Принцип детерминизма предполагает обусловленность звукового облика слова значением этого слова: зная значение звукоизобразительного слова, можно предположить его звуковую структуру: обозначение удара в любом языке будет связано со взрывными согласными и/или аффрикатой: рус. топ-топ, тик-так, стук; англ. dab «бой барабана», clack «стук», chip «рубить топором».
Принцип отражения - соответствие между структурой элементов знака и структурой элементов денотата: рус. трень «звук струнного инструмента», англ. strum «бренчать, тренькать».
Фоносемантика включает в себя звукоизобразительную систему (ЗИС) - архисистема языка, в словах которой имеется необходимая, существенная, повторяющаяся и относительно устойчивая непроизвольная фонетически мотивированная связь между фонемами слова и полагаемым в основу номинации признаком денотата (мотивом). В ЗИС выделяются две подсистемы - звукоподражательная (подмножество взаимосвязанных слов, фонетически мотивированных звуком) и звукосимволическая (подмножество взаимосвязанных слов, фонетически мотивированных незвуком).
Центральный элемент ЗИС - звукоизобразительное слово - слово, в котором имеется необходимая, существенная, повторяющаяся и относительно устойчивая непроизвольная фонетически мотивированная связь между фонемами слова и полагаемым в основу номинации признаком денотата (мотивом).
Что касается приемов фоностилистики, наиболее употребляемыми являются фонетические повторы, среди которых принято выделять аллитерацию (alliteration) - повторение одинаковых или сходных согласных [10. С. 63]. Так в стихотворении поэтессы А.С. Головиной аллитерация звуков «л» и «з» позволяет имитировать пчелиное жужжание:
И забывши в июльский зной
Разлинованный свой уют,
Темный улей любви земной
Населяют и узнают [22. С. 74].
И.А. Бунин в рассказе «Первая любовь» использует аллитерацию, чтобы читатель почувствовал ритм движения.
«- шум: сплошной шум по тесовой крыше,
- стук: стучит клювом: что же это такое, потоп, настоящий потоп.- Дождь: свежий дождь» [6. С. 38].
В рассказе “The tell-tale heart” («Сердце-обличитель») А.Э. По повествование ведется от лица сумасшедшего, аллитерация подчеркивает обострившиеся чувства, и у читателя возникает ощущение того, что он видит реальность глазами сумасшедшего человека. “Presently I heard a light groan, and I knew it was the groan of mortal terror” [38. P. 84].
Самым распространённым фоностилистическим средством Джеймса Тёрбера в произведении “The 13 Clocks” является аллитерация звуков [s] и [t] , создающая шумовую атмосферу в таверне. “At the sign of the Silver Swan, in the town below the castle, where taverners, travelers, taletellers, tosspots, troublemakers, and other townspeople were gathered” [38. P. 34]. Э.А. По в рассказе “Eleonora” использует аллитерацию для характеристики цветущей долины: “...force, the foliage of many thousands of forest trees, and of crushing to death the glories of many millions of fragrant flowers” [38. P. 98].
Другим распространенным фоностилистическим приемом является ассонанс (assonance) - повторение гласных, которое основано на чередовании лишь ударных звуков [12. С. 75]. В стихотворении русской поэтессы Анны Ахматовой «Не будем пить из одного стакана» наблюдается повторение звука О (тобой, голос, которого, розовые, моего и пр.). Это придает стихам мелодичность и певучесть - «Лишь голос твой поет в моих стихах» [3. С. 63]. Ассонанс в виде повтора ударных, преимущественно гласных, звуков использован в стихотворении Э.А. По «Ворон»: .Tell this soul, with sorrow laden, if within the distant Aiden,I shall clasp a sainted maiden, whom the angels name Lenore - Clasp a rare and radiant maiden, whom the angels name Lenore? [38. P. 40] Светлый образ умершей возлюбленной передан здесь эпитетом “radiant maiden”, несущим экспрессивно-эмоциональную нагрузку.
Стилистическая функция поддерживается через использование ассонанса - многократных повторов дифтонга [ei], что указывает на переход от состояния скорби к надежде, от зловещего колорита к светлым звучаниям стиха.
Анафора (anaphora) - повторение начальных согласных, также относится к фоностилистическим приемам. Приведем яркие примеры анафоры в стихотворениях Э.Г. Багрицкого, А.С. Пушкина, Вильяма Блейка.
«Только ветер да звонкая пена,
Только чаек тревожный полет,
Только кровь, что наполнила вены, закипающим гулом поет» [4. С. 58].
«Все моё, сказало злато;
Всё моё, сказал булат.
Всё куплю, сказало злато;
Всё возьму, сказал булат» [21. С. 254].
“What the hammer? What the chain?
In what furnace was thy brain?
What the anvil? What dread grasp
Dare its deadly terrors clasp» [32. P. 48].
Эпифора (epiphora) - повторение конечных звуков [15. С. 240] может быть рассмотрена в качестве фоностилистического приема. Эпифора, как и анафора, может быть смежной (созвучные слова согласуются грамматически) и раздельной (подчёркивает экспрессивность, сообщая выразительность отрывку, выделяя конец речевого такта и усиливая роль паузы между тактами речи). Примером употребления эпифоры могут служить строки пушкинского стихотворения:
«Все моё, сказало злато;
Всё моё, сказал булат.
Всё куплю, сказало злато;
Всё возьму, сказал булат» [21. С. 254].
Звукоподражание (onomatopoeia) - один из видов звукописи, когда используются слова, звучание которых как бы повторяет звуковые особенности изображаемых явлений [24. С. 125]. В зависимости от характера этого звукоподражания выделяются два типа лексем: ономатопеи (dired onomatopoeia) - слова, которые по своему звучанию напоминают называемые ими действия (чиркать, кукарекать). Звукоподражательные слова имитируют звуки животных, звучание человеческого голоса (хохотать, хихикать), «голоса» неживой природы (скрипеть). В качестве примера можно привести народные стихотворения на английском и русском языках.
“Bow-Bow says the dog
Mew-Mew says the cat
Grunt-Grunt says the hog
Tu-whu says the owl
Caw-Caw says the crow
Quack, quack says the duck”.
«Наши уточки с утра - Кря-кря-кря! Кря-кря-кря!
Наши гуси у пруда - Га-га-га! Га-га-га!
А индюк среди двора - Бал-бал-бал! Балды- балды.
Наши гуленьки вверху -
Грру-грру-у! Грру-грру-у!
Наши курочки в окно- Ко-ко-ко! Ко-ко-ко!
А как Петя-петушок Раным-рано поутру Нам споёт - Ку-ка-ре-ку!».
Звукообразные слова (indirect onomatopoeia) - выразительные по звучанию, способствуют образной передаче природной стихии, эмоциональных состояний, физических и психических явлений. В произведении «Ветер в ивах» британского писателя Кеннета Грэма звукоподражания выполняют функцию усиления экспрессивного воздействия: “Never in his life had he seen a river before - this sleek, sinous, full-bodied animal, chasing and chuckling, gripping things with a gurgle and leaving them with a laugh, to fling itself on fresh playmates that shook themselves free, and were caught and held again. All was a-shake and a-shiver - glints and gleams and sparkles, rustle and swirl, chatter and bubble” [35. P. 5].
Англоязычная традиция использует также понятие «фонестема» (phonestheme). Этот термин ввел известный британский фонолог Джон Руперт Ферт в 1930 г. А.П. Журавлев определяет фоне- стему как ряд звуков в начале или конце лексемы, которые отвечают за «поддержание» одной семы в значении ряда лексем со схожим началом или концом. К примеру, существительные с рифмующимися окончаниями на -ump обозначают некоторую «округлую выпуклость»: “bump, dump, lump, rump, chump, hump, mump, stump” [14. С. 120]. В ряде работ по этому вопросу можно встретить термин идеофон (ideophone). Как пишет В.Н. Базылев, «идеофоны - звукосимволические слова, особенно часто обозначающие различные виды движения, световые явления, форму, величину, удаленность объектов, свойства их поверхности, походку, мимику, физиологические и эмоциональные состояния человека и животных» [5. С. 108]. Звукообраз - это художественный образ, усиленный cpeдствами звукописи [24. С. 52]. Звукообразы придают произведению художественную завершенность и являются показателем авторского стиля.
Различные приемы звукописи выполняют разные функции: отражают настроения и чувства героев произведения, способствуют звучанию слов, движению артикуляционных opганов, модуляции голоса и интонированию. Фонетическая выразительность тесно связана с лексической выразительностью речи. Такой троп как эпитет часто усиливается на фонетическом уровне. Выделяют три разновидности звукообразных эпитетов: звукоподражательные, аллитерирующие, звукосимволические.
Звукоподражательные слова выражены лексемами, которые имитирую т звуки окружающей действительности. Звуки воспроизводят голоса животных, птиц, звуки издаваемые человеком; звон, скрежет, стук металла, треск дерева, звуки дождя, грома. [2. С. 26]: “trickling stream” - «шумливый поток», “fierce and shrill yells of Orks” - «неистовые злобные вопли орков», “roaring voice” - «рычащий голос», “roaring of the falls” - «гром водопадов», “harch voices” - «хриплые вопли».
В художественных текстах часто встречаются аллитерирующие эпитеты, которые основаны на явлении аллитерации, т.е. на «повторении одинаковых, созвучных согласных звуков для усиления выразительности художественной речи» [10. С. 432]. Чаще всего повторяется начальный согласный: это объясняется, вероятно, наибольшей психологической значимостью начальной позиции звука в слове:
“they are deadly dull” - «они смертельно скучные»,
“huge, hanging, helpless hands” - «огромные болтающиеся, беспомощные руки»,
“weary warren” - «усталый муравейник».
Аллитерирующие эпитеты часто становятся привычными и устойчивыми. Такими в английской поэзии являются следующие словосочетания:
“likely lass” - «красивая девушка»,
“fickle fortune” - «переменчивая судьба»,
“primrose path” - «путь усыпанный цветами».
С этой целью используются и звукосимволические эпитеты. Их семантика обусловлена значением звуковых образов или звуковых символов, т.е. таких звуковых комплексов, которые своим звучанием вызывают наши наглядные представления. Наглядность звукосимволических эпитетов соединяется с оценочной коннотацией, к примеру, в эпитетах sloppy «мокрый, грязный, слякотный», splashing «шлёпающий по воде, грязи» преобладает негативная оценка с общим значением «мокрой грязной поверхности».
Стилистически значимым фонетическим средством является словесное ударение. Для фоностилистики правильность ударения (в устной речи) и чередование ударных и безударных слогов очень важны. В художественном тексте они имеют эстетическое значение. Орфоэпические ошибки, вызванные неправильной постановкой ударения в словах, объясняются влиянием просторечия или диалектов. Поскольку в системе русской графики обозначать ударение не принято, ошибки такого рода встречаются лишь в устной речи.
Словесное ударение как в художественной, так и в поэтической речи используется для формирования ритмической структуры стиха, основанного на чередовании ударных и безударных слогов. Ритмическая организация речи усиливает ее эмоциональную и художественную выразительность. В прозе стилистическая функция чередования ударных и безударных слогов незначительна. Однако непроизвольная ритмизация речи может стать стилистическим недостатком фоники, как в художественном, так и в нехудожественном тексте.
В поэтической речи важнейшую роль играет рифма (rhyme) как средство композиционно-звукового повтора. Рифма используется для создания красоты звучания стиха и выделения, важных в художественном отношении слов. В прозе случайная рифма становится серьезным стилистическим недостатком фонетической организации речи. Каламбурная рифма создает комический эффект. Особенности ударения в разных языках: подвижное в русском и фиксированное в английском, приводят к тому, что в разных языках складываются разные системы стихосложения. В итоге один и тот же стихотворный размер и один и тот же тип рифмы совершенно по-разному воспринимается носителями разных языков, например, сплошные мужские рифмы, характерные для английского языка, в русском языке приобретают налет экзотики и совершенно другую эмоциональную окраску. Кроме того, по-разному рифму воспринимают носители разных языков. Если в русском языке слово «три» рифмуется с «дари» и «утри» и не рифмуется с «проси», то в английском языке считаются рифмованными “tree” и “see”, тогда как рифмы “sea - foresee” или “Peter - repeater” не понравились бы большинству поэтов. Фонетические средства языка имеют различное как стилистическое, так и семантическое значение в зависимости от стилей речи.
Приемы фоносемантики встречаются в работе переводчика, журналиста, создающего привлекательный заголовок, рекламиста и т. д. Эффективнее всего свойства фоносемантики могут быть использованы в художественной, а особенно - в поэтической речи. Например, в стихотворении Т. Хьюза:
The wolf with its belly stitched full of big pebbles;
Nibelung wolves barbed like black pineforest [37. P. 95].
На протяжении всего текста используются звуки [w] и [f], обладающие символическими значениями «минорный», «тяжелый». Также автор часто употребляет взрывные [b] / [p] и фонему [u], ассоциирующиеся с понятиями «округлый», «объемный». Это позволяет говорить о том, что звуковое оформление поэтического текста усиливает общее содержание стихотворения. Создается мрачная мистическая атмосфера: образ волка вживается во внутренний мир главного героя во время просмотра фотографии, на которой изображен последний убитый в Великобритании волк (“the hairless knuckled feet / Of the last wolf killed in Britain”). Таким образом, фоносемантическая маркированность текста может действовать как некий катализатор, запускающий воображение читателя/слушателя, настраивающий его на восприятие тональности стиха.
Фоносемантика - сравнительно новое научное направление в языкознании, обосновывающее смысловую содержательность звуковых форм в языке. Если слушать речь на неизвестном нам языке, то какие-то слова будут восприниматься положительно, а другие слова, наоборот, негативно. Не все слова по звучанию воспринимаются благосклонно и в родном языке. Так, слово «чайка» ассоциируется с чем- то «быстрым, подвижным», а слово «клещ» по звучанию представляется чем-то «страшным, низменным, тихим» [14. С. 131]. В английском языке фонема [g] встречается в начале слов, связанных с понятием «большой» (grand - «грандиозный», great - «великий», grow - «расти», gain - «прирост», gross - «большой, тучный» и т. п.), в то время как сочетание Gr - в начале слова предполагает что-то неприятное, жалкое, негативное: groan (стон, тяжелый вздох); grumble (ворчание, воркотня); grunt (хрюкать, ворчать); grizzle (огрызаться, рычать) и т. д. Cl - в начале слова ассоциируется с чем-то резким, острым, металлическим, звенящим: click (щелкать); clank (греметь, бряцать); clap (удар, хлопанье); clash (звонить, лязгать), а Wh - в начале слова часто предполагает движение воздуха или что-то, связанное с воздушным пространством: whistle (свистеть); whirr (шум, рокот); whizz (свист); wheeze (тяжело дышать, кряхтеть); whiff (веять, слегка дуть); whir (кружиться, вертеться) и т. д.
Поскольку фоностилистика и ее средства наиболее полно реализуются в художественном стиле, анализ текстов художественных произведений показывает, каким образом она функционирует и возможно ли говорить о функции фоностилистики как о механизме коммуникации. Любой художественный текст, в независимости от жанра и типа, в том или ином виде - коммуникация, т. е. взаимодействует с читателем. Автор романа ставит цель рассказать читателю некий сюжет, непременно содержащий какую-либо мораль или несущий определенный смысл, т. е. сообщить ему некоторые важные установки; в форме, например, элегии, хочет навести читателя на раздумья о вечном; гимн и эпиграмма - яркий пример выражения внутреннего состояния души автора - радости и насмешки соответственно; через создание художественного, особенно поэтического текста, писатели и поэты реализуют свою творческую потенцию, и читатель воспринимает данный текст как своеобразный монолог автора.