Близость финно-угорского и дагестанского фольклора проявляется через типологические связи отдельных мотивов (например, магического перевоплощения), которые объясняются различными исторически детерминированными факторами. Например, герои-антагонисты карело-финских рун в ходе единоборств могут перевоплощаться в разные зооморфные существа или наделяются способностью насылать друг на друга своих тотемных животных. При преследовании герой или героиня превращаются в рыбу или птицу. Например, в хантыйском мифе «Священное сказание о Желанном Богатыре - Купце Нижнего Света, Купце Верхнего Света» [20, с. 105-125] герой и его жена принимают свой изначальный зооморфный облик - гусей. В мансийской сказке «Младший брат-гусь» [20, с. 463-467] герой в облике гуся выполняет функции царя и становится мужем младшей царевны.
К древнейшим мифологическим пластам фольклора народов Дагестана относятся устные рассказы и предания о покровителях лесов, зверей, охоты. Покровитель может быть представлен в зооморфном облике тура, марала, змеи. Например, «Дочь кажа», «Охотник Чилав» (аварские), «О марале», «Чудесный дар марала» (рутульские) и др.
Мифологические мотивы, отражающие представления о «двойной» - антропоморфной и зооморфной - природе персонажа, представлены в рутульском предании «Змея бездетных родителей» [27, IV, с. 137-139]. Характерная особенность этого сюжета - переплетение мифологических элементов со сказочными (мотивы замужества девушки, её чудесное превращение ночью в змеёныша).
В эпоху бытования зооморфных представлений зооморфную форму приобретают и образы чудесных близнецов. Они обычно превращаются в птиц: «О превращении девушки в удода» (аварское), «О превращении сестры в филина» (даргинское), «Аисты» (кумыкское), «Кукушки», «Удод» (рутульские).
Мотивы перевоплощения героев в различных животных встречаются не только в мифологической прозе разных народов, но и в волшебных сказках. Особое внимание в сказочном эпосе привлекает мужской персонаж - младший брат. «Идеализация младшего брата в волшебной сказке - социальное явление. Это частное выражение (специфичное для волшебной сказки) демократического протеста против возникавшего в период разложения родового строя классового неравенства» [17, с. 64].
Герой волшебных сказок угорских народов отличается добродушием и незлобивостью, которые можно интерпретировать устойчивостью родоплеменных связей. Те же черты проявляются в герое хантыйской сказки «Небесного отца младший сын» Хантыйская сказка «Небесного отца младший сын» («Терэм дон ай па^»). ОУИПИиР. ХМФ 1503. ХР. 01.00.00 Объем текста в п.л.: 1,3. Собиратель: Ермакова Р.И. Информант: Усанов Я. Н.. Иначе представлен образ младшего брата в ряде дагестанских волшебных сказок, где ему свойственно коварство.
Движущим мотивом мифических и сказочных жанров финно-угорских и дагестанских народов является мотив женитьбы. Герой сказания получает просьбу или наказ от отца, правителя, местного населения; он вступает в противоборство с заклятым врагом, которого побеждает умом или силой. В знак благодарности получает красивую и умную невесту. Здесь прослеживается понимание добра и зла, сложившееся у первобытнообщинных народов. Так в хантыйской сказке «Бабушка Сясими и внук Имихилы» [3, с. 66-73] герой за преодоление трудностей и победу над злыми лесными духами менгк'ами одаривается молодой красивой невестой. Исключительность девушки объясняется способом её появления в доме Имихилы: он наступил на тлеющий уголь, выпавший из очага, уголёк вспыхнул, выстрелил искрой, и перед ним предстала Султум в красивой сах-шубе. Соответствия этому сюжету можно обнаружить при сравнительно-сопоставительном анализе многочисленных угорских и дагестанских сказок о поисках исчезнувшей или похищенной жены.
Примечательно, что в сказках народов Дагестана часто упоминаются экзотические животные, которые в этом краю не обитают. В кумыкской волшебной сказке «Плешивая плутовка говорит, чтобы зарезали, гость, бедняга, говорит, чтобы оставили!» [27, II, с. 586-592] повествуется о том, как в местном озере был обнаружен кит: «...убили кита и распороли его брюхо. Распороли, а оттуда выходит Патимат, держа в руках златовласого, белолобого мальчика». Некоторые элементы этого сюжета, имеющего международную типологическую основу, обнаруживаются в хантыйской волшебной сказке «Младший сын царя» [3, с. 73-87], где рассказывается о том, что двухмачтовый корабль царевича очутился в огромном тёмном желудке морского чудовища. Подобный мотив содержится и в прибалтийско-финской руне об Антеро Випунене, где огромная щука проглатывает кузнеца Ильмойллини. Во всех случаях сказочные герои при помощи ума, сноровки, сверхъестественных сил высвобождаются из «плена».
В фольклоре разных народов обнаруживаются мотивы насильственного умерщвления или захоронения людей преклонного возраста. Эта жестокая практика бытовала повсеместно. Например, в южнокарельской руне, изображающей борьбу со смертью, встречается мотив захоронения пожилых людей живыми. Этот эпизод перекликается с мотивом дагестанских преданий, согласно которым у горцев в старину существовал обычай бросать нетрудоспособных стариков в пропасть [16, с. 9-10; 10, с. 51]. Этот древний обычай лёг в основу многих притч: аварской - «Отец и сын», общедагестанской - «Свёкор и невестка».
Типологические связи наблюдаются также между карело-финскими рунами и дагестанскими волшебными сказками, возможно относящимися к эпохе патриархального гнёта. Подобно героям ижорских (карело-финских) рун (пастуху Куллерво, сыну убитого Калервы, герою широко известного эпического предания «О вожде-богатыре `Светлый как Ядрышко Шишки богатырь' и его сыне») герой дагестанских сказок Рустам вступает в конфликт с падишахом, дэвами, чтобы отомстить за смерть своего отца. В хантыйском героическом сказании о Лампаске и его внуке [20, с. 136-141], подросший герой также отправляется в город врагов мстить за отца.
Взаимообогащение фольклорных сюжетов и мотивов разных народов прослеживается на разных этапах исторического развития. Типологические схождения между финно-угорским и дагестанским фольклором имеются и в текстах относительно позднего происхождения. Так, в романтическом эпосе (в любовных балладах финно-угорских народов), в значительной мере в карело-финском фольклоре, и в дагестанских легендах) можно отметить параллели между заключительными эпизодами карельской баллады о гибели влюблённых, на могилах которых выросли деревья и переплелись ветвями, и лезгинском народном мифологическом повествовании о неразлучных влюблённых, якобы обладавших магическими способностями. Следует отметить, что мотив превращения влюблённых в деревья является общемировым [6], [25]. фольклорный текст менталитет
В результате наблюдений над типологическими сходствам устно-поэтического творчества финно-угорских и дагестанских народов можно сделать вывод о том, что наличие соответствий объясняется единством цивилизационных процессов: все народы прошли определённые материально-культурные, формационные периоды, которые, независимо от занимаемых территорий, породили схожие темы, мотивы, сюжеты и образы, в фольклоре всех народов отразились трудные социально-экономические условия жизни. Вопрос об историческом формировании и генезисе всей системы фольклорных сюжетов является очень сложным и требует комплексного подхода, который невозможно осветить в рамках одной статьи.
Список источников и литературы
1. Аджиев А.М. Материалы к предварительному обсуждению проекта проспекта свода «Памятники фольклора народов Северного Кавказа. Махачкала: ИЯЛИ ДНЦ РАН, 2015. 44 с.
2. Анисимов А.Ф. Религия эвенков в историко-генетическом изучении и проблемы происхождения первобытных верований. М.; Л.: Изд-во Акад. наук СССР, 1958. 238 с.
3. Антология фольклора народностей Сибири, Севера и Дальнего Востока / сост. В.М. Санги. Красноярск: Красноярское кн. изд-во, 1989. 490 с.
4. Богораз-Тан В.Г. Миф об умирающем и воскрешающем звере // Художественный фольклор / под ред. Ю. Соколова. М.: Мосполиграф, 1926. № 1. С. 67-76.
5. Бурыкин А.А. Хантыйские сказки и фольклор урало-алтайских народов. Тюмень: ФОРМАТ, 2017. 416 с.
6. Веселовский А.Н. Историческая поэтика. Л.: Худож. литература, 1940. 648 с.
7. Владыкин В.Е. Религиозно-мифологическая картина мира удмуртов. Ижевск: Удмуртия, 1994. 383 с.
8. Владыкина Т.Г. Удмуртский фольклор: проблемы жанровой эволюции и систематики. Ижевск: [б. и.], 1998. 354 с.
9. Волдина Т.В. Хантыйский фольклор: История изучения. Томск: Изд-во Том. ун-та, 2002. 258 с.
10. Гаджиев Б.И. Легенды и были Дагестана. Махачкала: Дагучпедгиз, 1991. 329 с.
11. Гаджиева С.Ш. Кумыки: Историко-этнографическое исследование. М.: Изд-во Акад. наук СССР, 1961. 387 с.
12. Гашарова А.Р. Художественное отражение коранических и библейских сюжетов и образов в фольклоре лезгин // Исламоведение. 2019. Т. 10. № 1. С. 97-107. DOI: 10.21779/2077-8155-2019-10-1-97-107
13. Г емуев И.Н, Бауло А.В. Святилища манси верховьев Северной Сосьвы. Новосибирск: Изд-во ИАЭТ СО РАН, 1999. 239 с.
14. Коми народный эпос / сост. А.К. Микушев. М.: Наука, 1987. 685 с.
15. Конкка У.С. Карельская сатирическая сказка. М.; Л.: Наука. [Ленингр. отделение], 1965. 152 с.
16. Магомедов Р.М. Легенды и факты. Махачкала: Дагкнигоиздат, 1969. 240 с.
17. Мелетинский Е.М. Герой волшебной сказки: происхождение образа. М.: Академия Исследования Культуры; СПб.: Традиция, 2005. 237 с.
18. Мифология народов Дагестана. Махачкала: Типография Дагестанского филиала АН СССР, 1984. 188 с.
19. Мифы, легенды и сказки удмуртского народа / переложение и лит. обработка Н. Кралиной. Ижевск: Удмуртия, 1995. 202 с.
20. Мифы, предания, сказки хантов и манси / сост., предисл. и примеч. Н.В. Лукиной. М.: Наука. Главная редакция восточной литературы, 1990. 568 с.
21. Панченко Л.Н. Лесной великан Менкв - персонаж мансийского фольклора // Вестник угроведения. 2018. T. 8. № 4. С. 658-671.
22. Петрушевский И.П. Ислам в Иране в VII-XV вв. Л.: Изд-во Ленингр. университета, 1966. 400 с.
23. Пропп В.Я. Поэтика фольклора (Собирание трудов В.Я. Проппа) / сост., предис. и ком. А.Н. Мартыновой. М.: Лабиринт, 1998. 352 с.
24. Ромбандеева Е.И. История народа манси (вогулов) и его духовная культура. Сургут: Сев. дом, Сев.-Сиб. рег. кн. изд-во, 1993. 208 с.
25. Русские народные баллады / подгот. текста, вступ. ст. и примеч. Д.М. Балашова. М.: Современник, 1983. 311 с.
26. Саид-афанди аль-Чиркави. Истории пророков. 1-я часть. Махачкала: Нуруль Иршад, 2008. 384 с.
27. Свод памятников народов Дагестана: в 20-ти томах / под ред. акад. Г.Г. Гамзатова (т. 2, 3), проф. М.И. Магомедова (т. 4, 5), проф. А.Т. Акамова (т. 10). М.: Наука. Т. 2. 2011. 653 с.; Т. 3. 2013. 566 с.; Т. 4. 2012. 294 с.; Т. 2015. 588 с.; Т. 10. 2021. 512 с.
28. Фольклор народов РСФСР: Межвузовский научный сборник. Уфа: Изд-во Башкирского ун-та, 1987. 160 с.
29. Чернецов В.Н. Фратриальное устройство обско-югорского общества // Советская этнография. 1939. № 2. С. 20-42.
30. Чурсин Г.Ф. Авары: этнографический очерк. 1928 г. / науч. ред. Р. И. Сефербеков. Махачкала: ИИАЭ ДНЦ РАН, 2008. 120 с.
31. Штернберг Л.Я. Первобытная религия в свете этнографии: Исследования, статьи, лекции. Л.: Изд-во Ин-та народов Севера ЦИК СССР им. П. Г. Смидовича, 1936. 572 с.
32. Adzhiev A.M., Alieva F. A., Gasharova A. R., Murtuzaliev Yu. M., Mukhamedova F. Kh. Dagestan people folklore phenomenon as a unity in diversity // The Turkish Online Journal of Design, Art and Communication. 2018, March. Special Edition. Рр. 475-481.
33. Gasharova A.R. Folklore of the peoples of Dagestan // Humanities & Social Sciences Reviews. 2021. Vol. 9. No. 4: July. Рp 04-07.
34. Gasharova A.R. Sound Organization And Poetic Forms Of Lezgi Folk Proverbs And Sayings // European Proceedings of Social and Behavioural Sciences (EpSBS). 2020. Vol. 92. SCTMG. Fp. 1774-1779.
35. Gerasimova SA. Mansi heroic songs: plots and motives // International Conference «Science and innovations 2021: development directions and priorities» (September 29, 2021, Melbourne, Australia). Melbourne, Australia: Scientific publishing house Infinity, 2021. Рр. 94-100.
References
1. Adzhiev A.M. Materialy k predvaritel'nomu obsuzhdeniyu proyekta prospekta svoda «Pamyatniki fol'klora narodov Severnogo Kavkaza [Materials for preliminary discussion of the draft prospectus of the collection “Monuments of folklore of the peoples of the North Caucasus]. Makhachkala, IYALI DNTS RAN Publ., 2015, 44 p. (In Russian).
2. Anisimov A.F. Religiya evenkov v istoriko-geneticheskom izuchenii i problemy proiskhozhdeniya pervobytnykh verovaniy [Religion of the Evenks in the historical and genetic study and the problems of the origin of primitive beliefs]. Moscow; Leningrad, Academy of Sciences of the USSR Publ., 1958, 238 p. (In Russian).
3. Antologiya fol'klora narodnostey Sibiri, Severa i Dal'nego Vostoka [Anthology of folklore of the peoples of Siberia, the North and the Far East]. Comp. V.M. Sangi. Krasnoyarsk, Krasnoyarsk book publ. house, 1989, 490 p. (In Russian).
4. Bogoraz-Tan V.G. Mif ob umirayushchem i voskreshayushchem zvere [The myth of the dying and resurrecting beast] // Khudozhestvennyy fol'klor [Art folklore]. Moscow, Mospoligraf Publ., 1926, no. 1, pp. 67-76. (In Russian).
5. Burykin A.A. Khantyyskiye skazki i fol'klor uralo-altayskikh narodov [Khanty tales and folklore of the Ural-Altai peoples]. Tyumen, FORMAT LLC Publ., 2017. 416 p. (In Russian).
6. Veselovskiy A.N. Istoricheskaya poetika [Historical poetics]. Leningrad, Hudozh. Literature Publ., 1940. 648 p. (In Russian).
7. Vladykin V.E. Religiozno-mifologicheskaya kartina mira udmurtov [Religious and mythological picture of the world of the Udmurts]. Izhevsk, Udmurtia Publ., 1994, 383 p. (In Russian).
8. Vladykina T.G. Udmurtskiy fol'klor: problemy zhanrovoy evolyutsii i sistematiki [Udmurt folklore: problems of genre evolution and systematics]. Izhevsk, [b. i.], 1998, 354 p. (In Russian).
9. Voldina T.V. Khantyyskiy fol'klor: Istoriya izucheniya [Khanty folklore: History of study]. Tomsk, Tomsk University Publ., 2002. 258 p. (In Russian)
10. Gadzhiev B.I. Legendy i byli Dagestana [Legends were Dagestan]. Makhachkala, Daguchpedgiz Publ., 1991, 329 p. (In Russian).
11. Gadzhieva S.Sh. Kumyki: Istoriko-etnograficheskoye issledovaniye [Kumyks: Historical and Ethnographic Research]. Moscow, Academy of Sciences of the USSR Publ., 1961. 387 p. (In Russian).
12. Gasharova A.R. Khudozhestvennoye otrazheniye koranicheskikh i bibleyskikh syuzhetov i obrazov v fol'klore lezgin [Artistic reflection of Koranic and biblical plots and images in Lezghin folklore] // Islamovedeniye [Islamic Studies], 2019, vol. 10, no. 1, pp. 97-107. (In Russian).
13. Gemuev I.N., Baulo A.V. Svyatilishcha mansi verkhov'yev Severnoy Sos'vy [Sanctuaries of the Mansi in the upper reaches of the Northern Sosva]. Novosibirsk, Izd. IAET SO RAN Publ., 1999. 239 p. (In Russian).