В сентябре 2015 г. Тонни Эбботта на посту премьер-министра Австралии сменил Малкольм Тернбулл, избранный новым лидером Либеральной партии. На 29-ого премьер-министра с самого начала возлагали большие надежды, в том числе и во внешней политике, ввиду его взвешенной и осторожной позиции .
Упор в отношениях с Китаем, как и в период предыдущих администраций был сделан на тесном экономическом сотрудничестве. Как бывший бизнесмен, М.Тернбулл понимал, что Китай останется основным торговым партнером Австралии, и что именно от КНР, во многом, будет зависеть благополучие австралийской экономики . Однако новое правительство не осталось в стороне от критики действий Китая в акваториях ВКМ и ЮКМ .
Отношения Австралии и Китая в период 2016-2018 гг. значительно охладели. Это связано с несколькими факторами.
В 2017 г. правительство М. Тернбулла подготовило закон об иностранном вмешательстве. Несмотря на то, что закон не был по заверению его авторов направлен против какой-либо конкретной страны, Китай воспринял его крайне негативно. В СМИ разгорелся скандал: австралийская пресса выражала опасения по поводу вмешательства Коммунистической партии Китая в работу австралийских университетов, в том числе через деятельность китайских компаний, работающих в Австралии . На фоне скандала с сенатором от Лейбористкой партии Сэмом Дестияри, которого обвинили в связах с китайскими спецслужбами и вынудили покинуть парламент , сам премьер-министр заявил о своих опасениях относительно «китайского на внутреннюю политику» . Ранее, на форуме Шангри-Ла в Сингапуре в июне 2017 г. Малкольм Тенбулл также предостерег Китай от использования «коррупции, вмешательства или принуждения» для достижения своих целей в регионе . Официальный представитель МИД КНР Гэн Шуан заявил, что был «шокирован подобным высказыванием австралийского лидера» . Пекин заявил, что это «отравило» китайско-австралийские отношения . Ситуацию усложнило и то, что в связи с растущей напряженностью китайские инвесторы были отстранены от участия в торгах важных энергетических компаний Австралии .
Премьер-министр Австралии попытался опровергнуть свою анти-китайскую позицию, назвав это «абсурдом» и обвинил СМИ в том, что они представляют австрало-китайские отношения «в гораздо более негативном ключе» . Выступая с речью в Университете Южного Уэльса в августе 2018 г., которая по оценкам экспертов, стала попыткой «перезагрузки» двусторонних отношений. В своей речи М. Тернбулл сослался на слова Председателя КНР Си Цзиньпина о том, что отношения всех стран должны строится на основе общих правил и международного права . Тем не менее, реакция Пекина на речь Тернбулла была довольно скромной. Глава МИД Австралии Дж. Бишоп с 2016 г. больше не посещала Китай.
Непонимание в Пекине вызвал отказ правительства Тернбулла от участия в инициативе «Один пояс - один путь» под предлогом фокусирования Австралии на «конкретных проектах» и одновременное подписание Австралией меморандума о взаимопонимании с США об участии в крупном инвестиционном проекте в ИТР .
Еще одним фактором, оказавшим влияние на австрало-китайские отношение в 2015-2018 гг., стала политика новой американской администрации Д. Трампа. Определив КНР в качестве угрозы первого порядка и «ревизионисткой державы», новый американский президент ожидал поддержки ближайших союзников, включая Австралию, в том числе в рамках Четырехстороннего стратегического диалога. Политика «Америка превыше всего» и концепция «мир через силу» заставили экспертов и специалистов в области международных отношений заговорить о возвращении «борьбы великих держав» . Под вопросом оказалась приверженность Соединенных Штатов либеральному мировому порядку, играющему важную роль в отношениях Китая и Австралии. Это также касается вопроса свободы мореходства в Южно-Китайском море . Несмотря на то, что австралийское правительство пытается особенно тщательно подбирать формулировки, дистанцироваться от некоторых американских инициатив и максимально перевести австрало-китайское взаимодействие в экономическую составляющую, политические отношения с Китаем становятся все более сложными.
Итак, проанализировав австрало-китайские политические отношения в период 2013-2018гг., можно разделить их на 3 этапа:
1 этап: 2013-2014гг. - пик отношений - выход на уровень стратегического партнерства и подписание договора о свободной торговле.
2 этап: 2015-2016 гг. - охлаждение двусторонних отношений - фактор Японии.
3 этап: 2017-2018 гг. - заморозка политический отношений - фактор США.
Таким образом, самым плодотворным периодом австрало-китайских политических отношений можно назвать время премьерства Джулии Гиллард, которой, несмотря на скептические оценки ее возможностей во внешней политике, удалось добиться значительных успехов в отношениях с Китаем . В своей внешней политике, она заменила подход по сдерживанию на его активное вовлечение . Благодаря установлению стратегического партнерства, отношения Австралии и КНР вышли на новый уровень.
Китайский политический курс Т. Эббота можно охарактеризовать как крайне противоречивый. Добившись подписания соглашения о свободной торговле с Китаем, он тем не менее, не сумел добиться улучшения политического диалога. Явный прояпонский и проамериканский курс его внешней политики привел к ухудшению австрало-китайских политических отношений.7
Несмотря на большие ожидания со стороны Пекина, премьерство М. Тернбулла не смогло вывести австрало-китайские отношения из периода охлаждения. Чрезмерно принципиальная и порой жесткая риторика премьер-министра Австралии не позволило начать с Пекином конструктивное политическое взаимодействие. При это, стоит учитывать усиление конфронтации в отношениях США и Китая, оказавшее неблагоприятное влияние на австрало-китайские отношения.
Итак, в первом параграфе первой главы данного исследования были выделены основные особенности и принципы внешней политики Австралии. Был сделан вывод о том, что эти особенности оказывают непосредственное влияние на развитие австрало-китайских отношений.