После избрания царем Михаила Романова правительство повело решительную борьбу с И.М. Заруцким. В Воронеж в 1613 г. были отправлены воеводы кн. Михаил Андреевич Куракин и Иван Язвецов Жук [3, с. 108]. Им была прислана грамота из Москвы с предписанием собрать ратных людей и отправить их против И.М. Заруцкого.
В июне 1613 г. И.М. Заруцкий со своим войском занял Лебедянь. Против него была направлена правительственная армия под командованием И.Н. Одоевского. Перед лицом превосходящих сил Заруцкий, не принимая боя, оставил Лебедянь и направился к Воронежу [29, с. 72].
Среди воевод армии И.Н. Одоевского находился Мирон Андреевич Вельяминов. О его службе свидетельствует челобитная сыновей 1647 г., в основу которой положен послужной список воеводы. В источнике сообщается, что в ходе продвижения Заруцкого к Воронежу «воронежские атаманы, усманские и соколовские, все своровали, Маринке крест целовали и пошли с ними под Воронеж» [36, с. 342].
По Дозорной книге Воронежского уезда 1615 г. известны размещенные на берегах р. Усмани атаманы сел Собакина и Бобяково, а также ступинские и излегощинские атаманы. О соколовских атаманах ни Дозорная книга Воронежского уезда 1615 г., ни Воронежская десятня 1621/22 г. ничего не сообщают. А.Л. Станиславский предположил, что текст челобитной Вельяминовых испорчен и следует читать: «ступинские». Однако данные челобитной Вельяминовых в основном подтверждаются другими документами, что свидетельствует о том, что источник в целом достоверен.
Донские беломестные атаманы и казаки размещались в г. Воронеже в 1594 году. Они были переведены из Ряжска и Данкова [35, л. 1-3]. Позднее в окрестностях Воронежа поселились новые группы казаков. Жившие в селах казаки назывались «слободскими». Как считал В.П. Загоровский, при поступлении на службу все казаки отдельных групп называли себя иногда атаманами, так, видимо, возникли села, где жили одни «атаманы» [10, с. 30].
Возможно, атаманы были поселены под Воронежем в конце 1612 - начале 1613 года. Небольшая часть казаков - участников Первого ополчения, как показал А.Л. Станиславский, получили земли сразу после освобождения Москвы. Поместьями наделялись видные представители казачества, отмечено и групповое испомещение неверстанных казаков в Оскольском уезде. По их челобитной отделялась земля в Голубиной поляне [29, с. 97]. О землевладении Голубинских беломестных казаков сохранились сведения в Оскольской дозорной книге 1615 г. [24, с. 13, 89].
В описи архива Разрядного приказа отмечен «отпуск по челобитью усманских казаков о воронежских землях 121 году» [23, с. 65]. Не исключено, что в челобитной казаков речь шла о наделении землями в Воронежском уезде на р. Усмани в 1612/13 году.
Как отмечал В.П. Загоровский, на рубеже XVI-XVII вв. в среднем течении р. Воронеж на землях бояр Романовых возникли первые постоянные селения; крестьяне Романовых стали распахивать здесь целину. Позже, в 20-х гг. XVII в., владельцем вотчины был Иван Никитович Романов, дядя царя Михаила Федоровича, центром вотчины являлось село Романово городище [11, с. 234].
Севернее Романова городища располагалось с. Соколье. В 1647 г. в этом месте возникла крепость Белгородской черты Сокольск (ныне городская черта Липецка). Время возникновения села Соколье не известно. Выскажу предположение о том, что упомянутые в послужном списке М.А. Вельяминова соколовские атаманы связаны с этим местом. Известно, что И.М. Заруцкий со своими сторонниками шел к г. Воронежу по правому берегу одноименной реки. Не исключено, что из Лебедяни он вышел к р. Воронеж в районе с. Соколье.
Если жившие на реках Воронеж и Усмань слободские атаманы поддержали И.М. Заруцкого, то остальные воронежские служилые люди сохраняли верность царю Михаилу Романову. Примечательно, что сражение войска И.М. Заруцкого с правительственной армией произошло у Русского рога, за четыре версты от воронежской крепости. Казачий предводитель оказался между двух огней и ожесточенное сражение окончилось его поражением.
Мною высказывалось предположение о том, что Воронежский уезд образовался в 1598-1605 гг. в связи с владением поместьями детей боярских в окрестностях Воронежа [7, с. 56, 307]. М.Ю. Зенченко оспорил это мнение. Он обратил внимание на то обстоятельство, что помещики Воронежского уезда перечислены в Дозорной книге 1615 г. без упоминаний о дворах. М.Ю. Зенченко отмечал, что «собственных дворов нет не только у помещиков, но и у крестьян (хотя дозорщик различал наличие у помещиков крестьян - сравним «пашни паханные помещиковы и крестьянские» и «пашни паханные помещиковы»). По мнению М.Ю. Зенченко, в 1615 г. еще вся помещичья запашка обрабатывалась наездом. По его словам, возникновение уезда надежно датируется 1615 г. [14, с. 177-179].
Представляется, что существуют основания отнести возникновение Воронежского уезда к более раннему времени. В период с 15 мая по 12 августа 1613 г. в Москве выдавались грамоты на поместья воронежским детям боярским, причем некоторые из поместий названы «старыми». Например, «Мая в 15 день: Запечатана грамота в Воронежской уезд в жеребей села Рамони по челобитью Нелюба Томашина: отказная на старое поместье. Пошлин полполтины. Взято» [9, с. 109 и сл.] В июне 1613 г. И.М. Заруцкий разорил воронежские деревни: Синдякину, Остапову, Сушиловку. Следовательно, дворы в этих населенных пунктах размещались. В 1612/13 г. был основан Борщев монастырь, поместье в с. Белый колодезь было получено владельцем по грамоте 1612/13 г. [18, с. 130]. Таким образом, в 1613 г. поселения в Воронежском уезде уже существовали, а появились они, возможно, ранее.
С начала XVI в. - времени завершения политического объединения русских земель - сложилась практика назначения наместников и воевод в те уезды, где администраторы не имели земельных владений. Отступления от традиционной практики прослеживаются в эпоху Смуты [33, с. 90-91]. Наблюдения Б.Н. Флори можно дополнить воронежскими материалами. В 1613 г. И.И. Язвецов - второй воевода в Воронеже. По боярскому списку 16061607 гг. И.И. Язвецов - рязанский дворянин с окладом 500 четвертей [21, с. 145]. В том же 1613 г. И.И. Язвецов получил грамоту на поместье в Воронежском уезде в с. Белколодезь площадью сто четвертей в поле. И.И. Язвецов продолжал владеть поместьем и после прекращения воронежского воеводства. По Дозорной книге Воронежского уезда 1615 г. в Белколодезе находилось поместье И.И. Язвецова, была построена деревянная Богоявленская церковь, пахалась помещичья и крестьянская пашня. По грамоте 1615 г. поместье И.И. Язвецова в с. Белколодезь увеличивалось до трехсот четвертей в поле [9, с. 130].
После кн. М.А. Куракина воронежским воеводой был назначен кн. Василий Петрович Ахамашуков-Черкасский [14]. В это время князь был еще относительно молодым человеком, родственником нового царя Михаила Романова. В.П. Ахамашуков-Черкасский начинал службу еще до Смуты в чине жильца. До назначения в Воронеж он упоминался в боярском списке 1606-1607 гг. как стольник, участвовавший в битве с войсками Болотникова под Калугой [30, с. 294]. Кн. В.П. Ахамашуков-Черкасский, также как и И.И. Язвецов, являлся помещиком Воронежского уезда. В 1615 г. ему принадлежал починок Усть-Двуречки в сто четвертей в поле [18, с. 130].
Результаты. Итак, при назначении воронежских воевод в 1613 г. традиция определять на этот пост лиц, не имеющих земельных владений в уезде, не соблюдалась. Сказывалась, по всей видимости, сложная обстановка в стране. Воцарение Михаила Романова, бои с мятежным Заруцким вызывали исключение из общего правила. По всей видимости, применительно к Воронежу это единственное исключение. Ни до 1613 г., ни после 1613 г. местные землевладельцы воеводами не назначались.
Необходимо заметить, что города-крепости «на Поле» страдали не только от внутренних междоусобиц. В 1613-1614 гг. окрестности крепостей подвергались нападениям татар и «воровских» черкас. В десятипудовый воронежский вестовой колокол при известиях о вражеских нападениях били так часто, что он раскололся. В 1613-1614 гг. началось восстановление воронежской крепости - под руководством воевод построили новый острог. Однако башни и крепостные стены оставались не покрытыми, тайник, ведущий из города к реке, завалился. Последствия разорения еще предстояло преодолеть.
В годы Смуты десятинная пашня в городах Черноземья была заброшена. Ее восстановление осуществилось в 1616 году. Учитывая последствия Смуты, правительство в два раза сократило объем работ, определив площадь десятинной пашни в 100 десятин «в поле» для каждого из пяти городов. Постепенно десятинная пашня заменялась натуральным налогом. Он назывался посопный, отсыпной или десятинный хлеб. В Воронеже замена была осуществлена с 1621 года. За каждую десятину «государевой пашни» следовало собирать со служилых и посадских по 10 четвертей ржи и по 10 четвертей овса. В общей сложности на воронежцев налагалась обязанность выплачивать 1 000 четвертей ржи и 1 000 четвертей овса в год. В Курске по примеру Воронежа замена десятинной пашни на посопный хлеб была осуществлена в 1628 году. В течение XVII в. посопный хлеб вместо десятинной пашни вводился и в других городах Черноземья.
В 1617-1618 гг. произошло обострение отношений с Речью Посполитой. На этот период пришлись мощные удары польско-литовских отрядов по южной окраине России . В 1617 г. был уничтожен Оскол. Гетман Сагайдачный разорил Ливны, Елец, Лебедянь, Данков, Сапожок, Ряжск и Шацк. Им же был уничтожен Михайлов и сожжен посад и острог в Калуге [22, с. 67].
В феврале 1618 г. произошло нападение пятитысячного польско-литовского отряда на Воронеж. Штурм неприятеля был отбит [15, с. 54-55]. Свой успех воронежцы объяснили заступничеством святителя Алексея, в день памяти которого произошло событие. В память о нем воронежцы устроили монастырь в честь святителя Алексея [19, с. 116; 13, с. 846847], существующий поныне.
Преодоление последствий гражданской войны начала XVII в. потребовало значительных усилий общества и власти. В пограничных городах юга России после Смуты остро стояла необходимость укрепления системы обороны, восстановления разрушенных земледелия, ремесла и торговли. Решение названных задач могло облегчить достижение условий социального согласия и сотрудничества. Как показали дальнейшие события, названная цель в XVII в. оказалась труднодостижимой.
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
1. Анпилогов, Г. Н. Новые документы о России конца XVI - начала XVII в. / Г. Н. Анпилогов. - М. : Изд-во Моск. ун-та, 1967. - 542 с.
2. Анпилогов, Г.Н. О восстании в Среднем Поволжье и г Осколе / Г. Н. Анпилогов // Вестн. Моск. ун-та. Серия 9, История. - 1969. - № 2. - С. 91-96.
3. Белокуров, С.А. Разрядные записи за Смутное время (7113-7121 гг.) / С. А. Белокуров. - М. : Тип. Штаба Московского военного Округа, 1907.- 343 с.
4. Борша, С. Поход царя Дмитрия в Москву с сендомирским воеводой Юрием Мнишком и другими лицами из рыцарства / С. Борша // Русская историческая библиотека. Т. 1. - СПб. : Печатня В.И. Головина, 1872. - Стб. 365-426.
5. Восстание И. Болотникова: документы и материалы. - М. : Изд-во соц.-экон. лит., 1959. - 456 с.
6. Гамаюнов, А. И. Лебедянь в начале XVII в. / А. И. Гамаюнов. - Липецк : Древлехранилище, 2013.- 227 с., ил. - (Исторический квартал. Иллюстрированный научно-популярный альманах историко-культурного наследия Липецкого края. Вып. 3).
7. Глазьев, В.Н. Власть и общество на юге России в XVII в.: противодействие уголовной преступности / В. Н. Глазьев. - Воронеж : Изд-во Воронеж. ун-та, 2001. - 432 с.
8. Глазьев, В.Н. Поручная запись воронежских стрельцов (начало XVII в.) / В.Н. Глазьев // Советские архивы. - 1991. - № 5. - С. 94-95.
9. Документы Печатного приказа (16131615 гг) / сост. акад. С. Б. Веселовский. - М. : Наука, 1994. -477 с., 2 с.
10. Загоровский, В.П. Белгородская черта / В.П. Загоровский. - Воронеж : Изд-во Воронеж. ун-та, 1969. - 304 с.
11. Загоровский, В.П. История вхождения Центрального Черноземья в состав Российского государства в XVI в. / В. П. Загоровский. - Воронеж : Изд-во Воронеж. ун-та, 1991. - 272 с.
12. Записки гетмана Жолкевского о Московской войне // Тушинский вор: личность, окружение, время. - М. : Изд-во Моск. ун-та, 2001. - 464 с.
13. Зверев, С. Историческое известие об основании Воронежского Алексеевского монастыря / С. Зверев // Воронежские епархиальные ведомости. - 1892. - № 21. - С. 846-847.
14. Зенченко, М. Ю. Южное российское по-рубежье в конце XVI - начале XVII в. / М. Ю. Зенченко. - М. : Памятники исторической мысли, 2008. - 223 с.
15. Книга сеунчей 1613-1619 гг. Документы Разрядного приказа о походе А. Лисовского (осень - зима 1615 г.). - М. ; Варшава : Археографический центр, 1995. - 160 с.
16. Лаврентьев, А. В. Царевич-царь-цезарь / А. В. Лаврентьев. - СПб. : Дмитрий Буланин, 2001. - 234 с.
17. Ляпин, Д.А. История Елецкого уезда в конце XVI - XVII в. / Д. А. Ляпин. - Тула : Гриф и К, 2011. - 208 с.
18. Материалы для истории Воронежской и соседних губерний. Т. 2. Воронежские писцовые книги. - Воронеж : Типолитография губернского правления, 1891. - 246 с.
19. Материалы по истории монашества на Дону: обзор грамот Коллегии Экономии // Воронежская старина. - Воронеж, 1903. - Вып. 2. - С. 76-120.
20. Миклашевский, И. Н.К истории хозяйственного быта Московского государства. Ч. 1 / И.Н. Миклашевский. - М. : Тип. Д.И. Иноземцева, 1894. - 310 с.
21. Народное движение в России в эпоху Смуты начала XVII в. 1601-1608 : сб. док. - М. : Наука, 2003. - 491 с.
22. Новосельский, А.А. Борьба Московского государства с татарами в первой половине XVII в. / А.А. Новосельский. - М. ; Л. : Изд-во АН СССР, 1948. - 448 с.
23. Описи архива Разрядного приказа XVII в. / подг. текста и вступ. ст. К. В. Петрова. - СПб. : Дмитрий Буланин, 2001. - 808 с.
24. Оскольские древности. Оскольская дозорная книга 1615 г. / подг. текста А.П. Никулов. - Старый Оскол : ООГО «ТНТ», 2004. - 216 с.