Теоретическая правовая культура включает в себя высокий уровень не только знания права, но и понимания его глубинных свойств и ценностей, механизма действия, факторов, воздействующих на эффективность права, и т.д.
Для развития правовой жизни общества существенны все три уровня правовой культуры, но особую значимость имеет профессиональная правовая культура, так как она определяет работу всех государственных учреждений, всего государственного аппарата, его звеньев, политических объединений и др. Не менее важна роль и теоретической правовой культуры: она раскрывает уровень развития юридической науки в целом, без чего невозможна правильная правовая политика государства, определяющая стратегию и тактику развития юридической жизни страны.
Ценность права
В юридической науке проблему ценности права детально разработал проф. С. С. Алексеев. Он обосновал тезис о том, что право — это не только необходимость, но и социальное благо, социальная ценность. Оно обладает рядом высокозначимых свойств — общеобязательностью, нормативностью, высокой обеспеченностью и другими свойствами, раскрывающими его социальную силу.
По мнению С. С. Алексеева, право обладает:
социальной ценностью;
инструментальной ценностью;
собственной ценностью.
Социальная ценность права заключается в трех моментах:
а) право обладает возможностью обеспечивать устойчивый порядок в общественных отношениях. Оно позволяет добиться такого порядка в жизни общества, который действует по всей стране, постоянно, неизменно, непрерывно во времени;
б) право благодаря своим свойствам позволяет достигнуть определенности, точности в самом содержании общественных отношений. И здесь главная роль принадлежит формальной определенности права. Благодаря этому свойству права правовое регулирование общественных отношений имеет четкие границы, позволяет отделить правомерные поведение и действия от произвола и своеволия;
в) право позволяет достичь гарантированного результата, что обеспечивается опорой права на государственное принуждение и делает право высокообеспеченным.
Инструментальная ценность означает, что право:
а) представляет собой мощный регулятивный инструмент и выступает средством решения разнообразных задач, может использоваться как инструмент разными субъектами: государством, церковью, общественными объединениями, гражданами и др. Однако на первом месте стоит, конечно, государство, поскольку право реализуется, охраняется с помощью государства;
б) является опосредствующим звеном при реализации товаро-рыночных институтов, институтов управления, демократии, морали, культуры, выступает средством их воплощения в жизнь;
в) устанавливает систему типовых масштабов поведения и действий. Благодаря этому право выступает главным инструментом обеспечения организованности общественной жизни.
Инструментальная ценность права раскрывает его служебную роль в обеспечении функционирования других социальных институтов — государства, социального управления, морали и др.
Собственная ценность права состоит в том, что право представляет собой глубинный элемент цивилизации, культуры, который вбирает в себя важнейшие социальные ценности общества. Кроме того, право выражает важнейшие общечеловеческие ценности — свободу, справедливость и равенство людей. В этом своем качестве право способно:
1) дать простор для свободы личности посредством предоставления людям субъективных прав;
2) добиться активности в поведении и действиях;
3) сопоставить поступки и действия с требованиями морали;
4) выступать фактором прогресса, обновления общества, а также эффективным средством межгосударственного общения, решения планетарных проблем.
Право в разных странах имеет разные формы и содержание, которые чаще всего отражают уровень развития общества, его культуру.
Вместе с тем, представляя собой культурную ценность, право в разных обществах занимает неодинаковое место в системе социальных ценностей. В одних странах право занимает самую верхнюю ступень в иерархии ценностей общества, в других — уступает место религии, а само право играет второстепенную роль (например, в теократических государствах). Поэтому право может служить разным целям, но основное его назначение — служить обществу, человеку.
Таким образом, право обладает уникальной социальной, инструментальной и собственной ценностью, поскольку воплощает сплав фундаментальных устоев цивилизованного общества, противостоит произволу, очерчивает строгие рамки для поступков и действий.
Приоритет права, правовых начал в организации общества, в деятельности государственной власти выражает в жизни торжество высокой нравственности, справедливости, необходимой организованности в единстве и свидетельствует о высокой общей и правовой культуре общества и его членов.
Ценности морали
Существует моральная оценка деятельности человека с точки зрения соответствия ее принятым в обществе правилам поведения. Поступки человека могут быть нравственными (достойными, благородными, правильными) и безнравственными. Критерии, по которым происходит подобное разделение, называют моральными нормами. Мораль многообразна, она может пониматься и как опыт житейской мудрости, как исполнение божественных заветов, как инструмент сохранения порядка в обществе, как честность во взаимоотношениях людей, как высший смысл человеческой жизни, как внутренний голос совести и даже как устаревшие требования, мешающие человеку быть самим собой.
Основой морали являются - совесть (нравственное чувство, позволяющее человеку определять свои поступки и действия с точки зрения добра и зла) и долг (нравственное веление, готовность поступать в соответствии с собственным представлением о правильном поведении).
Большинство народов мира сейчас имеют некоторые общие черты нравственного поведения: бескорыстие, мужество, правдивость, скромность, гуманизм, мудрость и др. Качества, которые вызывают порицание у многих народов (пороки), — глупость, корыстолюбие, тщеславие, лесть и т.д.
Основными категориями морали являются представления о добре и зле. Это наиболее общие понятия, которые позволяют оценивать действия и поступки людей. Добро — главная ценность человека, его моральная святыня. Добру противостоит зло.
У каждого из нас есть выбор пути добродетели или порока, но мы не свободны от ответственности за выбранный путь.
Общепринятые этические требования и ориентиры моральных поступков составляют общечеловеческое в нравственном сознании. Именно они выражают требования нравственного идеала как высшей моральной цели («золотое правило» нравственности). С древних времен до сегодняшнего дня «золотое правило» нравственности постоянно менялось, но в нем всегда сохранялись идеи свободы и равенства людей, самоценности и достоинства каждой личности. В общем виде это правило можно выразить следующим образом: «Поступай с другими так, как хочешь, чтобы они поступали с тобой».
Особенность морали состоит в том, что она основана на ценностях - предпочтениях людей, исходящих из их целей и идеалов. В центре нравственных ценностей стоит представление о благе (предельная форма добра, состояние полного согласия человека с действительностью и самим собой). Отсюда исходят: доброта, великодушие, сострадание, забота о ближнем, щедрость, честность, спокойствие, надежда и т.п. Все эти ценности можно назвать добродетелями. Им противостоят пороки — ненависть, зависть, гордыня, неумеренность, эгоизм, жадность и т.п.
Нравственное самосовершенствование состоит в изменении пропорций злого и доброго в самом себе в сторону первого, но для этого необходимо сделать личный моральный выбор.
Еще одной значимой проблемой для философии права является правовой прогресс.
В философии прогресс (лат. — движение вперед, успех) обычно понимается как развитие от низшего к высшему. Такое понимание прогресса достаточно давно получило распространение и в толковых словарях. Например, В. И. Даль определял прогресс как умственное и нравственное движение вперед. В современных словарях под прогрессом понимается переход на более высокую ступень в развитии, движение вперед, изменение к лучшему, улучшение.
При таком подходе прогресс выступает в качестве составляющей диалектики. В основе диалектики лежит развитие, приращение знаний, движение вперед, что и является прогрессом. Для понимания и осознания прогресса важна точка отсчета, от которой начинается измерение по принципу «что было» и «как затем стало». Можно выделить и основные свойства прогресса: относительность и конкретность. Н. И. Кареев писал: «Нет ничего абсолютно совершенного. Есть только именно такие относительные и сравнительные совершенства, а мы их можем расположить в известном порядке... по степени их удаления от несовершенного и приближения к совершенному с нашей точки зрения... Применяя этот идеальный порядок к последовательности исторических фактов, мы оцениваем ход истории как совпадающий или несовпадающий с этим идеальным порядком, то есть как прогрессивный или регрессивный и, подводя общий итог, высказываем свой суд над целым действительной истории, определяем его смысл».
Прогресс возможен, судя по всему, в любой системе. Даже если система константна и, казалось бы, не изменяется, такое состояние покоя в историческом отрезке можно оценить как прогрессивное или, напротив, регрессивное. Ведь состоянию покоя предшествовало зарождение, движение, совершенствование. Состояние же покоя опять же в более длинном историческом отрезке может выглядеть и как застой, и как фундамент для дальнейшего движения.
В целом нашему миру, бытию свойственно меняться и развиваться. Это можно наблюдать и в окружающей нас природе, и в человеческой деятельности, и в общественной жизни. Наконец, это ощутимо и в сознании человека. Сознанию человека, на наш взгляд, объективно свойственна неудовлетворенность достигнутым. Вслед за реализацией даже самых сокровенных желаний наступает временный покой, а далее вновь следуют позывы к движению вперед. И это свойственно не только амбициозным и целеустремленным, но и вроде бы самоуспокоившимся самодостаточным людям. Отсутствие стремления к развитию, движению вперед влечет деградацию человека[6].
Явления прогресса — регресса присутствуют во всех областях бытия, главное — правильно выбрать ту самую точку отсчета и временной интервал. В связи с этим можно выделить бесчисленное множество видов прогресса: технический, умственный, нравственный, экономический и т. д. В свою очередь, такие виды прогресса можно диалектически укрупнять или, напротив, дробить. Например, в техническом прогрессе можно выделить прогресс в области машиностроения, самолетостроения, кораблестроения и т. д., в экономическом прогрессе — прогресс в развитии банковского дела и др. Если смотреть с обратной стороны, прогресс в изучении ядерной физики является составляющей прогресса в физике в целом и далее — научного прогресса.
Следует отметить, что мы не связываем прогресс исключительно с активной, подчас революционной деятельностью человека по постижению новых научных тайн, достижению новых высот и т. д. Думается, не надо доказывать, что движение и развитие материального мира, природы, сознания идет и эволюционным путем.
Очевидная сложность заключается в определении критериев прогресса. Ведь даже названные виды прогресса настолько не похожи друг на друга и, соответственно, кардинально различны критерии их оценок.
В научной и учебной литературе делались попытки определить общий, универсальный критерий прогресса. Более обоснованным представляется подход к уяснению такого критерия через системно-структурный научный метод. Если оценивать прогресс в каком-либо явлении бытия или процессе системно-структурно, то общий, универсальный критерий прогресса будет иметь следующие признаки:
увеличение степени дифференцированности (разнообразия) системы, сопряженное с интегрированностью ее частей, компонентов;
усиление мобильности, эффективности и надежности материальных систем, увеличение их способности преодолевать противоречия;
воспроизведение в расширяющихся масштабах основных функций системы;
рост автономности системы по отношению к внешним условиям;
усиление степени организации, степени целостности системы[7].
Вместе с тем и такой подход не может удовлетворить все запросы. Так, очевидно, что он все же не полностью применим к оценке социальных явлений, даже если рассматривать их как систему. И тем более неприменим к прогрессу в сознании и умственному прогрессу, над познанием которого бились многие поколения философов.
Таким образом, проблему определения общего, универсального критерия прогресса философия и наука пока не решили. Это заставляет искать критерии прогресса непосредственно для каждого из его видов.
При этом нас, естественно, в первую очередь интересует прогресс в юриспруденции или правовой прогресс, который, по нашему мнению, относится к научному ведению философии права.
Здесь уместно задать вопрос о том, существует ли правовой прогресс. Ответ на него должен быть положительным. С развитием человечества совершенствуется и право, правовая регламентация деятельности. Так, современное гражданское право во многом базируется на римском праве, однако значительно ушло от него вперед по регламентации конкретных видов деятельности. В уголовном праве обоснованы и введены понятия состава преступления, его элементов, установлены сроки давности привлечения к ответственности, признаны недопустимыми телесные наказания и т. д. В уголовно-процессуальном праве отменены такие виды установления истины, как поединок, испытания, пытка[9]. То есть правовой прогресс налицо.
Вместе с тем это явление философией права подробно не изучалось. В связи с этим в своих исследованиях мы будет отталкиваться от философского понимания прогресса в целом, на основе чего обратимся и к его правовой составляющей.
Правовой прогресс следует определить как переход на более высокий уровень развития права, улучшение правовой регламентации.
Первоначально хотелось связать правовой прогресс исключительно с качественным улучшением правовой регламентации. Поначалу представлялось, что качественность изменений является ключевым понятием, фиксирующим переход от одного состояния в другое. И такая точка зрения в принципе была неплохо обоснована. Однако после обобщения и переосмысления эмпирического материала от нее пришлось отказаться. Например, в результате научных работ происходит уточнение какого-либо понятия в законе. Казалось бы, мелочь, однако такое улучшение — даже незначительное! — позволяет лучше понять правовую норму, избежать ошибки в ее применении. Это разве не прогресс? Подобное уточнение в данном случае не связано с глобальным улучшением, не влечет качественных позитивных изменений, но все равно это движение вперед, а значит, прогрессивное движение. Кроме того, всем известен пример о значении запятой в выражении «казнить нельзя помиловать». Всегда ли мы до конца понимаем значение сделанных изменений в правовые нормы? Всегда ли их можно точно просчитать? Наверное, нет. Поэтому позитивные изменения в правовой регламентации есть прогрессивное движение, правовой прогресс.
Основными свойствами правового прогресса являются относительность и конкретность.
Относительность прогресса заключается в определении предмета (явления, процесса, действия и т. д.), по отношению к которому оценивается прогресс. Например, в СССР не имелось широкого доступа к мировой правовой мысли. А если доступ и разрешался, то правовые идеи рассматривались исключительно через призму критики. В настоящее время любой специалист имеет свободный доступ к любым книгам о праве, вправе высказать по ним свою оценку и не будет подвергнут за это осуждению и тем более репрессиям. Таким образом, по сравнению с СССР в России в части юридической науки, доступа к праву правовой прогресс налицо.
Прогресс не является научной абстракцией, он всегда конкретен. Выявление прогресса подразумевает конкретику, четкий и понятный результат. В частности, открытие значения отпечатков пальцев позволило с начала XX в. активно использовать их в раскрытии преступлений, чего объективно не было в предыдущий период. А если сравнивать криминалистические средства начала XX в. с современными возможностями криминалистики, то опять же очевидно прогрессивное развитие.