
На развитие сотрудничества между Москвой и Баку негативно влияли и бизнес-круги США, которые сомневались в наличии заявленных запасов нефти и в том, что имеющиеся запасы оправдают вложенные средства. Появлялась даже информация об отказе «Транснефти» от договора по перевозкам по маршруту Баку - Новороссийск из-за нехватки нефти. Тем не менее эти и другие негативные факторы не могли переломить взаимную заинтересованность России и Азербайджана в сотрудничестве.
В этой связи большое значение имело подписание в 1999 г. нового соглашения между Россией и Азербайджаном о регулировании совместного использования природных ресурсов в азербайджанском секторе Каспийского моря. В ходе встречи с президентом Гейдаром Алиевым в Баку министр топлива и энергетики Российской Федерации Виктор Калюжный лоббировал интересы компании «ЛУКОЙЛ» и поддержал северный маршрут транспортировки нефти из Азербайджана. Он предложил перерабатывать производимую «ЛУКОЙЛом» нефть на заводах в столице Азербайджана. Это помогло бы ликвидировать дефицит топлива в Северо-Кавказском регионе и Ставрополье [Агакишиев 2019, с. 36].
В 1999 г. военный конфликт в Дагестане и возобновление ан- титеррористической операции в Чечне поставили под угрозу работу нефтепровода. Этим воспользовались США и Турция, которым удалось реализовать проект строительства нефтепровода Баку - Супса. Стало ясно, что Азербайджану нужен еще один нефтепровод - новый трубопровод из Турции в Средиземное море [Чернявский 2010, с. 34].
В эти годы Азербайджан начал реализовывать политику диверсификации энергетики. В соответствии с ней 18 ноября 1999 г. на Стамбульском саммите ОБСЕ президент Азербайджанской Республики Гейдар Алиев, президент Грузии Эдуард Шеварднадзе и президент Турецкой Республики Сулейман Демирель подписали соглашение «о транспортировке сырой нефти по основному экспортному трубопроводу Баку - Тбилиси - Джейхан по территории Азербайджанской Республики, Грузии и Турецкой Республики». В тот же день было принято решение об осуществлении строительства и газопровода для транспортировки природного газа, добываемого на месторождении Шахдениз в Турцию по маршруту Баку - Тбилиси - Эрзурум. Осуществление данного проекта не только способствовало укреплению региональной безопасности и социально-экономическому развитию Азербайджана и Турции, но и превратило их в важных партнеров Европы в энергетической, транспортно-коммуникационной и других сферах [Гурбанова 2020, с. 139].
Россия предложила свои ресурсы для вывода каспийской нефти на мировой рынок, поставив под вопрос возможность строительства нефтепровода Баку - Тбилиси - Джейхан. По мнению российских властей, Азербайджан не располагал достаточными запасами нефти для наполнения нефтепровода. Россия считала, что выгоднее будет соединить трубопровод с существующим нефтепроводом в Казахстане, проложив таким образом маршрут через российскую территорию на запад. Но концерны, участвовавшие в строительстве трубопровода, выбрали более дешевый с их точки зрения проект в обход территории РФ.
Таким образом, в 90-е гг. XX в. отношения между двумя странами носили прагматический характер и базировались на национальных интересах - так, как их понимало руководство Азербайджана и России. При этом энергетическое сотрудничество между ними осуществлялось на непростом политическом фоне: между Баку и Москвой существовала напряженность в отношении армяно-азербайджанского нагорно-карабахского конфликта, правового статуса Каспийского моря и безопасности энергетических трубопроводов. Это осложняло азербайджано-российский энергетический диалог и требовало значительного дипломатического искусства и доброй воли руководителей двух стран для продвижения объективно взаимовыгодного сотрудничества.
Энергетическое сотрудничество между Россией и Азербайджаном в начале 2000-х гг.
После прихода к власти в 2000 г. Владимира Путина во внешней политике России, в том числе в отношениях с Азербайджаном, прагматические тенденции стали еще более выраженными Azarbaycan - Rusiya diplomatik munasibatlari - 30 [Азербайджанороссийские дипломатические отношения - 30]. [Электронный ресурс] // Presidential Library of the Affairs Department of the President of the Republic of Azerbaijan. .
Визит президента Владимира Путина в Азербайджан 911 января 2001 г. имел большое символическое и практическое значение: во-первых, российский лидер впервые посещал независимый Азербайджан; во-вторых, в первый же день визита, 9 января, было подписано соглашение между «ЛУКОЙЛ» и ГНКАР о разделе долей в добыче, разведке, разработке и добыче на азербайджанских нефтяных месторождениях Зых и Говсаны13. Характеризуя результаты встречи со своим российским коллегой, президент Азербайджана заявил:
После обретения Азербайджаном независимости были отдельные этапы, которые осложнили наши отношения. Возможно, это было одной из причин, почему мы не смогли добиться такой поездки. Однако сегодняшний день показал, что большинство вопросов, препятствовавших нашей встрече, Вашему визиту, были искусственными, надуманными и не соответствовали действительности. Реальность такова, что сегодня мы проделали очень хорошую работу. Поэтому можно смело сказать, что визит открывает новый этап во взаимоотношениях между Российской Федерацией и Азербайджаном14.
С конца 2000 г. «Газпром» начал поставлять газ в Азербайджан по газопроводу «Моздок - Газимамед». С 1 января 2004 г. вступило в силу долгосрочное пятилетнее соглашение между ООО «Газпром экспорт» и ГНКАР, подписанное в декабре 2003 г. и предусматривавшее поставки газа в объеме 4,5-5,5 млрд кубометров в год до 31 декабря 2008 г. В те годы внутренний спрос Азербайджана на газ составлял 9,5-10 млрд кубометров, а доля газа в топливно-энергетическом балансе составляла 45%. Объем добычи газа самим Азербайджаном был близок к 5,5 млрд кубометров [Гусев 2014].
ноября 2006 г. между ГНКАР и «Руснефтью Абшерон Ин- вестментс Лимитед» было подписано «очередное соглашение о восстановлении, разработке и распределении долей в добыче Qasimli M.C. Op. cit. S. 552. Rusiya Prezidenti Vladimir Putinin §arafina ta§kil olunmu§ rasmi qabulda Azarbaycan Prezidenti Heydar Oliyevin nitqi. 9 yanvar 2001 [Выступление Президента Азербайджана Гейдара Алиева на официальном приеме, организованном в честь Президента России Владимира Путина. 9 января 2001 года]. [Электронный ресурс] // “Heydar Aliyev heritage” International Online Library. блока, включающего нефтяные месторождения “Зых” и “Говса- ны” в Азербайджанской Республике» Azorbaycan Respublikasinda “Zig” уэ “Hovsan” neft yataqlarinin daxil oldugu blokun borpasi, i§lonmosi уэ hasilatin pay bolgusu haqqinda Sazi§ [Соглашение о восстановлении, разработке и долевом разделе добычи блока, включающего нефтяные месторождения «Зых» и «Говсаны» в Азербайджанской Республике]. [Электронный ресурс] // State Oil Company of the Republic of Azerbaijan. .
В этот период Азербайджан играл важную роль в реализации региональных энергетических проектов, среди которых основное место занимал проект «Баку - Тбилиси - Джейхан» (БТД), предусматривающий транспортировку азербайджанской нефти в Европу. В то время как грузинская часть трубопровода БТД была завершена в 2005 г., первый поток нефти пошел в Джейхан в 2006 г. А в 2008 г. к нефтепроводу БТД присоединилась и казахстанская нефть. Это обстоятельство, с одной стороны, позволило Казахстану найти альтернативный путь для продаваемого России газа, а с другой - сделало возможным нарушение российской монополии в энергетической сфере в Европе - монополии, которая тревожила как европейские государства, так и многие постсоветские страны. Очевидно, что в случае реализации проекта нефтепровода Баку - Тбилиси - Джейхан стратегическое значение нефтепровода Баку - Новороссийск снижалось. Разумеется, это не устраивало российское руководство, которое незамедлительно выступило с инициативами, нацеленными на привлечение на свою сторону государств постсоветского региона и создание альтернативных энергетических линий, а в конечном итоге - призванными не допустить реализации здесь энергетических интересов Запада [Bayramoglu 2019, s. 24]. Позицию России публично обозначил министр иностранных дел Игорь Иванов, который заявил: «Баку - Тбилиси - Джейхан считается нерентабельным с точки зрения экономики и безопасности. Трубопроводы, проходящие через Грузию в Турцию, представляют угрозу национальной безопасности России, и мы можем сотрудничать в этом направлении только при учете исторических и политических интересов России» Qasimli M.C. Op. cit. S. 361..