Системы межрегиональных газопроводов (рис. 1) возникли как результат поиска странами постсоветского пространства новых рынков сбыта их газа или новых источников газоснабжения, расположенных в сопредельных регионах. При этом основное внимание привлек к себе Иран. В качестве рынков сбыта его стал рассматривать Туркменистан, построив газопроводы Корпедже (Туркменистан) - Курт-Куи (Иран), а затем Довлетабад (Туркменистан) - Хангеран (Иран). Однако из-за разногласий, возникших между Туркменистаном и Ираном в сфере поставок газа и строительства Ираном собственного газопровода, идущего в северные провинции страны, деятельность туркменских газопроводов в этом направлении была приостановлена.
В качестве рынка сбыта Иран оказался привлекательным и для Азербайджана, который связан с ним газопроводом Гази - Астара (Азербайджан) - Бинд- Бианд (Иран), построенным еще в советский период и используемым сегодня не в полном объеме (только в рамках своп- операций между странами для удовлетворения потребностей Нахичеванской Автономной Республики Азербайджана, которая находится в блокаде из-за наличия нерешенных территориальных споров между Арменией и Азербайджаном).
Из перспективных пока еще нереализованных межрегиональных транспортных проектов, которые ориентированы на поиск новых рынков сбыта, стоит выделить наиболее масштабный и по протяженности (1800- 3000 км), и по пропускной способности (более 30 млрд куб. м в год) ТАПИ (Туркменистан - Афганистан - Пакистан - Индия), предположительно связующий не только энергоизбыточные страны с энергодефицитными, но и страны с большим количеством нерешенных геополитических проблем. Это обстоятельство делает строительство газопровода и актуальным, и проблематичным одновременно.
Попытка выявления стран, которые могли бы выступить новым источником газоснабжения для стран постсоветского пространства в рамках категории межрегиональных газопроводов, позволяет снова выделить Иран в контексте его взаимодействия с соседней Арменией. В силу того, что последняя страна еще в советский период снабжалась газом, идущим из России по уже упомянутому ранее газопроводу Северный Кавказ - Закавказье, а в постсоветский период - по нему же, но уже в меньших объемах из-за военнополитических проблем, существовавших на тот период в регионе, она испытывала нехватку энергоресурсов. Отсюда стремление привлечь соседний Иран для решения проблемы, акцентируя внимание в том числе и на своем потенциально транзитном положении на пути возможной транспортировки газа из Ирана через Армению, Грузию, Черное море, Украину в Европу. При условии большой пропускной способности этот газотранспортный проект мог выступить в качестве конкурента для российских газопроводов, что заставило Россию вмешаться в его создание, настояв на уменьшении пропускной способности до размеров, соответствующих потребностям экономики Армении. В результате газопровод Иран - Армения или Мегри (Иран) - Ереван (Армения) был введен в эксплуатацию.
В целом стоит отметить, что данная группа газопроводов выделяется потенциально высоким уровнем конкуренции для российских газотранспортных проектов. Совокупная пропускная способность всех перечисленных магистралей, которые конкурируют с интересами России и совокупная пропускная способность газопроводов, в функционировании которых Россия принимает участие, соотносится следующим образом: 60 против 2 млрд куб. м в год. Однако учет потенциального характера деятельности одной части проектов и проблемности функционирования другой части, а также возможность участия России в самых крупных из них (ТАПИ), нивелирует эту конкуренцию.
Выводы
Проведенное исследование позволило автору сделать выводы о том, что, во-первых, страны постсоветского пространств активно используют газотранспортные магистрали в качестве инструмента международных отношений. При этом основными географическими факторами, влияющими на этот процесс, являются: уровень обеспеченности природным газом и особенности транспортно-географического положения территории.
Во-вторых, основной механизм, позволяющий странам изучаемого региона использовать газопроводы в качестве инструмента своей внешней политики - участие в строительстве магистралей. Этот процесс происходит во многом за счет реконструкции старых («советских») газопроводов, строительства новых веток на их основе, прокладки новых газопроводов вдоль старых трасс. При этом наиболее активную, последовательную и целенаправленную политику в этом вопросе проводят Россия, Азербайджан, Казахстан, Туркменистан, что укрепляет их позиции в регионе.
В-третьих, газопроводы стран постсоветского пространства, имеющие разную географическую ориентацию, формировались в разные периоды времени. Так, системы газопроводов, ориентированных на Европу, а также системы внутрирегиональных международных газопроводов строились преимущественно как элементы единой транспортной системы СССР Вместе с тем системы газопроводов, ориентированных на страны АТР и большая часть межрегиональных газопроводов создавались после распада СССР, как альтернативные магистрали, доставляющие газ странам-потребителям в обход России. В связи с этим можно сказать, что выделенные группы газопроводов закрепляют и усиливают геополитические интересы разных государств.
В-четвертых, группа газопроводов, ориентированных на Европу, являясь наиболее важной для России в системе международных отношений со странами изучаемого региона, в то же время обладает и самым высоким уровнем про- блемности. Вместе с тем в области транспортировки каспийского газа позиции России относительно слабы. Однако существующие возможности многовариантного использования газопроводов за счет созданных между ними перемычек, при условии дружественных отношений между государствами, способны компенсировать эту относительную проблему.
Таким образом, анализ функционирования газотранспортных систем постсоветского пространства, имеющих влияние на систему международных отношений, выявил пересечение интересов двух категорий государств: стран постсоветского пространства (России, Украины, Азербайджана, Туркменистана, Казахстана, Узбекистана); интересы России и стран, расположенных в соседних регионах (ЕС, Китая, Турции, Ирана). Вместе с тем существует еще одна категория государств (в данной статье они не рассматривались), интересы которой реализуются в «газотранспортном» противостоянии в изучаемом регионе, это государства, принимающие активное участие в инвестировании в геолого-разведочные работы, создание добывающих предприятий, газовых хранилищ, строительство компрессорных станций: США, Великобритания, Саудовская Аравия, Япония и некоторые другие.
ЛИТЕРАТУРА
1. Бабурин В. Л. Подходы к оценке социально-экономической эффективности развития транспортно-коммуникационной инфраструктуры в Сибири и на Дальнем Востоке // Региональные исследования. 2018. № 2 (60). С. 25-31.
2. Бахшиян Г. С., Акопян А. Р. Увеличение пропускной способности газопровода Северный Кавказ - Закавказье для улучшения газоснабжения Республики Армения // Газовая промышленность. 2015. № 7 (725). С. 59-61.
3. Вардомский Л. Б., Тураева М. О. Развитие транспортных коридоров постсоветского пространства в условиях современных геополитических и экономических вызовов (научный доклад). М.: Институт экономики РАН. 2018. 66 с.
4. Волошин В. Транзит газа из России в Европу через Украину // Проблемы теории и практики управления. 2017. № 11. С. 8-14.
5. Гаджиев К. С. Трубопроводная дипломатия на Южном Кавказе в геополитическом измерении // Горизонты экономики. 2014. № 4 (16). С. 13-21.
6. Давтян В. Газопровод Иран - Армения и энергетические интересы России // Свободная мысль. 2016. № 2 (1656). С. 113-118.
7. Дёгтев А. С., Маргоев А. Р, Токарев А. А. Экономика Грузии в пространстве противоречий региональных держав // Вестник Московского государственного института международных отношений (университет). 2016. № 2 (47). С. 219-233.
8. Дудко Д. Г. Евроазиатские транспортные проекты с участием России и их роль в интеграции стран СНГ // Вестник Российского университета дружбы народов. Серия: Международные отношения. 2009. № 3. С. 45-53.
9. Евдокимов М. Ю. Проблемы экономико-политической трансформации российского пограни- чья (на примере Смоленской области) // Политика и экономика в региональном измерении. М.- СПб.: Летний сад, 2000. С. 228-234.
10. Жильцов С. С. Каспийский регион: новые энергетические потоки и новые вызов // Каспийский регион: политика, экономика, культура. 2015. № 3 (44). С. 64-71.
11. Клюев Н. Н. Промышленное и транспортное освоение территории России в постсоветский период // География и природные ресурсы. 2018. № 1. С. 5-14.
12. Коломейцева А. А. Сценарии развития поставок газа из России и стран СНГ на внешние рынки // Экономика и управление: проблемы, решения. 2017. Т. 4. № 10. С. 8-14.
13. Косикова Л. Зависимость России от газотранспортной системы Украины и перспективы альтернативных трубопроводных маршрутов // Постсоветский материк. 2018. № 4 (4). С. 150-167.
14. Крыжко Е. В., Пашковский П. И. К вопросу об энергетическом измерении международной конкуренции в Центральной Азии // Международные отношения. 2017. № 2. С. 118-127.
15. Лохман И. В. Газотранспортная система России: надежность и эффективность // Газовая промышленность. 2011. № 3 (657). С. 7.
16. Петросян С. С. Антикризисное регулирование европейской энергетической стратегии Российской Федерации // Экономика и экологический менеджмент. 2013. № 3. С. 8.
17. Потоцкая Т. И. Геополитический аспект современного транспортно-географического положения России // Известия Российской академии наук. Серия географическая. 2018. № 3. С. 5-17.
18. Рындин В. В., Каиржанов Р Е., Сагинаева А. Т. Газопроводы Казахстана // Вестник Павлодарского государственного университета. 2013 № 1. С. 80-92.
19. Сдасюк Г. В., Комедчиков Н. Н. Экспортные нефтегазовые трубопроводы России: геополитическое и внутригосударственное значение // ИнтерКарто. ИнтерГИС. 2010. Т. 16. С. 18-22.
20. Сыроежкин К. Л. Присутствие Китая в энергетическом секторе Центральной Азии // Центральная Азия и Кавказ. 2012. Т. 15. № 1. С. 23-46.
21. Томберг И. Р Энергетическая политика и энергетические проекты в Центральной Евразии // Центральная Азия и Кавказ. 2007. № 6 (54). С. 42-56.
22. Фараджи Рад А. Р, Моради Г. Трубопровод ТАПИ и его влияние на региональное и межрегиональное соперничество // Центральная Азия и Кавказ. 2012. Т. 15. № 2. С. 94-111.
23. Филимонова И. В., Эдер Л. В., Немов В. Ю., Ламерт Д. А. Трубопроводный транспорт Дальнего Востока: современное состояние и перспективы развития // Трубопроводный транспорт: теория и практика. 2013. № 4 (38). С. 45-49.
24. Чу Л. Сотрудничество между Китаем и Россией в газовой сфере в современных условиях // Россия и АТР 2015. № 1 (87). С. 191-197.
25. Шац М. М. Магистральные газотранспортные системы Сибири (современное состояние и перспективы) // Известия Алтайского отделения Русского географического общества. 2016. № 3 (42). С. 27-37.
26. Шупер В. А. Транспортный фактор движения России на восток и формирования большой Евразии // Региональные исследования. 2018. № 2 (60). С. 131-138.
REFERENCES
1. Baburin V. [Approaches to the assessment of socio-economic efficiency of the development of transport infrastructure in Siberia and the Far East]. In: Regional'nye issledovaniya [Regional studies], 2018, no. 2 (60), pp. 25-31.
2. Bakhshiyan G., Akopyan A. [Increasing the capacity of the North Caucasus - Transcaucasia gas pipeline to improve the gas supply of the Republic of Armenia]. In: Gazovayapromyshlennost' [Gas industry], 2015, no. 7 (725), pp. 59-61.
3. Vardomskii L., Turaeva M. Razvitie transportnykh koridorov postsovetskogo prostranstva v usloviyakh sovremennykh geopoliticheskikh i ekonomicheskikh vyzovov (nauchnyi doklad) [The development of transport corridors in the post-Soviet space in the context of current geopolitical and economic challenges (research report)]. Moscow, Institut ekonomiki RAN Publ., 2018. 66 p.
4. Voloshin V. [Gas transit from Russia to Europe via Ukraine]. In: Problemy teorii ipraktiki upravleniya [Problems of management theory and practice], 2017, no. 11, pp. 8-14.
5. Gadzhiev K. [Pipeline diplomacy in the South Caucasus: geopolitical dimension]. In: Gorizonty ekonomiki [Horizons of the economy], 2014, no. 4 (16), pp. 13-21.
6. Davtyan V. [The Iran-Armenia gas pipeline and the energy interests of Russia]. In: Svobodnaya mysl' [Free thought], 2016, no. 2 (1656), pp. 113-118.
7. Degtev A., Margoev A., Tokarev A. [Georgia]. In: Vestnik MGIMO Universiteta [Bulletin of MGIMO University], 2016, no. 2 (47), pp. 219-233.
8. Dudko D. [Euro-Asian transport projects with Russia]. In: Vestnik Rossiiskogo universiteta druzhby narodov. Seriya: Mezhdunarodnye otnosheniya [Bulletin of the Peoples' Friendship University of Russia. Series: International Relations], 2009, no. 3, pp. 45-53.
9. Evdokimov M. [Problems of economic and political transformation of the Russian borderland (on the example of Smolensk region)]. In: Politika i ekonomika v regional'nom izmerenii [Politics and economy in regional dimension]. Mjscow; St.-Petersburg: Letnii sad Publ., 2000, pp. 228-234.
10. Zhil'tsov S. [The Caspian region: a new energy and a new challenge]. In: Kaspiiskii region: politika, ekonomika, kul'tura [Caspian region: politics, economics, culture], 2015, no. 3 (44), pp. 64-71.
11. Klyuev N. [Industrial and transport development of Russia in the post-Soviet period]. In: Geografiya i prirodnye resursy [Geography and Natural Resources], 2018, no. 1, pp. 5-14.
12. Kolomeitseva A. [Scenarios of gas supplies from Russia and CIS countries to foreign markets]. In: Ekonomika i upravlenie: problemy, resheniya [Economics and Management: Problems, Solutions], 2017, vol. 4, no. 10, pp. 8-14.
13. Kosikova L. [Russia]. In: Postsovetskii materik [Post-soviet mainland], 2018, no. 4 (4), pp. 150-167.
14. Kryzhko E., Pashkovskii P. [On the energy dimension of international competition in Central Asia]. In: Mezhdunarodnye otnosheniya [International affairs], 2017, no. 2, pp. 118-127.
15. Lokhman I. [Gas transportation system of Russia: reliability and efficiency]. In: Gazovaya promyshlennost' [Gas industry], 2011, no. 3 (657), pp. 7.
16. Petrosyan S. [Anti-crisis regulation, European energy strategy of the Russian Federation]. In: Ekonomika i ekologicheskii menedzhment [Economics and environmental management], 2013, no. 3, pp. 8.
17. Pototskaya T. [The geopolitical aspect of modern transport-geographical position of Russia]. In: Iz- vestiya Rossiiskoi akademii nauk. Seriya geograficheskaya [Proceedings of the Russian Academy of Sciences. Geographical Series], 2018, no. 3, pp. 5-17.
18. Ryndin V., Kairzhanov R., Saginaeva A. [Gas pipelines of Kazakhstan]. In: Vestnik Pavlodarskogo gosu- darstvennogo universiteta [Bulletin of Pavlodar State University], 2013, no. 1, pp. 80-92.
19. Sdasyuk G., Komedchikov N. [Export oil and gas pipelines of Russia: geopolitical and domestic value]. In: InterKarto. InterGIS, 2010, vol. 16, pp. 18-22.
20. Syroezhkin K. [The presence of China in the energy sector of Central Asia]. In: Tsentral'naya Aziya i Kavkaz [Central Asia and the Caucasus], 2012, vol. 15, no. 1, pp. 23-46.